Хвостатая неудачница: Возвращение солнца!

После звонка таинственного незнакомца, Мишель быстро собрала раскиданные вещи в небольшой чемоданчик и, в который раз с грустью осмотрев квартиру, покинула дом. Самолёт, билет на который она купила ещё месяц назад, чтобы навестить сестрёнку, вот-вот должен полететь. И единственное, что может помешать ей добраться до него, является пробка. Кажется, сегодня абсолютно всё и все решительно настроились на то, чтобы помешать ей полететь в Японию. Но никто и ничто не сможет остановить её, ведь желание навестить хотя бы могилу близкого человека сильнее, чем что-либо. Ехать на машине было глупой затеей, ведь впереди её ждала толкучка, состоящая из других транспортов и раздражённых водителей. Ну конечно, кому в здравом уме вообще понравиться стоять в пробке? Правильно, никому. А кому понравится, что на них кричат из других машин? Только мазохисту, коей Мишель вовсе не являлась. Поэтому вместо того, чтобы вызывать такси, она взяла телефон и позвонила по уже давно заученному номеру. — Ты можешь приехать? Да, на мотоцикле. Хорошо, буду ждать. Положив мобильник обратно в небольшой портфельчик, который всё это время она держала в руках, Хартфилия смотрела по сторонам, в поисках паренька, который вот-вот должен был подъехать. И, как по велению и хотению девушки, вскоре к ней подъехал мотоцикл. — Ты долго, — с упрёком она посмотрела на мотоциклиста, который уже протягивал ей ещё один шлем. — Думаешь, сможешь держать и чемодан, и себя, чтобы не упасть? — будто не обращая никакого внимания на её слова, парень лишь смотрел на её багаж. — Я и не стану этого делать. Не долго думая, Мишель оставила свой чемоданчик рядом с ближайшей мусоркой, взяв лишь документы и карты, на которых хранилось всё её сбережение. Это всё, что понадобиться ей в Японии, ведь новую одежду можно купить и там. Да и квартира, в которой она будет проживать, уже давно куплена на случай, если ей захочется остаться с сестрой. Надев шлем, она села на мотоцикл парня, приобняв его из-за спины. Конечно, это немного смущало её, ведь впереди сидел не абы кто, а Макбет — человек, с которым она встречалась более двух лет, а после расставания поняла, что всё ещё любит его. — Держись крепче, Миша. — Да знаю я… Хартфилия крепче обняла парня. И только после этого Макбет решил, что можно отправляться.

***

Она вновь идёт по мокрой тропинке кладбища, пытаясь отыскать нужное надгробие. Ноги ужасно болели, как и голова, но девушка не позволяла себе остановиться и отдохнуть хотя бы немного. Слёзы градом стекали по уже покрасневшим щёкам, но это нисколько не мешало Мишель продолжать свой путь — она уже давно должна была навестить её, но откладывала этот момент до последнего. На этот раз, она точно найдёт сестру и скажет всё то, что не смогла сказать раньше. Споткнувшись в очередной раз, девушка всё же падает на сырую землю. Вскрикнув, она посмотрела на ногу: из небольшой, но глубокой раны на коленке сочится кровь, медленно окрашивая недавно купленные и уже порванные колготки в ярко-алый цвет. Нет, Мишель не плакала из-за боли, она лишь хмыкнула и, встав, продолжила свой пусть. Её не волновала капающая кровь или боль от падения. Сейчас в её голове крутились мысли о сестре и только о ней. Вновь проходя по длинной, узкой тропинку, она замечается знакомые имя и фамилию. С каждой секундой идти становилось всё труднее, но девушка продолжает это делать и вскоре подходит к нужному месту. — Вот я и пришла, сестрёнка… В очередной раз по её лицу стекает небольшая, солёная капелька. Мишель быстро смахивает её с лица и широко улыбается — негоже ей плакать перед могилой сестры. — Прости, что долгое время не приходила. Я… Я очень виновата перед тобой, но теперь я буду приходить как можно чаще! Обещаю тебе, Люси. Присев на корточки, девушка убрала с могилы уже завявший букет цветов. Интересно, когда в последний раз здесь кто-то был? Помотав головой из стороны в сторону, Мишель отложила букет и положила на его место новый. — Знаешь, я столько всего хочу тебе рассказать. Столько всего произошло в моей жизни. Например… Ты помнишь Макбета? Ну, того самого, с которым мы встречались долгие годы после того, как ты покинула дом отца. В общем, мы расстались. Когда-то я думала, что он моя единственная, настоящая любовь, если такая вообще бывает, а потом… Думаю, мы просто не подходим друг другу. Смахнув очередные капли слёз, Мишель ласково провела рукой по вырезанному на надгробии имени сестры. Казалось, ещё немного и она снова заплаче горькими слезами, но девушка держалась, продолжая лишь широко улыбаться. — А ещё, я думаю переехать в Японию. Тебе нравилось здесь жить, и мне хочется понять, почему тебе тут было так хорошо. Первое время поживу у тебя в квартире, а там сниму или куплю новое жильё. Надеюсь, ты не будешь против. Слегка прикусив нижнюю губу и сжав ладонь в кулачок, девушка глубоко вздохнула, набрав побольше холодного воздуха в лёгкие, и тихо выдохнула. — Солнце, мне очень тебя не хватает… Мишель собиралась сказать ещё пару фраз, но успела. Телефон в кармане пиджака завибрировал слишком неожиданно, отчего девушка даже подпрыгнула от удивления и страха. — Что? Сообщение в такое-то время. Интересно, от кого оно… Хартфилия с интересом смотрела на только что пришедшее сообщение, долго не решаясь открыть открыть. Собравшись с мыслями, она всё же решила прочитать его. Дорогая Хартфилия, Убедительная просьба дочитать это сообщение до самого конца, это касается вашей сестры. Во-первых, примите наши искренние извинения за то, что пишем Вам о ней в таком виде, но иначе мы просто не можем. Во-вторых, также примите наши искренние соболезнования. Мы понимаем, через что Вам приходится проходить и надеемся, что в скором времени Ваша жизнь наладится. Перейдём же к важной части этого сообщения. У нас есть некоторая информация по поводу «смерти» Вашей сестры. Просим воспринимать это серьёзно. Это действительно касается её «смерти». Почему в скобочках? Потому что так и есть. Мы можем быть уверены в том, что она не умерла. У нас есть некоторые доказательства, поэтому просим Вас прийти в кафе, находящееся неподалёку от школы Кунугигаока. Как пройти к нему мы опишем чуть позже. Будем ждать Вас там завтра в 14:00. До свидания, госпожа Хартфилия. С уважением, Ваш покорный слуга мистер X. Дочитав до конца, Мишель лишь хмыкнула. Сестра жива? Да быть такого не может. Заключение о ей смерти и операции пришли ей из лучшей больницы Швейцарии. Не могли же там подстроить это всё. Или всё же… — Нет, Мишель, это всего лишь какая шуточка глупых ребятишек, узнавших о смерти Люси. Не стоит верить всему, что тебе пишут. Ударив себя несколько раз по щекам, девушка вновь посмотрела на надгробие. — Прости, солнце, но мне уже пора бежать. Но я обязательно ещё приду. Люблю тебя, сестрёнка. Улыбнувшись самой милой и лучезарной улыбкой, которой только могла, Хартфилия встала и направилась домой. Всё же, ей ещё надо привести себя в порядок. Подходя к воротам, она услышала разговоры проходящих мимо учеников. Такие молодые, а уже компанией посещают кладбище. Интересно, к кому они идут? — Хартфилия? Совсем неожиданно спросила подошедшая к Мишель блондинка, удивлённо смотрящая на неё. Девушка не совсем понимала, кто перед ней стоит и почему на неё так смотрят, но понимала, что это как-то связанно с Люси. — Откуда вы знаете мою фамилию? — А… П-простите, ошиблась. Блондинка тут же поклонилась и поспешила удалиться подальше от Мишель, оставив ту один на один со своими мыслями. Пожав плечами и даже не пытаясь узнать причину, по которой к ней подошли, девушка медленно продолжила свой путь до дома. Она слишком устала, чтобы думать над всем этим. Сейчас Мишель хотела лишь добраться до дома сестры и принять тёплый душ, смыв с себя всю грязь и плохое настроение. Ребята же продолжили свой путь, споря на счёт того, кем могла приходится таинственная для них блондинка их подруге. Они были так похожи, что и сомнений не возникало в том, что они родственницы.Лишь один человек всю дорогу шёл молча, не обращая ни на кого внимания и всё больше погружаясь в свои мысли.