Хвостатая неудачница: Возвращение солнца!

Все уроки в этот день проходили в классе. Последней была физкультура, однако выйти на улицу не решился никто – дождь медленно, лениво падал на землю, с каждой минутой нарастая количеством капель. Ливень срывал не только долгожданный урок на открытом воздухе, но в принципе выход из старой постройки классных комнат. Учитель Коро, корыстно занявший место Карасумы, решил провести обучение учеников внутри помещения. Но никто из присутствующих не обрадовался затее. — Что думаете по поводу урока, скажем, рисования? Думаю, вместо физкультуры можно было бы провести его? Удивительно расслабленный вид учителя не внушал особо доверия. Его щупальца лениво рисовали белым мелом на доске, выводя каждую линию так, словно вскоре должно появиться поистине захватывающий дух рисунок. Так оно и оказалось: вскоре ребятам открылся вид на прекрасный пейзаж. Росными, изящными линями с доски смотрела лисица, аккуратно крадущаяся через небольшие кусты, едва скрываемая многочисленными ветвями. За животным устроилось большое хвойное дерево, а поодаль – раскидистая широкая река. Картина казалось живой, будто с доски вот-вот должна выпрыгнуть лиса. Сквозь чуть приоткрытое окно по классу медленно растекался аромат дождя. Морковного, холодного. Вмести с ним проникали и другие запахи. Окрапленные нежданной влагой земля и растения. И это придавало изображению больше жизни. Казалось, что класс переместился в лес. Тот совсем притих, позволяя дождю полностью окунуть всем в царившую вокруг тишину. Кроны деревьев величаво склонились над головами, почти не пропуская ливень через себя. Где-то неподалёку слышалось приближение животного. Лисица притаилась, всматриваясь своими небольшими, но удивительно красивыми глазами на лица нежданных гостей. И лишь обстановку вокруг подтверждала, что ученики всё ещё находились в кабинете классной комнаты. — Учитель Коро, может просто отдохнём? В такую погоду не очень хочется учиться, Первой тишину нарушила Хинано. Девушка грустно смотрела на окно, обложившись на плоскую, чуть шершавую поверхность парты, скучающе подпирая лица собственными ладонями. Затею поддержали и остальные, явно не хотя учиться в такой сильный ливень. Акабанэ смотрел куда-то вдаль растилающейся природы сквозь окно. Его мало волновала погода. Все мысли были забиты волнующей сердце златовлаской. Как она там? Чем занимается сейчас? И находится ли вообще дома? Может, попала под ливень и теперь прячется за навесами, словно пытаясь скрыться от всего мира? Карма не знал этого, но надеялся, что девушку погода никак не тронула. Шум, стоящий в кабинет от бурного обсуждения проведения урока, заполнил всё пространство вокруг, слегка режа своими криками слух. Захотелось уйти. Неважно куда. главное покинуть раздражающее его место и, наконец, ощутить тишину, которой так не хватало сейчас. Весь день Акабанэ не мог полностью сосредоточиться на учёбе, – то и дело отвлекаясь от урока, парень скучающе смотрел в окно и представлял пере собой Хартфелию. Мысли путались, а голова и вовсе словно не хотела работать, как нужно. Это заметили все. Вместо привычных попыток поиздеваться над учителем, красноволосый сидел тише воды, ниже травы, но никто не осмелился задать немой вопрос в слух. Сам же парень не обращал на окружающих внимание. Даже попытки разговорить его, который всё предпринял Шиото, не увенчались успехов. Акабанэ отвечал нарочито медленно, односложно. Разговор с другом совсем не привлекал внимание. И это пусть не сильно, но волновало самого Нагису. — Что ж, раз все согласны, то приступаем к выполнению задания! – весело произнёс учитель, осматривая своими крохотными глазами всех учеников. Поразмыслив немного, Карма взглянул на доску. Изображение пусть и не было красочным, – белый цвет мело был немногословный, скучающий и, на удивление, спокойный, – но будто вдохновлял нарисовать что-то стоящее. Особыми навыками в рисовании парень не славился, но нарисовать что-то красивое было возможно. Бездумно проводя незамысловатые линии на листе бумаги, он пытался нарисовать что-то похожее на рисунок с доски. Но получавшееся изображение словно играло с ним злую шутку. С бумаги на него смотрели два девичьих глаза. Он на автомате рисовал девушку, что не давала его мыслям покоя. Хартфелия получилась довольно красивой. Распущенные волосы аккуратно легли на плечи. Губы расплылись в нежной, лучезарной улыбке. Она смотрела на него своими будто бы бездонными карими глазами так пронзительно, будто сама стояла перед ним. — Акабанэ-кун, темой сегодняшнего урока была природа, – сзади будто из воздуха показалась круглая голова учителя. Его розовый оттенок показывал каким расслабленным, даже чуть обмягшим он был. Сейчас-то убить его, казалось, не составило бы никакого труда, но парень не предпринял ни одной попытки. – Но за рисунок хвалю. Получилось очень похоже. Учитель одобрительно кивнув, а на лице появился одобрительный круг, показывающий правильность очертаний рисунка. Он вальяжной подходил к каждому ученику, делая замечания и давая подсказки, как лучше обрисовать получившиеся работы. Урок прошел тихо, и уже скоро прозвенел спасительный звонок. Ребята засеменили по классу. Дождь всё никак не заканчивался. Каждый с унынием смотрел на разбушевавшуюся погода. Кто-то причитал в слух, кто-то – про себя, но каждый был недоволен неожиданным дождём. Взяв зонт, Акабанэ неспеша покинул кабинет, направляясь в сторону дома.

***

Весь оставшийся день дождь лил не переставая. Лишь ближе к ночи он медленно прекратил падать на землю, а небо, наполненное тучами, постепенно обрело спокойствие. Курчавые, пушистые облака сменили погоду и едва прикрывали вышедший над головой серпик бледно-желтоватой луны. Смотря в окно, парень вновь задумался о любимой. Весь день она и весточку о себе не прислала, что малость огорчало. Он надеялся хотя бы короткое сообщение от неё. Номер девушка поменяла, но при личной встрече не успела или вовсе забыла дать новый. Оставалось только ждать. Конечно, можно было бы написать Мишель, попросить новый номер и самому написать Хартфелии, но что-то заставляло отказаться от этой мысли. Казалось, он нарушил бы личные границы самой блондинки. Пусть они встречаются, но делать этого вовсе не хотелось. Парень понимал, что она даст знать о себе, как только захочет. И лишь горестное ожидание разъедало его изнутри, выжигая в нём уверенность и желание встретиться. Первые робкие лучи восходящего солнца растянулись по горизонту золотой полосой, отгоняя тьму вместе с остатками сна. Ресницы едва дрогнули, когда на глаза упал яркий свет. Будильник протяжно зазвенел рядом с ухом, подсказывая, что пришло время для пробуждения. Акабанэ протяжно застонал. От многочисленных мыслей, не дававших сразу уснуть, болела голова. Уставший, чуть оссунувшийся парень медленно поднялся. Это утро не сулило ничего хорошим, лишь очередным тяжелым длинным днём, который в очередной раз приходилось провести в школе. Когда он спал нормально в последний раз? Пожалуй, перед тем, как стало известно о «гибели» Хартфелии. Именно тогда его сны были красочными, добрыми и спокойными. В них не было кошмаров и даже намёков на них. Лишь спокойная безмятежность, обволакивающая с головой. И пусть теперь он знал правду, страх потери от этого никуда не исчез. Наоборот, с новой силой возымел над страдающим подсознанием. Помотав головой из стороны в сторону, парень попытался привести мысли в порядок. Всё хорошо. Хартфелия жива и теперь полностью здорова. Он ведь видел её буквально день назад. Разговаривал и обнимал собственными руками. Чувствовал тепло её тела, прерывисто, горячее дыхание на своей шее, бьющееся чуть быстрее при виде него сердце в груди. И это действительно успокаивало. Приведя себя в чувства, он быстро умылся и оделся. На кухне уже по обыкновению стояла мама парня. Она кружила над утренним завтраком и улыбнулась, завидев подошедшего сына. — Доброе утро, Карма, – женщина ставила на стол тарелки с едой. — Доброе. А где отец? — Уже ушёл на работу. Вы разминул буквально на 5 минут. — Как рано. Неужели что-то случилось? — Точно не знаю, но кажется, на работе появилось много работы. Вернётся он позже обычного. — Понятно. Наспех позавтракав, парень попрощался с матерью и быстро вышел из дома. Собирался он медленно обычного, потому и идти к школе пришлось немного быстрее. Класс уже собрался в полном составе, когда в кабинет вошёл Акабанэ. Царившая вокруг атмосфера немного удивляла. Ребята активно обсуждали какую-то тему, но смысл сказанных слов едва ли достигал разума парня. Он по обыкновению прошел к своему месту. Тут же пошёл Шиото. — Лоброе утро, Карма, – первым произнёс Нагиса. — Доброе. Что-то случилось? Все какие-то оживленные, – скорее из вежливости, чем интереса произнёс парень. — Кажется, к нам в класс кто-то поступил. Ученики из других классов обсуждали это, когда мы проходили мимо. Вот все и обсуждают, кто это будет. — Очередной новенький, – подытожил Карма, отстраненно осматривая класс. Найдя глазами парту Хартфелии, он поджал губы. Сейчас это было единственное свободное место. И чтобы его занимал другой человек не хотелось вовсе. — Или новенькая, – весело произнесла подошедшая Накамура. Заметив взгляд парня на чужую парту, она перестала улыбаться, словно понимая ход мыслей одноклассника. – Хотя бы дай ему шанс, Акабанэ. Он же не виноват, что… Договаривать Накамура не стала. Слова словно застряли в горле, не хотя выходить наружу. Говорить об этом не хотелось, но Акабанэ лишь кивнув, словно тоже не желая продолжать мысль. Да и это было не важно. Он ведь знал, что девушка жива. Досадным казался сам факт, что на её месте будет сидеть другой. Поговорить дальше ребята не успели. Прозвенел звонок, и в класс не спеша вошли учителя. Коро по-прежнему улыбался своей широкой, лукавой улыбкой. На лице Карасумы отражалось лишь спокойствие и умиротворенность, к которым ребята уже порядком привыкли. Лишь загадочно улыбавшаяся Ирина выглядела более воодушвленной и задорной. Они сразу сообщили о прибытии новенькой. — С сегодняшнего дня с вами в классе будет учиться ещё один человек, – спокойный голос Карасумы слегка раздражал и, к удивлению, успокаивал одновременно. – Думаю, вы с ней подружитесь. — Это уж точно, – Ирина улыбнулась чуть шире. Она уже знала, кто стоит за дверью, отчего не смогла сдержать легкий трепет и радость. Ученики переглянулись. Было странно видеть её такой. Интерес с новой персоне медленно возрастал. — Обязательно подружитесь, – загадочно произнёс учитель Коро. – Или уже подружились. — В общем, не будет томить новенькую. Заходи. Дверь в класс медленно отворилась. С каждым новым шагом новенькой сердце уходило в пятки у каждого присутствующего. Глаза медленно огруглялись, а кто-то из девочек даже ойкнул от неожиданности. Длинные волосы пшеничного цвета была заплетены в косы на бок. Улыбка девушки была такой же доброй и добродушной, как и взгляд карих глаз, медленно осматривающий одноклассников. Закончив осмотр, девушка издала тихий смешок, а после представилась. — Рада знакомству. Моё имя, если вы не забыли, Люси. Люси Хартфелия. По классу пронесся немой вопрос, который задать не решался никто. Лишь Акабанэ, при виде девушки, улыбнулся. Накамура тут же вскочила с места и, подойдя поближе, заключила подругу в крепкие объятия. По щекам всегда весёлой и озорной девушки стекали редкие капли от слёз. Блондинка не была готова к такой встрече. Всё это время она думала, что больше не увидеть её, не услышит мелодичный голос, не почувствует тепло, исходившего от тела. Люси не долго думая обняла Накамуру в ответ. Она ласково гладила ту по спине, словно пытаясь успокоить. — Как ты тут оказалась? Ты же… – отпрянув, начала Рио, но замолчала на полуслове. Говорить было сложно. Слова не хотели выходить изо рта, но, взяв себя в руки, всё же закончила тихим шепотом, – умерла… — Простите, что скрывала. Но я жива и теперь полностью здорова. – Хартыелия продолжала улыбаться так, словно здесь не было ничего необычного. Будто слова за прошедшее время стали простой обыденностью. – Позже я обязательно всё равно, обещаю. – Люси, ты… – договорить девушке не дали. Учитель, сжав своё щупальце в кулак, несколько раз наигранно закашлял. — Прошу прощения, что прерываю, но у нас идёт урок. Прошу, задитесь по местам. — Простите, учитель. Моё место там же? — Да. Садитесь на место, девочки. Девушки кивнули. Накамура вытерла подступающие слёзы и быстро прошла за свою парту. Хартфелия же решила чуть помедлить. Вновь оглядевшись по сторонам, она прошла к своему месту и села, вешая сумку на крючок. — Рассказы оставим на потом. Впереди у нас урок, так что, пожалуйста, не отвлекайтесь и слушайте внимательно. Так и начался новый учебный день, который Акабанэ по-началу казался скучным и непримечательным.