Ключ от желанной души

Жизнь — это извечная борьба. Умирает тот, кто перестает бороться ©

Он сидел на краю высоток, беспечно свесив ноги вниз. Взгляд холодных голубых глаз не выражал ровным счетом ничего. Только если присмотреться, можно было заметить затаившуюся в их глубине обреченность. Демон вздохнул, наблюдая за снующими туда-сюда людьми в их собственном муравейнике, который те опрометчиво называли городом. У каждого свои заботы, мечты, планы. Каждый готов пойти на все, лишь бы достигнуть своих целей всеми известными человечеству способами. А все для чего? Чтобы после короткой жизни оказаться в одной из темниц Пандумониума*, моля охрипшим голосом о пощаде. О милости, которой не будет. Кайл облизнул пересохшие губы, горько усмехнувшись. В груди, где у обычного человека находится сердце, что-то кольнуло. Почти по-живому, почти так охренительно больно, будто резали темным клинком на маленькие кусочки, чтобы подать на обед Церберу. Кайл тряхнул головой, отгоняя эти абсурдные мысли. Там давно ничего нет. Ничего, кроме чертовой зияющей дыры, которую уже никогда не заделаешь. Вдыхая морозный воздух, он даже не чувствовал холода. Когда обычные смертные кутались в шубы, Кайл сидел на ветру в одной кожанке с белой футболкой. Рваные джинсы тоже не добавляли особого тепла. Демон усмехнулся: он любил носить эту одежду хотя бы потому что она была удобнее темных демонических одеяний. Отец часто ругал его за такой вкус, но Кайл все равно позволял себе надевать нечто подобное хотя бы в мире живых. Чтобы чувствовать себя иначе. Чтобы чувствовать себя хотя бы на какую-то никчемную долю нормальным. Нормальность… Твою мать, до чего же смешно. Н о р м а л ь н о с т ь. Двенадцать конченных букв, которые никогда не сложатся для него в единое слово. — Эй, красавчик, — женский голос заставил отвлечься от привычных мыслей. Почти рассеял их без шанса собраться вновь. Но Кайл знал, они соберутся. Обязательно. Оглянувшись через плечо, парень растянул губы в подобии улыбки, заранее зная, кому хватило смелости так бесцеремонно его позвать: — Эмма, — кивнул он, наблюдая за миниатюрной рыжей демонессой. — Тебя можно поздравить с первой купленной душой? — Ага, как же, — фыркнула девушка, присаживаясь рядом. — Это был какой-то наркоман, чья душа — сплошные копейки да нелепость. Весь Северный Ад поднял меня на посмешище. Подруга смешно фыркнула, по-детски болтая ногами и ударяясь подошвами розовых кед о черепицы. Демон улыбнулся про себя, отмечая, что всегда любил в ней эту черту. Какими бы тяжелыми не были времена, Эмма всегда вела себя как вредный ребенок. Вредный ребенок, которому пришлось рано повзрослеть. Юной демонессе по людским меркам было не больше семнадцати, что касалось демонических — по ним она была не серьезнее орущего годовалого чертенка. — Я слышал об этом, — хмыкнул Кайл, задумчиво глядя на зажигающиеся внизу огни фонарей. Время в людском мире близилось к ночи. Для глаз Кайла сумерки совершенно не отличались от обычного солнечного дня, потому перемену он заметил лишь сейчас, когда взгляд осознанно уперся в одного из прохожих. Мужчина в сером пальто, озираясь по сторонам, куда-то рьяно спешил, сшибая на своем пути других людей. — Еще бы ты не слышал, — девушка поморщилась от пролетевших перед глазами картин прошлого, ткнув Кайла кулаком в плечо. — Не всем же быть прямым потомком Господина. Нереально драгоценные души на дороге не валяются, ага. Но я, несмотря на свой шарм, у Фортуны* в черном списке. — Я почти захлебнулся в волнах твоего сарказма, — протянул Кайл, продолжая смотреть вниз. Эмма была на несколько рангов ниже него, и, по сути, еще жила лишь благодаря ему. Демоны низших слоев являлись либо прислугой, либо наложницами, но Эмме посчастливилось стать одной из Забирающих. Кайл вытащил эту девчонку из бездны, открыл глаза и помог устроиться в Пандемониуме. Он не знал, что толкнуло его на этот поступок. Может, мольба в карих глазах или… Почти забытая человечность. Ч е л о в е ч н о с т ь — противно протянул голос разума. По буквам, смакуя каждую на кончике языка. Сука, как же тошно это было. — Мне пора, — парень поднялся, кивая недоумевающей девушке на свое запястье. Древняя татуировка в форме латинских символов, браслетом охватывающая руку, вместо привычного черного цвета приобрела ярко-красный оттенок. Не говоря больше ни слова, Кайл растворился среди черного пепла. Долг звал, а работу еще никто не отменял. Зачарованно следя за тем, как осыпаются последние частички, Эмма мягко улыбнулась, прекрасно понимая, что слетевшее с ее губ «удачи» демон уже не услышит.

***

Когда Кайл снова открыл глаза, первое, что он увидел — стоявшего на коленях мужчину. С причудливой диадемой и прикрепленными к ней свечами, призывающий продолжал шептать необходимую для ритуала заповедь. Парень едва удержался от того, чтобы не закатить глаза. Размяв шею, он вдохнул полной грудью чуть сыроватый запах и поморщился. В помещении пахло ядерной смесью алкоголя, плесени и сигарет. Благодаря своему зрению, Кайл сумел рассмотреть потрепанный диванчик, стол и небольшой холодильник в углу комнаты. Помимо скудной мебели все пространство было усеяно пустыми бутылками и банками из-под пива. Демон бросил мимолетный взгляд на криво начерченную пентаграмму, пробормотав себе под нос: — Херов дилетант. И шагнул в сторону. Подцепив пальцами первую попавшуюся бутылку, Кайл принюхался и тут же пожалел об этом. Это был явно не Макаллан*. — О, Господи! — расслышав прошлую фразу демона, мужчина таки распахнул глаза, наконец заметив явившегося по его зову Кайла. — Адресом ошибся, мужик, — демон едва не поперхнулся от рвущегося наружу истерического смеха. — Тебе этажом выше. — Ты Сатана? — с неким благоговением спросил призывающий, рассматривая довольно прозаичный вид темного существа. Кайл тоже невольно окинул себя взглядом, сетуя на то, что не додумался надеть чертов костюм. Все-таки, на работе принято носить деловую одежду. — Его сын, — поправил демон. — Так, время — души, потому я настойчиво советую его не тратить и быстрее обсудить условия контракта, — Кайл посмотрел мужчине в оба глаза, искренне надеясь, что повторять не придется. — Я доступно излагаю? — Д-да! — закивал призывающий, едва не опалив себя воском, капающим с импровизированной короны. Отбросив в сторону свечи, кинжал и, твою мать, совершенно ненужного для призыва петуха с перерезанным горлом, мужчина упал Кайлу в ноги. — Я хочу денег! Много денег, женщин и выпивки! Демон едва не взвыл от абсурдности сложившейся ситуации. Первый вызов за довольно длительный отпуск, а тут всего лишь жалкая ничего не стоящая душонка. Кайлу до ужаса хотелось спросить: как оплачивать будем? Картой или наличными? Но вместо порции сарказма демон лишь спокойно выдал: — Твоей души не хватит, чтобы покрыть расходы. — Что? — призывающий в ужасе воззрился на Кайла, хватая того за лодыжки. — Н-но почему? Кайл грубо отпихнул от себя мужчину, презрительно поморщившись. Он был готов поклясться, что почувствовал приступ тошноты, когда потные конечности коснулись его одежды. Хлопнув в ладоши, демон призвал черный листок, который упал в его руки вместе с горсткой пепла. Отряхнув бумагу, Кайл скучающе начал читать: — Джексон Малетто, вдовец, безработный… Были судимости за изнасилование, кражу… В общем, в Ад ты попадешь и без моего вмешательства. — Кайл уже хотел отправить документ обратно, как вдруг взгляд наткнулся на занимательную строку. У этого ублюдка была дочь. — Но ты можешь продать душу одного из близких родственников. На лице Джексона отразилась волна эмоций, но в конечном счете побелевшие губы все-таки назвали имя потенциальной жертвы. Ну разумеется, иного Кайл и не ждал. Демон встречался с подобными клиентами на протяжении десяти лет, и все они были похожими друг на друга. Сначала боролись с голосом совести, но, судя по дальнейшим решениям, он точно знал только одно — у совести этих подонков были очень низкие требования. — Джинни, милая, спустись вниз! — будничным тоном позвал Малетто, стараясь скрыть сквозившее в голосе предвкушение. Послышались тихие шаги, и уже через минуту Кайл увидел перед собой худую блондинку в домашней серой майке и шортах. — Что ещ… — она запнулась на полуслове, в ужасе оглядывая пентаграмму, свечи и, собственно, незнакомого ей парня. Кайл невольно отметил, с какой жалостью она посмотрела на зарезанного петуха. Переведя ошарашенный взгляд на отца, Джиневра едва не сорвалась на крик: — Какого черта здесь происходит? — Я вызвал Сатану, чтобы он помог покрыть долги, — начал оправдываться мужчина, на что его дочь лишь нахмурилась, явно не веря ни одному его слову. И правильно, будь Кайл на ее месте, тоже бы не поверил. — Кто вы? — она перевела взгляд на Кайла, бегло оглядывая незваного гостя с ног до головы. В серых глазах отражался неподдельный ужас, но девушка явно храбрилась, попутно подыскивая что-нибудь потяжелее. Демон бегло залез к ней в голову, скалясь забавности ее мышления и пугая Джинни едва ли не до обморока. — Сколько он вам задолжал? Назовите цену и я постараюсь… — Молчать, — властно перебил демон, теряя терпение. Это было слишком для первой рабочей смены. — Решайте, Джексон, либо ее душа, либо я убью вас за ложный вызов без должной награды. — Ее душа! — тут же выкрикнул Малетто, умоляюще складывая руки. Вот так, без раздумий подписал дочери смертный приговор. — Ты хочешь сказать, — Джиневра еще раз окинула Кайла взглядом и сложила руки на груди. — Что ты — Сатана? — Его сын, — поправил Кайл, запуская руку в волосы. Взъерошив почти белые локоны, он приказал пеплу создать контракт и перо. Когда же все составляющие оказались у демона, он отдал их Джексону. Пользуясь замешательством Джиневры, Малетто страший поспешно подписал бумагу. От пентаграммы поднялся небольшой ветер, который, легко коснувшись лица девушки прохладными объятиями, тут же стих. — Отлично, все условия будут соблюдены, — спокойно заговорил Кайл, расслабляя до этого напряженные мышцы спины. — Джиневра Малетто, отныне твоя душа принадлежит мне, как во время твоей жизни, так и после смерти. Ты — моя собственность. Лицо Джинни вытянулось, но из груди все так же не вырвалось и звука. Рассудив это, как шок, Кайл решил дать девушке время все осмыслить. В дверь постучали, и обрадованный Джексон побежал приглашать в дом во время доставленных контрактом проституток. Демон поморщился, когда свет с лестницы коснулся его лица. Отступив в тень, Кайл сверкнул холодными глазами и, не говоря ни слова, исчез, растворяясь в пепле. Оставшись одна, Джинни упала на колени. Все произошедшее казалось ей страшным, непонятным сном. Ушей коснулся похотливый женский смех, и девушка вздрогнула всем телом. Резкая боль в левом запястье едва не заставила ее закричать. Переведя на руку сосредоточенный взгляд, она широко распахнутыми глазами наблюдала за тем, как на бледной коже появились неизвестные письмена. Джиневра не знала их значения, но что-то ей подсказывало, что у этой татуировки был куда более глубинный смысл, чем казалось на первый взгляд.