Talented

У Юнги, кажется, все идет по одному месту, когда он однажды просыпается ужасно вспотевший и с твердым стояком. — Блять. Чимина сейчас очень много в его жизни. Слишком. Он теперь и в снах появляется, да еще и каким образом. Стоит вспомнить как сразу выйти хочется. В окно. Хосок уже переехал к своему парню. И поэтому Юнги бы никто не останавливал. Но приходит сообщение «Доброе утро, хен. Ты еще спишь?» и умереть уже не хочется. Но дрочить бы не помешало. --- — Хочешь, я тебя нарисую? — однажды спрашивает Чимин. А Юнги хочет, почему, собственно, ему отказаться? — Давай. Чимин оценивающе смотрит на него с ног до головы. А потом радостно произносит: — М.только думаю ты бы прекрасно смотрелся без одежды. Юнги охеревает окончательно. — Ч.что? — у него даже глаз дергается. — А что не так? Стесняешься меня? А, да брось! Мы же оба парни, что там скрывать-то? — Чимин радостно хлопает Юнги по плечу и проходит дальше, в кухню. Юнги не находит что ответить.Он просто как рыба, то открывает рот, то закрывает. Чимин приходит обратно и вручает в руки статую-по-имени-Юнги кофе. Юнги наконец приходит в себя и решительно опустошает всю чашку. А потом подходит к столу, с силой опускает на него чашку и говорит: — Давай! — Что? — как на зло не слышит Чимин, во всю разглядывая что происходит в телеке. — Я говорю давай! Рисуй меня. Без одежды. У тебя или у меня? Чимин поворочивает голову, смотрит с секунду, и с улыбкой отвечает: — У меня! ___ Дом у Чимина ничем не примечательный. Обычная однокомнатная квартира, где очень мало места даже для одного человека. Чимин по-хозяйски проходит к дивану и с грохотом приземляется на него. — Ну ты давай, раздевайся, — обращается он к стоящему в прохожей Юнги. — Что, так сразу? — А что? В куртке войдешь? — и смеется, мудила. Юнги, как настоящий мужик, не обращает на него внимание, вешает куртку, снимает сапоги и проходит дальше. — Что-нибудь будешь? — Пожалуй, кофе. — Кухня там, — показывает Чимин и лучезарно улыбается, — чувствуй себя как дома. — Ага, — ворчит Юнги и садится рядом на СЛИШКОМ ТЕСНОМ диване. Когда неловкость превышает норму и показывает красный знак, Юнги встает напротив Чимина и спрашивает: — Ну…начинать? — Не терпится, хен? От этого «хен» по телу мурашки пробегаются и выть хочется, но Юнги мужик! Да ведь?.. Чимин встает и, направляясь в спальню, зовет Юнги рукой. В спальне еще теснее. Стоят художественные принадлежности, кровать, маленькая тумба и гардероб. — Давай, раздевайся. — говорит Чимин, смотря прямо в глаза. — А ты не выйдешь? — Хен~, — тянет Чимин приторно-сладко, — я же все равно все увижу. — Все же! Выйди, пожалуйста. Чимин делает покерфейс и выходит, напоследок сообщая, что Юнги надо будет прилечь. — Все снять? — на всякий случай уточняет Юнги. — Да. ЧЕРТ. Юнги корит себя сто раз, что согласился, но уже поздно что-нибудь менять. Раздевшись, Юнги осторожно ложится на кровать ЧИМИНА и краешком одеяла закрывает свое сокровище. Ему пипец как не удобно. И в голове всякие мысли по типу: «а если Чимин посмеется?», но размеры у него, стоит отметить, порядком нормальные и совсем не до смеха. Чимин стучится для приличия и осторожно открывает дверь: — Хен, ты все? — и так и застывает у дверей. Перед ним открывается просто чудесная картинка. Мин Юнги, который очень, до боли, белый, лежит на ЕГО белой кровати, а свет из окна падает просто ужасно красиво, освещая всю эту красоту. — Вау, — достаточно тихо, чтобы даже он сам не услышал, произносит Чимин, зачарованно наблюдая за этой красотой. Ему ужасно хочется быстрее это все передать бумаге, настолько, насколько возможно. — Чимин.э.я тут подумал., а может так нарисуешь, — шепчет Юнги, все еще пряча имущества. — Пожалуй да. Это прекрасно. Ты только не шевелись, пожалуйста. — говорит Чимин и бросается рисовать. Юнги не хочет краснеть, но от «это прекрасно» щеки становятся алыми. Чимин, кажется, ничего против не имеет и продалжает рисовать. Некоторое время спустя Чимин, наконец, заканчивает и показывает рисунок Юнги. Тот офигевает от красоты рисунка и отмечает про себя, что Чимин ужасно талантлив. — Ты молодец! Очень красиво, — хвалит он Чимина, и с одобрением и нежностью смотрит на него. А Чимин не улыбается и не говорит спасибо или хоть что-нибудь. Он смотрит. Просто смотрит на Юнги. И наконец произносит: — Это потому, что модель прекрасная. Юнги не успевает даже удивиться или, блять, хоть что-нибудь сделать, как Чимин преодолевает расстояние между ними, оказывается у него перед глазами и шепчет. — Хен, это нормально, если я ужасно хочу сейчас поцеловать тебя? У Юнги фейерверки над головой и огоньки в глазах. И кажется, это замечает Чимин, потому что не дожидаясь ответа, прижимается своими губами к губам Юнги. Он целует, очень нежно и с чувством, а когда получает ответ, начинается страшная буря. Руками запутываясь в светлых волосах Юнги и не прерывая страстный поцелуй, он поднимется на кровать и нависает сверху. Ему нравится целоваться с Юнги, ему нравилось проводить с ним время, слушать его голос, видеть его лицо почти каждый день и, приходя домой, тайно рисовать его. Наконец-то он может прикасаться, попробовать на вкус, любить. Он опускает руку к бедрам Юнги и начинает поглаживать внутренную сторону, постепенно поднимаясь на верх. Юнги же не теряется и, находясь в полнейшей эйфории, поднимает его рубашку и начинает растегивать джинси. У обоих сердцебиение уже давно превышает норму. Целуя все, что можно, касаясь куда хочется, Юнги чувствует, что не хочет отпускать больше никогда и ни за что. Это его парень. И будет только с ним. ___ Хосок с Тэхеном приходят домой к вечеру и не находят Юнги дома. После четырех гудков Юнги, наконец, поднимает телефон. — Алло, — его голос звучит сонно, но не раздраженно, как обычно бывает, а даже счастливо (?). — Юнги, я пришёл тебя со своим парнем познакомить, а тебя дома нет. Ты где? — Хосок, организуй-ка парное свидание — улыбается Юнги и тянется к Чимину за поцелуем. — В смысле? У тебя появилась девушка? — Наоборот.