Свет в наших душах

— От этого слизеринца одни проблемы! — почти одними губами произнёс Рон и, вздохнув, встал с кровати и отправился в медпункт, где совсем не ожидал увидеть то, что увидел...       Как вам уже известно, когда Драко пришёл в себя, Грейнджер мирно посапывала рядом. Не удивительно, что после всех лет издевательств над гриффиндоркой, парень решил, что это сон. Хоть он и был весьма рад тому, что это не тот самый кошмар, который преследовал его каждую ночь не один месяц, но всё же чувство, что вот-вот в комнату ворвётся Беллатриса и начнёт пытать Гермиону, не отпускало. Поэтому Драко решил ущипнуть себя, чтоб проснуться, но стоило ему попробовать пошевелить рукой, как всё тело мигом пронзили тысячи иголок. Не ожидая такого, Драко непроизвольно простонал, от чего девушка мигом проснулась. Уставшая гриффиндорка и потрёпанный слизиренец пару минут просто смотрели друг другу в глаза, забывая дышать. — Это ведь тебя мне стоит благодарить за этот милый букетик? — нарушил тишину Малфой, взглядом указывая на белые розы в зелёной стеклянной вазе, стоявшие на прикроватном столике. — Спасибо, Гермиона.       Это было явно что-то новенькое. Не дефектная, не грязнокровка, не зазнайка, не копна волос... Драко Люциус Малфой впервые за всю свою жизнь сказал ей спасибо и к тому же назвал по имени. Гриффиндорка лишь кивнула в ответ, не в силах хоть что-то сказать. — Но что ты делаешь здесь? Уже ведь... Ай, ммм… Чёрт бы тебя побрал Уизли! — Малфой хотел было взять часы со столика, чтобы посмотреть время, но тело снова отказывалось повиноваться и всё, что он мог сейчас — это скулить от боли или не шевелиться вовсе. А это Драко совершенно не нравилось. Очень уж хотелось, как раньше, нажаловаться отцу, чтобы тот заставил за всё ответить этого рыжего оборванца. Вот только отец сейчас далеко, да и Драко уже не тот мальчишка, что был раньше. — Уже ведь поздно, да и ты явно устала… Так что ты тут забыла, Грейнджер? Неужели ты наконец-то прочла все книги в школьной библиотеке и смысл жизни потерян? — На одну лишь секунду мне показалось, что ты изменился, Малфой, — прищурив глаза ответила девушка. — Не беспокойся, мои планы на жизнь намного амбициознее, чем прочитать все книги в школьной библиотеке. Здесь же я лишь потому, — девушка встала со стула, поправила юбку и вполне холодно посмотрела прямо в глаза слизеринцу, — что хотела сказать тебе «спасибо». Так вот, спасибо, Драко, что вступился за меня. Надеюсь, ты скоро поправишься, — и как всегда после их стычек, Гермиона гордо вздёрнула свой носик и направилась к выходу. — Грейнджер! — окликнул парень, когда гриффиндорка уже стояла в проходе. Но от того, что он непроизвольно приподнялся, этот окрик больше походил на просьбу о помощи. — Прости, я не хотел тебя обидеть. Опять. И спасибо, что ухаживала за мной. Так и не обернувшись, девушка выслушала Драко. А по окончанию его слов, ничего не ответив, ушла в свою комнату.       На следующий день весь Хогвардс говорил о том, что Драко очнулся. Усевшись на кровати в своей комнате, Гермиона уже не первый раз задумалась о произошедшем: «Не знаю, почему он заступился за меня? Но, как оказалось, в этом слизеринском хорьке достоинства больше, чем у Рона. Думаю, стоит всё же навестить сегодня Малфоя. А этот Уизли... Чем он только думал, когда всё это вытворял? Да оно и понятно, чем... — Гермиона вздохнула и посмотрела на часы, — Мэрлинова борода! Я и так полночи думала об этих двух и опаздывать на занятие из-за них явно не собираюсь! Куда я только засунула свою жилетку?! А где учебник по зельеварению?! Мэрлин, я так точно опоздаю!»       В это время Гарри уже направлялся в класс. «Говорят, Драко пришёл в себя. Надеюсь у Рона хватит мозгов зайти проведать его и попросить прощения, — подумал он и остановился. — Да, Малфой ещё тот засранец. Да я и сам чуть не прикончил его однажды. Но всё же после всех событий, которые произошли, он явно не заслуживает такого отношения. Да, столько всего изменилось. Если бы можно было вернуться в прошлое, возможно, я бы смог ему помочь. Мы ведь и не знали, ничего не знали о том, что взвалил на него... У него не было выбора, всё решали другие. Я не говорю, что он герой, как профессор Снейп, но он страдал не меньше любого из нас... — тут мимо Гарри пробежал какой-то первокурсник, случайно задев его плечом. — Ох, профессор убьёт меня за то, что я опоздал на занятие! — и недолго думая, Гарри тоже побежал на урок. — Хорошо, что можно списать у Гермионы... Может ещё получится проскользнуть в класс?»       Занятия тянулись мучительно долго, профессора словно сговорились выбрать на сегодня самые скучные темы в истории магии. Тем временем Рон так и не вышел из своей комнаты. Скорее всего он ещё не знает, что Драко пришёл в себя. Но никто из его друзей не торопился донести до него эту новость. Да и зачем, если после занятий ему все равно об этом расскажет его сосед по комнате. Времени в перерывах между уроками хватало ровно на то, чтобы сменить учебники и дойти до нужного кабинета. А прогулять занятие Гарри не мог, ведь он обещал Гермионе. А слово своё Поттер привык держать. Так что оставалось лишь ждать. К концу последнего занятия даже Гермиона не смогла усидеть на месте. Она волновалась, потому что думала, что Рон не пришёл на занятия, чтобы тайком пробраться в больничное крыло и добить Малфоя. После первого учебного дня она уже не знала, чего ещё можно ожидать от Уизли. И хоть Гарри и уверял её, что это совершенно не в духе Рона, у него самого из головы не выходило назойливое «А вдруг?». Поэтому, как только прозвонил звонок с урока, друзья выбежали из кабинета, ожидая самого худшего. Каково же было их облегчение, когда в медпункте они обнаружили лишь Драко, мирно читающего книгу. Заметив запыхавшихся гриффиндорцев, тот лишь приподнял бровь, не понимая, что заставило их так торопиться. Слегка отдышавшись Гарри рассказал Драко свои подозрения, на что тот лишь хмыкнул. Тем временем Гермиона небрежно бросила пакет с фруктами на прикроватный столик Малфоя и присела сбоку на кровать, ведь Гарри занял стул, все ещё пытаясь восстановить дыхание. Секундная пауза и трио уже смеялось над всей абсурдностью данной ситуации. Именно в этот момент в дверном проёме появился Рон. Выглядел он неважно: растрёпанные волосы, помятая пижама и болезненный цвет лица. Эта картина лишь ещё больше добавила неловкости. И трио рассмеялось с новой силой. — Ты что-то хотел Рон? — спросил Гарри таким тоном, словно намекая на необходимость извинится, когда тот уже собирался вернуться в свою комнату. Рон, уже слегка взвинченный, довольно резко развернулся и быстрым шагом подошёл к кровати Драко.       Ребята уже приготовились защищать Малфоя, как вдруг: — Прости меня за то, как я себя повел, Малфой. Мне не стоило так поступать, ведь это не ты виноват в смерти моего брата. И ты прости, Гермиона, я совсем не имел в виду то, что сказал. Ну, в смысле я так не считаю... Гарри, прости, что не оправдал твоих ожиданий и подвёл тебя, как друга. Я... Мне очень стыдно, — с запинками, но всё же на одном дыхании выпалил Рон, не осмелившись поднять глаза на ребят. Он просто стоял и ждал их реакции. — Забей Уизли, с кем не бывает, — попытался по-дружески хлопнуть по руке Драко, но вышло весьма напряжено, боль ведь никуда не ушла. Зато улыбка была более-менее искренняя. — Все нормально, Рон, — спокойно ответила Гермиона, но они оба прекрасно понимали, что «нормально» у них уже не будет никогда. — Ну раз всё хорошо, предлагаю выпить всем по кружке сливочного пива! Конечно, как только ты сможешь передвигаться без «Ай-ой-уй-ой-ёй!», — Гарри сделал вид, что ему очень больно шевелить руками ногами. Это слегка снизило напряжение и дальше ребята смогли вполне нормально поболтать. Малфой спрашивал, как там на уроках, что проходили и много ли ему придётся навёрстывать. Рон почти через каждое предложение извинялся. Гарри постоянно шутил. А Гермиона, пообещав помочь Драко и Рону с уроками, в основном молчала. Уж слишком многое сейчас творилось внутри неё, чтобы вот так просто болтать ни о чем.       Так и проходило время восстановления Драко: Гарри и Рон частенько заглядывали во время занятий, чтобы ему было не так скучно, а после уроков частенько забегали две-три девчонки с разных факультетов, чтобы узнать, как у него дела. Ну вечером он занимался с Грейнджер. Занятие длилось строго два часа, после которых гриффиндорка сразу убегала. Да и сам Драко не мог долго находится в компании грязнокровки, ну а Гермиона тем более не хотела засиживаться у слизеринца. Хотя они уже и не были детьми, и Драко перестал отпускать противные шуточки при каждой их встрече. Да, он накинулся на Рона, когда тот перегнул палку. Но так бы поступил любой джентльмен на его месте. И это вовсе не означало, что теперь он обязан дружить с дефектной девчонкой. Так что после выписки Малфоя всё стало по большей части как прежде.       Вот только теперь в классе было два изгоя — бывший Пожиратель Смерти Драко Малфой и дефектный соулмейт грязнокровка Гермиона Грейнжер. И как бы то ни было, пять-шесть шуточек в неделю от различных курсов и факультетов им перепадало. И если гриффиндорка привыкла к подобному, то для слизеринца это было в новинку. И как с этим справляться он не имел ни малейшего понятия.