"my true color is red."

Первый год в университете - это всегда сложно, особенно, если он находится в другом городе, особенно, если никто из твоих друзей в него не поступил. Киму выдали документы на заселение в общежитие и он надеялся, что его сосед будет таким же зеленым новичком, и что они создадут прекрасный дружественный тандем и будут ходить на университетские алкосборища. Набирая родителям успокаивающее сообщение о том, что и заехал, и прекрасная комната, и сосед просто солнце, Донхан поднимался по ступенькам на 3 этаж здания, которое на следующие пять лет должно было стать его домом. Со спортивной сумкой наперевес и плотно забитым рюкзаком в руках юноша шел по коридорам, внимательно читая таблички на дверях секций. - 304..305…6..7, наконец-то, - тихо выдохнул блондин, пробегая глазами список живущих в секции, - Такада Кента, 4 курс… Такада Кента? Это что вообще за имя такое? Ким Сангюн, 3 курс, Квон Хенбин, 2 курс - первая комната. Но Тэхен, 4 курс, черт. Донхан обнял портфель сильнее. У него никогда не выстраивалось хороших отношений с хенами, а на всю комнату у него их было в лучшем случае три, а если этот второкурсник 97 года, то и все четыре. Он начал переминаться с ноги на ногу и нервно облизывать губы. «Давай же, Донхан, рано или поздно тебе придется туда зайти. В конце концов, тебе с ними не детей иметь» - закатил глаза юноша и открыл дверь в комнату. На удивление уютно и не пахнет плесенью, как пахло весь этаж. Даже травкой не пахнет. Это пожалуй удивляло блондина сильнее всего. Возможно, за два года жизни в общежитии частной школы он слишком привык, что отовсюду пахнет либо ею, либо дешевым раменом. Но здесь, здесь пахло мужским парфюмом и чистящими средствами. Простой коврик на полу, зеркало по правую руку и настенная вешалка для верхней одежды по левую. Прямо под ней, правда, хаос из обуви и тапок. Рядом с зеркалом дверь в ванную, откуда слышались звуки воды и чьего-то глуповатого баса. Прямо перед ним дверь в первую комнату, дверь под номером два была напротив входа в ванную. Дверь, что была напротив от Донхана, резко открылась, а в проеме появился невысокий рыжеволосый парень. - Хватит петь, ты всем уже надоел - крикнул он и стукнул кулаком в дверь ванной комнаты. Когда его взгляд пересекся с взглядом Кима, рыжеволосый лишь улыбнулся, очень мило, даже тепло, и так же тепло сказал, - Ты, видимо, тот самый новенький, о котором нам говорили? - Да, а ты, должно быть, Квон Хенбин? Я Ким Донхан,- юноша поклонился и протянул руку уже хихикающему парню напротив. - Я не Хенбин, - отрицательно покрутил головой парень, пожимая руку, - он в ванной. Я Кента, Такада Кента, можешь звать меня Кента-хен. Пожалуйста, зови меня Кента-хен, никто из них больше не хочет меня так звать. Почему-то у блондина будто груз с плеч свалился, он искренне расплылся в улыбке на эту детскую просьбу и на то, как «Кента-хен» с серьезным взглядом ее оглашал, тряся руку Кима. Этот хен не выглядел на 4 курс, максимум на 2, ну серьезно. Этот рыжий цвет волос, эта детская улыбка и смех, совсем как у ребенка. Возможно, Донхан все же сможет найти общий язык со старшими, хотя бы с одним. Ким ну очень понадеялся на это, пока Такада тряс его руку и улыбался. - Хорошо, Кента-хен, - давясь добрым смешком, ответил юноша и высвободил свою руку. - Твой сосед – Но Тэхен – чуть более серьезно сказал рыжий, кивая на дверь второй комнаты, - он у нас своего рода лидер. У нас, кстати, есть своя компания, если что, но в это мы тебя скоро втянем. Даже если не хочешь. Теперь ты наш новый макнэ, Донхани. Так вот, Тэхен. Он может казаться грубым, но он хороший человек, хотя и шутит тупо почти всегда, опять же, но, к этому быстро привыкаешь. Донхан слушал внимательно. С трудными на общение старшими он встречается не в первый раз, это его сильно не пугало. Его пугала вся тема с компанией и новым статусом макнэ. От чего-то все это начинало походить на армию, где младший - тварь дрожащая, а старший - право имеющая. Кента все так же расслабленно толкнул дверь в комнату номер два и, пожелав удачи, скрылся у себя в комнате, еще раз громко попросив: - Квон Хенбин, заткнись, пожалуйста, меня аж трясет от того, как ты похабишь творчество Твайс. Донхан поправил лямку спортивной сумки и заглянул в комнату.

***

- Новенький это не страшно, хен. Вспомни, когда я впервые оказался на пороге этой замечательной секции, - по-доброму улыбаясь, сказал Хенбин и стянул с себя футболку, - разве принять меня было страшно? - Да, Квон, было страшно, - снимая очки, ответил брюнет без капельки сарказма и откинулся на спинку стула, - очень страшно. - Это все потому, что я высокий. Тебя просто пугал мой размер. Зуб даю, новый макнэ будет ровно на сантиметр ниже тебя. - Такая себе шутка, - Но потер переносицу, - иди уже в душ. Только, пожалуйста, не пой. - Хорошо, хен, - Хенбин улыбнулся еще добрее и вышел из комнаты. Тэхен кинул взгляд на записи в тетради. Конспекты предыдущего семестра уже сплывались в его голове в один огромный ком, который распутать невозможно, потому что состоит он не из мыслей, а из отдельных слов, которые в систему никак не могли выстроиться. Брюнет даже удивился, как он с такой кашей в голове смог сдать сессию на отлично. Он вообще удивлялся своей везучести последние 4 года. И он был благодарен, что фортуна повернулась к нему своим лицом до того, как он успел покончить с собой. Квон Хенбин – большой ребенок. Наивный, добрый, кажется глуповатым, но после того, как посреди года Сангюн показал его тетрадь со стихами, которую он достал без разрешения хозяина, Тэхен перестал считать этого ребенка глупым. Никто, конечно, не поднимал эту тему на общих посиделках. Но запретил, ведь кто знает, что происходило в жизни этого ребенка, если он может такие мысли в рифму выводить. Все просто поменяли мнение о Хенбине. Все, кроме, Енгука, который с самого начала, кажется, знал, что Квон не такой уж и простой. Но Квон Хенбин все еще большой ребенок и прямо сейчас до ушей Тэхена через две закрытые двери доносилось что-то о том, что ему нравится трепет в его сердце, что он ему нравится, нравится, очень-очень нравится, и брюнет потянулся к наушникам и телефону. Его уже тошнило от всех этих стилей архитектуры последнего десятилетия, что, хоть волком вой или на стену лезь, но повторять надо было. Его никто не понимал в такой тяге к обучению, ведь ему это направление даже не нравилось. Все знали, что Тэхен любит танцевать и с удовольствием бы перевелся с архитектурного на музыкальное. Однако, сам Но так же знал, что с архитектурным у него больше шансов выжить в мире, а танцевать можно и по ночам в комнате. Или теперь нельзя. В любом случае, парень прекрасно знал, что ему нужно учиться, нужно получить это образование, нужно устроиться в жизни. Поэтому он снова взял тетрадь и начал вчитываться в собственный почерк. Через две еле-еле прочитанные темы, Тэхен потянулся и решил сделать себе кофе, чтобы добавить хоть немного бодрости. Всунув телефон в задний карман спортивно-домашних штанов, брюнет встал из-за стола и от неожиданности вздрогнул. Из дверного проема на него глядело лицо с телом, белыми волосами на голове и портфелем в обнимку. - Ты новенький? – лицо кивнуло, пока Но избавлялся от наушников, - твоя кровать та, которая не застелена. В шкафу верхние две полки твои, средние две мои, на нижних у нас стоит обувь, которую мы не носим в этот сезон, - лицо снова кивнуло и зашло наконец в комнату, - вешалок у меня нет, поэтому если надо что-то повесить, то их надо достать самому. Посуды у меня не много: кружка, ложка, вилка и тарелка, поэтому они стоят на столе. Если у тебя больше, то можешь поставить в шкафчик к сковородке и кастрюле… - Я Ким Донхан, - смело перебил речь Тэхена блондин и улыбчиво протянул руку. Старший безучастно посмотрел на протянутую кисть. - Я осведомлен. Полки для твоих тетрадей и учебников пока нет, но можешь сходить выпросить на первом этаже. В комнате не курить. Если понадобится привести девушку, то сообщить мне за день и ебаться не на моей кровати. Кофе? Чай?