Chi semina vento raccoglie tempesta

Тсунаёши шёл к кабинету босса, делая вид, что не замечает внимательных, сочувствующих, равнодушных или оценивающих взглядов тех, кто попадался ему на пути. Сломанные рёбра болели, но он заставлял себя держать спину ровно. И не позволял ни капле того отчаяния и чувства безысходности, что бушевали внутри, отразиться на его лице. Будущий Десятый. Наследник, назначенный Тимотео, растившим его как своего внука с четырёх лет, шёл к кабинету, где сейчас всем управлял Занзас Скайрини, младший сын Девятого. И не было в особняке ни одного человека, которому Тсунаёши мог бы доверять. – Проходи, – кивнул Занзас вошедшему Тсуне, пропустив привычное всем обращение «мусор». Сесть не предложил. Савада из-под прикрытых ресниц оценил обстановку: Занзас развалился в кресле Босса за столом, заваленным бумагами, Орегано, ученица отца и новый Внешний Советник, сидела на стульчике для посетителей, закинув ногу на ногу. Она выглядела опрятно и собранно, но внимательный взгляд мог отметить и чуть смазанную помаду, и неуместно томный взгляд, и явно наспех накинутый на плечи пиджак. Тсуне всего одиннадцать, но он прекрасно понял, что здесь происходило совсем недавно, до его прихода. Понял и опустил глаза, не подав виду. Отец бы порадовался: он всегда сетовал, что у Тсуны всё на лице написано, а для босса это неприемлемо. Отец… С Занзасом они почти не пересекались, Тимотео и Емитсу ограждали Тсунаёши от этого, но всё же в минуты редких встреч мальчик чувствовал обжигающую ненависть этого человека, считавшего, что Тсуна украл у него его место. Если бы Скайрини когда-нибудь спросил самого Тсуну, он бы узнал, что мальчик не напрашивался. Но кого это интересовало? Сейчас Занзас источал почти физически ощутимое удовлетворение сложившейся ситуацией. – Ты знаешь, Девятый и Внешний Советник погибли в результате покушения. Ты и сам пострадал. Сейчас наши люди пытаются разобраться, кому это хватило смелости и наглости, чтобы устроить нападение практически в сердце территорий Вонголы. Тсуна не удержался, бросил острый, пронзительный взгляд на мужчину и тут же опустил глаза. Занзас всегда его считал наивным сопляком, мусором, недостойным лежать под его ногами, и лучше пусть так пока и остаётся. Больше шансов остаться в живых. – В завещании дона Тимотео наследником Вонголы назван ты, Тсунаёши, – вступила в разговор Орегано. – Но ты ещё слишком молод, чтобы управлять состоянием Семьи, не говоря уже о том, чтобы вести дела по ту сторону закона. Согласно решению Альянса и глав различных подразделений Вонголы до твоего совершеннолетия эти дела примет на себя Занзас. Он же назначен ответственным за твою жизнь и безопасность. Ответственный за его жизнь и здоровье Занзас, очень смешно. Но это – призрачная гарантия дожить до совершеннолетия, чтобы предстать перед Альянсом. А вот после никто уже ничего не гарантирует, и внутренние разборки Семьи – это внутренние разборки Семьи, между двумя наследниками никто встревать не станет. – В связи с этим, – он явно в последний момент проглотил слово «мусор», но все присутствующие прекрасно его додумали сами, – я принял решение. До тех пор, пока мы не найдём всех виновных, ты отправишься в дом своей матери, тайно от всех. Мы оставим там людей, которые подстрахуют вас на случай, если твоё местоположение всё же вычислят. Также мы выделим деньги на твоё содержание, не считая той суммы, что положена Саваде Нане по завещанию твоего отца. Сейчас твоя задача – учиться и не привлекать лишнего внимания. Как только угроза будет устранена, ты вернёшься в Италию и продолжишь обучение, возможно, что в школе для детей мафиози. – Я всё понял, – тихо сказал Тсуна, не поднимая глаз. – Когда я уезжаю? – Завтра утром, – довольный, что мальчишка не пытается оспорить его главенство, милостиво кивнул Занзас. – У тебя будет время собрать всё необходимое и подлечиться – в Намимори нельзя будет привлекать внимание и использовать Пламя. – Хорошо. Я могу идти? – Иди. Мальчик вышел, сжимая кулаки. Занзас фактически отправлял его в ссылку.

***

– Уезжаешь? – спросил писклявый голосок, когда Тсунаёши запихивал вещи в рюкзак, вминая их кулаками. Но услышав вопрос, мальчик резко развернулся, встречаясь взглядом с малышом в классическом костюме. – Синьор Реборн, – наклонил он голову в приветствии, чтобы тут же поднять. Отец рассказывал ему об Аркобалено и, в отличие от дона Тимотео, который считал Реборна своим другом, Емитсу не сильно им доверял. Уважал, признавал их силу, но всегда говорил Тсуне, что Аркобалено живут дольше и иначе, чем другие люди, что у них свои цели и вести дела с Проклятыми младенцами стоит с осторожностью. По факту, не входящие ни в одну Семью, не очень сплочённые на первый взгляд, они вели собственную непредсказуемую игру, а их босс (и босс Джильо Неро по совместительству) обладала умением видеть будущее. – Ты так и не ответил. Ты просто уезжаешь? Тсуна вспыхнул и поспешил отвернуться, буркнув: – А у меня есть выбор? Реборн смерил его задумчивым взглядом. – Ты мог бы устроить истерику, попытаться переубедить Занзаса, используя преданных твоему отцу людей… – Вонгола обезглавлена, из членов Семьи единственный человек, чьи права руководить ей в такой момент не вызывают сомнений – это Занзас, они с Орегано спешно вникают в те дела, что вели дон Тимотео и отец, и я это прекрасно понимаю. Стоит только убрать Занзаса, как начнётся грызня за власть, потому что никто в здравом уме не позволит одиннадцатилетнему пацану встать во главе мафии… и она начнётся, если остальные увидят, что я бунтую против Занзаса, и попытаются выставить меня в качестве марионетки. Так что устраивать истерики, искать преданных отцу людей… Я что, идиот? – Это-то я и пытаюсь понять, – также задумчиво отозвался Реборн, видимо, не ожидавший такого ответа от ребёнка. – Отец уже начал тебя учить? Тсуна повёл плечами – острый взгляд киллера будто раскалённой палкой втыкался между лопаток. – Ничего серьёзного, – отозвался он сосредоточенно. – Так, кое-что слышал, кое-что мне показали. Тсуна не видел, как губы Аркобалено Солнца скривились в насмешливой улыбке, зато услышал эту насмешку в заданном вопросе: – Не доверяешь мне? – Мой босс и мой отец погибли при нападении неизвестных прямо в особняке Вонголы. Больше я не доверяю никому, – мальчик опустил голову так, чтобы даже сбоку никто не заметил текущих по щекам слёз. – Хороший ответ, – серьёзно ответил киллер. – Тогда не буду тебя отвлекать. Ещё увидимся, Савада Тсунаёши.