O tempora!

Сакура скептически изучает взглядом вызывающий буклет. На матовой чёрной бумаге алыми буквами от руки выведены дата и время. — Ну не знаю, — Харуно ведёт головой, и длинные розовые волосы вздрагивают в такт. — Брось, Сакура! — Саске, ныне сидевший подле неё на кровати, подвигается ближе, приобнимая девушку за талию. — Благодаря Какаши-сенсею мы в Лесу Смерти знаем каждое дерево, каждую ловушку и каждый выход. Если ты всерьёз рассмотришь это предложение, я через своих узнаю, как всё проходит обычно. — Будет столько людей, — задумчиво тянет розоволосая. — Столько запахов. Вдруг мы не сможем найти друг друга? — Мы заранее договоримся, где встретиться. Да и ты сама говоришь «столько людей». Значит, кому-то можно, а нам нельзя? — Туда ходят, если страдают от острого одиночества или ищут случайного секса… Так, — пресекает Сакура, — мне ещё ужин готовить, а ты в участок опоздаешь. Давай ты всё разузнаешь подробнее, подумаешь, стоит ли оно того, и уже тогда поговорим. Харуно выпутывается из объятий и делает пару шагов вперёд. — Ты не говоришь категоричного «нет», — в сумерках спальни глаза Учихи сверкают дьявольски. Сакура в сомнении пожимает плечами. Она едва ли не отступает назад, когда Саске стремительно приближается к её лицу. — Вот увидишь, это будет что-то невероятное! — шепчет Учиха ей в губы и молниеносно выскакивает в окно. Сегодня его смена в Полицейском участке. Розоволосая стоит несколько секунд и затем круто разворачивается. Погружённая в свои мысли, она задёргивает шторы, берёт резинку для волос и спускается вниз, чтобы заняться едой. Сакура не прикасается ни к радио, ни к пульту от телевизора — ей не дадут заскучать жужжащие мысли. Отношения нужно было реанимировать с завидной частотой. Сакура и Саске начали встречаться едва им обоим исполнилось восемнадцать. Первое свидание, первый поцелуй, первый отдых вместе, первый секс. Пока у них была возможность на протяжении двух лет пробовать что-то новое — всё было прекрасно. Это необыкновенно обостряло ощущения. Но вот уже как полгода оба понимали, что вновь вернулись к точке старта — друзья и не более. Разорвать отношения не могли. Учиха был верен себе и своему выбору. У Сакуры всё решалось на уровне инстинктов — она ощущала запах. По началу даже была уверена, что Саске — её истинный альфа, настолько её когда-то дурманил аромат. Им было вместе довольно хорошо — совместный быт налажен; темперамент в постели — схож; десятилетняя дружба за спиной — и уже нет желания удушить партнёра во время бытовых конфликтов. Только вот всё время — так, по мелочам — чего-то не хватало… Сейчас Саске предлагает ей реальный вариант. Рисковый, неоправданный, абсолютно идиотский, но вариант. Он подбивает её посетить крайне специфическое мероприятие, запрещённое законом, социальными нормами и моральными устоями. Харуно часто слышала о нём прежде, но никогда не вдавалась с подробности. Пару раз в полгода, а вернее при удобной возможности, лес Смерти наполняется тошнотворно откровенными запахами течных омег и обезумевших альф. Сюда приходят все те, кому припёрло. Беспорядочные половые связи и никаких запретов — райское место для тех, кто не боится взглянуть своим желаниям в глаза. Никакого осуждения от партнёра, никакой возможности найти концы — посетители цепляют плотное хенге, на ноге у них браслет, что сдерживает чакру и не позволяет отбиться от соперника в случае неожиданной перемены настроения. Резерва хватает ровно для того, чтобы не переломать ноги на этой чёртовой местности. И Учиха так легко предлагает ей сходить туда. Договориться заранее о месте встречи и потрахаться на открытой смертельно опасной территории, в окружении сотен слащавых запахов. Разве может что-то сплотить так, как общая тяжёлая тайна? Сакура замирает с тарелкой салата в руках. Крупная дрожь бьёт её колени, живот скручивает судорогой ожидания, сердце набирает обороты, а кровь приливает к щекам. Мысль о таком времяпрепровождении мутит разум.