Альманах цвета гейнсборо

• NC-17; • ООС, AU, PWP, ER; • 2000 год │маггловская квартира Гермионы и Драко, Лондон, Англия.

•••

— Закрой глаза и не подсматривай. — Зачем? — Доверься мне. Гермиона покорно опустила веки, зябко поведя оголёнными плечами — на девушке было лишь элегантное чёрное укороченное бюстье, да кружевные трусики ему в тон. Через несколько секунд она почувствовала тёплые пальцы Драко; почувствовала нежные прикосновения к запястьям, острожное скольжение подушечек пальцев по её предплечьям, переходящее в поглаживание внутреннего сгиба локтя. Затем юноша двинулся в обратном направлении, вытягивая её руки вперёд. Когда кожи Гермионы коснулось что-то грубое, колючее и даже вызывающее лёгкий дискомфорт, она попыталась открыть глаза, но была остановлена властным голосом Малфоя: — Я же просил не подглядывать. Ей не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Она могла только догадываться, что Драко делает: девушка почувствовала, как вокруг её запястий обернулся своеобразный жёсткий жгут. Один раз. Второй. Третий. Ещё несколько секунд и она уже не могла пошевелить руками без того, чтобы пеньковая верёвка больно не врезалась в нежную кожу. — Для чего это? — не открывая глаз, поинтересовалась Грейнджер. — Потому что я так хочу. Как будто это могло что-то обьяснить. Но Гермиона не успела подумать об этом, так как в ту же минуту была властно притянута к горячей груди молодого человека. В этот момент все мысли относительно неправильности этой ситуации выпорхнули из её головы, вытесненные просыпающимся желанием — таким тягучим, обволакивающим и дразнящим. Девушка потянулась к губам слизеринца, что оставались прохладными, несмотря на довольно интимную атмосферу. Она любила в нём эти контрасты: горячее тело, холодные губы, пламенное сердце. Драко без каких-либо колебаний ответил на поцелуй, вновь возвращая себе контроль над ситуацией, становясь хозяином положения. Его рука заскользила по бархатистой молочной коже спины гриффиндорки, подбираясь к небольшим крючкам, что удерживали на её груди бюстье. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы расправиться с защёлками, позволяя шёлковой ткани упасть к их ногам. Гермиона лишь сильнее прижалась к его торсу, ощущая, как её соски отзываются приятным зудом, а в груди начинает зарождаться тепло, постепенно разливающееся по всему телу, отдавая жаром в самый низ живота. Связанные руки не давали Грейнджер возможности действовать свободно, отчего её тщетные попытки дотянуться до эрегированного члена Драко, вызывали у того лишь усмешку, стоило ей в очередной раз попытаться обхватить его достоинство. — Какая нетерпеливая… — Малфой прервал поцелуй, на шаг отстраняясь от Гермионы, читая в её глазах смесь страсти и разочарования. — Ну что ты куксишься?.. Не дав ей ответить, юноша приложил указательный палец к влажным губам гриффиндорки, а после взялся за верёвку, соединявшую её руки, и осторожно толкнул девушку на кровать, отчего волосы Гермионы разметались по покрывалу, своей формой повторяя танцующие языки пламени. — Заведи руки за голову, — снова приказ, но принесённый таким голосом, что у Грейнджер не возникало и мысли строптивиться, так что она беспрекословно подчинилась. Должно быть Драко воспользовался невербальной магией, так как в ту же секунду верёвка на её руках была пропущена через стальное кольцо, сотворённое чуть ли не из воздуха и закреплённое в стене. Холодный металл обжигал разгорячённую кожу, заставляя Гермиону пытаться разъединить руки, от этого лишь сильнее врезая жгут в запястья, заставляя почувствовать тонкие отзвуки боли, которые тут же потонули в пучине наслаждения, стоило Драко языком очертить ареолу на её груди, зубами задевая сосок; вбирая его в рот и слегка оттягивая. С губ Грейнджер сорвался лёгкий стон, когда слизеринец ловко отодвинул полупрозрачную ткань её нижнего белья и ввёл в девушку палец. — За что ты так со мной? — Гермиона выгнула спину, стоило Малфою усилить ласки, осторожно надавливая на её клитор. — Потому что могу. В этом ответе заключался весь Малфой. Сама его сущность. Он действительно мог это сделать и не видел смысла отказывать себе в удовольствии. Действия юноши доставляли ей неимоверное удовольствие, но ей хотелось получить больше. Получить его всего. Без остатка. Словно прочувствовав настрой Гермионы, Драко избавил их обоих от остатков одежды и без отлагательств вошёл в девушку одним резким движением. Грейнджер пискнула от неожиданности, но тут же подалась ему бёдрами навстречу, не желая потерять это волнительное чувство наполненности. Толчки Малфоя были требовательными, напористыми, а Гермиона то и дело пыталась коснуться его плечей, лопаток, спины, всего его, но верёвка делала своё дело, не позволяя девушке совершить задуманное. Драко провёл большим пальцем по её губам, которые Грейнджер с готовностью приоткрыла, куснув юношу за подушечку. Её острый язычок пробежался по всей фаланге; юноша решил не отказывать себе в удовольствии, погружая палец в горячий рот гриффиндорки, позволяя ей забавляться. С каждым новым ритмичным толчком Гермиона чувствовала, что всё быстрее приближается к наивысшей точке наслаждения. Прошло ещё несколько минут, как её тело сотряс оргазм, отзывающийся дрожью в каждой клеточке её естества. Драко тоже не заставил себя долго ждать, несколько раз с силой толкнувшись в содрогающееся тело, и кончил, позволив себе испустить негромкий стон сквозь плотно сжатые зубы. Устало скатившись с Гермионы, Малфой вновь воспользовался невербальным заклинанием, освобождая руки девушки от пут. Грейнджер сразу же начала растирать затёкшие запястья, на которых отчётливо отпечатался витиеватый рисунок. — А знаешь что, Гермиона? — с хитроватой усмешкой поинтересовался Малфой. — М? — В следующий раз мы с тобой опробуем шибари*.

•••

Шибари* — японское искусство эстетического бондажа. Отличительными особенностями являются повышенная сложность и эстетичность обвязок. AN: автор не любитель и не мастер писать НЦшки, может это даже и Эрочка. Местами могло «звучать» излишне пафосно, но хоть обошлось без стен и заброшенных классов/коридоров.