Альманах цвета гейнсборо

• PG-13; • ООС, AU, Драма, Сонгфик, Война; • Август 1995 года │Илфорд, Лондон, Великобритания.

•••

Они гонят их в ловушку. Умело, расчётливо, необратимо. Каждая сторона — своего. За спиной слышатся крики, неразборчиво выплюнутые ругательства и звуки разлетающихся на щепки от попадания разрушительных заклинаний стволов деревьев. Воздух, кажется, наэлектризован и насквозь пропитан каменной пылью, что пепельной завесой стоит в черте города, утренним туманом расстилаясь по безлюдным улочкам. Гермиона словно знает, куда и в какой момент ей следует повернуть, будто других вариантов и не существует вовсе. Очередной поворот, за ним следующий, и на какое-то мгновение ей кажется, что она оторвалась от преследующих её Пожирателей. Заметив в непримечательном здании из серого бетона приоткрытую дверь, девушка стремительно забегает внутрь и запечатывает заклятием входной проём, поспешно разворачивается и обнаруживает, что попала в здание со сквозным проходом. Она успевает сделать лишь пару шагов, как противоположная дверь распахивается с металлическим лязгом, впуская в помещение светловолосого юношу, что также поспешно запечатывает дверь и только после поворачивается к ней, вскинувшей палочку на изготовку, лицом. — Драко? — едва слышно слетает с её губ, в горле зарождается тугой вязкий ком, а сердце буквально падает куда-то в район желудка, отчаянно бьясь о внутренние органы, словно мечтая вырваться наружу. — Грейнджер, — по бледному лицу скользит едва заметная тень облегчения, а сам юноша в два шага преодолевает разделяющее их расстояние и порывисто прижимается своими губами к губам шатенки, чувствуя, как тонкие пальцы сжимаются на его предплечьях. Сколько они не виделись? Неделю? Месяц? Два. Два месяца и пять дней. Она считала, да и он тоже. Война, разделившая их на два лагеря, наконец, смилостивилась и позволила им встретиться. — Это конец?.. — скорее утвердительно, но так не смело произносит Гермиона, не в силах выпустить запачканные рукава его рубашки из дрожащих пальцев. Она уже знает ответ. Она читает его на лице Малфоя, да тот и не скрывает своей осведомлённости. При ней ему ни к чему маски. — Целуй меня, пока лучи не целятся в нас, — сквозь горькую усмешку отвечает Драко, и она повинуется. Сминает всё такие же податливые, но уже ни разу не шелковистые пряди его волос в хрупких пальцах; наслаждается ласками горячего языка на её сухих, потрескавшихся губах и, наконец, позволяет мутной слезинке соскользнуть с плотно сомкнутых ресниц — всего одной, ведь даже эта мелочь является роскошью, — разрывая поцелуй. — Я не хочу умирать, — не констатация факта, а откровение. Четыре слова, гулко отражающиеся от стен, вибрирующие, имеющие настоящую власть над ней. Пугающие. — Знаю. С другой стороны, всё намного может быть хуже, — и в этом весь Малфой. Обжигающе-холодные, сдержанные речи, жалящие своим равнодушием, как вдруг /тихо и невпопад/: — Я тоже. Грейнджер хочет сказать ещё что-то, но не успевает, вновь вовлекаемая в поцелуй. «Прощальный», — про себя подмечает она и лишь сильнее прижимается к груди Малфоя, будто пытаясь раствориться в нём. Его сильные руки крепко сжимают талию девушки, даря ей иллюзорную защиту, призрачную, лживую надежду на спасение. В тот же момент по обе стороны дверей раздаются громкие удары, сотрясающие маленькое помещение, пронизанное холодными лучами восходящего солнца. Снаружи слышатся выкрики Пожирателей и членов «Ордена», что поспешно снимают защитные заклинания, предлагая беглецам добровольно сдаться. Драко осторожно проводит двумя пальцами по подбородку Гермионы, отступая на шаг и закрывая глаза. Всё решено. У них был целый час. Всего час. И… —…Мы кладём на ковёр оружие.