Время над ними не властно

      Забывчивость была бы даром богов, если бы можно было забывать по желанию. © Автор не известен

***

      В мягком свете фонарей и время от времени встречающихся голограммных рекламных стендов по ровной парковой дорожке брёл мужчина. Лёгкий сентябрьский ветер развевал полы его плаща. Рабочий день совсем недавно закончился, и он по обыкновению шёл от клиники имени Мерлин Дарквуд, в которой работал, к ближайшей станции метро.       Так бы и шёл, погруженный в свои мысли, вдыхая приятный запах озона после недавно прошедшего дождя. Как вдруг в тусклом освещении мужчина случайно заметил тёмную фигуру, лежащую на земле под одним из деревьев.       — С вами всё в порядке? — нерешительно спросил он, вглядываясь в темноту. Когда ответа не последовало, мужчина ступил на газон, попутно вытаскивая из кармана куртки свой смартфон, а после включил фонарик, и всё пространство озарил яркий свет. — Вам плохо? — вновь задал вопрос он. Ответа снова не последовало. Тогда мужчина подошёл ближе, наклонился и повернул девушку к себе лицом. Её светлые волосы слиплись от крови в области, близкой к виску, а сама она была без сознания.       — Чёрт, — прошептал врач, выключая фонарик и убирая смартфон в карман. Вслед за тем, он прощупал пульс на шее и почувствовав его, поднял девушку на руки и быстрым шагом направился в сторону клиники.       В больнице девушку тут же уложили на каталку и отправили в неврологическое отделение. Очнулась она спустя несколько минут. В голове стоял невозможный шум, а от бьющего по глазам яркого света разыгралась мигрень, от чего пострадавшая рефлекторно зажмурилась. Едва она сделала это — почувствовала головокружение и накатывающую тошноту.

***

      — Сколько она пробыла без сознания? — спросил один из врачей, надевающий на ходу халат.       — Пять минут с момента поступления, — произнесла в ответ блондинистая медсестра, что заводила через компьютер карту пациентки.       — Пятнадцать, — отозвался Роберт. — Когда я её нашел, она уже была без сознания с того момента прошло уже пятнадцать минут. У неё повреждение височной доли.       — Пациентку вырвало! — воскликнул вбежавший в помещение медбрат.       — Чёрт! — выругался только вступивший на смену врач и быстрым шагом направился в реанимационное отделение.       — Тебе помочь? — спросил Роберт, до того, как его коллега покинул помещение.       — Нет, я справлюсь, а ты отправляйся домой. Жена наверняка уже заждалась, — в дверях проговорил мужчина, а после продолжил свой путь.       — Сколько раз её вырвало? — осведомился мужчина у рядом еле поспевающего юноши.       — Один, — ответил он. Эти сведения были очень важны. С помощью них доктор мог определить степень тяжести сотрясения у пациентки.       Едва они зашли, доктор тут же направился к койке, где лежала пациентка, с сильно ушибленной головой. Теперь она уже лежала подальше от яркого света и рассеянно моргала, стараясь сильно не шевелить головой, пока пара санитаров в другой части помещения оттирала пол от рвоты.       — Вы меня слышите? — осведомился мужчина, наклонившись над девушкой так, чтобы она его видела. У пациентки же всё расплывалось перед глазами. Она плохо понимала, что от неё хотят и где она вообще находится. — Как вас зовут? — сделал вторую попытку достучаться до пострадавшей доктор Райан, но она тоже не увенчалась успехом. Девушка только снова зажмурилась от всё не проходящей головной боли и тошноты.       Тогда мужчина осмотрел рану, которую медсестры успели промыть и обработать, на что девушка поморщилась ещё сильнее. Рефлекторно потянувшись к рукам мужчины, чтобы убрать их, Эльза замерла, положив свои ладони на грудную клетку, и сжала кусочек больничной пижамы.       Прошло около получаса, пока доктор Райан осматривал и бинтовал ей голову. За это время лекарство от головной боли, что ей вкололи медсёстры начало действовать, и девушка постепенно пришла в себя. В голове всё немного прояснилось, а увидев перед собой мужчину в белом халате, пациентка поняла, что находится в больнице.       — Что со мной? — это был первый вопрос, пришедший в голову. Эльза старалась говорить как можно чётче, несмотря на заторможенность речи и то, как тяжело ей это давалось. Доктор, в свою очередь, испытал облегчение от того, что пострадавшая, наконец, пришла в себя и спокойным тоном ответил:       — Вы ударились головой. Вас нашли в парке недалеко отсюда.       — Странно. Я этого не помню, — нахмурившись, отозвалась пациентка.       — Нет, при сотрясении это нормально, — улыбнувшись, проговорил мужчина. — Вы помните своё имя? — задал он ещё один вопрос, давая пациентке переварить информацию.       — Эльза Разенграффе, — помолчав, ответила девушка.       — Хорошо, где вы живёте? — Эльза долго молчала и в конце концов ответила, что не помнит.       — Какой сейчас год? — начав беспокоиться, поинтересовался врач.       — Две тысячи сорок первый, да? — назвала она первый пришедший на ум год.       — У неё всё смешалось, — мягко произнесла рядом стоящая медсестра с планшетом в руках. У неё были тёмные, собранные в косу волосы, лёгкий макияж, большие зелёные глаза, слегка вздёрнутый носик и пухлые, слегка накрашенные светлой помадой губы. Одета она была, как и все присутствующие, в белую больничную форму. На вид ей было около двадцати пяти.       — Нужно провести компьютерную томографию головного мозга. Луна, сообщите доктору Гренд. — Женщина кивнула, а доктор Райан покинул их.       — А какой сейчас год? — поинтересовалась Эльза, когда врач уже скрылся в дверях.       — Две тысячи шестидесятый, — ответила Луна. — Отдохни немного. Я скоро вернусь, — с этими словами, медсестра выключила свет и оставила только одну приглушённую лампу в помещении, что светила за головой Разенграффе, при этом не мешая. Оставшись одна, пациентка расслабилась и закрыла глаза. После сильного удара головой организму требовалось время для восстановления и качественный отдых, но сначала стоило провести диагностику. Хотя Эльзе и хотелось полежать в тишине подольше, вскоре вернулась Луна в компании ещё одной медсестры, и они повезли Разенграффе на обследование.       Девушку завезли в специальное помещение, переложили на выдвижной стол компьютерного томографа. Попросив поднять руки над головой и лежать неподвижно, Эльзу накрыли специальной тканью. Вслед за тем медсестра нажала на специальную кнопку и стол поднялся до определённой высоты, чтобы заехать в область кольца диагностического сканирования. После стол медленно проехал сквозь кольцо, сканируя и делая снимки черепа пациентки.       Процедура длилась несколько минут. После неё Эльзе, наконец, позволили отдыхать. Все произошедшие события сильно измотали Разенграффе, поэтому она быстро провалилась в сон.

***

      — Ну что? — произнесла Луна и подошла к доктору Райану, который изучал результат компьютерной томографии, стоя спиной к дверям. Услышав голос медсестры, он отложил снимки и озвучил подозрения:       — Сотрясение средней тяжести.       — Бедняжка, — с сожалением произнесла медсестра.       — Если через несколько дней она не вспомнит адрес или имена семьи, нужно будет сообщить в полицию, — после недолгого молчания проговорил доктор. Луна кивнула, но этот жест остался незамеченным, ибо мужчина по-прежнему стоял к ней спиной.       — Я пойду возьму кофе. Впереди длинная ночь, — устало сказала женщина, а после спросила: — Вам принести?       — Да, пожалуй, он не помешает, — согласился мистер Райан. — Я буду в своём кабинете.       Луна подошла к кофейному автомату и нажала пару комбинаций. Послышался тихий гул, возвещающий о работе прибора. Через несколько секунд дверцы специального отсека открылись и показался пластиковый стаканчик, наполненный эспрессо.       Её полное имя — Луна Сан. Имя ей выбрали родители, которые хотели, чтобы оно отражало дату её рождения — 22 сентября — день осеннего равноденствия. Девушка уже давно работала с мистером Райаном. Когда она только окончила медицинский колледж и пришла в клинику, сперва долго не могла привыкнуть к новой обстановке. Доктор Райан же всегда был добр к ней, а спустя некоторое время взял в помощницы. Его терпение и спокойствие помогли ей со временем освоиться в коллективе. За это она была ему благодарна до сих пор.       — Спасибо, — поблагодарил доктор, когда стаканчик с кофе оказался у него на столе. Луна улыбнулась и уже хотела уйти, но мистер Райан предложил остаться и помочь ему с документами. Девушка кивнула, взяв со стола рабочий планшет, приступила к делам.

***

      Когда Эльза открыла глаза, за окном уже было утро. К её правой руке была подсоединена капельница. Голова в области травмы до сих пор болела и по-прежнему кружилась, но не так сильно, как вчера. Несмотря на это, пациентка чувствовала, что мысли до сих пор спутаны, а неприятное чувство замешательства так и не покинуло её. Сейчас Эльза находилась в другом помещении, но обстановка мало её волновала. Хотелось закрыть глаза и вернуться обратно в небытие, от которого она только очнулась. Там не было боли, там не было страданий от неё. Там не было ничего и в то же время эта пустота приносила облегчение.

***

      На мгновение в темноте послышался детский вскрик, а за ним заливистый смех. Эльзу ослепила вспышка. На холме, покрытом зелёной травой, что волнами колыхалась под порывами ветра, показалась маленькая девочка, а рядом — высокий мужчина, который положил ей на плечо руку. Оба они смотрели вдаль. Сначала картинка была в цвете, но потом девочка и мужчина начали приобретать чёрно-белый оттенок, пока полностью не стали серыми. Девочка медленно повернулась в сторону мужчины и что-то сказала ему, но Эльза не расслышала ни слова. А вслед за тем всё вокруг снова озарила вспышка и Разенграффе снова погрузилась во тьму, в которой было не так комфортно как раньше.

***

      Едва открыв глаза, Эльза увидела над собой обеспокоенных врачей. Ей казалось, что головная боль стала ещё сильнее. Врачи что-то говорили, но девушка не понимала, что происходит, лишь жмурилась от боли и непонятно откуда светившего света. Стало невыносимо душно. Накатила паника, и Эльза словно забыла, каково это — дышать. Давясь глотками спёртого воздуха, она комкала одеяло и простыни, пытаясь избавиться от накатившего ощущения, будто мир вокруг сжимается, и она вот-вот перестанет дышать.       Врачи пытались её сдерживать. Одна из медсестёр убежала за успокоительным.       В миг пациентка побледнела ещё сильнее, по всему телу, вплоть до языка, прошлась волна неприятных мурашек, что заставляли тело неметь. Глаза наполнились слезами, от чего веки слипались так, что девушка теперь не могла их даже приоткрыть.       — Её сейчас стошнит. Принесите таз! — прокричал доктор. Едва предмет был принесён — скудное содержимое желудка Разенграффе снова оказалось снаружи.       Врач придерживал её за плечи, чтобы девушка оставалась лежать на боку. Эльза судорожно хватала ртом воздух, который теперь дул с занавешенного окна прямо на неё.       Вбежавшая в помещение со шприцом успокоительного медсестра вопросительно взглянула на врача; тот кивнул. Пусть сейчас Эльза успокоилась, но приступ мог повториться ещё раз, а ей было необходимо хорошенько поспать и, наконец, полностью прийти в себя.