Волонтер

      Итачи выглядел до ужаса спокойным и немного усталым, и мне невольно закралось подозрение, что он мне симпатизирует от слова "вообще".       — Кто тебя ударил? — поинтересовался он, и я уловила в его глазах какой-то странный огонёк беспокойства.       — Именно поэтому я вам и позвонила, — отходя на более безопасное расстояние, сказала я, — давайте зайдём.       — Зайдем, — согласно кивнул мужчина.       Уже в своём кабинете я начала повествование о своей земле и о людях, которые приезжали и угрожали. О том, что случилось вчера вечером. И что удивительно, Итачи слушал меня молча, лишь изредка задавая наводящие вопросы.       — Они сказали, что приедут сегодня вечером, и я должна буду отдать им документы на землю. Я не знаю, что мне делать, — на глазах снова появились слезы, которые я шустро стёрла рукавом, — я позвонила вам, для того чтобы вы смогли снова подключить телевидение? Вы ведь журналист? Тогда, после вашего репортажа полиция начнет шевелиться! — закончив свою речь, я глянула на своего собеседника, он был все так же спокоен. Думал он, однако, не долго.       — Я помогу тебе, но ты будешь слушать и делать все, что я тебе говорю, — встав со своего места, Итачи глянул на меня и улыбнулся.       — Что мне делать?       — Для начала завари мне кофе, — я сначала даже не поняла, что он сказал, но через секунду пошла ставить чайник.       Ближе к вечеру мы вышли из приюта. Итачи сказал отпустить всех сотрудников, а мы тем временем направились к его машине. Итачи усадил меня на пассажирское сидение и приказным тоном велел сидеть здесь и не высовываться. Облокотившись на капот, он начал кому-то звонить. Себя я чувствовала спокойно и под защитой, я верила, что Итачи всё решит, он защитит меня, он...       Кто бы мог подумать, что я стану так рассуждать так о фактически незнакомце? В моей жизни он фигурирует максимум несколько дней, и я уже с точки зрения души могу на полном серьёзе сказать, что доверила бы Итачи свою жизнь. Он источает непоколебимую уверенность и мужество, и я, как по природе заложено, начинаю вестись на эти дурацкие феромоны. С такими полу-радужными мыслями я благополучно задремала.       ... краем уха я слышала на улице хлопки дверей. С каждой секундой до меня сквозь толстую толщу воды доносились негромкие мужские голоса. Вскоре дремота спала, и я вперилась взглядом в подъехавшую машину. Итачи стоял рядом с ней, нетерпеливо притопывая носком, и в этот момент из машины вышли двое мужчин. Красивых мужчин. Один был блондин, его белоснежные волосы были зализаны назад, на торсе распахнутая рубашка, демонстрирующая великолепно накаченное тело. Он подошёл к Итачи и пожал руку.       Естественно я не слышала их разговора — мешала преграда в виде двери автомобиля, большое расстояние, да и вообще по губам читать я не умела. Я вздрогнула, когда заметила, что блондин с улыбкой пилит то место, где гипотетически сидела я, и захотелось залезть под сидение. Я перевела взгляд на второго парня: почти идеален, у него не было ни единого изъяна, красные волосы торчали в разные стороны, но этот творческий беспорядок только придавал парню шарма. Он тоже повернулся в мою сторону, и в его взгляде было столько холода, что у меня самой по спине пробежали мурашки.       Минут через пять ко всей этой странной компании подъехал ещё один внедорожник белого цвета. Мои мучители ездили на чёрной, и у меня немного отлегло от сердца. Из автомобиля вышел совсем молодой парень и, как я могу судить, по-совместительству родственник Итачи. Следом за вышла... нет, вышел парень, очень смахивающий на девушку своим высоким конским хвостом на макушке. Выдавали его широкие покатые плечи, прямая спина, узкие бёдра, да и вообще... излучал он на даже таком расстоянии какие-то странные феромоны. Совсем как Итачи...       У блондина была добродушная улыбка, и пусть она была адресована не мне, но я всё же немного расслабилась. Среди этих трёх волков я чувствовала, как овечка, и в этот странный коллектив вписался как нельзя кстати этот молодой человек. Из всех разных по настроению физиономий он понравился мне больше всего, я даже неосознанно улыбнулась в ответ. Когда парень повернулся ко мне, я испуганно ойкнула. Младшая копия Итачи подошла к брату, скорее всего, они что-то быстро обсудили, покивали и ушли обратно в машину, а Итачи направился ко мне.       Я быстренько поправила причёску, заглянула в зеркальце заднего вида, села в позу "нога на ногу" и с видом напущенного безразличия рассматривала свои ногти. Руки правда немного подрагивали.       Брюнет залез в машину, спокойно сказал "будем ждать" и достал телефон. Мы сколько-то долгих минут сидели в тишине, я от смущения даже дышать боялась, а Итачи, казалось, был в своей среде. Краем глаза я заметила ещё один подъезжающий автомобиль. И сердце моё чуть в пятки не ушло от страха, это были они! Итачи взглядом (взглядом!) приказал мне заткнуться и сидеть смирно, и на удивление я послушалась, а он продолжил расслабленно постукивать пальцами по подлокотнику.       Когда уже "люди-в-чёрном" подошли к калитке, из ниоткуда вышли друзья Итачи. Те даже сказать ничего не успели. Платиновый блондин дал одному мужику кулаком в лицо, тот рухнул на землю, второго следом уложили на лопатки, когда другой блондин ударил с разворота того с ноги в лицо. Я такое только в кино видела!       Красноволосый и брат Итачи тоже материализовались рядом, грубо схватили "мучителей" (хотя, какие они уже мучители? Побитые собаки, скорее) за шиворот и усадили на колени. Я смотрела на это месиво с широко распахнутыми глазами, мало того, не могла оторваться. А очнулась, когда рука брюнета потянулась к бардачку и вынула оттуда (подумать только!) пистолет. Накрутив глушитель, он вышел из машины, оставив меня безмолвно глотать ртом воздух. Его как-то слишком мало стало.       Подойдя к сидящим на коленях мужчинам, он начал что-то им говорить, по его лицу невозможно было что-то прочитать, а в глазах моих обидчиков уже панически плясал страх. В следующее мгновение я услышала хлопок, затем тело осело набок. У меня в ушах начало звенеть, так же рвотные позывы не заставили себя долго ждать. Бардачок принял на себя эту участь. Так же в шоковом состоянии я выползла из машины и ринулась в их сторону, заметив, что Итачи уже собирается пристрелить и второго.       Я не придумала ничего умного, так что упала перед ногами Учихи и схватила его за ногу. В том же состоянии бреда-шока я просила его не убивать человека, что он не заслужил смерти, чтобы Итачи не брал такой грех на душу. Итачи всё то время молчал, затем спокойно опустил пистолет и грубо сказал:       — Иди в машину, я не буду его убивать.       Как только я услышала заветные слова, я отпустила ногу. Я старалась не думать о том, как вообще выгляжу сейчас в глазах общества, ведь этот видок мог кого угодно спугнуть. Итачи распорядился чтобы мне помогли встать и отвели на место "ожидания". Парень с красными волосами рывком поставил меня на ноги и грубовато потащил за собой, держа за сгиб локтя. Он особо не церемонился. Увидев на переднем сидении следы моей истерики, он любезно затолкал меня на заднее и закрыл дверь.       Я видела, как платиновый блондин за ногу оттянул мёртвое тело куда-то за машину, а брат Итачи, подняв второго за шиворот, повёл в свой автомобиль, так же за ними пошёл блондин с хвостом. Они все разъехались, Итачи постоял ещё минуты две, потом повернулся и направился в мою сторону. POV Итачи       В кабинете она стала мне рассказывать, что кто-то хочет забрать её землю, эти личности её и побили, даже грозились убить. Вчера эти ублюдки подожгли вольеры. Ну, тут всё ясно — вымогатели, которые начали действовать. Ещё меня удивило, что она назвала меня журналистом. "Непобедимая женская логика!". Девочка моя, мне придётся жестоко наказать твоих обидчиков, а заодно покажу тебе своё истинное лицо. Я хочу это сделать для того, чтобы ты не смотрела на меня, как на хранителя, да и вообще на мир через розовые очки.       Я встал и немного садистически улыбнулся, пообещал помочь и попросил сделать кофе чтобы чем-то её занять, а то она видно напряглась от моей странной реакции. Она удивилась, но всё же выполнила просьбу.       Уже вечером я сказал ей отпустить всех с приюта. Всё это время я занимался своей работой в ноутбуке, а девушка занималась своей. Когда мы условно закончили, я усадил её в свою машину на противоположной стороне дороги и пошёл звонить людям и брату. Естественно, первого я набрал Хидана. Этого безумного головореза чуть не поджарили на электрическом стуле, но моя семья помогла ему бежать. Теперь же он тесно с нами дружит и даже работает вместе со мной в участке, какая ирония.       Хидан ответил сразу, я без лишних слов назвал ему адрес и сказал прихватить Сасори. Последний же у нас заметал следы и мог сделать липовые документы. Тонкая флегматичная душа Сасори ходит рука об руку с безумием, которое тот умело прячет за маской безразличия. Потом я набрал брата, выяснилось, что он с Дейдарой. Ещё один экземпляр, с виду милый парень, занимается боевыми искусствами. Как оказалось, Дейдара был с неблагополучной семьи, как-то раз он познакомился с Саске, они стали дружить, а потом уже брат ввёл его в семью, и теперь тот тоже член нашего клана.       Обзвонив всех, я прикинул, а не многовато ли я людей собрал, но в итоге просто махнул рукой и направился к машине. Мия спала. Я не стал её тревожить открытием двери или чем-то ещё, я решил подождать своих людей снаружи. И через полчаса я увидел машину Хидана. Я показался под фонарём, чтобы меня увидели, и мои люди не заставили себя долго ждать.       — Добрый вечер, Итачи-сан, — Хидан никогда ни с кем не был так учтив, как со мной и моим отцом, даже Саске периодически прилетало от его безумного нрава. Потом ко мне подошёл Сасори и пожал руку, кивнув в знак приветствия.       — Дело такое: скоро приедут одни ублюдки, надо устроить им показательную казнь. Обезвредьте их, всё остальное сделаю я.       — Ну, и где же виновница торжества? — лукаво поинтересовался Хидан, уже заранее подозревая ответ на свой вопрос.       — Сидит в машине.       Я лишь мысленно пожал плечами на свой же пинок в голове, мол, я-то тут при чём? Хидан уже изучил меня и мои повадки вдоль и поперёк, какой смысл мне от них что-то скрывать? Они же в покое не оставят. Ни меня, ни её...       Я рассказывал Сасори про план действий, когда краем глаза заметил, что Хидан смотрит на мою машину и дико улыбается.       — Перестань туда смотреть. — потребовал я, недовольный сием поведением.       — Я ведь её даже не вижу! — снова улыбнулся Хидан.       — Зато она тебя видит! — и наверняка уже съёживается от страха...       Вскоре приехали Саске с Дейдарой. Я им повторил всё то, что сказал прежде и велел действовать. Они расселись по машинам и отогнали их в сторону, чтобы жертвы не свалили раньше времени, почуяв подвох.       Я сел в свою машину и достал телефон. Вообще, мне было интересно узнать кое-что про Мию, поэтому я скинул данные, что мне известны своему детективу, пусть разбирается. Девушка в это время сидела рядом и сильно стеснялась, но меня как-то это не цепляло. Пока я думал, что мне с ней делать, я уловил воцарившееся напряжение. Проследив за её взглядом, я увидел подъезжающий автомобиль. Я кинул на девушку предостерегающий взгляд, чтобы она не делала глупостей и отправил СМСку Хидану. Тут-то всё и началось. Когда я дождался, что тех отморозков поставили на колени, я полез в бардачок за пистолетом. Как при этом округлились её глаза! Я ещё раз ей сказал сидеть тихо и вышел.       Уже подойдя к тем уродам, я спросил, на кого они работают. Информацию те слили моментально — мелкий аферист, который поднялся за счёт выдуривания квартир у стариков, но с ним я разберусь позже. Так-с, кто вчера побил девушку? Когда тот слёзно сознался, я прострелил мерзавцу голову. Уже было хотел заняться вторым, но со стороны услышал возню, а потом и вообще кто-то мёртвой хваткой вцепился мне в ногу. Мия сидела на коленях и молила, чтобы я не убивал человека, что он недостоин... да, именно, эта смерть слишком малая цена за то, что они, блять, сделали! С превеликим трудом я всё же опустил пистолет (не буду же я у ног девушки мозги по асфальту размазывать, ну?) и велел ей уйти, но когда она не отреагировала, я сказал Сасори увести.       Убедившись, что "виновница торжества" сидела в машине, я сказал убрать тут всё. Тут ко мне подошёл брат и недоумённо спросил:        — Мы и вправду его отпустим?        — С каких пор мы отпускаем обидчиков дорогих нам людей? — ответил я вопросом на вопрос. Саске лишь усмехнулся и пошел делать свое дело, предвкушённо потирая ладони.        — Саске, без шума и пыли! — брат кивнул. Когда все разъехались, я отправился в машину, где меня ждала испуганная девушка. Я спрятал пистолет, открыл заднюю дверцу авто и увидел Мию: она вжалась в противоположную дверцу и испуганно смотрела на меня, дрожа. Испуганный совёнок, ей богу. Переведя взгляд на переднее сидение... она так напугана моими действиями, что её даже вырвало. Что-то мне подсказывает, что мой авторитет однозначно упал в её глазах...