Криминальный авторитет

Я сидела на скамье в парке и смотрела в одну точку. Мне даже не хотелось плакать. Однако было прохладно, и это еще больше сказывалось на моем настроении. Я наблюдала за проходящими мимо меня людьми, за тем, как течет чужая жизнь. Но мне не стоило смотреть на кого-то другого больше десяти секунд, иначе становилось тошно и завидно. Телефон мой битый час выигрывал одну и ту же назойливую мелодию. То был Лео, который явно не мог понять, почему я без криков, слез и истерик, без разборок просто оделась и ушла прочь. Но мне было необходимо побыть одной. Подумать о том, что я недавно узнала. У него есть дочь. Я плевала на Яну. Я знала, что она не нужна Лео. Я чувствовала, что сердце Лео отдано мне. Однако многие обстоятельства сильно гнетут его и давят. И это осложняет ситуацию нашим отношениям. И опять же… Кто мы друг другу? Союзники? Любовники? Пара? Но дочь. Это без сомнений его дочь. Я никогда бы не спутала глаза Лео с чужими. И у девочки были его глаза. Этот жуткий и нечеловеческий взгляд ненормально зеленых глаз, который может приковать к месту любого, даже самого искушенного гипнотизера и манипулятора. А что остается мне? Если единственный манипулятор, который имеет власть над Лео, вторгся в нашу жизнь? Лео ради дочери пойдет на все, я уверена, на все условия этой расфуфыренной брюнетки с идеальным макияжем и маникюром, который она явно ценит больше, чем настоящую семью. Видимо, это моя кармическая вендетта, ниспосланная свыше. Я изменила Лео с Даней, и теперь сама наткнулась на не менее отвратительную ложь… – Девушка, у вас что-то случилось? Вы такая грустная. Я и не заметила, как рядом со мной на скамье очутился темненький мужчина в черном бадлоне и серой куртке. У него был проницательный и мудрый взгляд карих глаз. Но в этом случае глаза почему-то не казались теплыми, как обычно это бывает у всех кареглазых людей. Скорей этот взгляд внушал непонятные и чуждые ощущения дискомфорта и, возможно, неразгаданного страха в душе. Я глянула на мужчину всего секунду, а он уже по-кошачьи заулыбался. – Я порчу свою жизнь, – с хрипотцой ответила почему-то я, хотя никогда не имела привычки разговаривать с незнакомцами на улице. Но в последнее время такая моя привычка частенько нарушается… И от этого сплошь проблемы. – Вы довольно молоды, чтобы успеть действительно испортить себе жизнь. Голос у него был внушительный, бархатный, словно разливающийся, как мед, на окружающих. Такой неторопливый, глубокий, но не низкий, даже где-то приятный. – За последнее время я уже не чувствую себя молодой, хотя мне всего лишь двадцать лет… – Как вас зовут? – внезапно задал он вопрос. – Марина, – слукавила я. Он как-то догадался. – Зачем вы представляетесь мне ненастоящим именем? – усмехнулся незнакомец. – Как вы узнали? – почти не удивилась я, поскольку изнутри была выжжена дотла, и мне было трудно создавать новые эмоции на пепелище старых. – Я долгое время работал психологом, а потом переквалифицировался в психиатра. Могу отличить ложь от правды. Его голос звучал каким-то одним большим намеком, который я никак не могла разгадать. Телефон снова стал трубить. На экране высветился номер и имя – Лео. Я взяла телефон, чтобы сбросить и выключить, наконец-то, звук. «Достал», – промелькнуло в голове. – Это ваш парень? – Да… можно и так сказать. – Леонид… Красивое имя, благородное, – опять усмехнулся он. – И все-таки как вас зовут? – Какая разница… – довольно грубо прыснула я. Но незнакомец ничуть не смутился. – Наверняка что-то красивое, вроде Елизаветы, Анфисы или… Элеоноры. – Почти угадали. Эвелина. Я сдалась. Иначе бы этот мужчина не отстал. – Красиво. Очень звучно. Всегда нравились интересные и возвышенные имена. А меня вот совсем по-простому назвали родители. Даже обидно, – стал глупо размышлять тот. – Так поменяли бы имя. Сейчас это не проблема, – я говорила совсем без интереса, я вообще не видела смысла в этой беседе. – Ах, что вы, Эвелина. Имя, данное при рождении, нельзя менять и растрачивать попусту, иначе можно очень быстро потерять себя. – Странные вы говорите вещи. – Ничуть. Вполне естественные. Вы еще молоды, неопытны: многого не знаете, не понимаете… не чувствуете опасности. Я насторожилась и поежилась от мурашек. – О чем вы? – повернув голову на своего собеседника, спросила почти испуганно я. – Что же вы так сразу, Эвелина, напряглись, – с некой иронией в голосе заговорил незнакомец. – Могли бы хоть имя мое спросить, чтобы наши отношения стали более доверительными. Я нервно сглотнула. – И как вас зовут? – Андрей. Я в шоке распахнула глаза и рефлекторно отодвинулась от… Андрея. – Я же говорю, мое имя настолько обычное, что вызывает ужас у людей с такими именами, как вы, Эвелина… Он явно был не в себе. Его улыбка вызывала лишь мысли о маниокальности и психозе. А радостный и вежливый с иронией тон говорил о каких-то недобрых намерениях. – Смертник? – чуть ли не шёпотом спросила я. Мужчина заулыбался еще шире. У него были хорошие и крепкие зубы, но явно ненастоящие. Керамика. Видать, часто выбивали. – Вы исключительно правы, Эвелина. И я не хочу, чтобы вы сильно боялись. Ведь страх – это не что иное, как наше с вами, понимаете ли, воплощение живых слабостей. Нельзя их показывать незнакомцам. Я ведь не первый десяток живу в этом гадком мире и прекрасно понимаю, что такие люди, как вы, не имеют отношения к любым происходящим мерзостям, которые вытворяют некоторые люди, делая вас жертвой крайне неприятных обстоятельств. И все же я не могу просто так отпустить вас, не задав вам один простой вопрос… – Какой же? – голос мой окончательно прорезался. – Где на данный момент ошивается ваш дорогой папенька с моими миллионами? – Я клянусь, я не знаю… Смертник взглянул на меня совершенно иным взглядом, который пронизывал до костей. Мне действительно стало страшно наедине с этим человеком, хотя вокруг нас ходило достаточно людей. – Правда? – переспросил он. – Да. Правда. Он бросил меня. Оставил одну. И уехал куда-то. После этого мы даже не созвонились ни разу. Да и я уверена, что он сменил уже не один номер. Я ничего сейчас не знаю… и… Бандит перебил меня: – Конечно, не знаете. Он бы вам и не сказал. – Зачем тогда спрашивать? – Просто хотел посмотреть, как вы будете говорить в случае опасности и страха. Знаете ли, я так проверяю всех людей, с которым знакомлюсь в первый раз. Вновь радостная интонация захлестнула его голос. – Пожалуйста, отпустите меня… Я клянусь, ни я, ни Лео тут не при чем. – Вы – да. А вот ваш молодой человек Леонид… Очень даже касается всей этой канители, – взгляд смертника похолодел еще больше. – Он не мог поступить иначе. Мой отец был первоклассным шантажистом. И, поверьте, у Лео не было выбора, кроме как помочь ему. Я говорю правду. – А, вы так боитесь за жизнь вашего Леонида, что мне опять становится завидно. Такая молодая красавица влюбилась в такого ублюдка. – Он не ублюдок. Он очень хороший человек, – я говорила смиренно, но уверенно, и бандит явно оценил это по достоинству. – Знали бы вы все о нем, не разбрасывались бы такими громкими словами. Но это не мое дело. – Я прошу вас, не трогайте его. – Что же вы мне можете предложить такого, чтобы я забыл о нем? – спросил Смертник, глядя на меня потешающимся взглядом. Я ошарашенно посмотрела на него и поморщилась от брезгливости. Бандит рассмеялся. – Ничего пошлого, Эвелина. Я же не совсем подонок. Не стану развращать такую девушку. – Что вы тогда хотите? – Мне, возможно, нужны документы или один документ. Скорей всего, Леонид хранит это в своем кабинете. Вам надо забрать это. – Что за документы? – Ничего связанного с Леонидом. Вам просто нужно выдать своего отца. И тогда я оставлю вашу парочку в покое. У Леонида должен был остаться какой-то договор с твоим отцом, чтобы тот в дальнейшем его не смел шантажировать. Леонид не глупец. Найдите документ и узнайте, где ваш отец. Сообщите мне. Мой человек будет сидеть на этой скамье каждый день с, – Смертник посмотрел на свои часы, – трех часов дня до четырех. Как только узнаете, где ваш отец, я оставлю вас и Леонида в покое. Обещаю. – Почему не спросить Лео? Он бы сказал и так… – Нет, не сказал бы. Честь криминального авторитета, знаете ли… – Хорошо, я выясню. Сколько у меня есть времени? – Две недели, потом я приду за Леонидом. Смертник встал, попрощался и прогулочным шагом пошел в сторону выхода из парка. Я же достала телефон и позвонила Лео. – Я иду домой. Жди меня. – Эвелина! Все в порядке? Ты где? – В парке гуляла. Мне надо было прийти в себя. Я сейчас приду… – Может, встретить тебя? – Нет, оставайся дома. Я уже иду.