Безрассудный мир

      Утро. Солнце лениво поднималось из-за горизонта, освещая верхушки домов и будя своими ослепительными лучами людей, что ещё спали. На улице из-за редких тучек шёл небольшой снег.       Даниель уже какое-то время не спал, просто смотря в окно и наблюдая за мелким снегопадом. Делать ему было нечего, поэтому рассматривать предметы вокруг себя — это всё, что он мог делать. К нему несколько раз уже успевали заходить медсёстры, но он притворялся спящим, а потому они быстро уходили.       Если честно, Даниель не понимал, почему он сейчас находится в больнице. Он помнил, как заснул на коленях какого-то мужчины, уткнувшись ему носом в грудь. Также в какие-то отдельные моменты он чувствовал слегка раздражающую боль, тревогу, страх. Вообще Даниель уже давно привык к этим чувствам, но в этот раз что-то было по-другому, словно это не его был личный страх, а страх… за близкого человека.       Неожиданно открылась дверь, в проходе появилась тень. Даниель прищурил глаза и уже более отчётливо различил фигуру мужчины в проёме двери. Шагнув вперёд, он повернул голову в сторону мальчика, последний чуть накрылся одеялом.       — Привет, — Ласково сказал человек, подходя ближе. Теперь Даниель мог нормально рассмотреть неизвестного: невысокий, хрупкого телосложения мужчина с волосами цвета спелой пшеницы, добрый материнский взгляд небесно-серого цвета глаз и искренняя улыбка. Такой человек кого угодно может расположить к себе одним лишь видом. Одет он был в чёрные облегающие штаны и бежевый мешковатый свитер, через плечо свисала чёрная мужская сумка на широком ремешке. — Я тебя не разбудил? Мальчик отрицательно покачал головой.       — Это хорошо, — Мужчина улыбнулся, присаживаясь на всё тот же белый стульчик. Чуть погодя, он спросил, — Как себя чувствуешь? Даниель слегка улыбнулся, вылезая из-под одеяла.       — Думаю, мне стоит сначала представиться, так? — Мужчина усмехнулся. — Меня зовут Виктор, Виктор Сальтаформа́джо-Де-Карли. Если ты помнишь, то это я спас тебя. Кстати, сюда вчера приходили твои родители, ты об этом не знаешь? — Мальчик нахмурился, продолжая молчать. — Ты скучаешь? — Неуверенно спросил Виктор, на что мальчик лишь сильнее нахмурился и вновь отрицательно покачал головой. — Прости, если заставил вспомнить что-то нехорошее. Твоих родителей лишили родительских прав и скоро тебя заберут из семьи.       Внезапно Даниель резко выпрямился и воспарял духом. Он посмотрел на Виктора и улыбнулся.       — Но я бы не хотел, чтобы тебя отправляли в детский дом… Даниель, ты… — Виктор притих.       Мальчик заметил замешательство во взгляде светловолосого мужчины и медленно протянул к нему руку.       — Что? — Виктор посмотрел на мальчика. — Что такое? — В ответ Даниель улыбнулся и лишь ближе протянул руку. Виктор неуверенно протянул свою руку в ответ и взялся за руку мальчика, перекрестив их пальцы. Усмехнувшись, Виктор поднял голову, — Даниель, ты согласен быть Сальтаформа́джо-Де-Карли?       Несколько секунд Даниель непонимающе смотрел на Виктора. Вскоре у него непроизвольно приоткрылся рот, а из глаз потекли слёзы. Он едва заметно всхлипнул и крепче сжал руку Виктора, тот мог чувствовать, как рука Даниеля начала дрожать.       — Я рад, что ты согласился! — Воскликнул Виктор, встав со стула. Он упал на колени перед койкой, чтобы обнять его, по щеке мужчины потекли слёзы, скатываясь по подбородку и падая на кровать. Даниель обнял мужчину в ответ и уткнулся ему в плечо. Вытерев все слёзы о мягкий свитер Виктора, Даниель, наконец, успокоился, чувствуя как в груди потеплело. — Твои операции я оплатил, так что с тобой всё будет в порядке. Кстати говоря, я тебе принёс книжки, чтобы ты не скучал. — Виктор быстро вытащил несколько книг из чёрной сумки. Мальчик быстро пролистал одну из книг и широко улыбнулся, проводя рукой по одной из гладких страниц книги. Раньше ему не доводилось держать в руках что-то настолько аккуратное и наверняка относительно новое.       Встав в полный рост, Виктор стёр слёзы с правой щеки, оставив мокрый след.       — Прости, конечно, но мне уже пора уходить… — Одевая сумку, сказал мужчина. — Я бы с радостью остался бы здесь сидеть рядом с тобой, но… Но ты не беспокойся, я ещё приду тебя навестить. — Мальчик кивнул и перелистнул страницы на начало книжки, принимаясь внимательно изучать пролог. — Ох, а я только сейчас понял, что не подумал о том, можешь ты читать или нет. Однако, я вижу, ты справляешься. Кто тебя научил читать в столь юном возрасте?       Даниель провёл рукой по своей голове, показывая рост, а потом сделал точно также, но уже на расстоянии, что было повыше его головы.       — Старший брат? — Удивился Виктор. — У тебя есть старший брат? Тогда… Я и не думал… Эм, ну, думаю, он хороший человек. Если уж на то пошло, то мне бы надо и его тоже… — Виктор становился и глубоко вздохнул. — Ты ведь не хочешь бросать брата? Даниель кивнул.       — Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах, — Устало натянув улыбку, сказал Виктор. — А теперь отдыхай. Пока-пока! — После этих слов он вышел из палаты и направился к выходу с третьего этажа. — Ни то что бы я не хотел усыновить и второго ребёнка, тем более брата Даниеля, просто со вторым ребёнком и с документами больше хлопот прибавится.       Виктор замедлил шаг, размышляя о том, как выглядит старший брат Даниеля и насколько он его старше. Наверняка он умён и очень беспокоится о младшем братике. Со стороны это, конечно, звучит очень хорошо, но реальность обычно иная, чем мы её себе представляем.       Такими мыслями Виктор часто забивал себе голову, иногда даже забывая о том, куда он шёл. Однако сейчас Виктор насторожился — навстречу ему шагал один единственный человек: высокий парень лет от девятнадцати, на взгляд Виктора, до двадцати двух, тёмные, относительно длинные волосы с рыжим отливом, что лезли парню на лицо, немного сутул. Зеленые, словно у кота, горящие глаза, из-за полуопущенных ресниц они сияли каким-то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. Блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный. Фигура у парня была худощавая, но выглядел он крепким, словно ему не раз приходилось связываться с гопниками или какими-нибудь уличными бандитами.       Виктор посмотрел на парня и испытал странное ощущение дежавю. Чуть притупив взгляд и отвернув голову, светловолосый решил идти поближе к стенке, чтобы не задеть парня, но тот сам решил задеть Виктора.       — Что такая юная очаровательная особа делает утром в больнице? — Парень перегородил Виктору дорогу рукой. Вблизи он оказался выше Виктора на целую голову и в этот момент Виктор почувствовал себя коротышкой из первого класса начальной школы. — Неужели у такой красивой девушки могут быть какие-то проблемы со здоровьем?       — Ч-чт!.. — Виктор хотел возразить заносчивому парню, что он и не девушка вовсе, но тот резко притянул к себе Виктора и, развернув его, прижал к себе, схватив за талию. — А…       — Мы бы могли неплохо провести время, как думаете? — Горячо прошептал парень на ухо Виктору, отчего тот даже обомлел. Ноги Виктора подкосились, и он уже не соображал, что происходит вокруг. — Вы же не откажете мне? — Парень стал прижимать к себе Виктора сильнее, чувствуя как тело того слабеет в его цепких руках, а сердце билось чаще.       Приметив момент, когда «жертва» полностью ослабнет, парень быстро схватил Виктора за подбородок и резко притянул к себе.       — Что ты!.. — Быстро облизнув губы Виктора, парень бесцеремонно ворвался языком в его рот, проникая всё глубже. — М-мх! — Светловолосый попытался отвернуться, но рука парня крепко держала его подбородок, так что сделать Виктор, увы, ничего не мог. Через какое-то время он даже немного вошёл во вкус и стал слегка неумело отвечать на поцелуй.       Неожиданно парень медленно оторвался от сладкий и мягких губ, отпуская несчастного Виктора, который припал к полу.       — Хм, я вижу, вам не понравилось, — Заметил парень, выпрямляясь. — Эх, прошу прощения за мою несдержанность, сложно сдержаться, когда уже так давно не видел не то, что девушку, — живых людей… Давайте, я помогу вам встать? — Парень протянул руку Виктору, но тот отбил её в сторону. О пол разбилась пара слезинок. — Ох, нет, я… Я довёл вас до слёз…       Виктор поднял голову и посмотрел в глаза парню и тот отшатнулся назад. Быстро поднявшись, Виктор побежал на выход, оттолкнув его с пути. Как только Виктор выбежал из больницы, он сразу же остановил первое же такси и сел в него.       — Чёрт… — Виктор поднял руку и посмотрел на неё. Крепко сжав её, он назвал водителю адрес, куда надо ехать, и машина тронулась. Виктор вздохнул, вытирая слёзы, и откинулся на спинку кресла. Он посмотрел в окно машины, следя за пролетающими мимо улицами и зданиями. В такие моменты хочется просто уехать куда-нибудь далеко, где нет людей, где есть лишь ты, звёзды и чистое безграничное поле, где ты включишь свою любимую музыку на всю громкость и будешь лежать на земле, смотря в небо, наслаждаться жизнью…       И Виктор мог подолгу мечтать об этом, но ему никак не давалось возможности куда-либо вообще поехать, так как у известных писателей — да и вообще у известных людей — свободного времени на личную жизнь нет. Чаще всего такие люди одиноки, они забрасывают свою жизнь, отдаваясь делу. И Виктор считал себя точно таким же отстранённым человеком.       — Приехали, — Грубый мужской голос сотряс воздух, отрывая Виктора от размышлений на тему жизни.       — Ох, д-да, — Виктор медленно протянул деньги водителю и вышел из такси. После того, как пассажир вышел, такси тронулось с места, оставляя за собой огромное облако из пыли и грязи. — Кхе-кхе!.. — Светловолосый мужчина прикрыл рот рукой и закрыл глаза. Через секунду пыль рассеялась, и Виктор вскинул голову вверх, смотря на здание, что стояло перед ним. — Суд…       Виктор нервно выдохнул и поднялся по лестнице к огромным железным дверям с не менее маленькими деревянными ручками. С трудом открыв дверь, Виктор уверенно вошёл в здание. Проходя длинные коридоры, и попутно пытаясь вспомнить куда идти, он всё же дошёл до нужной двери и тихонько постучал. Заходя туда, Виктор понимал, что с этого момента его жизнь изменится навсегда, а обратного пути не будет. Однако он даже и не представлял, что его ждёт впереди, в этой «новой жизни».       Слава Богу, с документами не возникло почти никаких проблем. Сейчас Виктор сидел в широком коридоре, похожем скорее на зал ожидания на вокзале, сидя на стуле, и спокойно читал электронную книгу, ожидая когда… Если честно, он даже и не знал чего ждал, но неожиданно из-за поворота вышел человек с какими-то бумагами в руках. Он неспешно подошёл к Виктору и остановился перед ним.       — Виктор Сальто… Тарфор… Р-раджо?.. Сальтаформа́джо-Де-Карли? — Наконец выговорив фамилию, человек вопросительно посмотрел на Виктора. — Мы рассмотрели вашу заявку и, в принципе, проблем особых не возникло. Однако всё ещё нужно согласие старшего брата и есть ещё кое-какие вопросы лично к вам, поэтому приходите сегодня вечером. Так как вы не знаете, где в данный момент находится Рикардо Лиззард, то мы сами займёмся его поиском, поэтому можете не беспокоиться об этом.       — Хорошо, — Кратко ответил Виктор, вставая со стула и медленно потягиваясь. По правде говоря, он это очень любил делать. По каким-то причинам это доставляет людям удовольствие. — Спасибо вам за всё, до свидания.       — Всего доброго… — Человек развернулся и побрёл обратно во тьму коридора. Виктор быстро вышел из здания и остановился, закрыв тяжёлую железную дверь. Вдохнув воздух полной грудью, Виктор спокойно посмотрел в небо: огромный пушистые облака лениво тянутся строем, плывя к горизонту, их верхние краешки поблескивают золотыми змейками. Такая погода уж точно не может предвещать никакого снегопада. Однако Виктору нравились такие дни, когда ты можешь спокойно посидеть у окна, накрывшись пледом, следишь за пролетающими мимо снежинками, тихонько сдувая накопившийся в кружке дымок от горячего сладкого чая. О да, такие дни Виктор поистине мог назвать потрясающими и необыкновенно вдохновляющими на пару-тройку десятков страниц. Но даже при всём при этом, Виктор никак не мог назвать зиму его любимым временем года. Хорошим — да, любимым — нет… Любимым его временем года, наверное, всё же можно было бы назвать весну. Да, именно весна. Ведь весна — особый, отдельный от остальных, удивительный и поражающий своей красотой мир!       Всего за три месяца весна успевает преобразить небывалых размеров масштабы. Сначала она, конечно, выглядит чуть сонной, может, неуверенной и даже иногда даёт зиме ещё немного править балом, но вскоре набирает силу и полноправно заменяет младшую сестричку, зиму.       С каждым днём солнечные лучи всё ярче и теплее, уже и птицы потихоньку подстраиваются под весеннюю мелодию, а из-под растаявшего снега в слегка тёплой и мягкой почве прорастают первые подснежники, которые вскоре нежными коврами накроют все лесные поляны. Вскоре уж и появляются набухающие почки на деревьях, а после и яркие розовые цветы, похожие на тонкий шёлк, прорастают везде. Ты и моргнуть не успеешь, когда тонны нежных лепестков уже будут неспешно плыть по воздуху, играясь и резвясь, а иногда — касаясь твоего лица и зовя с собой. В такие моменты невольно вспомнишь школьные сочинения на эту тему: «Закончились суровые морозы, и везде ощущается дыхание весны. Все пробуждается к новой жизни, дышит свежестью и молодостью. Еще островками лежит снег, а солнышко припекает, и появляются первые вестники весны — ручейки. Бегут ручейки и поют свою песенку, весело сообщая всем о приходе весны».       Виктор каждый год с упоением ждал этого чудесного времени, смирно печатая сотни страниц под снежные бури. Это не то чтобы было плохо, просто холод Виктору не особо нравился. Впрочем, сейчас и не о холоде речь. Виктор медленно выдохнул и вновь стал останавливать такси. Ждать пришлось недолго, а потому Виктор быстро оказался дома.       — В больницах и судах плохо, а дома ещё хуже… — Пробубнил Виктор, ключом открывая калитку и заходя во двор. Подобные фразы с разным началом Виктор всегда повторял у ворот своего дома — это уже как фишка.       Дом был не просто большим, он был огромным — по-другому и не скажешь ведь. Также большую часть стен дома занимали большие окна, и только на третьем этаже в каждой комнате было всего по одному небольшому окну. Первый этаж занимали кухня, совмещённая со столовой, две ванные комнаты, зал, зимний сад и терраса, с которой можно было в любой момент выйти к бассейну. Второй этаж был не хуже: библиотека, два спальни, ещё два ванные комнаты, бильярдная комната с баром и балкон. И последний, третий этаж: личный кабинет Виктора, небольшая спальня и огромная крытая терраса на крыше с искусственной травой.       Большую часть времени Виктор проводил в библиотеке за интересной книгой или на террасе с мольбертом и красками. Также Виктор нередко сидел в своём кабинете за компьютером, что-то печатая на клавиатуре. Жизнь ему всегда казалась скучной штукой, просто иногда её можно разбавить интересными моментами или усложнить, чтобы не так страдать от бездействия.       Сейчас Виктор решил, что будет неплохо, если он выпьет немного кофе и поспит до вечера. Эта идея казалась заманчивой, поэтому Виктор быстро прошёл на кухню и, приготовив кофе с помощью кофе-машины, поспешил уединиться в спальне на третьем этаже.       Выпив всё кофе по пути в комнату, Виктор поставил пустую кружку на тумбочку около кровати и стал стягивать с себя свитер, обнажая белоснежную грудь. Бросив свитер куда-то в угол, Виктор упал на кровать лицом в подушку. Немного подумав, он всё же перевернулся на спину и посмотрел в потолок. Он ещё некоторое время просто смотрел вверх, думая о чём-то своём, но веки сами сомкнулись и Виктор погрузился в глубокий сон.

***

      Ото сна Виктора пробудил телефон. Резкий, громкий, режущий уши звук будильника… Если бы не он, Виктор бы плюнул на всё и продолжил бы спать, но противная мелодия заставляла вспомнить о том, что его уже в самом скором времени ожидают в суде. И опять мысли вернулись к брату Даниеля и тому, как он выглядит. Виктор всё же склонялся к своей изначальной версии: невысокий худой паренёк, такой же замученный и избитый, печальный взгляд и немного неуверенный, но добрый характер.       С такими мыслями Виктор начал свой вечер и, поднимаясь с кровати, подошёл к небольшому шкафу, стаявшему рядом. Отодвинув дверцу шкафа, Виктор схватил первую попавшуюся рубашку и, ленясь гладить её, мол, сама разгладится на мне, надел её. Пройдя к бассейну через три лестницы и террасу, Виктор поспешно умылся хлорированной водой и посмотрел на гараж, что находился справа. Он не так уж и часто ездил на машине, но постоянно тратить деньги на водителей не так уж и хотелось, потому в этот раз светловолосый решил, что стоит вспомнить, как держать в руках руль.       Дорога до суда на необычайно дорогой машине Майбах Ландо до суда оказалась быстрой и бесшумной, недаром ведь её называют одной из самых дорогих в мире. Да, такая машина далеко не всем по карману, да и Виктор никогда не планировал её заиметь, но родители светловолосого писателя решили не скупиться на подарок в честь юбилея Виктора, когда тому исполнялось двадцать лет. Виктор не хотел расстраивать родителей, а потому и принял столь дорогой подарок. Да и честно говоря, отметил Виктор тот свой день рождения так себе: пришли совсем не те, кого видеть хотелось бы. Во-первых, лучшая подруга Лена — владелица модельного агентства, энергичная и не в меру болтливая, — уехала со своими моделями заграницу на важный показ. Во-вторых, перед самым праздником Виктор разорвал навязанные родителями отношения с Дианой. Девушка милая, добрая, но совершенно не скромная, задумывалась родителями Виктора как невестка и нередко заявляла об этом, хотя мужчина не раз говорил, что жениться не собирается. И вот в тот самый день произошло худшее: прогадав момент, Диана взялась за руку Виктора, ловко надев ему на палец кольцо и в тот же момент торжественно сообщив, что теперь у них начнётся новая жизнь — в тепле и уюте, без ссор и разногласий, без детей и прочей чепухи. Услышав такое заявление, «жених» быстро выдрал руку из цепкой хватки Дианы, одним резким взмахом зло скинул кольцо и высказал всё своё мнение обо всех этих кольцах-браслетах, о женитьбе и остальном. К сожалению, в тот же момент Виктору пришлось распрощаться с некоторыми общими друзьями, из чего Виктор сделал вывод, что лучше бы разрывать отношения после дня рождения, ведь с уходом бывших, даже если ненастоящих, но отношений, уходит часть твой жизни, часть людей, привычек или другой маленькой, но всё же значительной мелочи.       После того дня Виктор со своими родителями не общался, но он всё равно помогали ему всячески без его просьб и разрешений, хоть и были на него рассержены. И даже так Виктор твёрдо знал, что его решение в тот день было правильным, и он никогда не сожалел о нём.       Самое приятное то, что Виктор уже некоторое время позабыл об этом всём из-за последних событий и перестал вообще переживать по этому поводу. Сейчас Виктор был счастлив, что уже совсем скоро он сможет разбавить свою жизнь новыми впечатлениями. Но прежде всего всё же надо было хотя бы доехать до суда и разобраться со всеми неполадками.       Остановившись у здания и закрыв машину, Виктор быстро зашёл и спросил у старенькой бабушки, которая, как казалось Виктору, рассыплется прямо перед ним прежде, чем скажет что-либо, где его ждут в данный момент. Та медленно ответила, что в зале на втором этаже и Виктор сразу же исчез за поворотом, уже скоро оказавшись у дверей.       — Что ж, Виктор, прямо за этими дверьми тебя ждёт начало новой жизни, так что, — Виктор глубоко вздохнул. — Не нервничай и делай всё уверено. — Тихонько толкнув тяжёлые двери, Виктор вошёл в зал. — Добрый вечер…       — Ох, господин Сальтаформа́джо-Де-Карли, а мы вас ждали, — С улыбкой на лице проговорила женщина средних лет с плотным телосложением. Женщина подошла поближе к Виктору, — Мальчика приведут через минуту, так что пока что можете присесть. — Женщина указала на стул который стоял за деревянным, покрытым лаком стоиком.       — Эм, да, х-хорошо, — Виктор тихонько отодвинул стул и присел за стол. И опять его мысли вернулись к Рикародо. Ему не терпелось встретиться с тем, кто, по-видимому, очень дорог Даниелю.       И вот, двери медленно и со скрипом открылись. Высокий парень в чёрной толстовке скинул капюшон, открывая молодое узкое лицо с чуть выраженными скулами. Его изумрудные горящие глаза заметались по залу и резко остановились на Викторе. Приоткрыв рот и, видимо, пытаясь выкрикнуть что-то резкое, парень оступился, опираясь на стенку. Виктор медленно встал из-за стола, нервно вдыхая воздух. Сердце ускорило темп и руки задрожали, судорожно напрягалась каждая частица тела. Сглотнув, Виктор припал к столу.       — Быть не может! — Разнеслись по залу два громких восклицания.