Глава Мин

Над входом противно звякнул колокольчик, утихающий звон которого предзнаменовал появление новичка. Невысокий паренек, словно боясь собственной тени, аккуратно прошмыгнул в полутемное помещение, воровато оглядываясь. Обстановка мало чем отличалась от заведений подобного плана. Темно, будто единственным источником освещения служила доживающая свой век свеча. В воздухе витала смесь запахов: сигаретного дыма, жженых спичек и потных тел. Воздух был сперт до такой степени, что в глазах начинало щипать уже после пяти минут нахождения в этом месте. На удивление было необычайно тихо, только отдаленно слышались чьи-то шаги. Чимин неуверенно помялся на одном месте, как бы решаясь, стоит ли сделать этот роковой шаг вперед, или лучше отступиться. Но не успел. Решение за него принял высокорослый альфа с бритой головой, что так не вовремя вышел из-за еще одной двери, что на первый взгляд казалась обычным завершением интерьера. Хотя в полуподвальном помещении вообще трудно было размышлять на тему декора. Альфа опасно потянул носом воздух и похабно ухмыльнулся. Чимина перекосило от столь явного внимания в свою сторону. Идя сюда, он на многое не рассчитывал и ожидал увидеть, конечно, все что угодно. Но вид этого бугая однозначно не внушал доверия, заставляя поджилки трястись. Мужчина еще раз облапал тело перед собой взглядом, прежде чем достаточно громко рявкнуть, тем самым пугая и до того нервного Пака. — Принцесса, — утробный смех бритоголового отскочил от стен, — тебе не кажется, что столь опасные места не для слабого пола? Если не хочешь оказаться пущенным по кругу, то шел бы ты отсюда, пока я добрый. Омеги, конечно, пол слабый, да и трусливый порою. Что скрывать, сам Чимин сейчас чувствовал себя самым настоящим пушным зверьком в лапах опасного хищника, но деваться было некуда. — Мне нужен босс, — голос почти не дрожал. — А мне папа римский, — альфа хлопнул себя по колену, пытаясь унять смех. — Иди, я сказал, отсюда, иначе не досчитаешься на своей курчавой голове волос. — Но мне нужен Глава, пустите меня к нему, — Пак дернулся вперед, но был остановлен крепкой рукой, что вполне могла запросто переломать ему позвоночник. — С чего ты решил, что можешь вот так просто заявляться сюда? Ты хоть знаешь, что Глава сделает с тобой, если ты потревожишь его покой? — Да, потому что я его омега?! — Ага, очень смешно, — альфа ухмыльнулся. — Вали отсюда, — мужчина схватил Чимина под локоть, встряхивая безвольно повисшее в руках тело. — Что здесь происходит? — все так же неприметная дверь отворилась вот уже во второй раз. На пороге стоял изрядно выпивший альфа. Глаза блестели от выпитого, а тело заметно подрагивало. Даже на расстоянии в пару метров Чимин чувствовал мускатный запах альфы, чьи пряные нотки горчили под влиянием принятого. Чимин с опаской поднял взгляд вверх, натыкаясь на такой же пристальный, направленный точно на него. — А ты что здесь делаешь? — альфа рыкнул, жестом приказывая бритоголовому уйти. Тот еще несколько секунд стоял в абсолютной прострации, пока до слуха не донеслось повторное предупреждение, и, глубоко кланяясь, скрылся. — Я слушаю, — блондин сложил руки на груди, стараясь выглядеть грозно, но розовые от алкоголя щеки отчего-то совсем не придавали образу брутальности. — Ну, — повторил с нажимом Глава, делая в сторону Пака первый шаг. — Господин Мин, — несмело начал Чимин, а потом, будто встрепенувшись, добавил чуть увереннее, — Юнги. — Глава Мин. Чимин удивленно встрепенулся, будто от удара током. Так холодно и отстраненно со стороны звучал голос Юнги. — Мм? — переспросил Пак. — Глава Мин, босс, председатель Мин, господин Мин, — мужчина сделал еще один шаг в сторону омеги, упрямо повторяя свое, словно пытаясь заставить отпечататься в сознании Чимина и так понятные всем истины. Да, он опасный, строгий и серьезный человек в мафиозных кругах. Глава клана «черных псов». Он известен своей беспристрастностью в делах. Его боятся и уважают. Завидуют и тихо ненавидят, но никто не смеет перечить. — Глава Мин, — вновь осмелился повторить Чимин. В горле встал ком, мешавший говорить. Чимин забыл, когда в последний раз роптал на альфу, да и положение не позволяло. Он лишь кукла в руках опытных людей. Жертва обстоятельств. Его брат попал в клан около пяти лет назад, когда Чимин и подумать не мог, что жизнь его перевернется с ног на голову, полностью поменяв привычные устои. Все закрутилось внезапно. Старший брат попал в жуткий скандал с кланом Ли, позволив себе выкрасть у них молодого омегу. Тогда началась самая настоящая охота, жертвой которой стал сам Чимин. Омеге до сих пор непонятно, каким образом Юнги удалось обойтись без массовых кровопролитий, а учитывая жестокость главы Ли, этого было не избежать. Дело быстро закрыли, было принято решение омегу вернуть в прежнюю семью. Вот только у этой истории есть весьма интересный поворот. За помощь в решении вопроса с кланом врага Юнги попросил отнюдь не голову старшего Пака и не вечную власть над его жизнью. Он выбрал путь для себя куда более приятный. Он забрал Чимина. В один прекрасный момент на руке младшего Пака красовалось золотое колечко, а на шее, под воротом рубахи, тату, как знак принадлежности семье. Чимин не понимал, для чего весь этот фарс с женитьбой. Главе, как понятно, никакой муж не был нужен. Он все также продолжал вести дела, не ночевать дома и игнорировать присутствие омеги в своей жизни. Исключением становился лишь период течки или гона альфы. Тогда Мин превращался в противоположность самого себя. Нежный, ласковый. Чимин в такие моменты почти переставал дышать, не веря в происходящее. Он даже боялся закрыть глаза, лишь бы эфемерное ощущение счастья и взаимного чувства не покидало его надолго. Но подобное не длилось долго. Гормоны прекращали бушевать, и жизнь возвращалась в прежнее русло. Чимин снова оставался наедине с самим собой и своим глупым сердцем. Оно, как известно, не работает в паре с разумом. И само вольно решать, любить или нет. В случае с Паком оно выбрало первый вариант. «Сердце, глупый ты мешок, перестань же так стучать», — заклинал про себя Пак, глядя на приближающегося мужа. — Ну, я до сих пор жду, — мужчина близко наклонился к омеге, заставляя того поежиться. Неприятная горечь алкоголя щекотала обоняние. — Мне плохо, — последнее, что успел сказать Чимин, прежде чем сознание на какое-то время решило покинуть его. — Черт, — выругался Юнги, — скорую, быстро. Последнее, что Чимин помнит до того, как отключился, это бешено стучащее сердце и дрожь по телу. Было страшно, словно последние силы покинули тело. А затем сильные руки подхватили его, и тишина. В голове был настоящий вакуум. Отдаленно, будто эхом, отдавались голоса: один до боли знакомый, голос его мужа, а второй совсем не знакомый. Он говорил какими-то непонятными терминами и, казалось бы, злился. — Вам бы лучше следить за омегой, господин Мин. — Я сам знаю, что делать, — Юнги нервничал и, кажется, нервно мерил шагами палату. Чимин слышал стук каблуков его туфель. — На фоне стресса у него нервное перенапряжение, с чем и связан сбой всех систем. Сердце, не справляющееся с нагрузкой, качает слишком много крови, отчего учащен сердечный ритм. И где-то пережало сосуд, что вызвало обморок. Ко всему прочему течка, которая лишь усугубила ситуацию. — Течка? Вы не ошибаетесь, доктор? Он совсем не пахнет, — последнюю фразу альфа произнес совсем тихо, будто и нерешительно. — Гормоны превышают все допустимые нормы. — И что делать? — Будто Вам непонятно, каким образом омега дает себе выплеснуть эмоции? — по-доброму усмехнулся врач. — Вроде такой серьезный человек, господин Мин. Секс, ему нужен секс. Которого его почему-то лишили. Бедный уже третий день мучается. Это еще хорошо, что привезли вовремя. — Что могло произойти? — Обморок — самое простое. Хуже гормональный дисбаланс. Лечить его трудно и долго, омеги всегда сложно оправляются от такого. Да к тому же он еще не рожавший. Вы бы поберегли мальчика. — Да что я могу, — кажется, Юнги выбило из колеи заявление доктора. У Чимина течка? Да как он мог вообще ее пропустить? Стресс? Да с чего бы? Он ведь… А потом неминуемо дошло. Он уже третий день не появлялся дома. Удачно подписанный контракт и все вытекающие из этого обстоятельства. — Да быть не может, — альфа чертыхнулся. — Может, господин Мин, может, — доктор хлопнул мужчину по плечу. — Я оставил все рекомендации в карте, ее возьмете на посту медсестры. Сейчас ему уже лучше, но никто не может Вам пообещать, что приступ не повторится. — Мы можем ехать домой? — Я бы сказал, что вы просто обязаны ехать домой. Мальчику нужно выплеснуть всё, что копилось. И Вы понимаете, что не можете подвести его надежд, — врач незаметно подмигнул Чимину. — Всего доброго, — доктор попрощался и прикрыл за собой дверь, оставляя Юнги наедине с мужем. Юнги повернулся в сторону кровати, отмечая пару черных глаз, что внимательно следили. — С какого момента ты слышал? Чимин пожал плечами и несмело улыбнулся. — Не омега, а одни сплошные расстройства. Одевайся, едем домой, я потом еще с тобой поговорю, не при посторонних. И Чимин впервые в жизни не знал, как себя вести. Сердце делало в груди кульбиты, словно встрепенувшаяся птица. Глава Мин может быть и таким?