Too sweet to be true

Такуми всегда встаёт раньше будильника – сказываются годы тренировки. И всё же он всё равно упорно продолжает его ставить. Но сегодня он просыпается не за несколько минут, как привык, а за сорок. Он продолжает валяться в кровати, пока не слышит чересчур знакомый звук роторного двигателя. Он думает, что либо всё ещё спит, либо ему уже мерещится. Как и появившийся лёгким дуновением аромат жасмина. Но звук приближается и останавливается у него под окнами. Такуми лежит несколько секунд. Затем откидывает одеяло и идёт к окну – проверить. И всё же не показалось. Такуми сжимает пальцами занавеску, смотря, как знакомая высокая фигура с грацией кошки покидает жёлтую FD. Кейске поднимает глаза наверх, на его окна, и они встречаются взглядами. Блондин заметно удивляется, но тут же удивление на лице сменяется довольной улыбкой. Сердце Такуми на секунду замирает. И он машет ему рукой. - Погоняем? – вместо привета, когда Такуми спускается и открывает ему двери. Фудживара моргает и на секунду задумывается. Отец уже встал. Поэтому кивает. - Только тофу отвезу. Кейске привычно ухмыляется. - Я за тобой. Такуми кивает вновь. - А ещё мне надо умыться и закинуть что-нибудь в рот. Кейске приподнимает брови. - Ты только встал? Ещё один кивок. - Зайдёшь? Теперь раздумывает уже Кейске. - Не буду злоупотреблять гостеприимством. Такуми пожимает плечами и заходит вовнутрь. Кейске отходит обратно к FD и чиркает зажигалкой, прикуривая сигарету. *** Такуми говорит отцу, что сегодня отвезёт тофу пораньше, поэтому тот уже загружает багажник. Парень собирается быстро. В последний раз он так торопился на свидание с Моги. И это ассоциация ему не нравится. Он вообще не сильно-то хочет её вспоминать. Поэтому закидывает в рот булочку, которые они с отцом закупают пачками, а потом держат в холодильнике, хватает бутылку воды, и выскакивает на улицу. Кейске в стороне выпускает изо рта сигаретный дым, а отец уже ждёт его со стаканом воды. Такуми мельком думает, поняли ли они, кто перед ними. Потому что не заметить друг друга возможности не представлялось. Он садится за руль и принимает стакан, ставя его на привычное место. И замечает, как Кейске кивает его отцу, садясь в машину, и тот отвечает тем же. Почему-то Такуми доволен. И начинает движение по уже знакомому маршруту с жёлтой FD на хвосте. *** На подъёме Кейске держится за ним как прилепленный. С одной стороны, это раздражает. С другой, Такуми отчего-то горд. И ему весело. Он не знает, как Кейске поражается его контролю. Всё-таки, едя сзади, можно заметить гораздо больше, чем просто наблюдая со стороны. И блондин подумывает поучиться этому трюку с водой. Кейске встаёт на площадке рядом с гостиницей, пока Такуми подъезжает к заднему входу и передаёт коробки с тофу. У них есть чуть меньше часа до рассвета. И они стартуют с вершины, подгоняемые азартом и удивительными чувствами: счастья и свободы. Им не так уж и важно, кто будет первым. Самое главное – выложиться на полную. И они не думают ни о чём другом. Даже о том, как здорово просто ехать рядом, а не только играться в салочки. Они не считают заезды. В гору всегда выигрывает Кейске. Под гору – Такуми. Ничего удивительного. Когда небо светлеет слишком сильно и мимо проезжает первая случайная машина, они останавливаются на обзорной площадке. Той самой, где уже однажды виделись. Не сговариваясь, подходят к ограждению и устремляют взгляды вдаль. И первые лучи солнца мягко освещают их черты. Такуми боится посмотреть на Кейске, хотя хочется очень сильно. И всё-таки смотрит, когда тот говорит: - Вообще-то, я привёз тебе материалы от брата. Такуми не сразу понимает значение его слов, полностью поглощённый зрелищем. Кейске мягко щурится на ярком утреннем солнце, плечи широко расправлены, а волосы отливают золотом. Он вдыхает полной грудью. До Такуми доходит. - Чего не предупредил? Кейске широко улыбается, и Такуми... уже не думает ни о чём. Просто смотрит. - Да вот, - Кейске поворачивает к нему голову и смотрит в глаза, всё ещё улыбаясь. – Сейчас по ним пробежимся? Такуми медлит с ответом. Вполне в его характере. Но причина другая. - Я хотел поспать после доставки. Кейске хмыкает. - Ну, я тоже всю ночь не спал. Такуми приподнимает брови. - Катался, - поясняет младший Такахаши и озорно ухмыляется. Такуми думает, что улыбается он в последнее время часто и что ему это нравится. И старается не задумываться, почему после целой ночи тренировок Кейске всё-таки приехал к нему. Даже если дело в материалах. - Если хочешь, можем поспать, а потом пройдёмся по материалам, - предлагает Кейске. – Только мне придётся у тебя перекантоваться. Такуми долго соображает. И кивает. - Тогда поехали. И идёт обратно к хачироку. Провожаемый протяжным взглядом синих глаз. *** Кейске думает, что ему кажется, когда за Такуми остаётся невесомый шлейф ванильного мёда. И думает, что здесь что-то не так, когда входит в магазинчик «Тофу Фудживары». Потому что этот дом словно бы пропитан этим удивительным ароматом. Его любимым запахом. И Кейске боится подумать о том, что же это значит. - Кейске-сан побудет у меня, - бросает Такуми отцу, даже не останавливаясь, проходя в жилую часть. - Извините за вторжение, - чуть склоняет голову Кейске, настороженно глядя на Бунту. Мужчина думает, что он похож на кота, которого принесли в новый дом. И лишь мычит приветствие в ответ. У него-то есть дела поважнее. Такуми немного смущён тем, что приходится проводить Кейске по дому. Он смутно представляет, где живут братья Такахаши, и это точно не такой вот домик, слегка напоминающий каморку. А ведь раньше ему было всё равно. Они заходят в комнату Такуми, и, пока Кейске озирается по сторонам, хозяин целенаправленно подходит к шкафу. Открывает дверцы. - Хм. Роется в нём какое-то время. - Хм. -Фудживара? Такуми оборачивается на заинтересованно глядящего на него Кейске. - Надо спросить отца о футоне. Он спускается вниз, и Кейске почему-то послушно следует за ним. - Ояджи, где наш гостевой футон? Бунта поднимает взгляд от газеты. - Я его продал. Такуми округляет глаза. - Всё равно на нём никто не спал, - пожимает плечами Бунта, и Кейске думает, что яблоко от яблони…　 Такуми вымученно вздыхает. И жестом показывает Кейске подниматься обратно. - У нас только одна кровать, - говорит он, когда они заходят в комнату. Парни молчат, и Кейске наблюдает, как Такуми неуверенно почёсывает шею. - Тогда спим вместе? – Кейске освобождает его от обязанности говорить это самому. Всё-таки он довольно неплохо его знает. Уже. Такуми кивает. - Сменной одежды у меня нет. То есть моя тебе не подойдёт. Кейске машет рукой и собственнически заваливается на кровать на глазах у хозяина, как был – в джинсах и толстовке. - Пофиг. Он сдвигается поближе к стенке, почти утыкаясь в неё носом, и чувствует, как Такуми неспеша подходит и ложится рядом. А ещё он прекрасно чувствует, как всё в этой комнате пропитано его любимым запахом. Особенно эта подушка. Он вздыхает и закрывает глаза. Сейчас бы ему пригодилась способность Такуми засыпать где угодно и во сколько угодно. И думать он абсолютно не желает. *** Такуми открывает глаза и глядит в потолок. Он не сразу соображает, что в комнате пахнет терпким ванильным жасмином. Вроде бы сильным. Но каким-то неестественно сладким. Такое вот странное сочетание, к которому Такуми уже привык и которое полюбил всем сердцем. Он поворачивает голову и почти касается носами с мирно посапывающим Кейске, который умудрился перевалиться на живот. И закинуть на него одну ногу. Такуми улыбается. А от Кейске пахнет жасмином. И Такуми уже ничего не понимает. Но не спешит задумываться. Он шарит рукой за головой, отыскивая будильник. Они проспали три часа. У нормальных людей время завтрака. И Такуми чувствует, как слегка тянет в животе. Всё-таки у него во рту были лишь булочка и вода. Он вновь поворачивает голову к Кейске. Он не хочет его будить. Он бы лежал так с ним, разглядывая его черты, хоть целую вечность. Но с первого этажа слишком вкусно пахнет омлетом. - Кейске-сан. Он аккуратно гладит его по волосам. Прямо как в прошлый раз, в ресторане. Вот только это было уже так давно. А его волосы всё такие же мягкие. Потом Такуми всё же тормошит его за плечо. Как в прошлый раз. - Кейске-сан, пошли завтракать. Парень открывает глаза, и Такуми почти тонет в их синеве. Кейске зевает и потягивается, а Такуми встаёт с кровати. - Тесновато было, - оповещает Кейске, а Такуми надувает губы: - Ну ещё бы. И это при том, что ты наполовину завалился на меня. Кейске приподнимает брови. - Правда? Такуми кивает и открывает дверь, оглядываясь. Кейске понимает, встаёт, вновь потягиваясь, ворошит пальцами волосы, зачёсывая назад (даже расчёски не надо, всё ложится идеально), и следует за ним. *** Бунта находится в лёгком недоумении. Он, в общем-то, знал запах своего сына, но никогда не заострял внимания. Но сейчас, когда он изменился настолько, он мог лишь разглядывать двух парней, зашедших на кухню. - Спасибо за гостеприимство, - вновь кивает Кейске и останавливается, не зная, что делать. - Садись, Кейске-сан, - бросает Такуми и идёт за тарелками. Блондин повинуется, садясь напротив хозяина дома. Такуми расставляет чашки с чаем и плошки риса. Омлет и кусочки рыбы уже стоят на столе на общих блюдах. - Итадакимас, - произносят они одновременно, и Бунта задумывается, почему такой воспитанный парень, как Кейске, просто молча приходит к ним, «ночует», ест… и не говорит ничего по поводу их отношений с Такуми. Хотя он может ошибаться, верно? Едят они в молчании. И когда Кейске складывает палочки и произносит «Спасибо за еду», Бунта обращается к нему: - Надеюсь, Такуми не тянет вас назад. Скорее из вежливости. Кейске почти чувствует негодование младшего Фудживары и подавляет смешок. - Совсем нет. Фуд… ээ… Такуми очень способный. И отличный напарник. А теперь он прекрасно чувствует его удивление. И что-то ещё, что он не может определить. Он не думал, что когда-нибудь сможет так чувствовать кого-то. Ну, кроме Рёске. Но это не в счёт. Бунта кивает и тянется за тарелками, чтобы убрать со стола. - Мы помоем, - останавливает его Кейске, вскакивая с места. Такуми приятно удивлён. Несмотря на взрывной характер, Кейске был прекрасно воспитан. Такуми кивает отцу, и тот согласно хмыкает, доставая сигареты. Младший Такахаши собирает посуду вместе с Такуми и несёт к раковине. Открывает воду. Сначала слегка скованно, затем более уверенно занимается мытьём посуды. Такуми достаёт полотенце и начинает протирать, когда звонит телефон. Так как отец сидит, он оставляет полотенце и подходит к аппарату. - Магазин тофу Фудживары. - Такуми! – бодрый голос Ицуки. Такуми слегка удивлён, хотя Ицуки всегда звонит внезапно. - Ты же сегодня не работаешь? Погоняем по Акине? Такуми смотрит на Кейске, моющего посуду, и отца, сидящего за столом, и отмечает, как хорошо напарник вписывается в их семейную иддилию. Он слегка улыбается. - Прости, Ицуки. Я сегодня занят. Кейске прекрасно его слышит и улыбается себе под нос. Бунта встаёт на ноги и выходит в магазин. - Э? – слышится из трубки. – Что будешь делать? - Разбирать материалы по Проекту. - Ааа… - тянет Ицуки. – Кто их тебе на этот раз привезёт? Такуми думает несколько секунд над ответом. Почему-то ему хочется скрыть Кейске от Ицуки. Но он слишком честный. - Кейске-сан уже привёз. Теперь думает уже Ицуки. - Вы не будете разбирать их вместе? - Будем. Ицуки вновь молчит несколько секунд. - А когда привёз? - Утром. Время молчания увеличивается. - Сейчас утро. Только не говори, что он сейчас у тебя. - Угу. Бунта заходит обратно с намерением взять что-то из шкафа, а Такуми почти слышит, как Ицуки захлёбывается эмоциями. Но, что интересно, друг лишь громко вздыхает и выдаёт: - Расскажешь потом!!! Такуми усмехается и согласно кивает. - Угу. - Ну пока! - Пока. Парень кладёт трубку, а Кейске, уже закончивший с мытьём, теряется в ящиках и полках, пусть даже эта кухня куда меньше, чем у него дома. - Фудж!.. – Кейске осекается, видя, что Бунта всё ещё в комнате. - Такуми! Шатен чуть вздрагивает от непривычного обращения. Хотя ему нравится. - Где у вас лежат палочки? - Ящик слева, - спокойно отвечает водитель хачироку, подходя ближе. Он помогает сложить всю посуду по местам, а Бунта тем временем вновь уходит в магазин. Такуми косится на закрытые двери и поворачивается к напарнику. - Чего ты меня так расхвалил-то? - Когда? – удивлённо смотрит на него Кейске, вытирая ещё на раз чашку. - Сейчас. За столом. - А, - он передаёт чашку Такуми, чтобы он сложил её. - Ну так правда же. Они некоторое время смотрят друг на друга. - Кейске-сан… - Такуми тяжело вздыхает. Он не думает, что заслуживает таких слов. - Знаешь что? – Кейске смотрит на него внимательно. - Давай без «сан». Такуми удивлённо поднимает на него глаза. - Ты же старше. - И что? – Кейске слегка хмурится. - Более опытный, что ли? Нифига. - Но… - Сейчас мы напарники, так что равны, - он, не отрываясь, смотрит ему в глаза. - Верно? Такуми в полнейшем ступоре. Кейске выводит его из зоны комфорта слишком часто. И так же часто в эту зону заводит. - Вот когда я стану про, а ты нет, можешь снова вспомнить про «сан», - теперь уже откровенно издевается Кейске. Такуми надувает губы и толкает его в бок. Тот ржёт и отпрыгивает подальше. - Ну что? Тут будем смотреть? – он кивает на столик. Такуми кивает, и они садятся рядом. И он никак не может отделаться от запаха жасмина и ванили. Даже не ванили, а именно маршмеллоу. Он скашивает взгляд на Кейске. Тот лишь сосредоточенно раскладывает бумаги на столе. И Такуми подстраивается под его настроение, отбрасывая все ненужные мысли до более подходящего случая. *** - Ну, вроде всё. Кейске пробегает глазами по всем бумагам, разложенным на столе, и складывает их обратно в стопку. - Это твоё, - он хлопает ладонью по стопке, оставленной на столе. Такуми кивает, и они ещё какое-то время сидят рядом молча. - Куда ты сейчас? – спрашивает Такуми, и Кейске удивлённо поглядывает на него. Блондин пожимает плечами и понимает, что перенял жест семьи Фудживара. - Без понятия. На Акаги днём не погоняешь. Я обычно подрабатываю в мастерской Мацумото и Томигучи, но сегодня у меня выходной. Такуми не подаёт виду, что удивлён. Раньше он даже не задумывался, чем занят Кейске помимо Проекта D. В его представлении он гонял день и ночь. Но было бы логично предположить, что гонять он может только по ночам. Рёске вот посещал медицинский колледж. А Кейске, как только что выяснилось, работал с машинами. Не удивительно, что он был так хорош. Такуми сказал Ицуки, что занят на весь день. Хотя сейчас только-только подходило время обеда, а Кейске уже закончил с объяснениями. И Фудживара не мог сообразить, как попросить его остаться подольше. - Ты сейчас свободен? – спрашивает его Кейске, освобождая от обязанности первым поднимать эту тему. Он вообще частенько так делал. Такуми кивает. - У меня сегодня тоже выходной. Они какое-то время молчат, слушая, как из магазина раздаётся голос старшего Фудживары: «спасибо за покупку». - Знаешь, что? Такуми поднимает глаза на улыбающегося Кейске. - Поехали со мной. Такуми хлопает ресницами и вновь кивает. *** В пути они проводят около двух часов. За это время они говорят о куче вещей. Хотя больше просто молчат. Но это ничуть не мешает им наслаждаться обществом друг друга. И Такуми размышляет о том, что впервые сидит в пассажирском сиденье Кейске, в его любимой FD. Прежде ему казалось, что Кейске слишком ревностно относится к своей машине, не пуская к ней никого, кроме механиков. Ну и, наверное, Рёске. Хотя Такуми ни разу не видел, чтобы Рёске ездил с Кейске. Вообще ни разу. Такуми думает, что Кейске выглядит абсолютно спокойным. Вспоминая их первую встречу, он бы ни за что не поверил, что когда-нибудь они будут вот так комфортно ехать по трассе, не думая ни о чём. Он бы с трудом поверил, что они вообще когда-нибудь ещё встретятся. Но если встретятся, то, скорее всего, Кейске будет его недолюбливать. Тогда он казался резким и взрывным. Помешанным на скорости и улучшении. И вот посмотрите на него сейчас. Проект D однозначно повлиял на него в лучшую сторону. «Кейске успокоился» – мало сказать. Он частично перенял мышление брата, при этом всё ещё основываясь на инстинктах. А если учесть скорость, с которой он усваивал новое и мог применять в дальнейшем, из него получался просто идеальный гонщик. И поэтому Такуми считает, что опускать «сан» в общении слишком рано. Ну, только если он будет сильно его доставать. А ещё Такуми узнаёт, что они едут на гору Никко. Что, вообще-то, находится на противоположном конце префектуры. Акина и Акаги в самом сердце Гунмы, а вот Никко на границе с Тотиги. Такуми ни разу там не был. Да и вообще, до проекта D он выезжал с Акины лишь раз: на школьную экскурсию в Токио. Проект был для него самым важным событием в жизни. Пока что. И все новые места, которые он для себя открывал, были в его памяти неразрывно связаны с Кейске. Словно этот парень открывал ему новые грани этого мира. И ведь началось всё с самой первой гонки. Он начал гонять лишь потому, что надо было помогать отцу. И побил Кейске в первый раз лишь потому, что хотел побыстрее добраться до дома. И выступил против него официально лишь потому, что хотел отвезти Нацуки на море. Ну и где сейчас эта Нацуки? А вот Кейске почему-то остался. Не поймёшь эту судьбу. Кейске сворачивает на одной из остановок вдоль трассы. Площадка с заправкой, кафе, сувенирным магазинчиком и супермаркетом в одном флаконе. - Возьмём поесть, - поясняет младший Такахаши, и Такуми послушно следует за ним. Они берут готовые сандвичи, онигири и по бутылке чая и воды на каждого. Ещё Кейске почему-то останавливается у маленького стенда с фруктами (очень уж маленького, кто же покупает фрукты по дороге между городами?). И берёт мешочек с тремя яблоками. - Неплохо глушит аппетит в поездке, - поясняет он, заметив вопросительный взгляд Фудживары. Такуми не нужно даже произносить что-либо вслух. Кейске всё равно понимает. Через двадцать минут они оказываются на горном склоне, и Кейске сворачивает на одну из прилегающих к основной дорог. Она асфальтированная, но видно, что по ней ездят довольно редко. В некоторых местах дорога становится настолько узкой, что ветки свободно растущих деревьев стучат по стёклам. - FD не очень подходит для поездок загород, - улыбается Кейске. – Поэтому я люблю это место. Вроде на природе, но дорога здесь хорошая. И Такуми удивлённо округляет глаза, когда они оказываются на полузаброшенной смотровой площадке, с которой открывается живописный вид на долину и озеро цвета бирюзы. *** Этот день он не забудет никогда. Оставив FD на парковке смотровой площадки, они спустились к озеру по заросшей сочной травой долине, где то тут, то там виднелись голубые, белые и сиреневые полевые цветы. Такуми и сам не знал, что так любит природу. До этого самого момента. Подмышкой у Кейске большое пляжное полотенце, пахнущее машиной. Он пояснил, что всегда возит его с собой и в солнечные дни укрывает лобовое стекло. Такуми делает пометку в голове. А вот в руках оба несут недавно закупленную еду. Потому что уже три часа, а они не обедали. Да и пикник в горах – слишком заманчивая идея. Никко считается национальным парком. Поэтому Такуми удивлён, почему никто не знает об этом месте. Кейске лишь тихо смеётся и прикладывает палец к губам. - Секрет. И Такуми думает, что он играет нечестно. По большей части они молчат, когда едят. Но ведь Кейске просто не может сидеть спокойно, когда Такуми рядом ест. - Эй, ты же уже второй с ветчиной хомячишь! Ну-ка дай мне попробовать! - Чего? – Такуми удивлённо смотрит вниз на обёртки и отмечает, что, действительно, прихватизировал уже второй и последний сандвич с ветчиной. – Блин. Кейске хитро ухмыляется и тянет ручки к его куску. Но Такуми ведь тоже упрямый. Поэтому отодвигает его подальше. Кейске надувает губы и придвигается на коленях. - Так, я не понял… Такуми чувствует, как улыбается. А ещё чувствует лёгкий аромат жасмина, ванили и ещё каких-то полевых цветов. Он списывает всё на местность, хотя свой любимый запах он узнаёт из тысячи. - Кейске-сан, я же уже начал. - И что? А я даже не пробовал. Мне с ветчиной нравится больше, чем с курицей. - Правда? Вообще-то, это негигиенично. - Ты мне тут ещё про гигиену поговори! Ну-ка верни бутерброд! Такуми пытается подорваться и сбежать, но Кейске хватает его за ногу. Чтобы не угробить самое ценное (из-за чего они и начали ссору), Такуми хочет положить сандвич обратно, но вовремя соображает, что это будет значить отдать его Кейске добровольно. А на это он пойти не может. Поэтому пытается вырвать ногу, засунув бутерброд в зубы, и отчаянно перебирает руками по траве. Кейске смеётся и, прижав его ногу коленом, хватает за кофту на уровне рёбер. Такуми удерживает себя от того, чтобы выпустить какой-то странный звук удивления, когда чувствует горячие ладони через ткань. Хотя всё равно вздрагивает, но Кейске, видимо, не обращает на это внимания. Такуми протестующее мычит, когда напарник почти подминает его под себя, а его лицо появляется в опасной близости. Устремлённые на него чуть прищуренные синие глаза полностью обезоруживают Такуми. И он упускает момент, когда Кейске откусывает смачный кусок прямо у его рта. Такуми сдаётся, проглатывая оставшуюся часть сандвича и обиженно протестует. Как обычно. - Кейске-сан! Тот лишь хихикает так довольно и продолжает лежать рядом, прикасаясь телом почти вплотную. Такуми дуется и бормочет: - Кейске придурок. На что тот давится только что отхваченным сандвичем. И теперь уже Такуми довольно хихикает. Отдышавшись, Кейске даёт ему затрещину, и они начинают кататься по поляне, приминая траву и случайно попавшиеся на пути цветы, продолжая тянуть друг друга за одежду и волосы, давая шутливые тумаки, хохоча и не думая ни о чём. Только бы это не заканчивалось. И всё же через несколько минут они устают и остаются валяться в цветах, глядя наверх, на синее небо с лёгким налётом облачных мазков. Они вдыхают горный воздух, согреваемые солнышком, и снова лежат близко-близко, чувствуя тепло друг друга. Кейске хочется обнять его одной рукой, чтобы Такуми прижался поближе, и остаться лежать. Такуми хочется того же, но он никогда не признается. Поэтому они продолжают глядеть в небо. - Может быть, как-нибудь съездить на горячие источники? – бормочет Кейске. - Было бы неплохо, - так же отвечает Такуми. Оба улыбаются, и Кейске смотрит на наручные часы. - Надо уже выезжать, если хочешь быть дома к ужину. Такуми неохотно кивает, и Кейске может чувствовать его нежелание уезжать, даже не глядя. Он приподнимается на локтях и глядит на напарника, прикрывшего глаза. Господи, как же ему идёт. - Такуми. Владелец хачироку удивлённо поднимает взгляд, где-то в глубине сознания думая, а будет ли Кейске продолжать звать его по имени. И его глаза расширяются от удивлёния, когда протянутая к нему рука навевает аромат жасмина, а пальцы Кейске аккуратно касаются его волос. - Лепесток, - улыбается парень и показывает ему небольшой голубой листочек полевых цветов. А Такуми готов умереть от этого невинного прикосновения, от его запаха, от всей этой неописуемой красоты вокруг. И от того, как искренне нежно он улыбается ему. *** - Ещё одна причина, по которой я захотел именно сюда – мороженое, - довольно рассказывает Кейске, выворачивая на парковку у подножия горы. – Именно в этом ларьке продают самое лучшее мороженое в Гунме. Такуми удивлённо смотрит на ничем не примечательную тележку мороженщика. Ну, Кейске бы врать не стал. Хотя… Такуми вылазит из машины вслед за напарником. Тот с довольной улыбкой уже выбирает себе вкус. - Такуми! Шевели задницей! Фудживара смущённо хмурится. Не стоит орать подобное на всю парковку. Но всё же он ускоряет шаг. - Тебе какое? – Кейске указывает на табличку. Вкусов просто множество, и Такуми удивляется, как они все помещаются в этой относительно небольшой тележке. - Эм. Он смотрит на то, что уже в руках Кейске. - Ванильное, - улыбается парень, вновь опережая вопрос. – Вообще, и тебе советую. Такуми кивает. - Тогда мне такое же. И хлопает по карманам в поисках бумажника. А Кейске мягко кладёт руку на его предплечье. - Я угощаю, - улыбается он от уха до уха, и Такуми вновь чувствует себя обезоруженным. *** - Теперь ты просто обязан заехать как-нибудь к нам, - говорит Кейске, когда они уже мчат по трассе в обратном направлении. Парень заглотнул свою порцию почти в три укуса, пока Такуми всё ещё возится. Ну не умеет он так с холодным. Но мороженное и правда оказалось самым вкусным, какое Такуми когда-либо пробовал. И он подумывает рассказать об этом Ицуки, но вовремя одёргивает себя. Ведь тогда нужно будет рассказывать, откуда он знает. И об этой поездке с Кейске, так напоминающей свидание… Чтобы попасть в Акину, нужно проехать Акаги. Такуми думает, что это не очень-то удобно для Кейске, но тому, кажется, всё равно. Да и самому Такуми, будь он за рулём, было бы всё равно, куда подвозить. По мере приближения к Акаги небо начинает затягивать, и деревья вдоль дороги раскачиваются от ветра. - Дождь будет, - вздыхает Кейске. Такуми кивает вновь, и первая капля падает на лобовое стекло. А потом ещё и ещё. И поначалу дождь льёт одной ровной полосой, изредка прерываясь резкими порывами ветра. А затем ветер начинает разбрасывать ливневые потоки в разные стороны, ограничивая видимость. И управляемость. - Чёрт, - тихо ругается Кейске, и Такуми чувствует, как облегчённая FD борется со штормовым ветром. Подъезжая к повороту в Акаги, Кейске бросает на него взгляд и вздыхает. - Слушай, может, реально заедешь? *** Если Рёске и удивлён, то никак этого не показывает. Плюс, у него было немного времени подготовиться после того, как Кейске ему позвонил. - Ветер – жесть, - сообщает младший брат, входя в дом. - Извините за вторжение, - скованно бормочет Такуми, оценивая новые запахи незнакомого дома. - Проходи, Фудживара. И тебе с возвращением, Кейске. - А, да, я дома, - спохватывается блондин. Рёске слегка улыбается. - Я покажу Фудживаре ванную, а ты переоденься, - тут же начинает организаторскую деятельность старший Такахаши. Такуми думает, каково это – постоянно жить рядом с таким человеком. Ну да Кейске, наверное, привык. - Тебе нужна сменная одежда? – обращается к нему Рёске. Такуми качает головой. Они лишь добежали от машины до входной двери. Хотя ливень снаружи приличный. Рёске оценивающе оглядывает его и громко зовёт: - Кейске! Дай Фудживаре свою одежду! - Рёске-сан, всё в порядке, - пытается протестовать Такуми, но тот прерывает его попытки одним взглядом. - Ванная здесь, одежду сейчас принесём. Кухню ты видел, как будешь готов, приходи ужинать. Такуми кивает, немного сбитый с толку. Он слышит быстрые шаги на лестнице. - Это же подойдёт? – Кейске появляется в поле зрения и протягивает маленькую стопку. – Футболка старая, висеть не должна, а штаны всё равно подвернуть придётся. И он хитро смотрит на Фудживару, надеясь, что подкол удался. Тот лишь надувает губы. - Все и так знают, что ты выше, Кейске-сан. Блондин улыбается, довольный собой. - Да что ты. Такуми готов его стукнуть, но Рёске рядом, а значит, нужно вести себя прилично. *** Кейске был прав насчёт одежды. Футболка была почти как раз, а вот штаны великоваты. Но больше всего Такуми поразил аромат. Весь дом Такахаши был пропитан жасмином. С разными оттенками: древесина, ель, ваниль. И такие любимые Такуми маршмеллоу. И эта одежда тоже пахла ими, заставляя голову чуть кружиться. Поэтому Такуми спешит выйти из замкнутого помещения ванной. На кухне Кейске уже сидит за столом с новым выпуском журнала об автоспорте. Рёске в фартуке поверх аккуратно выглаженной голубой рубашки раскладывает по тарелкам их ужин. Такуми поражает вовсе не домашняя обстановка, а тот факт, что он уже привык. Что он не чувствует скованности. Словно так и надо. - Отец будет работать ночью, а мама уехала к тёте в Киото, поэтому ужин готовил я, - поясняет Рёске, расставляя тарелки. Такуми кивает и садится на свободный стул. Кейске, не отводя взгляда от глянцевых страниц, тянется рукой за печеньем. Рёске бьёт его по затылку полотенцем. - Еда перед тобой. Кейске даже не обращает внимания, кивает и берёт в руки палочки. Затем всё-таки отодвигает журнал и складывает ладони. - Итадакимас! Такуми вторит ему чуть тише, как и улыбающийся Рёске. Владелец хачироку думает, что Рёске в последнее время тоже больше улыбается. Но всё равно не так много, как Кейске. Рёске всё ещё где-то вдали, на пьедестале. А Кейске прямо здесь. Рёске включает телевизор с вечерними новостями, передающими, что по прогнозам шторм не утихнет до утра. И рекомендующими не покидать дом. Такуми лишь вздыхает, а Рёске зорко оглядывает его и своего брата. - Оставайся на ночь, Фудживара. Такуми удивлённо поднимает глаза. Как и Кейске. - С таким ветром лучше и правда отсидеться дома. Я бы не рекомендовал вам сейчас ехать на Акину. Парни переглядываются, и Кейске пожимает плечами (прямо как Фудживара, чего не может не отметить Рёске). - Он прав. Такуми раздумывает несколько секунд. - Хорошо. Спасибо большое. Тогда я позвоню отцу. Братья кивают, а Такуми выходит из-за стола в коридор. - Какой воспитанный, а, Кейске? – хитро улыбается брату Рёске, а младший лишь недовольно хмурит брови. - Ну и что? - Да так. -Аники, ты меня раздражаешь. - Даже так?! – смеётся Рёске, а Кейске никак не может взять в толк, с чего у него такое хорошее настроение. - Особенно тем, что твоя готовка становится лучше с каждым разом. Где ты практикуешься? Рёске продолжает таинственно улыбаться. - А как ты думаешь, кто готовит ужин, когда проект D ночует в горах? Кейске округляет глаза, а Рёске смеётся и сам же отвечает на свой вопрос. - Мы с Фумихиро довольно неплохие повара. Такуми возвращается обратно, чтобы доесть свою порцию. - Спасибо ещё раз, что приютили. - Ничего особенного, - вежливо улыбается Рёске, а Кейске хмыкает: - Не строй тут из себя. Я-то знаю, какой ты на самом деле. Такуми надувает губы, а Кейске довольно ухмыляется. И никто из них толком не понимает, о чём именно сейчас шла речь: о манерах, характере или чём-то ещё.