Правильный выбор

Они вошли в большой зал со светлыми стенами, вокруг было умиротворенно и тихо, высокие потолки подпирали гигантские вычурные колонны, а по бокам стояли, поблескивая на солнце, золотые статуи,  — Таис стало не по себе от осознания, что это был лишь коридор, ведущий в главный корпус совета джедаев. Главным условием девушки было ни в коем случае не выдавать ее появление сенату, или канцлеру, или, выразительно смотря на Скайуокера, каким-либо конкретным сенаторам. По понятным причинам. Если узнает их обожаемый канцлер, то он легко сможет заподозрить неладное. От него и так непросто скрывать что-то. Таис уже сильно рисковала, просто появившись на этой треклятой планете. Было очень опасно доверяться одному лишь честному слову джедаев, надеясь, что политическая верхушка останется в неведении о ее пребывании на Корусанте. Девушка сильно нервничала, Энакин чувствовал ее смятение, но помочь с этим никак не мог, хоть и очень хотел. Ему вспомнился день, когда он сам предстал перед советом впервые. Когда на него смотрели благороднейшие джедаи и ни один не хотел брать Энакина к себе в ученики. Его дальнейшее существование было в их руках, и вместо сочувствия он встречал лишь их недоверчивые взгляды. Таис наверняка испытывала схожие чувства, стоя перед знаменитыми магистрами и мастерами джедаями, и сейчас по сути решалась ее судьба, так что было логично, что она чувствовала себя не в своей тарелке. Первым заговорил магистр Йода, за что парень был ему очень благодарным, потому как сам он не знал, с чего начать рассказ всей истории. — Скайуокер, нам поведай, зачем привел сюда ее? — Магистр, я считаю, что Таис сможет помочь нам. Как вам известно, она ученица владыки ситхов, — в ответ на эти слова мастер Винду хмыкнул, — она знает многое. И готова сотрудничать. Реплику Энакина встретили скептические взгляды. От Таис исходили волны сомнения и даже страха, Энакин понимал, что не один чувствует это, и в подтверждение тому были слова Йоды, который вдруг обратился прямо к ней: — Ты боишься, дитя. Что причина тому? Девушка прочистила горло, чтобы что-то сказать, но из уст ее не вырвалось ни слова, Таис будто впала в прострацию, забыв, что конкретно планировала сказать, чтобы выглядеть выигрышно и убедительно. Энакин знал причину такому замешательству. Перед мудростью магистра Йоды все твое существо начинало тянуться к чему-то светлому, признавая его великую Силу, невольно восхищаясь ей. Невероятная мощь, исходившая от Йоды, заставляла признавать его безусловный авторитет. Таис до невозможности хотелось быть искренней перед этим маленьким зеленым существом, внушающим уважение и трепет. — Я боюсь за будущее. Я боюсь, что вы мне не поверите. Она задержала дыхание, зажмурившись. Энакин в удивлении на нее обернулся. Видеть Таис настолько честной было непривычно и, кажется, до жути приятно. — Что ждет нас в будущем ты знаешь? — Да. Но вы не должны этого знать. Брови парня нахмурились, Энакин начал искать бреши в Силе девушки, чтобы лучше понять, о чем она говорит. Очевидно, мастер Йода знал больше него, раз задал этот вопрос. — Откуда ей может быть это известно, Магистр? Будущее изменчиво, — заметил Винду. Он враждебно посмотрел на Таис, сложив руки на груди, всем видом показывая, что не верит ей. — Но я знаю побольше вашего в любом случае, — Таис вздернула подбородок и посмотрела Винду в глаза. Тот сощурился, но ничего не ответил. Было странно, что Энакин до сих пор не может никак прочитать ее мысли, видимо, она только выглядела уязвимой, на самом же деле Таис держала прочную оборону, о чем сейчас говорил весь ее вид. От нее исходили волны темной Силы, девушка стояла, окруженная своими врагами, но в любой момент она была готова пустить в ход одно из главных правил: лучшая защита — нападение. — Что вы предлагаете нам? — сказал до этого молчавший Пло Кун. Видимо ему тоже наскучили эти бессмысленные выяснения отношений. — Я предлагаю информацию о планах сепаратистов. — Это смешно, — сказал Винду. — Мы хотим знать об ордене ситхов. — То есть вы не заинтересованы в окончании Войн Клонов? — Таис хитро обвела зал взглядом, остановившись на Винду, будто издеваясь, осторожно улыбнулась, — Если только меня волнует судьба мирного народа, который страдает из-за войны, то мы не сможем сработаться с вами, — девушка сделала паузу, — Джедаи. — ядовито прибавила она, заглядывая в глаза магистра Винду. Нужно было отдать ему должное — он никак не отреагировал на подобную провокацию, только взгляд его стал жестче, хотя сам Энакин уже бы закипал от гнева. Тем более Таис всегда знала, что сказать, чтобы вывести его из себя. Винду выдохнул, прикрыв глаза. Уступил. Энакин поверить не мог! Винду уступил ей, — практически признал свое поражение в этом. — Каждый здесь находящийся знает, что вы действуете только в своих интересах. Что вы получите, сдав нам планы сепаратистов? Проницательности ему не занимать. Энакин сложил руки на груди, вперив взгляд на девушку. Постепенно она становилась рассеянной, парень был уверен, что не он один в этом зале пытается вскрыть ей голову. В таких условиях ей очень трудно было контролировать Силу. То ли дело сам Скайуокер. Он достиг такого мастерства в том, чтобы скрывать свои истинные эмоции от мастеров. «Таис бы поучиться. Я бы даже мог показать ей пару упражнений» — думал Энакин. — «Да только разве она позволит? Такая, как она никогда не станет принимать помощи. Наверняка. Но попробовать стоит.» Девушка глубоко вздохнула и обвела взглядом всех магистров, сидящих перед ней. — Я преследую личные интересы, это правда. Вряд ли вы поймете… я жажду мести. Она единственная моя цель. По залу прошелся неодобрительный гул. Йода нахмурился, прикрыв глаза. А вот Энакин не чувствовал неприязни к девушке после этих слов. Особенно после них. Во-первых, он не был этому удивлен. А во-вторых… Парню было жутко это признавать, но он понимал ее. Энакин не был в курсе того, за что Таис мстила своему учителю, но это было не важно, потому что Скайуокер как никто другой знал, что это за желание. Когда ты на все готов ради своей мести. Магистр Йода всегда говорил, что если поддаться гневу, уступить ему, то потом наступит сожаление, не сравнимое по своим объемам ни с чем, и вина, которая всю жизнь будет преследовать тебя. Но за свой поступок на Татуине Энакин не чувствовал вины. И уж тем более сожаления. Поэтому слова Таис не вызвали в нем того праведного негодования, которое овладело советом сейчас. — Мы примем решение. Нам нужно все обдумать, а пока, Скайуокер, проследи, чтобы все было в порядке, — Винду выразительно посмотрел в сторону Таис. — Да, магистр. Энакин подошел ближе к девушке, мягко дотронувшись до ее предплечья, и подтолкнул в к выходу из зала. Таис шла заторможено, будто не вполне понимая, что от нее хотят. Ее состояние было понятным — ей нужно было слегка прийти в себя после этого разговора. — Расслабься, все позади, — шепнул ей на ухо Скайуокер. Таис дернулась, спрятав шею в плечах, будто ее щекотали. Энакин недоуменно на нее посмотрел. Они уже вышли из главного зала совета и теперь шли по пустому коридору в выделенную специально для девушки комнату. — Чувствительная шея, — пробормотала девушка. Энакин заметил, как ее ногти впились в ладошки. Парень кашлянул, стараясь скрыть неловкость, и тут же почувствовал себя глупым подростком. В конце концов, что с ним происходит? Он невольно бросил взгляд на ее шею. Бледную, с тонкой кожей. Затем его взгляд двинулся ниже — к острым ключицам, выглядывающим из-за ворота рубахи. Такая незащищенность была очень опрометчиво со стороны Таис. В бою очень легко будет добраться до ее шеи. И не только в бою. — Скайуокер, — одернул резкий голос девушки. Энакин приложил все усилия, чтобы выглядеть естественно, а не так, будто его только что поймали. — Да? — Вам, джедаям, говорят, что миссией увлекаться нельзя? — Таис скрестила руки на груди, будто в попытке спрятаться от взгляда парня. — Я увлечен не миссией. Девушка издала смешок и опустила глаза в пол, покачав головой. — Так вам еще и флиртовать позволено? Ты не перестаешь меня удивлять. — Ты мыслишь стереотипно, — фыркнул Энакин. Он никак не мог избавиться от странного ощущения. Было непривычно вот так разговаривать с ней. Доброжелательно. — А ты нет? — Таис посмотрела на него, слегка склонив голову на бок. — Каковы мои шансы, Скайуокер? Они мне верят? Парень помолчал. Он понимал, что на кону стоит ее свобода. Энакину тоже было нелегко — все-таки он был в ответе за то, что она сейчас шла с ним бок-о-бок, и, если магистры решат не в пользу Таис, он сильно ее подставит. Не то чтобы ему было до этого дела… Но, кажется, ему было дело до нее. И осознание на мгновение испугало его. — Я думаю, они верят. Вопрос в другом. Скорее всего, совет решает, — Энакин глубоко вздохнул, подбирая слова, — насколько целесообразно позволять тебе осуществлять возмездие. Нам выгодно сотрудничать, но совет не может допустить, чтобы благодаря ним свершилась месть. Таис хмыкнула. Ничего нового и удивительного в этом не было. Она уважала людей, у которых были принципы, но девушка считала, что раз твои взгляды мешают достижению целей (а цели джедаев всегда благие, не так ли), то это не принципы, а просто показуха для народа. Или очередной жалкий способ успокоить совесть. Ситхов учат принимать себя таким, какой ты есть, со всеми недостатками, просто потому что идеалом все равно не станешь. И для кого стараться, если в мире этом ты навсегда один. — Знаешь, ты говоришь так, будто не согласен с ними, — заметила девушка. Они дошли до нужной двери, и парень открыл ее перед Таис, пропуская вперед. Но она даже не взглянула в ту сторону. — Да, я не согласен с ними. — наконец признал Энакин, нетерпеливым жестом приглашая Таис зайти, наконец. Девушка в удивлении приподняла брови. — А ты не промах, — Таис ухмыльнулась, пройдя в комнату. Энакин ступил следом. — Я нуждался в твоей оценке, — сказал он, закатив глаза. Таис присела на край «кровати», поморщившись. Снова жесткая. Девушка внутренне взвыла от несправедливости. Когда-нибудь будет она спать на мягких шелковых простынях? Между ними висела тишина, — спокойная, не давящая, — когда Таис признала, облокотившись на стену позади. — Я устала, Скайуокер. Энакин удивился такой искренности, который раз за сегодня, — все никак не мог привыкнуть, что теперь они общаются так. Как… союзники? Товарищи? Не ясно. Без ярлыков было сложно, надо признать. Но Оби-Ван сам всегда говорил, что нельзя возводить все в абсолют. Таис не была злом в чистом виде. Если быть откровенным, то она мало чем отличается от Энакина. Он сомневался, что она совершила зла много больше, чем он. И поступков, которые противоречат кодексу джедаев, у него тоже наберется. — За что ты хочешь отомстить учителю? — спросил парень, присев прямо на полу, напротив матраса, на котором полулежала Таис. Вообще комнатка, которую выделили девушке, была максимально скромной. Других здесь просто нет, джедай не должен отвлекаться на комфорт. Кровать, которая по сути была собрана из плотных тканей, постеленных на полу, небольшая тумбочка и шкаф. Вот и все. — Какая разница? — Таис нахмурилась, опустив голову. — Это у вас принято питать какие-то чувства к учителям, Скайуокер. Может, и вовсе причины нет? Ты такой вариант не рассматривал? Что если я просто плохой человек, предавший учителя ради собственной выгоды? — она с вызовом посмотрела на него, но у Энакина не было ответа. Они снова молчали, и молчание это было полно недосказанности, будто перед ними сейчас опускается мост над пропастью. И обоим нужно просто не побояться ступить на него. Приемник на руке Энакина издал раздражающий звук, и Таис внутренне взвыла от досады. — Что у тебя, Рекс? — резче, чем нужно сказал парень, отвернувшись от девушки. — Сэр, вам нужно видеть это. Зайдите в библиотечный центр, мы вскрыли те чертежи. — Уже иду. — он выключил свой приемник и выдохнул, обращаясь уже к девушке, — Таис, мне нужно идти. Ты… — Я буду здесь, — она не дала ему договорить, — не волнуйся за это. Энакин странно посмотрел на нее со смесью благодарности и сожаления и развернулся, чтобы уйти. Когда он уже открыл дверь, то вдруг остановился, обдумывая что-то для себя. А затем он обратился к ней: — Скольких… — кулаки его сжались, он будто пытался решиться на что-то, но прежде, чем он задал вопрос, Таис уже понимала, о чем пойдет речь, — Скольких ты убила? Он не смотрел ей в глаза, но она все равно видела, что ответ был ему важен по какой-то причине, поэтому решила быть полностью честной. — На войне? — До нее. — Шесть. После этих слов раздался пораженный выдох. Таис не хотелось разочаровывать Энакина, но ничего нельзя было сделать с прошлым. Да, конечно, она убивала, иначе ей было не выжить самой. Она ученица ситхов, по-другому было нельзя. И, наверно, она все же надеялась на понимание Энакина. Хотя знала, что не заслуживает его. Скайуокер качнул головой, полностью уйдя в раздумья, его красивые плечи вдруг осунулись, и он вообще стал мало походить на себя. Таис сглотнула, наблюдая за ним. Девушка уже тысячу раз пожалела, что ответила на этот вопрос. А какой реакции она ожидала? Что он засмеется и скажет:"Ой, ну не так уж и много»? Теперь она до конца потеряла хоть какое-то его расположение. Куда уж ей до сенатора Амидалы, правда. Она, наверно, за всю жизнь не причинила вред ни одному существу. Таис бы тоже так хотела… Она зажмурилась, когда за Энакином хлопнула дверь. Парень не злился, нет, он, скорее, был разочарован. Энакин ударил кулаком о стену, как только вышел из комнаты Таис. На поверхности тут же образовалась вмятина, а костяшки щипали от боли, но он не обращал на это внимание. Он шел, не помня себя, периодически останавливаясь и смотря в одну точку, пока не вспоминал, что ему нужно продолжать идти. А в голове была только одна мысль. Как тошнотворная данность, еще одна, с которой ему придется жить. Которая набатом будет стучать в его голове, присоединяясь ко всем ранам на его сердце, потому что Энакин понимал, что становится омерзителен сам себе. «Я убил больше, чем она»