Amerika

Благослови его бессмертный статус. Поскольку, если бы не тот факт, что его судьба была привязана к его земле, Россия наверняка нанёс бы непоправимый урон его животу. Яростный гнев, что он испытывал, когда Америка открывал рот, вызывал тревожные сигналы боли во всех внутренностях. Иногда было больно употреблять слишком кислую пищу. И после многих лет войны, голода и холода Россия очень хотел поесть. Ты тоже вмешиваешься в мою диету, подумал он с горечью, впиваясь взглядом в шумные выходки этого буржуя, жестко и уверенно жестикулировавшего. Стресс от встреч с Америкой, стресс от его боссов, сравнения всего, что он и западная страна делал - ничто из этого не поднимало России настроение, когда он видел Джонса. Взаимное чувство. Как только Америка повернулся, голубые глаза приземлились на Россию, затем эта пылающая улыбка превратилась в насмешку с трепетной легкостью. Придя в себя, Альфред встряхнулся, надел взгляд, который должен был быть профессиональным, и коротко кивнул Ивану. Брагинский едва склонил голову на сантиметр. Но оба знали, что могли бы надеяться друг на друга, когда напряженность была так высока и низка, непредсказуемая, как граната, угрожая взорвать их всех. С облегчением Россия ушёл с собрания и, натянув ложное радушие, вернулся домой. Он устал, мускулы болели, а кости ныли от утомляемости. После принятия ванны, Иван был готов просто броситься в постель.

***

И тогда что-то привлекло его внимание. То, что лежало на столе, оказалось журналом, цвета которого были настолько яркими, что Брагинский задался вопросом, как он этого не заметил раньше. Он осмотрел его, начиная пристально разглядывать. America Америка Россия молча смотрел на журнал, переворачивая его, проверяя со всех сторон. В очередной раз встряхнув его, Брагинский заметил выпавшую записку от одного из его начальников. Государственный департамент США сделал эти журналы о повседневной жизни в Америке. Взамен мы отправляем им журналы о повседневной жизни на нашей славной родине. Это откроет возможности культурного обмена и покажет американскому народу, насколько хорошо мы живем. Мне удалось получить копию, отложенную для тебя, но отныне они должны быть напечатаны и выпущены, поэтому тебе нужно будет получить их самостоятельно. Наслаждайся тем, чем можно. Россия отложил записку и с любопытством просмотрел страницы. Как и Альфред, журнал был показным и гордым до предела. Чувство самооценки пронизывало каждую строку текста, и Иван нахмурился, представив, высокомерную усмешку, которой Америка, должно быть, хвастался, когда составлял это. Это дало ему некоторое удовлетворение, зная, что люди Америки скоро будут изучать другой способ жить, чтобы они увидели, какой на самом деле была изнуренная Америка. Вежливая пропаганда, в конечном итоге это будет так называться. Вместо постели Россия устроился в своем кресле, небрежно перелистывая, глаза только просматривали страницы, предназначенные для скорого сна. Скимминг превратился в прочтение всего этого, и, закончив, Россия ушёл в постель, видение наполнялось лакомыми кусочками, которые он узнал, которые следовали за ним в царство сновидений, изгоняя обычные непростые взгляды, что мешали его сну. И поэтому Брагинский мечтал о супермаркетах и ​​исследованиях полиомиелита, новых автомобилях и мигании джазовых инструментов. Много советских людей читали и на следующий день. Россия разузнал, где будут распространяться журналы, застав все полки пустыми. - Распродано, товарищ, улетели с полки быстрее, чем я их увидел, - говорили. Повсюду все наслаждались новым материалом для чтения, шептали в приглушенных тонах о том, что узнали, некоторые хвастались, зная больше, другие задыхались, чтобы рассказать ещё. Не осознавая этого, Россия был очень рад, что получил копию. И он был настроен получить каждую копию новых выпусков. И было выпущено ещё больше, каждые замеченные любознательными советскими гражданами были куплены быстрее, чем они могли быть сделаны. По внешнему виду, Россия представлял себе, что США должны иметь дело с подобной ситуацией.

***

Таково было его впечатление, пока он фактически не отправился туда позже на встречу. В США они едва могли избавиться от журналов, присланных Советским Союзом. Несколько пустых мест среди полок были доказательством вопиющей незаинтересованности, которую родили граждане. Гримасируя, удивляясь, почему так тяжело и больно в желудке, как от укусов, к которым он привык, Иван поплёлся на очередную встречу. В помещении он сидел, ожидая прибытия других. В одиночестве с унынием Иван достал свою копию последней брошюры об американской жизни, с каменным лицом, читая. Медленно, очень медленно, нахмурившись, маска изо льда на его лице растаяла, когда он неохотно погрузился в новые статьи. Перспектива телевизоров в миллионах домов. Правила баскетбола. Недорогие тенденции моды. Как сшить платье легко и в один день. Россия усмехнулся, сразу представляя нетерпеливого, беспокойного Америку, Америку со всей его кинетической энергией, погружённым в работу за швейной машиной, прослеживавшего точные линии прошивки, язык, высунутый при вдевании нитки в иглу, заставляющего себя сидеть неподвижно и быть точным. Позади него раздался шорох. - Я попал в альтернативную вселенную, или ты действительно только что улыбнулся мне? Голова России поднялась, лицо потеплело, кровь вновь заполнила его. - Америка, - отрезал Брагинский. Он начал опускать журнал, но сделал паузу, оставив его видимым. Взгляд голубых глаз Америки упали на него. - Наслаждаешься этим? - спросил Альфред. Его тон казался случайным, если не осторожным. Казалось, они всегда должны были быть осторожны. Россия молча кивнул. Америка тоже кивнул, глядя в сторону. - Круто... для чего они нужны. И преподавание, и прочее, - он, казалось, очень сильно интересовался ботинками Ивана. - Знают ли о этом дети? - поинтересовался Россия, зная, что важно хранить вещи в гражданском, но не отвечать. Америка поморщился, засунув руки в карманы. - Я... да, я имею в виду... ты это видел? - Их можно больше увидеть, - Россия тщательно маркировал страницу, а потом сложил руки перед собой. - Это непроданная копия, хм, я дам тебе денег за то, что они действительно продаются. - Копии проданы?! - Америка вскрикнул, наконец, снова взглянув на Брагинского. Каким бы не было теплое лицо Ивана, Америка на самом деле уставился на его. Беззвучно Джонс поднял свой портфель, поставив на стол. Из открытой папки он вытащил три экземпляра "СССР". - У меня... больше дома, - сказал Америка, будто вытаскивая каждое слово из-под ног. Но искренность сияла в его глазах, и сейчас он стоял на мирном пути, больше не пытаясь сделаться настолько великим, насколько можно, а скорее казался замкнутым. Даже хмурым. - Просто я не хотел, чтобы ты подумал, что никто их не читает. Россия рассматривал человека перед собой. Это не стирало безразличие, которое многие, казалось, чувствовали на всю жизнь в СССР. Но почему-то на данный момент Иван почувствовал, что знает, что один из самых важных читателей действительно был очень заинтересован. И каждый из них мечтал о жизни и видениях друг друга, о единстве и силе, об инновациях и прорыве небесных барьеров. Они мечтали о завтрашнем дне.