Вкус вишнёвой лжи

... не всякая ложь есть зло. (Стивен Кинг. Худеющий) Анна Плетнёва – Игрушки Ложь 23. Ира

В холле дьявольски дорогого магазина одежды прохладно и почему-то пахнет приторным запахом цитруса, хотя стены с двух сторон от примерочных, усыпаны изображениями сочных вишенок. Играет тихая энергичная музыка, консультантки в идеальных нарядах бегают туда-суда, пытаясь угодить богатеньким клиентам, а мужчина, сидящий рядом со мной на диванчике, уже в третий раз спрашивает у меня время. Он даже не пытается спрятать свои наручные часы под рукавом пиджака, поэтому, после очередной попытки заговорить со мной, я поднимаюсь на ноги и отхожу в сторону, начиная прохаживаться мимо вешалок. Кругом одни платья. Пафосные, разноцветные, строгие, с блёстками, кроткие, длинные. Выбирай, какое хочешь! Вот только… Я присматриваю себе красивое чёрное платье, смотрю на ценник и чуть ли не хрюкаю. Восемьдесят три штуки! М-да… Почти сотка за какую-то тряпку. Да я точно такое же могу найти на распродаже за рубль. И какой нормальный человек захочет купить себе вещь за такую безумную цену? - Ирка! Ах, да. Вот этот человек. Элли выходит из примерочной и крутится передо мной в очередном платье. Красное в пол с большим вырезом на груди. Левая нога игриво выглядывает через разрез в подоле, притягивая ненужные взгляды. - Как тебе? – интересуется подруга, рассматривая себя в зеркале. Я подхожу ближе и задумчиво кривлюсь. Честно? Я бы никогда в жизни такое не надела, да и Макеева в нём выглядит, словно роковая сучка. Что, кстати, как раз в её духе. - Неплохо, - пожимаю плечом, надеясь, что это платье – последнее. - Мне тоже нравится. Блондинка расплывается в довольной улыбке, внимательно разглядывая себя со всех сторон. Вещь сидит идеально: подчёркивает изгибы тела Элли, выделяет красивую грудь, даже стройнит. А когда девушка нацепит каблуки, так будет выглядеть ещё привлекательнее. У Макеевой это всегда получается без проблем. Даже в домашнем костюме с растрепавшимся пучком на голове она выглядит безупречно. Не то что некоторые. Мне, например, потребуется хирургическая операция, чтобы выглядеть идеально. - И сколько оно стоит? – безразлично интересуюсь я. - Сто двадцать, - говорит так, словно цена не в тысячах, а в рублях. Сто двадцать, мать их, штук. Я на эти деньги смогу несколько лет прожить, не работая, а тут какая-то тряпка, которую Элли наденет один раз в жизни, а потом бросит в шкаф к остальным и забудет о её существовании. - Я надеюсь, мероприятие того стоит… Ты, кстати, так и не рассказала, куда собираешься пойти. Элли машет консультантке, и та поспешно семенит к нам. - Благотворительное мероприятие, - отмахивается подруга. – Светский вечер, деньги с которого отправятся в фонд борьбы с детским раком. Кажется, там будет выставка художников или концерт, я точно не знаю. Меня Артём пригласил. Его отец сейчас в Гонконге, и Тёме приходится разбираться с делами компании, - в этот момент к нам подходит девушка, и Элли переводит всё внимание на неё. – Я беру это платье. И ещё, принесите мне туфли. Красные. Все, что есть. Я примерю, пока платье не сняла, - консультантка кивает и поспешно ретируется. – Так вот, - смотрит на меня. – Тёма сказал, что там будет его младший брат. Помнишь, я как-то рассказывала о нём? - Ну, да… что-то припоминаю, - бормочу я. – Стоп, погоди. А когда будет этот вечер? Элли задумчиво прикусывает губу и морщит носик. - В субботу. Да, точно. В пятницу у меня встреча со Стасом, а в субботу вечером с Тёмой. Вздыхаю, поджимая губы. Когда-нибудь эта ситуация выйдет из-под контроля, и у меня как-то нет желания быть втянутой в последствия. Но что уж тут поделаешь, когда твоя подруга творит, что ей вздумается. - Ха. Вот те раз, - фыркаю я. – Марина предложила мне поработать официанткой на одном благотворительном вечере в субботу. Типа, отец слишком много отдаёт мне денег, а ей, видите ли, не хватает на открытие своей выставки. Блондинка кривится. С Мариной у неё давняя неприятная история. Когда мамы не стало, бабушка не могла за мной присматривать, поэтому опекунство отдали в руки папы, и я поселилась вместе с ним у мачехи. Он постоянно пропадал на работе, а Марина сидела дома и рисовала свои отвратительные картины, в тайне мечтая, что станет вторым Пикассо или Ван Гогом. А, может, хотела придумать ещё один квадрат Малевича и прославиться, хрен её разберёт. Она не работала из-за декрета, вечно торчала в студии, изредка за гроши продавала свои картины. Мне было лет четырнадцать. Как-то раз мы с классом собирались отправиться на несколько дней в Питер, но Марина убедила отца, что у нас нет денег, и, следовательно, поехать я никуда не смогу. Элли прознала об этом и начала возмущаться, мол, на дорогие краски, холсты и прочую чепуху Марина деньги тратит, а мою экскурсию оплатить её жаба душит. Подруга предложила мне денег на поездку, но я отказалась. И тогда Макеева пришла к нам домой, скупила все картины Марины и заявила: - Вот теперь у вас есть деньги, и Ира может поехать в Питер. Мачехе ничего не оставалось, как согласиться. А потом мы с Элли сожгли эти чёртовы картины на заднем дворе возле мусорных контейнеров. До сих пор помню, как приятно было смотреть на пылающие холсты с отвратительными безвкусными рисунками. - Ну, я не удивлена, - бурчит блондинка. – Это в её духе… Консультантка приносит несколько коробок с обувью и начинает демонстрировать туфли. Элли отмахивается от первых двух пар, а третьи решает примерить. - Так, значит, ты тоже там будешь! – улыбается подруга. – Слава Богу, а то я уже настроилась на скучные светские беседы. Они снова начнут интересоваться моей матерью, спрашивать, как у неё дела и всё такое… Тебе нравится? – поворачивается ко мне, показывая бархатные туфли на высокой платформе. - Нет, - кривлюсь. – Ты в них взвоешь, как обычно. Попробуй вон те, - показываю на пятую коробку, на которой стоят изящные босоножки на тонкой шпильке. - Познакомлю тебя с Тёмой, - заявляет Элли, но я лишь отмахиваюсь. - Ещё чего! Судя по твоим рассказам, он до меня спускаться с Олимпа не станет, так что лучше не надо. Тем более, я буду в костюме официантки. Как ты вообще себе это представляешь? О, смотри, это моя лучшая подруга, она сегодня разносит всем закуски и выпивку? – непонимающе вскидываю руки. Блондинка виновато морщится. - Да. Я как-то не подумала… - она небрежно снимает туфли и надевает босоножки. – Предлагать тебя пойти как гостье – не вариант? - Не вариант. Она вздыхает, смотрит на себя в зеркало и расстроенно стучит ногой по полу, словно проверяя, не оторвётся ли каблук. - Ладно. Познакомлю в другой раз, - тянет Элли. – Беру эти. Упакуйте. Макеева снимает босоножки и отдаёт консультантке, а сама направляется в кабинку, чтобы переодеться. Обижается ещё. О чём она вообще думала, предлагая мне познакомиться с её вторым парнем? Мне и первого хватило. Смотрю на время и шумно вздыхаю. Вот тебе, Ирочка, и выходной. И где ты его проводишь? С Элли, помогаешь выбрать платье для глупого мероприятия. А могла бы валяться на диване и смотреть сериал…