Вкус вишнёвой лжи

Если ты не будешь говорить то, что думаешь, твои глаза, мимика, движения незаметно всё скажут за тебя. Что ты выиграешь от своего вранья – неясно, а вот проиграть сможешь наверняка. (Владимир Эдуардович Казарян) Макс Корж – Пьяный дождь Ложь 29. Стас

- Где ты всё ходишь? – недовольно спрашивает Тёма, когда я возвращаюсь к нему после разговора с Ирой. Что б его со всеми этими знакомствами, пусть катится куда подальше. Сейчас у меня нет настроения улыбаться и поддерживать глупый разговор про компанию отца. Сегодня брат куда злее, чем обычно. И чего так взъелся на меня? Я же приехал сюда? Приехал. Даже нормально веду себя, болтаю с его этими самыми шишками, вежлив, обаятелен. Что ещё-то не так? Слишком очарователен что ли? - Я в туалете был, - бурчу. В голове только одна мысль: те два парня, изъявившие желание выловить меня и отомстить за Григорьева. Плюс ко всему они те ещё отморозки, раз изнасиловали кого-то. Да и, думаю, подобные случаи в их жизни не редки. То, что я в курсе их секрета, может сыграть мне на руку. Никто же не хочет, чтобы их правда всплыла, так же как та бита со дна реки. Интересно, если она пролежит там достаточно долго, отпечатки исчезнут? - Если ты не заметил, у нас важный разговор был, - продолжает парировать брат. – А ты ушёл, даже ничего не объяснив. - Ну, приспичило. Сорян! – не выдерживаю я, устремляя на Артёма взгляд. – Я должен по каждому шагу отчитываться? Он поджимает губы, прищуриваясь, и я уже слышу его следующую фразу, мол, всё расскажу отцу, но брат молчит. Даже странно. - Иногда мне кажется, что твоя цель в жизни, выводить меня и отца из себя. Делаешь всё, лишь бы напакостить нам. - Тебе не кажется, - тихо огрызаюсь, стараясь не привлекать к себе внимания. Кто же всё-таки эти двое, о которых говорила Ирка? Дружки Григорьева? Если парень в коме, а они в курсе, кто именно участвовал в драке, значит, либо были свидетелями, либо участвовали в разборках. Скорее всего, второй вариант. Это тоже плюс, потому что они были засняты на видео, а, следовательно, сольются, если им пригрозить записью. Но мы в одинаковых положениях. Поймают их, значит, конец Назарову. И наоборот. Угрозы бесполезны. Придётся сойтись с ними один на один и разобраться в конфликте с помощью кулаков. У меня плохое предчувствие. Нужно набрать Костяна и поговорить с ним об этом. Стоп. Он же тогда помчится сам разбираться, его ж не остановить. Вляпается ещё во что-нибудь. Нужно подумать. - Вечер скоро подойдёт к концу, - это брат. Уже и забываю о его присутствии. – Надеюсь, задержишься до конца. - Ага, - хрен знает, на что соглашаюсь. Рассеянно осматриваюсь, почему-то чувствуя на себе пристальные взгляды. Воображение разыгралось? Достаю сотовый, смотрю на время. Двенадцатый час. Ну, ничего себе время пролетело! Только что пришёл, а уже уходить пора. Поднимаю взгляд на брата – тот всё ещё недолго разглядывает меня, словно собираясь что-нибудь сказать, а потом просто молча разворачивается и уходит. Отлично! Набираю номер Костяна и отхожу в самую жопу зала, чтобы избавиться от пристальных взглядов и сбивающих с толку голосов. Всё-таки нужно поговорить с другом на счёт возможной угрозы. Гудки раздражают – осматриваюсь, отхожу чуть в сторону, чтобы спрятаться за жуткой статуей некрасивого ребёнка, прислоняюсь к ней плечом. - Да, Стас, - отвечает не сразу. - Нужно встретиться, тема есть, - с ходу говорю я, приглушая голос. - Ладно. Завтра заеду. - Не завтра, а сейчас, - настаиваю. – Это важно. - Бля, чувак. Сейчас не могу. У меня планы. - Так отмени! – чуть громче, чем надо. – Это важно. Он шумно вздыхает, и на заднем плане я слышу шум двигателя машины. Назар за рулём? С каких пор у него тачка? Недолго молчит – я уже представляю, как сдвигаются его брови, когда друг не может принять нужное решение. Что же у него там за планы такие важные? - Не, - всё-таки говорит Назар. – Не могу. Обещал быть в другом месте. Если это реально так важно, заеду к тебе через два-три часа. Идёт? Или говори щас. Я вздыхаю. Мне ж прям даже интересно стало, что там у него за планы такие… - Ладно, хрен с тобой, - бурчу я. – Это не телефонный разговор. Жду, как разберёшься со своими делами. - Отлично, забились! – Костян шмыгает носом, тихо чертыхается из-за чего-то. – Ну, всё тогда. Увидимся. - Ага. Сбрасывает. Вот же… Приходится убрать сотовый и ещё раз осмотреться, прежде чем выйти из укрытия и раствориться в толпе. Брат не лукавит: вечер действительно подходит к концу. Музыканты приступают к завершающей мелодии, ведущий начинает благодарить всех за присутствие. Пафосная игра на публику вызывает только отвращение, а все эти хихикающие улыбающиеся лица кажутся настоящим фальшем. Я пробираюсь к выходу, не дожидаясь окончания благотворительного вечера, и оказываюсь на улице. Свежий воздух отрезвляет, помогает сосредоточиться. На удивление, возле входа больше нет ни фанаток, ни репортёров, последние из которых, скорее всего, где-то внутри среди гостей. Сбегаю с крыльца, отхожу в сторону на достаточное расстояние, чтобы никто не посмел подумать, что я присутствовал на вечере. Следом достаю сигареты и прикуриваю. Новая информация смешивается в голове и никак не хочет раскладываться по полочкам. Два парня. Изнасилование. Вечеринка на пристани. Бита на дне реки. Игорь Григорьев в коме. Как же это всё связать и найти выход? Затягиваюсь – кончик сигареты становится чуть ярче, а после снова затухает. Как переключение с дальних фар на ближние. Ладно, пора домой. Пока жду Назарова, вздремну немного, чтобы голову освежить. Да и в душ не помешает сходить… Направляюсь в сторону оставленного неподалёку байка – и плевать, что я слегка выпил, мне не привыкать. В принципе, я даже и не пьян. Взгляд цепляется за двенашку, припаркованную на обочине чуть дальше, - рядом с ней стоит парень и курит, прислоняется спиной к машине, смотрит куда-то под ноги. Да ну нафиг, не может быть… - Костян?! – вырывается у меня, когда я подхожу ближе. Парень поднимает голову, смотрит на меня чуть прищурившись, собирается затянуться, но передумывает. - Стас? Ты чё тут делаешь? – немного напряжённо спрашивает друг. Подхожу ближе. - Это я тебя собирался спросить, - кривлюсь. – Откуда тачка? Пожимает плечом. - Да так, одолжил погонять, - теребит пальцами сигарету, не курит. Нервничает? – А ты как тут? Сплёвывает на асфальт. - Да я на вечере был, брат заставил прийти, - в отличие от Назара, я докуриваю сижку и выбрасываю под ноги. – А ты? - Да дела у меня, - коротко бросает Костя. - Здесь? – осматриваюсь по сторонам. - Ну, да. Его сигарета догорает, и парню приходится выбросить её. Костян молчит, я тоже. И мы стоим вдвоём как два дебила. Мне бы попрощаться, забить и пойти к своему байку, чтобы вернуться домой и забыть обо всём, что сегодня со мной произошло, но я стою и смотрю на друга, не понимая, что вообще происходит. - Ты, это… - наконец, бурчит Назар. – Уходить-то собираешься? - Уходить? – не понимаю я. – А… Ну. Да. Домой поеду. Байк недалеко стоит. - Ну, пока тогда. Прищуриваюсь. Что-то с Назаром не так. Во что он опять вляпался и что ему нужно рядом с местом, где проходит благотворительный вечер? Неужели, грабануть мажоров решил? Не, тогда я чёрта с два отсюда уйду! - А что за дела у тебя? - Да так. - Что «так»? - Дела и дела, в чём проблемы-то? – не понимает Костя. - Да ни в чём. Подозрительно это! Стоишь тут рядом с собравшейся тучей богатеев и что-то замышляешь… - Ой, да ничего криминального! – раздражается. Я лишь поджимаю губы, и мы стоим. Я уходить не собираюсь, да и Назар тоже. Выкуривает всю пачку, не произнося не слова. Нервничает. И я вместе с ним, потому что плохое у меня, чёрт его дери, предчувствие. Он ведь ничего не рассказывает, молчит как рыба, а мне гадай, что он задумал. Зная его нелюбовь к мажорам, хорошего ждать нельзя, особенно рядом с местом, где скопилась целая куча важных шишек. Гости начинают расходиться, разъезжаться под домам на своих дорогих тачках, снова появляются репортёры, фотографы и все прочие стервятники, пытающиеся отхватить парочку кадров, как какая-нибудь пьяная знаменитость забирается в авто, случайно сверкая своими труселями. А мы всё стоим и стоим, дожидаясь непонятно чего. Назаров смотрит на время, проверяет телефон. - Ты так и будешь за мной следить как мамочка? – не понимает Костян. - Пока не скажешь, что задумал. Подозрительно это всё… - Придурок. - Дебил. - Да я же сказал, ничего криминального! Встреча у меня здесь, - его взгляд скользит вдоль дороги, губы взволнованно кривятся. Явно не хочет, чтобы я здесь торчал и спалил его, но я ведь всё равно не отстану, и Назаров это прекрасно понимает. Вляпается во что-нибудь, а разгребать-то мне! - Чёрт, - бурчит, отворачиваясь. В это же время я слышу позади шаги и громкий знакомый голос: - Ну, я же просила к чёрному входу! Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда девушка замирает в метре от меня. - Ира? – удивляюсь. - Стас? – вскидывает бровь. Смотрит то на меня, то на Назара. - Так ты с ней встречался? – накидываюсь на Костяна. – И чё молчал-то? Я думал, ты грабануть кого хотел. Назаров косится на меня, затем смотрит на девушку. - Прости, там въезда не было. Решил здесь подождать, - отстраняется от машины и открывает переднюю дверь, услужливо приглашая Иру забраться в салон. Она шумно вздыхает, неловко топчется, смотря на меня. Видимо, не ожидала, что я тоже здесь буду. А я-то как не ожидал! Да я в шоке просто! Как так вообще получилось, что Костян приехал сюда за Ирой? Это же… - Увидимся, Стас, - чуть улыбается девушка, а после забирается в авто. Назар захлопывает дверь. - Да, увидимся, Стас, - дразнит меня друг. – Заеду к тебе позже. Он обходит тачку, забирается внутрь и газует. Они уезжают, а я стою здесь как дебил и смотрю им вслед. И почему у меня такое чувство, словно меня только что кинули? Ира и Костян. Да. Ну. Нафиг. Нет. Этому должно быть какое-то разумное объяснение. Они ведь не могли сблизиться, вообще никак. Ни разу, ни за какие коврижки… Моя логика сломана, и мне срочно нужен отдых. Достаю из кармана пачку, вытаскиваю одну сигарету и прикусываю зубами. Хлопаю по карманам, в поисках зажигалки. Да где же она? Выпала что ли? Смотрю под ноги, скользя взглядом по асфальту, но той нигде нет. Ладно, хрен с ней, дома покурю. Осторожно убираю сижку обратно в пачку, но в карман спрятать не успеваю. Всё происходит как хлопок. Бац. И всё. Что-то ударяет меня по затылку, и я погружаюсь в темноту. Последнее, что я помню, - стремительно приближающийся к моему лицу асфальт.