Чувствую, как вижу

Тепло разливалось по всему телу, Ричард открыл глаза, окунаясь в привычно-пугающую темноту. Глаза немного жгло, наверное, солнце во всю свою мощь било в окна помещения. Кровать была мягкой, Дикон успел уже отвыкнуть от таких удобств. Ссадины саднило, ушибы ныли. Рука сама взметнулась к лицу. — Не трогай, — лениво одернул голос откуда-то из темноты. – Кости будут срастаться долго, но, думаю, форма не слишком пострадает. — Эр Рокэ… — голос хриплый, но осознание того, что все уже закончилось, успокаивало. — Тебе, наверно, интересно знать, что происходило эти дни? Что же, расскажу оруженосцу сказку… Через полтора часа после того, как ты отбыл к этому ызаргу, к воротам примчался виконт Лар и умолял о встрече со мной. Человек Чести, родич Окделлов, жаждет разговора с самим Рокэ Алвой. Я был удивлен. Ваш кузен, юноша, умеет удивлять. Но вас ему не обойти. Заманили в какую-то дыру, прогнали, оставшись в одиночестве, при этом ни кошки не видя? Восхитительно. Увы, после того как мы приехали на место вашей непредвиденной стоянки, вас уже там не было. Между прочим, мне стоило больших усилий прекратить отвратительную панику несдержанного виконта, хотя…в чем-то я его понимал. Далее, пока мои люди прочесывали город, я вешал лапшу на уши нашей страдалицы за отечество, а также на уши самого старого и самого больного человека всея Талига. И представьте себе мое удивление, когда вчера я случайно, проезжая по рынку, заметил, как некто расплачивается деньгами из вашего, юноша, кошелька. Это было, по меньшей мере, любопытно и я, прихватив пару кэналлийцев, что были со мной, решил проследить за этим господином в драных штанах. У него интересный дом, жаль, что вы его не видели, но, после того, как мы навестим того лекаря, я устрою вам экскурсию. Пока я добрался до подземного хода, ведущего в ваше узилище, мы успели перебить десятка два швали различной степени потертости. А затем я вас усыпил. Конец, юноша. Только скажите, зачем вас понесло в тот переулок? — Не хотел, чтобы кто-то видел… Эр Август дал яд, чтобы убить вас, а я…я бы не смог. Я бы никогда не смог вас убить, эр Рокэ, я же… — Ричард запнулся, отчаянно желая продолжить, но боясь быть обсмеянным, сравненным с покойным Джастином. Поэтому он закончил совсем не так как хотел: — это стало моим ядом. — Идиот. – Глухо и коротко. – Пожалуй, я все-таки кое в чем признателен тем разбойникам, возомнившим себя неуловимыми похитителями. Ричард лишь вздохнул. Минутная слабость, та, что заставила его обнять своего эра, а эра поцеловать слепые глаза так и осталась просто минутной слабостью. Зрение ему вернут, иначе Рокэ не был бы так уверен в своих словах, а затем…затем все будет как раньше. Не так хорошо, как хотелось бы, но и не так плохо, как могло бы быть. — Дикон, Дикон, — усмехнулся Ворон совсем рядом, Дик почувствовал, как кровать приняла на себя груз его тела. По лицу, покрытому кровавой коркой, скользнули тонкие холеные пальцы. Не больно – очень приятно и как-то бережно. – Ладно, отдыхай. – Юноша понял, что Алва сейчас легко поднимется, а затем своим упругим шагом выйдет из комнаты. — Останьтесь…пожалуйста, — все силы ушли на то, чтобы вытащить руку из-под одеяла и схватить узкую ладонь. Рокэ ничего не ответил, лишь тихо, совсем не зло, а даже мягко усмехнулся. И Ричард понял, что он останется. Губы сами растянулись в слишком детской, счастливой улыбке. А ему казалось, что после смерти отца так улыбаться он уже не сможет. Когда Рокэ осторожно коснулся своими сухими тонкими губами улыбающегося рта, Ричарду на секунду показалось, что в кромешной, теплой тьме сверкнула знакомая синева.