My Hero

Блейн торопливо спускался по лестнице шумного Далтона, выискивая в толпе знакомые лица. - Здравствуй, Блейн, - до слуха юноши донеслась лениво произнесенная фраза, прозвучавшая из-за его спины. – Какими судьбами? Соскучился по старым друзьям? - Ну конечно, Себястьян, кто же еще, - развел руками Блейн, оборачиваясь, и увидел перед собой улыбающегося Смайта. – Где Курт? - В надежном месте, не волнуйся, милый, - усмехнулся Себастьян. - Где он? И что тебе надо? Откуда в твою больную голову пришла идея похитить Курта? – спросил Блейн, зло смотря на собеседника. - Эй-эй, потише! – примирительно поднял руки Смайт. – Не я автор идеи, а новый капитан Соловьев. Идем, - он кивнул головой и направился в сторону ближайших дубовых дверей. Андерсон, ничего не понимая, направился за ним. Блейн зашел в общую гостиную учеников Далтона и окинул ее взглядом. На первый взгляд никого не было, и Андерсон хотел было возмутиться перед Смайтом, который остался у дверей, но затем услышал приглушенное мяуканье и увидел, как повернулось кресло у камина. Белая кошка мягко спрыгнула с колен блондина, который встал и улыбнулся. Подойдя ближе, он протянул руку: - Хантер Кладингтон, новый капитан Соловьев, - представился тот, пожимая протянутую руку растерянного юноши. – Рад видеть тебя, легенда Далтона Блейн Андерсон. - Где Курт? – не теряя ни на что времени, спросил парень. - Блейн, у нас же преподают этикет. Как же обычная школа меняет человека за такой короткий срок, - изобразив на лице грусть, покачал головой Хантер. – Курт в надежном спокойном месте, Блейн. - Где это? И что мне нужно сделать, чтобы вы его отпустили? – раздраженно спросил Андерсон. - Возвращайся к нам, - послышались сзади голоса и, развернувшись, Блейн увидел, как в гостиную вошел весь состав Соловьев. Что самое странное, никого из старых друзей не было, только едва знакомые парни. - Ты нужен нам, Блейн. А главное, мы нужны тебе, - улыбнулся Хантер и кивнул в сторону Соловьев. Те разошлись, показался Себастьян, который вынес пиджак формы Далтона. – Возвращайся, - проговорил Кладингтон. Смайт подошел ближе и накинул на плечи застывшего парня блейзер. Хантер кивнул Соловьям, и те начали исполнять песню, привычно создавая своими голосами аранжировку чаще лучше, чем инструменты. - Ох, только не песню. Я не могу петь что-либо сейчас! – громко прервал их Блейн, будто отмирая, раздражаясь, повел плечами, снял пиджак и взял его в руки. – Я не в голосе сегодня, простите, простыл немного. Весь день першит, - решив взять себя в руки, произнес Андерсон и кашлянул, уже продумав про себя план действий. – Приду в следующий раз, обязательно споем, - через силу улыбнулся юноша. – Скажите мне, при каком условии вы отпустите Курта? - Как только ты перенесешь документы в Далтон, он будет свободен, - поджав губы, ответил Кладингтон, решив не настаивать на продолжении песни. - Я обдумаю все и максимум сегодня ночью сообщу вам мое решение, - медленно сказал Андресон, смотря прямо в глаза Хантеру. - Конечно, мы можем предоставить тебе возможность подумать, - в итоге чуть улыбнулся Кладингтон. - Хорошо, в таком случае, я ухожу, - сообщил Блейн и, махнув рукой и оставив на диване пиджак, направился к двери.– До свидания! – парень оглянулся, улыбнувшись, и захлопнул за собой дверь. Оставшиеся в комнате Соловьи потрясенно переглянулись. - Я не понял… Он не стал устраивать истерик, не стал нам угрожать, не стал носиться по Далтону, заглядывая во все кабинеты и крича, что засадит нас за решетку за похищение человека? – тихо проговорил Себастьян, покачав головой. – Это же Курт… - Ну, видимо, ему на самом деле настолько паршиво находиться в МакКинли, что одно предложение, и он уже согласен, - пожал плечами Хантер и повернулся к составу Соловьев. – Идите в аудиторию, через пять минут подойду, и начнем разучивать новые партии, подходящие под голос Блейна. - Но он еще не дал согласия, - все еще что-то обдумывая, напомнил Себастьян. - Даст, - убежденно ответил Кладингтон. – Надеюсь, он подлечит свое горло. Такой голос, насколько я могу судить по прослушанным мной аудиозаписям, нам точно нужен. И ты тоже поторапливайся, - кинул Хантер Смайту. - А что делать с Куртом? – хмуро спросил Себастьян. - Пускай два часика посидит в одиночестве, подумает, - равнодушно ответил Хантер, выходя из гостиной. Себастьян покачал головой и подошел к окну, откуда была видна парковка. Показалась черная макушка Блейна, который неторопливо направлялся в сторону припаркованного такси. «Что-то здесь точно не так», - подумал Смайт, смотря на отъехавшую машину. Развернувшись, он решил пойти на репетицию, все равно о чем-то серьезно думая. Блейн, закрыв за собой дверь гостиной, стремительным шагом направился к лестнице и потом дальше к выходу из академии. Когда парень осознал, что вышел на территорию, где из окна его могут увидеть, то замедлил ход и спокойно пошел к такси. Знал бы кто-нибудь, чего стоило юноше не сорваться на бег. «Курт у них, и я вроде бы знаю, где находится кабинет, в котором они его держат. К коридору, ведущему в нужную комнату, есть еще и другой вход с улицы, и к нему нужно подъехать», - напряженно думал Блейн и, сев в машину, попросил таксиста поехать по основной дороге, затем сказал ему развернуться, когда они уже отъехали на достаточное расстояние, уже не видное из окон Далтона. По незаметной дороге машина опять вернулась к зданию академии, где Андерсон попросил водителя притормозить у небольшой двери, практически неразличимой из-за разросшегося дерева рядом. Выйдя из автомобиля, Блейн с сильно колотящимся сердцем направился к небольшому крылечку. Ступеньки скрипнули под ногами юноши, и Андерсон, затаив дыхание, приоткрыл дверь, очень надеясь, что с момента его последнего посещения ничего здесь не изменилось. Блейн зашел в здание и оказался в полутемном коридоре, где можно было различить несколько деревянных дверей. Одна из лампочек, тускло освещающих помещение, тихо зашипела и мигнула, заставив сердце юноши замереть и внимательно прислушаться. Никаких звуков не было вообще, и Блейн, прикрыв чуть скрипнувшую дверь за собой, аккуратно еле слышно направился вдоль коридора, пытаясь вспомнить, какой поворот выбрать и какая дверь вела в нужный кабинет, запечатленный на видео. В каждой комнате Далтона было несколько изображений на стенах, напоминающих какому крылу принадлежит то или иное помещение. Практически прямо позади Курта на видео попала именно такая картинка, и Андерсон моментально смог ее увидеть. Для Блейна, за все время обучения изучившего Далтон до самых маленьких закоулков, месторасположение комнаты с заложником не составляло секрета, правда, Андерсон не исключал погрешность в одну-две двери. Тихо двигаясь по старым половицам, Блейн, наконец, повернул за угол коридорного лабиринта и увидел нужную ему дверь, под которой выделялась яркая желтоватая полоска света. Дыхание парня перехватило, когда он понял, что его с Куртом разделяют только несколько шагов. Быстро преодолев оставшееся расстояние до дверей, Андерсон прислушался, нет ли в кабинете кого-нибудь. Убедившись, что в комнате полная тишина, юноша открыл дверь и зашел в кабинет, залитый ярким светом. Кресло стояло спинкой к двери, но по моментально напрягшимся плечам сидящего в кресле парня, было очевидно, что движение Блейна не осталось незамеченным. Андерсон почувствовал привычное тепло в сердце при взгляде на родную фигуру, светлые волосы как обычно были очерчены аккуратной линией на шее и выглядели очень мягкими и приятными. Блейн помнил их на ощупь, и мог с абсолютнейшей уверенностью сказать, что пропускать эти волосы сквозь пальцы было одним из самых любимых его занятий. Решив не терять больше времени, Андерсон направился к креслу и, обогнув его, оказался прямо напротив Курта. Ощутив на себе растерянный, удивленный и счастливый взгляд заблестевших голубых глаз, юноша понял, что как бы он не спешил, он все равно не знал, что сказать и как повести себя после прошлого признания в измене. Впрочем, секунду замявшись, он решил выбросить из головы мысли о неизбежном разговоре и подошел к парню. - Блейн! – прерывающимся голосом произнес Курт, не смея поверить своим глазам. – Ты согласился перейти в Далтон? - Нет, Соловьи не знают, что я здесь, так что нам нужно торопиться, - тихо ответил Блейн, вздрогнув от звука привычного нежного голоса, и уже нагнулся для того, чтобы начать развязывать веревки, как из коридора послышался звук шагов. Курт в панике посмотрел на вскинувшего голову Блейна, чувствуя, как сердце проваливается в пятки. Андерсон резко прижал палец к губам и, быстро окинув комнату взглядом, плавно скользнул в щель между углом стены и шкафом с книгами. - Курт, здравствуй, - послышалось после того, как дверь хлопнула. Майкл, парень из такси, прошел вовнутрь и встал напротив еле дышащего испуганного парня. – Себастьян сказал проверить, что у тебя происходит, и посидеть с тобой около часа. Лично я не против, достало уже петь, - фыркнул парень и направился к столу, чтобы сесть на большое кресло за ним. А это намерение означало то, что ему придется пройти около шкафа, за которым прятался Блейн. - Майкл, - крикнул Курт, останавливая уже шагнувшего в сторону стола парня. Тот удивленно развернулся, чтобы посмотреть на Курта. – Эм… Блейн приходил? – спросил Хаммел первое, что пришло на ум, еле переводя дыхание. - А, да, приходил. Вел себя очень необычно. Узнал, что ты у нас, спросил, при каком условии тебя можно забрать, сказал, что подумает до вечера, спокойно развернулся и ушел, - пожал плечами парень. – Видимо, вы реально с ним расстались и разлюбили друг друга, потому что… - Курт почувствовал, как холодок пробежал по его спине, когда увидел, что Блейн вышел из-за шкафа и направился к Майклу, уже успевшего засунуть наушник себе в ухо. – Блейн был абсолютно спокоен, даже не спросил, как ты, - тем временем продолжал накаченный блондин, не замечая, как сзади подкрадывается Андерсон, странно смотрящий на шею говорившего. Курт не понимал, что происходит, но старался не показывать на лице свое замешательство. – Что странно, ведь я слышал, что вы очень близко встречались и до сих пор любите друг друга. Ой, - успел сдавленно выдохнуть Майкл, перед тем, как осесть на руки поддерживающего Блейна. - Что с ним? – с некоторыми нотками истерики в голосе спросил Курт, смотря на безжизненное тело, которое Андерсен опустил на пол, прислонив спиной к столу. – Он жив? - Да, жив, конечно, - пропыхтел Блейн. – Он просто спит. Я придавил его сонную артерию, и как минимум два часа он не придет в себя. Благодаря качественным урокам анатомии Далтона, я смог быстро найти эту точку, сообразил, с какой силой нужно нажать, чтобы он просто упал в обморок, а не помер, - передернул плечами Андерсон и направился ближе к Хаммелу. – Нужно быстрее тебя отвязывать, может, еще кто-нибудь придет, - пояснил парень и присел на корточки перед Куртом. Слегка суженные брюки юноши были перетянуты крепко: одна нога крепилась к одной ножке, вторая к другой. Не теряя, времени, Андерсон стал сосредоточенно развязывать узлы, не замечая внимательный взгляд голубых глаз. Курта останавливало от того, чтобы по привычке не запустить пальцы в забавные кудряшки, только то, что его руки были перевязаны. - Все, с ногами покончено, - оторвал от мыслей юношу Блейн, вставая и наклоняясь к связанным ладоням. Курт с тяжестью в сердце смотрел на сосредоточенно нахмуренные густые брови, на легкую тень на щеках, оставленную длинными ресницами. Так хотелось коснуться мягкой щеки, провести пальцем по чуть суховатым губам, но в душе просыпалась обида, сдавливая грудь, напоминая о том, какую боль доставил этот родной человек. Блейн аккуратно развязывал узел веревки на подлокотнике, не отказывая себе в удовольствии иногда легко проводить пальцами по мягкой коже ладони Хаммела. Андерсон чувствовал на себе взгляд любимого и понимал, что лучше пока не торопиться и не усложнять положение лишними прикосновениями. Им нужно поговорить. Причем серьезно. - Все готово, пошли, пока не пришли за Майклом, - вздохнув, произнес Блейн, отойдя на пару шагов назад и положив веревки на стол. - Фух, спасибо, устал уже столько сидеть, - выдохнул Курт и, встав, с облегчением потянулся и откинул голову, прикрыв глаза. Андерсон громко сглотнул, заметив тонкие бледные ключицы, выделяющиеся на фоне черной рубашки, открывшуюся шею, которую Блейн так любил целовать, мягко касаясь зубами быстро бьющейся венки на ней. Засмотревшись, Андерсон пропустил момент, когда Курт прекратил потягиваться и внимательно смотрел на Блейна, стоя ровно. Хаммел почувствовал, как дыхание перехватило, когда он поймал взгляд потемневших карих глаз. - Мы должны торопиться, - кашлянув, сказал Блейн, разрывая зрительный контакт, и потер шею, посмотрев в сторону. - Да, ты прав, - чуть хрипло ответил Курт, не подозревая, как такой тембр подействовал Андерсона, решившего при возможности не смотреть на любимого, чтобы не сорваться и не поцеловать. – Я не вижу свою сумку, - пожаловался он, осматривая кабинет. - Вряд ли они ее оставили здесь, - с сожалением ответил Блейн. – Там лежало что-то важное? - Нет, к счастью, проект я сдал как раз утром Изабель, так что сумка была полупустой. Но она была черного цвета, а черный… - …цвет подходит практически под любой наряд, - в один голос произнесли юноши, обменявшись напряженными взглядами. - Ладно, нам пора, - пробормотал Курт и развернулся в сторону, грустно кинув взгляд на Андерсона. - Да, но я увидел еще кое-что, что у нас недобросовестно похитили, - голос прозвучал в сопровождении скрипа открывающихся створок, и Блейн оказался рядом с Куртом, держа в руках награду с Национальных, вызволенную из стеклянного шкафа. - Еще и кубок украли, - покачал головой Хаммел, и не говоря больше ничего, направился к закрытой двери. Приложив к нему ухо и убедившись в том, что все тихо, он аккуратно нажал на скрипнувшую ручку. ... Юноши тихо шли по коридору и были уже практически у самого поворота, ведущему к двери на свободу, как вдруг сбоку, наперерез их движению, послышался шум шагов и переговоров. - Сейчас быстро проведаем Курта, передадим Майклу еду и пойдем играть в футбол всем составом хора. Тут есть выход ближе к полю, - раздался громкий голос, который неумолимо приближался. Курт в панике осмотрел стены и убедился в том, что никаких дверей кабинетов не наблюдается, а возвращаться обратно было бессмысленно. Внезапно он почувствовал, как его схватил за руку Блейн, и ступил на пару шагов назад. Хаммел ошарашенно посмотрел на Андерсона, который внимательно ощупывал стену напротив и вдруг резко нажал на более темный по сравнению с остальной поверхностью участок. Скрипнул замок, часть стены длиной в полметра отделилась, и шокированный Курт уже стоял в темном маленьком помещении, держа в руках кубок, наблюдая, как Блейн притягивает к себе дверцу и захлопывает ее именно в тот момент, когда компания Соловьев поворачивает в их коридор. Андерсон дослушал, как удаляются парни, и уже хотел открыть двери, чтобы, наконец, выбраться из укрытия и побежать к выходу, как послышался громкий звук шагов, направляющихся к их коридору. Не успел незнакомец пройти мимо маленького убежища, как раздались взволнованные крики со стороны кабинета. - Его нет! – раздался громкий злой голос Хантера. – Черт! Нужно было прислушаться к Смайту, не мог Андерсон так спокойно уйти подумать! - Да, я же говорил, и как всегда оказался прав, - лениво растягивая слова, вставил Себастьян, явно довольный собой. Курт четко представил, как на эту фразу Кладингтон недовольно поджал губы. - Срочно обыскать все коридоры и кабинеты, а так же всю ближайшую территорию снаружи, - раздался командный голос Хантера, проигнорировавшего Смайта. – Вы идете в коридоры, вы – за дверь на улицу, а вы остаетесь здесь. И еще хотя бы один человек по возможности должен находиться в каждом из коридоров. - Ну нам еще повезло, что мы вместе все спустились, и нас много… А сколько стоять? – раздался незнакомый голос. - Пока не найдем их, конечно! - раздался злой голос Кладингтона. - Ну, ребята, плюс-минус два часа, и потом вам всем все равно придется пойти на экзамен к профессору Адамсу. И если эта парочка уже успела уехать отсюда, единственное, на что я надеюсь, что они не заведут на нас дело за похищение Хаммела, - спокойно произнес Себастьян. – Давайте быстрее, что ли, начнем искать. Чтобы все осмотреть, понадобится около полутора часов. И еще, кто-нибудь, приведите в себя Майкла, мне не нравится, как он лежит. Далее пошли команды Хантера, распределяющего юношей на их стратегические позиции, раздался шум шагов бегающих туда-сюда парней, и хлопающих дверей. В коридоре, где за стеной прятались Курт с Блейном, раздались голоса. - Я останусь здесь стоять, ты иди за угол, - произнес кто-то, стоя чуть ли не в двух шагах от затаившихся парней. - Хорошо, - согласился второй человек и пошел в нужном направлении. В относительной тишине раздался вздох, и шаги немного отдалились. - Ох уж этот Блейн, любит натворить дел… Сейчас сиди здесь на полу и жди, пока их найдут… - раздалось тихое бормотание и вздох. – Может, успею подремать… Спустя секунду тишину в коридоре не прерывало ничего, только отдаленный шум ведущихся поисковых работ и переговоры ребят. Юноши в небольшом помещении перевели дыхание и, Блейн, чуть двинувшись, провел ладонью по гладким стенам комнатки, нащупал еле заметный выключатель и нажал на кнопочку. Вспыхнул тусклый свет, и Курт, стоя буквально в трех шагах от Андерсона, забавно поморгал, пытаясь привыкнуть к новому освещению, и осмотрел помещение. Оно было прямоугольным, маленьким настолько, что Курт, стоявший прямо у стены, сделав около трех шагов, мог оказаться вплотную к Блейну, прижавшемуся к противоположной. Единственным источником света был ловко прикрепленный сбоку к невысокому потолку светильник, работающий от батареек, выключатель которого свисал по стене. Ремонта, не было, единственным темным пятном среди отштукатуренных белых стен был прямоугольник полутораметровой дверцы, изнутри которой виделся маленький замочек на магните. Впрочем, подняв глаза выше по стене напротив, Курт заметил небольшой квадратик вентиляции, прикрытый тонкой серебристой решеткой. «Хорошо хоть не задохнемся». - Я так понимаю, мы тут застряли примерно на час, - констатируя факт, шепотом произнес Курт, с напряжением посмотрев на юношу. - Где-то так, - согласно кивнул Блейн, чувствуя, как быстро колотиться сердце от такого их близкого расположения. – Кхм… О, думаю, тебе тяжело, - наигранно бодро произнес Андерсон, шагнул к вскинувшему на него взгляд парню и попытался взять из его рук высокий кубок. - Нет, не тяжело совсем, - покачал головой вздрогнувший Хаммел и прижал к себе награду, будто возводя между собой и Андерсеном импровизированную стену. Блейн резко опустил протянутые руки и, быстро посмотрев в блестящие грустные глаза Курта, провел ладонью по шее, чувствуя, как больно стало от такого проявления недоверия от любимого человека. - Хм, хорошо… - пробормотал Блейн, и, не зная, что делать, снял сумку с плеча и поставил ее рядом с собой. Минуту юноши стояли в напряженной тишине, не смея посмотреть друг на друга. До них доносились звуки шагов, сопровождающих поиски. - А… А где мы? – тихо спросил Курт, не выдерживая молчания. - О, мы сейчас в одной из Тайных комнат Далтона, - с благодарностью посмотрев в голубые глаза напротив, ответил с улыбкой юноша. – Об их существовании знает очень ограниченное количество учеников, которые не выдают ее месторасположении. У меня нет никакого понятия, зачем эти комнаты вообще были созданы, но их часто используют для того, чтобы прятаться после наступления комендантского часа. Ну и еще находят ей какое-то применение… И еще здесь каким-то странным образом неплохая звукоизоляция. Могу с уверенностью сказать, что среди ребят, которые нас ищут, нет никого, кто был бы в курсе существования этого места. Мы с Ником, Джеффом и Уэсом нашли эту комнатку во время драки, и рассказали о ней только еще двум надежным людям. Вот теперь и ты один из нашего маленького круга Хранителей Тайной комнаты, - усмехнулся он, посмотрев, как на губах Курта появилась небольшая улыбка. – Еще две комнаты находятся на других этажах академии. - Как вы нашли ее во время драки? – удивленно спросил Хаммел. - Ну… Джефф с Ником поссорились немного, Уэс решил их остановить и оттолкнул случайно Ника, который стукнулся спиной о стену. Ты представить себе не можешь, что было с нами, когда с тихим щелчком отошла часть стены и за ней показалось темное помещение, - рассмеялся Блейн. – Мы договорились никому не рассказывать о комнате, занесли сюда светильник на всякий случай, и просто знали, что если что, у нас есть миниатюрная штаб-квартира. Иногда бывало хотелось здесь посидеть подумать, иногда… - Почему? – прервал монолог тихий голос. Блейн с непониманием посмотрел на юношу напротив, но увидев его блестящие и темные при таком освещении печальные глаза, понял, что означал этот вопрос, и сердце пропустило удар. Курт сам не понял, по какой причине из него это вырвалось, но решил, что хватит убегать от разговора. Как бы больно и тяжело ему не было, нужно было выслушать Блейна. Постараться понять и задушить в себе обиду. Курт просто не мог жить без Андерсона, он хотел вернуться в то время, когда Блейн был неотъемлемой частью его жизни. Но для этого нужно было переступить через себя и попытаться узнать не только идеального, понимающего и интеллигентного Андерсона, но и принять ту его сторону, которая совершает ошибки. - Я… Курт… - тихо пробормотал Блейн, будто бы сжавшись, и склонил голову, вздохнув. Сколько времени он стремился к тому, чтобы поговорить с Куртом и объяснить ему все, а сейчас, когда, наконец, есть шанс все исправить, все слова, заготовленные заранее, исчезли. Но он должен собраться и вернуть любимого. Поэтому он сжал кулаки и, подняв глаза, решительно посмотрел на Курта. – Прости меня, пожалуйста. Это, наверно, самая большая ошибка во всей моей жизни. Я… Я должен сказать все честно, без секретов. После того, как ты уехал, после того, как мы с тобой расстались в аэропорте, я почувствовал, как пусто стало без тебя. Но я был уверен, да и сейчас я абсолютно уверен в том, что тебе нужно было расти и идти вперед, а не застревать в Огайо. Я знал, что это будет лучше для тебя, что ты у меня создан для большего, чем Лайма. Я был очень рад, жутко счастлив, когда ты сказал, что получил работу в VOGUE, я понял, что, несмотря на осознание того, что тебя уже нет так долго со мной, мне становится гораздо лучше от того, что ты развиваешься в жизни. Я радовался, но мне очень не хватало тебя, твоего тепла, твоей любви. Твоего идеального тела, твоих поцелуев. Всего тебя, такого теплого и живого. Вместо этого у меня было только твое изображение на мониторе холодного ноутбука. Я решил записаться во все возможные кружки в школе, чтобы не ждать каждую секунду от тебя звонка, я же понимал, что ты не можешь круглосуточно общаться только со мной. Я отвлекал себя, ушел полностью в учебу, секции, новую работу, пытался убрать мысли о тебе из головы. Я всей душой ждал наших свиданий по Skype, наших совместных просмотров фильмов, душевных разговоров. Но… Это было не совсем то, чем когда ты был рядом со мной. Я не мог обнимать тебя, целовать, отвлекая от фильма, подгонять тебя, когда ты засматривался происходящим на экране и не замечал, что мороженное тает. Я хотел заснуть с тобой, чувствуя, как двигается при каждом вздохе твоя грудь, как иногда ты забавно сопишь, как ласково ты смотришь на меня спросонья. Я любил чувствовать, прижавшись к тебе, как убыстряется твое сердцебиение, когда я целую тебя. Я хотел всего этого… Я хотел тебя. Но вместе с тем понимал, что тебе нужно идти вперед, развиваться, строить свою жизнь, чувствовал себя эгоистом, когда жалел, что ты в Нью-Йорке. И я пытался тоже не застрять в мыслях о тебе, строить свою жизнь тоже, чтобы быть достойным тебя. Но… Становилось тяжелее и тяжелее. Ты все чаще пропадал, не брал трубку, не выходил он-лайн на наши назначенные свидания. Я стал реже слышать от тебя признания в любви, мои же не успевали дойти до тебя, потому что ты сразу отключался, и они пропадали в быстрых гудках. Я старался не отчаиваться, заниматься еще больше, пытался выбросить назойливые мысли о тебе, не обижаться и понимать, что у тебя такая жизнь, о которой ты мечтал. А потом мне стало интересно, и я зашел на блог VOGUE, о котором ты упоминал в одном из своих непродолжительных звонков. Там я увидел статью о достижениях недавно принятых работников, и среди них я нашел твое имя. Я с гордостью прочел о твоем проекте, хоть и удивился, почему ты не сказал о таком важном событии, ведь твой проект оценили еще два дня назад, но потом я увидел несколько фотографий. Ты стоял в окружении нескольких парней, причем они были очень близко к тебе. На других не таких официальных фотографиях были видны их взгляды, то, как они смотрели на тебя. С обожанием, желанием, симпатией… И ты улыбался им, - голос Блейна сорвался. Он перевел дыхание и, стараясь не отвлекаться на изучение эмоций в глазах Курта, просто продолжил. – Ты улыбался и смотрел на них тоже с симпатией. Я решил позвонить тебе, поздравить и спросить, где ты и кто они. Я долго звонил и ждал, пока ты ответишь, но ты не подходил к телефону. А когда ты ответил, я услышал помимо твоего голоса еще звуки громкой музыки и разговоров, будто ты находился на вечеринке. Я думал, что ты отойдешь в более тихое место, чтобы поговорить со мной, но ты продолжал сидеть там, на месте, параллельно мне отвечая еще и на реплики людей, которые были с тобой. Причем в большинстве это были мужчины. Затем, скомкано попрощавшись, ты повесил трубку. Мне стало очень обидно. Очень. Я взглянул опять на твои фото, где ты такой счастливый, взрослый, в окружении состоявшихся незнакомых мне людей, и сравнил себя с ними. Я, школьник, не отличающийся ни особой красотой, ни отличной фигурой и ростом, не очень хорошо общающийся со своими родителями, не отличающийся особыми талантами в чем-либо, да еще и младше тебя, что я мог тебе дать? Ничего. И я подумал, что… что я больше не часть твоей жизни, - вздохнул Блейн и продолжил со слезами в голосе. – Я подумал, что мы никогда не будем иметь наш общий дом с бегающими в нем нашими детьми, не будем спорить о том, какие песни петь на наших семейных вечерах, что мы никогда не поедем вместе в кругосветное путешествие, не сфотографируемся со всеми звездами на Аллее Славы в Голливуде. И я решил начать свою жизнь. Хотел попробовать побыть с кем-то другим. Я… это был парень с Facebook, который добавил меня в друзья, - Блейн перевел дыхание и опустил глаза, посмотрев на свои руки. – Он предложил встретиться, и я решил согласиться. Он был хорошим симпатичным парнем, и я подумал, что это мой шанс начать новую жизнь. Я… я переспал с ним. И сразу после того, как сделал это, я понял, что не могу быть с другим, что только ты и твое тело являются для меня совершенством, что только ты, твои вздохи и стоны, твои изгибы, твои темнеющие глаза, только… только ты мне нужен. Сразу после того, как мы… закончили, я понял, какую ошибку я совершил. Я понял, что ты мой Курт, что я существую только для тебя. Что я должен был бороться, ехать к тебе, завоевывать твой интерес опять и опять, чтобы ты не забывал обо мне. Потому что я только твой, и без тебя я – никто. Я же люблю тебя, любил и буду. Я понял, что всегда буду частью твоей жизни, даже прошлой, даже если ты… полюбишь другого, - запнулся Блейн на этих слова, которые отозвались болью в его сердце, - я буду счастлив, что занимал твои мысли. Но если ты до сих пор… Если ты до сих пор чувствуешь что-то ко мне, я буду бороться, буду выстраивать твое доверие снова и снова, постараюсь заглушить ту боль, которую причинил тебе своими сомнениями. Ты был моим, я понял, когда признался тебе о своей… ошибке… Нет, о своей измене, не нужно мне смягчать своей вины… Я понял, что ты был моим, что я ранил тебя настолько глубоко, что попал в самый центр твоей души. Как я мог так оступиться, ведь ты пустил меня в себя, в себя настоящего и с хорошими, и с плохими чертами, меня, абсолютно неидеального парня с глупыми мыслями, сомнениями, странными танцами и нелепыми кудрявыми волосами. А я ранил тебя, такого уверенного и сильного, но вместе с тем внутри такого хрупкого и ранимого человека. Ты настолько доверился мне, что полюбил меня, разделил со мной свой первый раз, делился со мной всем, что было на душе, принимал меня и не пытался изменить. А я все поставил под сомнение. И чуть не разрушил. Я надеюсь, что не разрушил, потому что ты до сих пор слушаешь меня и не перебиваешь. Но если я… если я полностью разрушил, то я пойму… Да, пойму, - тихо повторил Блейн, пытаясь сам поверить в то, что поймет. Ему придется это сделать, как бы больно не было. – Прости меня, пожалуйста, Курт, - на выдохе произнес Андерсон и, опустив голову, почувствовал на своих щеках мокрые дорожки, которые не замечал, пока говорил. Его била дрожь, и он сглотнул, чувствуя, как силы ушли из него после этой своеобразной исповеди. Вдруг раздался шорох, тихий звук удара металла о твердую поверхность, и Блейн почувствовал, как к нему прижалось чуть подрагивающее теплое тело и обвило его руками, крепко прижимая к себе. Андерсон не мог поверить своим глазам, его сердце забилось в разы быстрее, и он быстро поднял руки и соединил их на талии юноши, прижавшись носом к открытой шее и вдыхая родной запах тела с примесью приятного мужского свежего парфюма. Курт чувствовал, как дрожит Блейн, как быстро и громко стучит его сердце. Каждое услышанное им ранее слово попало прямо в душу, и юноша понимал, как тает в нем обида. В голубых глазах стояли слезы, когда он почувствовал, как растерянно и счастливо обнял его в ответ Блейн, как теплый нос прикоснулся к его шее, как юноша глубоко вздохнул и задержал дыхание. - Прости меня, Блейн, за то, что я был так далеко, слишком увлекся новой жизнь. и заставил почувствовать себя ненужным. Ты мне всегда будешь нужен, - прошептал Курт, почувствовав, как замер в его руках парень, ощутил, как напряглась влажная щека у его шеи, что означало улыбку. Через секунду Хаммела обняли еще крепче, и Курт почувствовал, как до сих пор подрагивающий от слез парень мягко провел ладонями по спине любимого и глубоко вздохнул, спокойно расслабляясь в родных руках. Постояв так пару минут, юноши отошли друг от друга на два шага, неуверенно, но мягко улыбаясь друг другу. - Кхм… Отличный костюм, - нарушил тишину Блейн, указав на одежду юноши. Тот сначала удивился, но потом окинул взглядом свой наряд и подмигнул: - Теперь у меня есть неограниченный доступ ко всем моделям новых коллекций из-за хороших отношений с Изабель. Кстати, часто привозят разнообразные дизайнерские галстуки-бабочки, особенно модные в полоску, твои любимые, - заговорческим шепотом произнес Курт, весело смотря на парня. - О, тогда тебе точно нужно попросить одолжить мне парочку, - состорил щенячьи глазки Блейн. - Вместе сходим, и ты выберешь, - ответил Хаммел, не задумываясь, и растерялся, когда увидел в глазах любимого неприкрытую радость и надежду. - Вместе сходим к тебе в офис выбирать мне бабочки? – тихим подрагивающим голосом спросил Блейн. - Да, именно так, - неловко улыбнулся Хаммел, чувствуя, как тает сердце от такого светящегося Блейна. – Хм, здесь жарковато, - кашлянув, Курт решил перевести тему разговора и, сняв пиджак, попытался пристроить его, повесив на стоящий рядом высокий кубок, чтобы не помялся. Разобравшись с проблемой, юноша провел ладонью по шее, расстегнул третью пуговицу на облегающей черной рубашке и пригладил волосы. Затем закатал рукава по локоть, обнажив тонкие запястья и длинные пальцы. Аккуратно провел по мягкой ткани чуть переливающейся жилетки, и, решив задать вопрос, Курт поднял голову и замер, наткнувшись на потемневший голодный взгляд карих глаз. Блейн жадно смотрел на идеальную фигуру Хаммела, подчеркнутую ремешком жилетки талию, тонкие ключицы, которые стали видны еще лучше, благодаря расстегнутым уже трем пуговицам, длинную бледную шею и впился взглядом в родные губы, которые он больше всего на свете хотел сейчас поцеловать. Андерсон почувствовал, как его пронзило желание, когда показался маленький розовый язычок, облизавший мягкую нижнюю губу. - Как дела в хоре? – сквозь туман в голове до слуха Блейна донесся вопрос, заданный пониже, чем обычно, голосом. - Что? Хор? – растерянно переспросил Андерсон, переведя взгляд на глаза юноши, цвет которых было практически не виден из-за тусклого света. – Все хорошо… Финн теперь вместо мистера Шу, - кашлянув, Блейн попытался взять себя в руки. – Волнуется. Я практически уверен, что его мало кто будет слушаться, по крайней мере, пока. Плюс еще у нас появились новые участники после «Бриолина». Китти из черлидерш ужасная стерва, она достает Марли и вечно… Курт пропускал дальнейший рассказ мимо ушей. Он полностью переключился на то, чтобы детально рассмотреть любимого. Черные джинсы, как обычно, идеально облегая стройные ноги, не были укорочены и опускались прямо до темных кроссовок. На черном ремне поблескивала серебристая пряжка, под которой довольно-таки хорошо вырисовывались очертания в паху парня, заставляя сердце Хаммела биться быстрее. Парень перевел взгляд выше и сглотнул, обводя взглядом белую легкую футболку, которая как влитая сидела на фигуре юноши, обрисовывала накаченную грудь; сильные руки с сетью выделяющихся вен и большие ладони с музыкальными длинными пальцами, двигаясь, сопровождали рассказ Блейна. Потемневший взгляд поднялся выше, и дыхание Курта сбилось, когда он увидел темно-красные влажные губы, которые обнажили ряд белых зубов. Посмотрев выше, Курт осознал, что на волосах Блейна нет никакого геля, и что поэтому мягкие отросшие кудряшки так и просятся, чтобы в них запустили пальцы. Сдерживаясь из последних сил, парень опять скользнул взглядом по лицу Андерсона, который широко улыбался, до сих пор что-то рассказывая. Но быстро появившийся язык, скользнувший по полным губам, резко отключил самоконтроль юноши. Кинувшись вперед, Курт, прервав Блейна на полуслове, жадно прижался к мягким губам, запустил пальцы в кудрявые волосы и прижал юношу к холодной стене. Андерсон удивленно выдохнул и, не теряя ни секунды, открылся для более глубокого поцелуя, скользнув по спине Курта и прижав его горячее тело к себе. Блейн чувствовал, как неистово бьются их сердца, как язык парня страстно соединялся с его, как Курт аккуратно втягивал нижнюю губу любимого, сильно проводя по ней языком, вызывая стон Андерсона. Наслаждаясь этим долгожданным поцелуем, Курт скользнул ладонями ниже по сильным плечам Блейна и вместе с тем мягко раздвинул коленом ноги Андерсона, прижимаясь бедром к горячему паху юноши. Блейн глубоко вздохнул, простонав от приятного давления, и, не отрываясь от поцелуя, прижал руку к мягкой ткани брюк, под которой ощущался жар уже практически полностью возбужденного члена Курта. Что-то прорычав, тем самым этим звуком перехватив дыхание у Блейна, Хаммел прикусил губу юноши и скользнул ладонями по белой футболке, под которой тотчас напрягся пресс. Тонкими пальцами Курт вытащил края футболки из-под ремня и потянул вверх, касаясь прохладными костяшками горячего живота. Блейн оторвался от вкусных губ юноши, тяжело дыша, потянул вверх кофту и отбросил в сторону. Курт голодным взглядом прошелся по небольшим кубикам пресса на смуглом животе, накаченной груди и, громко выдохнув, прижался губами к шее, втягивая тонкую кожу и чуть прикусывая ее зубами. Блейн почувствовал разряд желания и, простонав, откинул голову назад, коснувшись затылком холодной стены. Тем временем Хаммел осыпал влажными поцелуями шею парня, проводя ладонями по теплым бокам, спускался ниже, и теперь скользил языком по ключицам, затем, склонившись, он целовал крепкую грудь, на пару долгих секунд прижавшись к местечку, где чувствовалось сильное частое биение сердца Андерсона. У Блейна защемило в груди от этого жеста, он мягко провел ладонями по шелковым волосам, ласково погладил порозовевшие скулы и аккуратно притянул к себе Крута, чтобы горячо его поцеловать. Опустив руки к предплечьям и сжав их, Андерсон заставил парня последовать за ним, и, повернувшись, теперь уже он прижимал Курта к стене. Прикусив губу юноши, Блейн скользнул поцелуем по его скуле и затем спустился ниже, касаясь мягкой, приятно пахнущей шеи. Ладони цеплялись за ткань жилетки и, проведя горячим языком по вздрогнувшему кадыку, Андерсон отстранился, слыша тяжелое дыхание напротив своего лица, прижался влажным лбом к горячему высокому лбу юноши и посмотрев в темно-голубые глаза напротив, стал аккуратно расстегивать жилетку, своей медлительностью сводя парня напротив с ума. Стянув ее, Блейн, с трудом передвигаясь из-за тяжелой эрекции в джинсах, направился к кубку пристраивать жилет на пиджак, в это время давая Курту полюбоваться на накаченные мышцы спины, плавно перекатывающиеся под загорелой кожей, которая казалась еще темнее из-за тусклого освещения. Хаммел, когда Андерсон уже повернулся, стягивал с себя черную рубашку, которая очень красиво выделялась на молочной коже. Через секунду рубашка оказалась откинутой в сторону кубка, а Блейн наслаждался долгожданным прикосновением голых горячих тел, кожи к коже, сердцем к сердцу, слыша тяжелое дыхание Курта у уха, и прикусил солоноватую кожу на плече парня. Горячая ладонь Хаммела скользнула по напрягшемуся животу и сильно нажал на каменную эрекцию юноши, вынуждая Блейна громко выдохнуть. Чуть отстранившись, Курт склонил голову и, стараясь успокоить трясущиеся руки, расстегнул ремень, опустил язычок ширинки вниз и резко стянул черные джинсы до середины бедра. Хаммел привычно провел ладонью по возбужденному члену, чувствуя жар через белую ткань нижнего белья и резкий вздох у своего уха. Не желая сдерживать себя, Курт скользнул пальцами по темной дорожке волос внизу живота парня и стянул белье, освободив твердый член и сразу же взяв его в руки. Проведя вверх и вниз, Хаммел услышал громкий стон, повернул голову, впиваясь страстным поцелуем в сладкие губы. Спустя минуту, Блейн резко прервал поцелуй и, отстранив ласкающую руку Курта, расстегнул брюки юноши и стянул их вместе с бельем. Хаммел вздохнул сквозь зубы, когда прохладный воздух коснулся его члена и тихо зарычал, почувствовав, как туго сжавшая его ладонь, резко двинулась вниз. Блейн, крепко прижавшись к Курту и обхватив рукой спину партнера, чтобы юноша не казался голой кожей холодной стены, прижал их члены друг к другу и начал водить по ним ладонью, жарко и мокро целуя Хаммела, втягивая его губы и заглушая стоны, все еще помня о человеке снаружи в коридоре. Руки Курта беспорядочно скользили по телу Блейна, одна, спустившись, обхватила сверху двигающуюся ладонь Андерсона, и усилила давление, отчего Блейн откинул голову назад и крепко сжал зубы, чтобы не выпустить громкий стон удовольствия от тесноты и жара. Курт поднял другую руку на лицо Андерсона и провел большим пальцем по поджатым губам. Когда неожиданно его палец оказался в жаркой влаге и по нему скользнул твердый язык, Хаммел ошеломленно посмотрел в темные голодные глаза и, откинув голову, высоко простонал. Хватило еще пары минут для того, чтобы оба парня кончили, выстанывая имена друг друга в жарком поцелуе. Спустя несколько минут юноши, наконец, перестали дрожать и посмотрели друг на друга. Улыбнувшись, Курт, чуть покраснел и уткнулся носом в шею Блейна, который мягко проведя рукой по спине парня, ласково погладил того по растрепанным волосам. - Я скучал, - шепотом произнес Хаммел и отстранился, с дрогнувшим сердцем посмотрев в светлые позеленевшие глаза, на которых блестели слезы от услышанных слов. - Прости, - всхлипнул Блейн, опустив голову. Курт мягко провел ладонью по подбородку юноши и, приподняв его лицо, аккуратно коснулся распухших губ, нежно целуя. - Я простил, - шепотом ответил Курт, с тонкой улыбкой смотря на искреннее счастье, светившееся в глазах любимого. – А теперь нам надо как-нибудь очиститься, - улыбнулся Хаммел, указав на белые пятнышки на руках и животах. - У меня есть салфетки! Стой тут, - приказал Блейн и, нелепо ступая со спущенными джинсами, направился к сумке, вызывая веселую улыбку Курта. - Все, готово, - спустя пару минут после того, как Андерсон аккуратно вытер пятна, ребята оделись и, приведя себя в более менее аккуратное состояние, посмотрели друг на друга. По этим двоим было заметно, что они хорошо и с пользой провели время в маленькой комнатке, по распухшим красным губам, счастливому виду каждого и мятой белой футболке Блейна. - Мы все обыскали, их нигде нет, - раздался голос прямо за стеной, заставивший юношей вздрогнуть. – Пойдем, они уехали уже наверняка. А у нас еще экзамен. Кладингтон свернул поисковую организацию и сидит теперь, злится. Главное, чтобы они на нас дело не завели… Вставай. - Ну наконец-то! Я уже тут и вздремнуть успел, - раздался низкий голос. – Идем. - Ага, - послышались удаляющиеся шаги. - Слушай, нужно пожаловаться в администрацию, - донесся тот же самый бас. В ответ послышалось что-то неразборчивое. – Да вот сидел, пока не заснул, и слышал, что за стенами тихо скреблись. Надеюсь, у нас не мыши появились, а то это будет ужасно, - вдалеке затих голос. Блейн и Курт переглянулись и тихонько засмеялись. - Ну что, мышонок, пошли из этой прекрасной, самой полезной норки на свете? – усмехнулся Блейн и, снова прислушавшись, аккуратно открыл дверь. Мягко спрыгнув с небольшого возвышения, он огляделся и помог выбраться Курту, державшему кубок. Тихо ступая, юноши прошли коридоры и, наконец, оказались у двери. Потянув ее на себя, они вышли на свежий воздух и глубоко вздохнули, прикрыв глаза. - Обалдеть, вы здесь до сих пор, оказывается, - раздался сбоку растягивающий слова голос, и парни в ужасе повернули головы в нужную сторону. Себястьян с улыбкой смотрел на испуганных парней. – А мы с ног сбились, вас искали… Где ж вы прятались-то? – с интересом спросил Смайт, обходя их. – Впрочем, неважно, видно, приятно провели время, - подмигнул парень, заметив распухшие губы и темный засос на шее Блейна. – Не думал, что ты такой страстный, Хаммел, - хмыкнул он и встал позади замерших ребят. – Я должен сейчас вас отвести в гостиную, где с вами поговорит Кладингтон. Хм… А кому это я должен, спрашивается? - усмехнулся Себастьян. – Хантер пересмотрел боевиков и возомнил о себе невесть что. А я ведь отговаривал, объяснял, что он ерунду затевает. Это бессмысленно: похищать человека, только из-за того, чтобы кто-то перешел из одной школы в другую и попел несколько раз на сцене. К тому же вы запросто можете подать заявление в полицию. А этот идиот заладил: похищение-похищение. Даже самолет у отца попросил, чтобы тебя скорее сюда привести, Хаммел. Да еще и большую часть старого состава Соловьев исключил, чтобы они не проболтались и не стали противостоять совершению преступления. Я был в шоке. Вроде бы военный, должен быть серьезным человеком… До сих пор не знаю, что бы он там придумал, чтобы заставить Блейна перейти сюда, если он не согласится сразу… Уж не пытать Хаммела на глазах у связанного Блейна, я надеюсь… Хотя, кто этого блондинистого знает, - пожал плечами Смайт. – Ну да ладно… А возвращать я вас не буду. Я же сказал, что вы уже уехали, а если я приведу вас обратно, то это будет признанием своей неправоты. А я не люблю ошибаться. Так что идите вы, голубки, на все четыре стороны, а лучше направо, к стоянке для такси и миритесь дальше. А я… Пойду утешу бедного Хантера, чья гениальная идея провалилась, - хитро подмигнул повеселевшим юношам Смайт. – Он хоть и говорит, что весь из себя натурал, но что-то мне подсказывает, что не все так чисто. Да и не устоит он против меня, - самодовольно произнес парень. – Как-нибудь, может, и вас уломаю, - приобнял Смайт закативших глаза юношей. – Ладно, пожелайте мне приятной ночи, я пошел. И ну пожалуйста, не заводите на нас дело, мы же любя Курта похищали. Вот даже и помирили вас, - состроил умильные глазки Себастьян и, не дожидаясь ответа, повернулся и открыл дверь. – Все, пошел развращать бедного грустного натурала, удачи мне. И вы сваливайте побыстрее, а то заметит кто и не будет таким добрым, как я. Идите, - на прощание махнув рукой, Смайт зашел в здание и захлопнул дверь. Блейн и Курт переглянулись, улыбнулись друг другу и пошли, спустившись с небольшого крылечка, направо. - В итоге Смайт неплох, - пожал плечами Курт, посмотрев на своего парня, когда они уже минут пять шли в нужном направлении. - Я это изначально говорил, - самодовольно улыбнулся Блейн. - Ой нет, ты хочешь сказать, что я мог считать хорошим того парня, который сначала приставал к тебе, а потом чуть не лишил тебя глаза? – возмущенно спросил Хаммел, даже остановившись на секунду. - Ну исправился он, не ругайся, - посмотрел огромными глазами Андерсон на юношу, с лица которого сразу ушло суровое выражение. - Да не могу я на тебя ругаться, любимый мой, - тихо пробормотал Курт и недоуменно оглянулся, заметив, что Блейн остался позади. – Что случилось? – спросил Хаммел, приблизившись, смотря в светящиеся глаза парня. - Любимый? – дрогнувшим голосом переспросил Блейн, радостно смотря на юношу напротив. - Да, ты – мой любимый, всем моим израненным сердцем любимый мальчик, которого я простил и с которым я собираюсь иметь общий дом с бегающими в нем общими детьми и где на каждой полке будут стоять фотографии нас со всеми звездами с Аллеи Славы, - подойдя ближе, проговорил Курт и, чуть склонившись, поцеловал растаявшего Блейна в холодный нос. – Да ты весь замерз! – с ужасом проговорил Хаммел и, поставив кубок на землю, снял с себя пиджак и заставил Андерсона надеть его на себя. Когда Блейн укутался, прижавшись носом к мягкой ткани и вдыхая приятный родной аромат, Курт с умилением улыбнулся и обнял своего забавного, любимого мальчика, поцеловав в мягкие кудряшки, ощутив слабый запах шоколада. - Ты мой герой, - прошептал Хаммел в покрасневшее ухо Андерсона. - С чего это? – спросил Блейн в шею парня, теплым дыханием вызывая дрожь по телу Курта. - Ты меня вызволил из заточения, – объяснил Хаммел, улыбнувшись. - Всегда готов спасать свою принцессу из лап врагов, - отважно пробубнил Блейн, расслабляясь в родных руках. - Назовешь меня еще раз принцессой, накажу, - сурово произнес Хаммел, отодвигаясь от парня и посмотрев на его спокойное лицо. - О, ну если ты говоришь о том наказании, о котором подумал я, то можешь меня наказывать. Много раз наказывать, - многозначительно поиграл бровями хитрый Блейн, улыбнувшись закатившему глаза Курту. - Не о том подумал. Не буду давать тебе есть мороженное. Шоколадное, - добавил парень, улыбаясь, видя, как Блейн погрустнел. - Хорошо, мой принц, - пробормотал тот, снова уткнувшись в мягкую теплую шею. - И сколько ты собрался так простоять? – поинтересовался через минуту Курт. – Эй, ты что, заснул, что ли, - он немного потормошил парня. - Неа, мне нравится тебя обнимать. Но ты прав, нужно от тебя отлепиться и дойти до такси, сесть в него и прилепиться к тебе обратно. Будет сделано. И первым этот подвиг прекращения объятий сделаю я. Я же герой! – пропыхтел Блейн и нехотя отступил на пару шагов. – Все, идем, мой принц, - подмигнул парень и, схватив кубок, пошел вперед, с улыбкой смотря на любимого рядом. Сердце Блейна было переполнено радостью, парень был счастлив, искренне счастлив. Он постарается быть любимым героем Курта на всю их совместную долгую жизнь.