Горячий Генерал или дневник путешественицы во времени

Провинция Гуанчжи. Трактир «Жареная жаба». Мороз все крепчал. Время перевалило за полночь. Те из постояльцев, кто не смог получить заветной комнаты с отдельным проживанием ютился за столами в общей зале. На улице сидеть больше не имело смысла, и пора было отправиться внутрь. Я сильно окоченела, но не подавала вида, так как заходить самой мне не хотелось. Было что-то волшебное в этой ночи и установившемся молчании между мной, Тал Талом и Баяном. В нашей небольшой комнатке казалось очень тепло от пылавшего камина. Я с радостью опередила мужчин и протянула руки к огню. Баян, распространяя вокруг себя сильный запах костра, которым он пропитался в своих неутомимых бдениях, сел за стол. Тал Тал по привычке проверил нет ли кого за дверью, выглянул в окно, запер его и застыл с мечом наперевес, загородив собой проход. Меня не прекращал мучить вопрос о том, как мы устроимся на ночлег, но почему-то задать его я не решалась. - Пожалуй, теперь стоит напиться! – Баян ударил кулаком по столу, - Тал Тал, вели нам еще вина принести. - Да, господин, - Тал Тал спрятал улыбку. - Что вы еще сидеть будете? – неуверенно спросила я, - разве спать не хотите? - Я сказал, что хочу выпить как следует! – рявкнул Баян. - Я также не хочу спать, - ответил Тал Тал, поудобнее размещаясь за столом. Мои глаза уже слипались, и я с трудом представляла, как смогу вместе с ними просидеть еще всю ночь, а потом отправиться в путь. Если честно я даже не знала, куда мы едем и зачем. После того как слуга принес вина и закусок, я аккуратно села на кровать. Собственно это был невысокий помост, устланный матрасом, тонким одеялом и квадратной подушкой, которой здесь все пользовались. Баян и Тал Тал увлеченно беседовали, не замечая меня и не зовя с собой. Я скинула сапоги и уселась на матрас с ногами. Подождала немного, но никто не обратил на меня внимание. Тогда я, не раздеваясь, забралась под хлипкое одеяло и улеглась на подушку. Мои веки стали сразу закрываться, сон словно черная кошка незаметно подкрался. И я уже не могла контролировать себя. Сознание уплыло, несмотря на некоторые тревожные мысли, проносящиеся в голове. Время от времени я просыпалась от того, что Баян разбивал очередной кувшин о пол, а Тал Тал тут же пытался его утихомирить. Один раз я проснулась от того, что Баян затянул песнь: - Каурый мой иноходец Стремится вдаль, вырывая поводья. А у моей любимой милый нрав Стремлюсь я к ней, к счастью своему. Прекрасный скакун каурый Мчится, и тороки развеваются. Единственная моя, к твоей любви Истинно сердце мое привязано. Родовой каурый мой скакун В просторной степи покажет силу свою. А чувства встретившихся двоих, Чем дольше, тем счастливее… - Как романтично, - пробормотала я и опять уснула. В следующий раз, когда мое сознание пробудилось, они говорили о чем-то: - Я бы и хотел, только неприкасаема она… - прошептал Баян. О чем это он? О ком? Я натянула одеяло на подбородок. - Дело – дрянь… Какая такая дрянь. Он сказал дело или тело? Кого он имеет в виду. К какой еще дряни он собрался прикасаться, к какому телу? Это же не обо мне. Ей-Богу, странно это. - Иногда нет сил удержаться, но все же я не стал бы…- ответил Тал Тал. Что у него стал? Или не встал? Проклятая глухота, иногда я спросонья плохо слышу. Что они там такого обсуждают? Я встревожено приподняла голову и на всякий случай развернулась к ним лицом. Неожиданно было темно. Догорающие угли в камине едва освещали комнату. Тишина. А нет, не тишина. Громкий храп раздавался на все помещение. Да что это такое. Мои глаза уже привыкли к темноте, и я могла различить, что возле камина, укутавшись в шубу, спал Баян, распространяя этот самый храп. Что касается Тал Тала, то он сидел на стуле, его голова упала на вытянутые руки, тонувшие в кислой капусте, а волосы живописно разметались по спине. Его плащ, подбитый мехом, сполз и валялся на полу. Они спят. Это что мне приснилось, что они покушаются на такую дрянь как я. Точнее я хотела сказать на мою девичью честь. Так у меня скоро паранойя разовьется. Тут я поняла, что меня настигла моя любимая проблема. Я хочу в туалет. Что же делать? Где здесь домик неизвестного архитектора притаился? Я ж не буду писать в ночной горшок или в камин как Баян. Стоп! С чего я решила, что Баян писал в камин? Очень надеюсь, что это тоже был бред моего воспаленного воображения. С подозрением я принюхалась, но пахло только подгоревшими дровами и вином, в изобилии разлитом на стол. Я приблизилась на цыпочках к столу и задумчиво посмотрела на пальцы Тал Тал. С одной стороны я хотела извлечь их из капусты, но с другой боялась его разбудить. В конце концов, забота о ближнем взяла верх, и я оставила все как есть. Жаль, здесь фотоаппарата нет. Я уже хотела уйти, как вдруг решила, что в комнате становится прохладно, поэтому я подняла валяющийся на полу плащ и накинула его на плечи Тал Талу. Он всхрапнул, но не проснулся. Я вышла из комнаты. По установившейся тишине стало ясно, что сейчас глубокая ночь и абсолютно все спят. Прошмыгнув к лестнице, я спустилась. Приходилось пробираться сквозь столики и лавки, на которых спали люди. Некоторые также лежали на полу. Положение ухудшала темнота, но все же я добралась до двери, чтобы обнаружить, что она заперта. Ну конечно, надо идти через черный ход для обслуги. Пришлось тащиться назад. Кухня также тонула в темноте. Возле печи спал какой-то толстяк, по-видимому, повар, так как от него пахло жареным мясом. Я миновала и его тушу, дверь была незаперта, что изначально показалось мне странным, ведь здесь даже задвижка была. Неужели забыли. Я выскользнула на крыльцо, оглядела двор. Мне показалось, что возле конюшен располагался туалет, вполне напоминающий наш обычный домик на одну персону, которые мы привыкли видеть на дачах в деревне. Опрометью я пересекла двор и зашла в домик. Сделав свои дела, я уже хотела уйти, как вдруг заметила в щель между досками какое-то движение во дворе. К конюшне приблизился человек, ведя за собой лошадь. В такой час, но мало ли путник мог оказаться застигнут непогодой среди ночи. Мужчина развернулся, и луна осветила его лицо. Это был Ван Ю. Я убрала руки от задвижки. Что здесь делает король Коре? В тот же миг я обнаружила, что позади, у ворот трактира стояли его верные псы, телохранители, которых он всюду таскал за собой. Так что это явно не частная встреча. Я перевела взгляд на Ван Ю. И как я сразу не догадалась, что это он. Мастер маскировки из него никакой, его сине-серебристые богатые одежды и аметист во лбу разве что не кричали о его персоне. Из конюшни к Ван Ю приблизилась фигура. Она находилась в тени, и я не могла разглядеть, кто это был. Они заговорили, я напрягла слух, и мне стали слышны такие обрывки фраз: - Баян и Тал Тал уже в пути. Ты должен сорвать это соглашение. - Я и сам знаю, что мне надо сделать, ты лишь обеспечь меня информацией, - огрызнулся Ван Ю. - Встретишь Чжуюаня в Нанкине. Но не говори с Лю Футуном, он слишком предан своей идее. - Идет, - Ван Ю развернулся и направился к своим людям. Тень незнакомца также скрылась в конюшнях. Я подождала немного, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. И когда стук копыт от лошадей короля Коре перестал быть слышен, я вырвалась из туалета и побежала к трактиру. По дороге я зачерпнула снег и протерла им ладони. На кухне и в зале была все та же тишина. Я уже не особо стараясь сохранить тишину, вбежала вверх по лестнице и ворвалась в нашу комнатку. Баян и Тал Тал все так же безмятежно спали. Я растерялась. - Вставайте! Вставайте! – сказала я почему-то шепотом, но они и не подумали проснуться. Я подбежала к Баяну, склонилась на колени и стала толкать его двумя руками. - Господин Баян! Господин Баян! Проснитесь! - Проклятье, - пробормотал Баян, отмахнувшись, он развернулся ко мне спиной. - Ну же, господин Баян, просыпайтесь! Баян повернулся, его небольшие глаза на миг раскрылись, он скривился, увидев меня, и железной рукой вдруг прихлопнул меня по спине так, что я упала на пол. - Спи, давай, - проворчал он и захрапел. Так как тяжелая рука генерал лежала на моей спине, а я сама застыла в позе ползущей черепахи, то я так и быть на четвереньках, пятясь задом, высвободилась от руки Баяна, бережно бросив ее на деревянный пол. - Этого пьяницу не добудится, - прошептала я и направилась к Тал Талу, встав и как следует отряхнувшись. Тал Тал как видимо также крепко напился, иначе бы уже давно должен был проснуться. Я застыла перед ним. Он сидел все в той же позе. - Господин Тал Тал, - я наклонилась прямо к его ухо и дунула туда. - Аа, - прохрипел Тал Тал, вздрогнул и открыл глаза, я быстро отпрянула. Он поднял голову и распрямился. Все еще непонимающим взглядом он уставился на меня. Его лицо казалось таким милым спросонья, что я не смогла сдержать улыбку. - Что? Что такое? – хрипло спросил он. - Господин Тал Тал, я только что видела Ван Ю. - Ван Ю? Что? Где? Тал Тал встревожено посмотрел на меня, а затем поднял руку со стола и провел пальцами по волосам, заправляя непослушные пряди за уши. При этом он не заметил, как несколько стружек капусты уцепилось за ним и повисли на его челке. Я закрыла рот рукой и выпучила глаза. - Где ты видела Ван Ю? – все так же растерянно спросила Тал Тал. - ААА! В бой, собаки! – вдруг заорал Баян и вскочил с пола, обнажив меч. - Успокойтесь, дядя, мы не на поле боя, - Тал Тал встал, а капуста в его волосах колыхнулась, но не упала. Я перевела взгляд на Баяна, он уже вложил саблю в свои расписные голубые ножны и протирал глаза. - Я видела Ван Ю только что, - пискнула я. - Правда? Где во сне? – спросил Тал Тал, пытаясь прийти в себя. Я подошла к камину и бросила туда дровишку, чтобы затухшее пламя вновь разгорелось, и можно было говорить при небольшом освещении. - Я ходила во двор и только что туда подъезжал Ван Ю со своими головорезами, он встречался с каким-то человеком возле конюшни и мне удалось подслушать часть их разговора. - И о чем они говорили? – Тал Тал приблизился, склонив голову и тряхнув капустой в челке. - Я …ну…- я прыснула от смеха. - Чего? – Баян тоже подошел и встал с другого бока, - о чем они там толковали? - Этот человек сказал, что Баян и Тал Тал уже выехали, чтобы заключить соглашение, и что ты должен помешать им, а Ван Ю ответил, что и сам все знает, и что ему нужна только информация по этому делу. И потом он вскочил на коня и умчался. Также он упоминал имена Лю Футун и Чжуюань, кажется. - Проклятье! – Баян сжал кулаки. Глаза Тал Тала обеспокоенно забегали. - Что он задумал? – спросил Баян и посмотрел на Тал Тала, ища ответа. В этот миг он тоже заметил капусту и его глаза округлились. Баян, скрывая смех, покашлял в кулак. - Скорее всего, его послал канцлер, чтобы сорвать наш договор с визирем Кочючюком, - ответил Тал Тал, недоуменно наблюдая за Баяном. - Так вы не в ссылку едете, а на встречу с визирем? – возмущенная обманом спросила я. Баян и Тал Тал проигнорировали мое возмущение. - Так ведь это я придумала этот план, как вы могли оставить меня на обочине этого? Это из-за ее высочества Сон Нян? Да? Это она велела отстранить меня от дела, которое я и придумала? Предатели, - обижено пробормотала я, сложив руки на груди. Баян виновато нахмурился, а Тал Тал сказал мягко: - Ты сама виновата, зачем стала спорить с Ее Высочеством? Разве не понимаешь как это опасно? Тем более женщине в таких делах… - Женщине, - разозлившись, перебила я, - Сон Нян тоже женщина. - Прекрати так отзываться о Ее Высочестве, - прошипел Тал Тал, - она жена императора, нужно иметь уважение. - Ааа, - с обидой протянула я, - хотите сказать, что я никто. - Я не это… не совсем это имел в виду, - ответил Тал Тал. Но я уже все равно обиделась. - Наклонитесь-ка лучше ко мне, - мстительно прошептала я. - Что? – удивленно спросил Тал Тал. - Наклонитесь, говорю вам, это нужно. Баян еще раз, сдерживая смех, покашлял. - Давай, давай, - Баян помахал рукой ничего не понимающему племяннику. Тал Тал наклонил ко мне голову. Я коварно улыбнулась и запустила руку ему в челку, сняв капусту. - Во-от возьмите вашу заколку, - я вручила Тал Талу капусту. Он застыл словно в ступоре, сверля меня взглядом. А я пошла к двери. - Я пойду распоряжусь насчет лошадей, - сказала я. - Смешная девчонка, - прокомментировал Баян в надежде, что Тал Тал очнется от своего ступора, но он не шевелясь смотрел на капусту в своей руке. - К Тал Талу женщина никогда не прикасалась раньше, - развеселился Баян. - Что за глупые шутки, дядя, - Тал Тал кинул капусту в костер, - вы выставляете меня в недостойном свете. Я покачала головой и вышла. Сердце неистово билось в груди от волнения. Проходя по коридору, я вдруг услышала, что в одной из комнат тоже проснулись. Оттуда доносился шум и какие-то крики. Похоже на пьяную гулянку. Возможно, что там и не ложились. Внизу меня встретился хозяин трактира, он сонно шарился меж спящими. - Господин! Господин! – привлекая внимание, я замахала руками. - Чего тебе, сэму? – трактирщик злобно взглянул на меня. Он был китаец как и многие здесь. Китайцы или как их тогда называли ханьцы ненавидели не только монголов, которые их завоевали и держали в черном теле, но и таких сэму как я. Монголы с уважением относились к цветноглазым, приглашая на службу арабов и европейцев, раздавая им почести и привилегии. Естественно, что ханьцы, которым ничего такого не полагалось, видели в цветноглазых – источник своих несчастий. - Господин, мне надо оседлать лошадей, мы хотим выехать и немедленно, - сообщила я. Трактирщик фыркнул в мою сторону и уже направился к кухне, я хотела подняться вверх по лестнице, как вдруг кто-то схватил меня сзади и зажал рот ладонью. Я выпучила глаза, пытаясь вырваться, хозяин испуганно бросился под стол, не пытаясь помочь мне. - Тащи его к нам, - услышала я мужской пьяный голос. Я с силой попыталась вырваться, но это было бесполезно. Мужчина, что схватил меня, обладал недюжинной силой и я словно пушинка трепетала в его руках. Я не могла видеть его лица, зато слышала сильный запах перегара и вонючего пота. Больно ударив мои ноги о ступени деревянной лестницы, мужчина развернул меня и потащил вверх по лестнице. Я могла только мычать, чувствуя, как задыхаюсь из-за мозолистой ладони, зажимающей рот. Страх сковал все части тела. И я не могла поверить, что сейчас же как-нибудь не вырвусь. Мы поднялись наверх. Вращая глазами, я заметила, что второй мужчина был китайцем. У него было широкое лицо, густые брови вразлет и крупный нос, большие злые черные глаза. Сейчас когда мы на втором этаже, и моя комната с Тал Талом и Баяном была так близко, я что есть сил забрыкалась, пытаясь укусить похитителя и закричать. Но вместо этого лишь жалкие мычания и глухие стуки разнеслись по коридору. - Молчать! – китаец со злыми глазами ударил меня кулаком по голове. Боль обожгла лоб и глаза, я обмякла, не в силах сопротивляться. Из дверей, откуда накануне доносился шум веселой гулянки, высунулась голова. С виду знатный человек, мужчина лет двадцати пяти с красиво подстриженной бородкой и усами. Его волосы несмотря на беспорядок когда-то были уложены в сложную прическу. - Где вы, прохвосты, тащите этого красавчика сюда! – пьяным голосом выкрикнул мужчина. В этот миг дверь нашей комнаты распахнулась и оттуда показался Баян. Я воспряла духом, но мужчины, державшие меня, вдруг открыли какую-то дверь позади нас, отступили туда и быстро захлопнули ее. Я только успела услышать, как красивый пьяница сказал что-то вслед Баяну. Мы стояли в пустой комнате с двумя разобранными постелями, и никого кроме нас там не было. Один из похитителей приставил нож к моему горлу. - Молчи, придурок, а то лишишься жизни прямо сейчас. Мне было больно и страшно, слезы градом потекли по щекам, стекая на вонючую ладонь неизвестного. Я слышала, как Баян и Тал Тал прошли мимо, громко стуча своими сапогами. Как только они спустились, меня вытолкали в коридор и протащили в комнату к пьянице. Внутри оказалось то, что я и ожидала. Это была гулянка. Лощеный красавчик, облаченный в шелковый халат на голое тело, радостно потер руки, увидев меня. - Какой подарок, мне преподнесли сегодня. Как же я рад. Он подошел и наклонился к моему лицу, дохнув перегаром: - Какой милый сэму. Глазки как у олененка, люблю таких. Евнухи моя слабость, а тут еще и такой красивый. Совсем еще юный. Он похабно улыбнулся, а у меня в животе внутренности собрались в комок. Что он сейчас имеет в виду. - Эй, ребята, взгляните, - он поманил кого-то. И рядом возникли еще трое настолько же пьяных вельмож. Видно было, что они богаты по их одеждам и внешнему виду, Один из них провел пальцем по моему лицу. - Какая нежная кожа, как у девицы, - он расхохотался. - Не бойся, евнух, - сказал первый красавчик, - эй, Чжу, отпусти его, я угощу его вином, посиди с нами и повеселись. Меня отпустили. Я с трудом перевела дыхание и с отвращением отряхнула свои одежды. - Меня Буха зовут, садись с нами, - красавчик указал мне на разобранный стол, где в изобилии стояло вино. - Нет, спасибо, господин Буха, можно я пойду, мои хозяева меня заждались. Они будут беспокоиться, если я не вернусь. Мы уже уезжаем. -Ах, - он манерно прикрыл рот нежной ладонью, – какая жалось, но мне придется позаимствовать тебя у твоих хозяев, не одним же им развлекаться с тобой. Надо бы и поделиться. - Я не… послушайте, я же евнух, я это… - меня сковал страх от осознания того, на что намекал Буха. - Садись же, - с насмешкой велел другой мужчина. Я попятилась к двери, но ее уже преградили двое китайцев. - Как нехорошо, какой же непослушный мальчик, я люблю таких, – улыбнулся Буха. Я с ужасом увидела, что он хочет распахнуть свой халат. Тогда я бросилась к окну, в надежде открыть его и закричать. Но кто-то бросился за мной и больно ударил в спину. Я упала на пол. Буха быстро подскочил, схватил меня одной рукой, поднял и почти в бессознательном состоянии швырнул к столу. Затем он прижал меня к столешнице животом вниз, так что я, согнувшись, стояла перед ним. Одни мужчины удерживали мои руки и плечи, а сам Буха принялся поднимать мои халаты. Я закричала, злые слезы катились по лицу и я не чувствовала боли, только обжигающий страх. Страх как лед, как огонь, как удар ножа от того, что сейчас могло произойти. Буха уже рванул пояс моих штанов и я услышала треск ткани, тонувшей в похабном хохоте мужчин. В ушах заложило, мне показалось, что я слышу ужасный рык вместо этих голосов. Тяжелое и горячее тело Бухи навалилось мне на спину. Его голова больно ударила меня в затылок, а руки безвольно скатились вдоль тела. Я беззвучно завизжала, так как внезапно потеряла голос. Но Буха просто повис на мне. Я не могла высвободиться. Как вдруг его тело исчезло, будто его кто-то поднял. А потом рывком подняли и меня. Мои халаты опустились вниз, скрывая наготу, а я увидела перед собой черые латы Тал Тала. - Тал Тал, - одними губами прокричала я, не видя его лица. Кругом нас уже собрались вооруженные мужчины с мечами. - Возьми ее, - выкрикнул Тал Тал и отбросил меня в сторону, я упала на руки Баяна. Я оказалась на другой стороне комнаты. И теперь видела, что Тал Тал стоял там с мечом, угрожая всем присутствующим. Двое китайцев лежали то ли мертвые, то ли оглушенные у дверей. Баян крепко-накрепко сжал меня в руках. - Я разберусь, идите, - злобно велел нам Тал Тал, указав на дверь саблей. -Да, - Баян прижав меня к себе, выволок из комнаты. Мы оказались в коридоре. Я вырвалась из рук генерала, когда он захлопнул дверь. - Господин Баян, - срывающимся голосом сказала я, - я… они схватили меня… - Понял я уже, беги скорей в комнату, - Баян с досадой провел рукой по лицу. Мои ноги подкосились и я не могла идти и просто осталась стоять. Мысли вихрем проносились в голове, не давая сосредоточиться. - Ну давай, - угрюмо велел Баян, собираясь вернуться обратно к месту разборок. - Куда вы, господин Баян, что собирается господин Тал Тал делать? - Он убьет их всех, а я пойду помогу, - Баян выпятил нижнюю губу. - Стойте, - я повисла у него на руке, - стойте, - прошептала я, - Тал Тал убьет их всех из-за меня? - Да, - просто ответил он. - Нет, стойте, не надо. - Совсем дура что ли, - Баян недовольно попытался отпихнуть меня. - Я остановлю его, - в каком-то немом исступлении я направилась к двери, откуда услышала звон меча. - Ээээээ, глупышка, - Баян резко схватил меня, оттащил, я хотела вырваться, и мы вдвоем почти упали на пол у стены. Баян обхватил меня обеими руками, приговаривая: - Ничего, успокойся, так надо. Тал Тал должен убить их, раз они тронули его женщину. - Но я не его женщина, господин Баян! - Ну да, - брякнул Баян, он закрыл мое лицо ладонью, я услышала скрип открывающейся двери.