atlantis

      Говорят, боги однажды разгневались на жителей Атлантиды. Они послали страшную бурю и изгнали их — Я помню только как небо потемнело, как закричали, заметались люди. Потом яркий свет, как звезда, засиял над городом. Папа сказал, что этот свет и забрал маму, — с того дня я ее и не видел, — Чонин жмется к Кенсу все ближе, хотя, кажется, куда больше — он и так лежит на его коленях.       И Кенсу смотрит на него своими большими глазами, но, хоть убей, не видит в нем принца Атлантиды. Молодого одинокого парня — да, но будущего правителя, который в первую их встречу чуть не прирезал его, — нет.       Их отношения, длящиеся уже на протяжении месяца, — что-то немыслимое, выходящее за грани понимания.       Как и то, каким образом Кенсу оказался здесь, на дне океана.       Он был аспирантом в том же университете, который ранее закончил с красным диплом, уже чуть больше года, когда его исследованиями неожиданно заинтересовался старый друг его дедушки. А если быть точнее, то этот мужчина спонсировал именно поиски таинственной Атлантиды, которые начал еще старик Кенсу.       Только благодаря вложенным деньгам и книге с чертежами, оставленной дедушкой, Кенсу оказался в Атлантиде.       В первые же минуты пребывания на потерянной земле, его, как и всю команду, что была собрана для этого «путешествия», окружила толпа людей в ритуальных масках и с копьями или длинными ножами в руках. Кажется, именно тогда у Кенсу появился тот седой волос, который на днях у него заприметил Чонин. И вырвал без предупреждения.       Уже потом Чонин расскажет, что, если бы тогда Кенсу не сказал, что они мирные исследователи, а точнее — не показал бы ту самую книгу, полученную от дедушки, то их бы как минимум — прогнали, а как максимум…       А тогда Кенсу стоял перед отцом Чонина, королем Атлантиды, и нервничал настолько, что его коленки тряслись. И не столько от страха, сколько от восторга, что все расчеты, исследования его и дедушки оказались верными.       Первое впечатление о Чонине было, безусловно, ошибочным. Еще с минут двадцать назад он был принцем, готовым убить чужеземцев, а сейчас — отстаивает их право остаться в Атлантиде на некоторое время.       Только жаль, что по итогу их все равно отправили назад — собирать свои вещи. Ведь король, в отличие от своего сына, хладнокровен и чужаков не терпит. Но Чонин, оказывается, был еще и ужасно упертым, потому что после он остался наедине со слепым отцом и продолжил его уговаривать. — Твое сердце стало мягче, Чонин. Тысячу лет назад ты бы убил их сразу же, — лишь отвечает старый король, уклоняясь от смоченной в прохладной воде тряпки. — Тысячу лет назад на улицах горел свет, а люди не добывали пропитание на окраинах разрушающегося города. — Люди всем довольны. — Они не видели ничего иного! — вспыхивает парень и вспоминает, как аккуратно и ухоженно выглядят чужеземцы, как много у них штук, явно опережающих местные на десятки ступень в развитии. — Мы были великим народом, а теперь живем на руинах! Старые короли бы заплакали от горя, знай они, до чего мы докатились! — Чонин… — Если эти ученные смогут открыть нам тайну прошедших времен — возможно, наше будущее изменится. — Нам и так известно, чему они могут нас научить… — Отец, эти — другие! И скорее всего — последние! Мы все обречены на скорое вымирание. — Вымирание нам не грозит. Чонин… Когда ты взойдешь на трон, ты это поймешь.       Король слишком хорошо знал своего сына, чтобы надеяться, что он не поступит по-своему. Он вполне догадывался, что уже меньше чем через час Чонин схватит Кенсу и утащит к руинам с надписями, которые он в свободное время пытался расшифровать, но все не достигал успеха.       Кенсу вспоминает первые дни их знакомства и перебирает волосы Чонина, лежащего на его коленях.