breath

      Джин завершает вызов и откидывает телефон куда-то на пол. Чонгук кладет руку на его талию и подтягивает к себе обратно. — Кто звонил? — выдыхает куда-то в затылок младший. — Юнги.       Мозг отказывается формировать какие-то длинные предложения. Джин, в общем-то, и другу отвечал короткими «да» или «нет». К тому же младший опять начинает расцеловывать шею с утра пораньше. Как тут вообще о чем-то думать, кроме как об этих губах? — Что-то на работе? — старший лишь что-то невнятно мычит, укрываясь одеялом с головой и перекатываясь на другой конец огромной кровати. — Ну принцесса Джиннииии. Не лишай меня своего личика.       Чонгук пытается развернуть огромный кокон, потому что ему, вообще-то, тоже холодно. — Правильно ли мы поступили? — у обоих под ребрами расплывается что-то теплое от этого «мы». — Вот так вот все бросили и уехали в Пусан отдыхать? — Боже, Джин, — Чонгук обнимает гусеницу из одеяла и улыбается куда-то в его складки. — Мы оба уже работаем. У меня отпуск в первые за долгое время, а твой начальник — твой лучший друг. Нет ничего плохого, что ты ему соврал один раз, что заболел и уехал отдыхать. — Может нужно было просто объяснить ситуацию и попросить дать мне выходной? — старший наконец высовывает макушку и тут же получает поцелуй в нее. — Мы бы не отделались от их компании здесь. А так хоть наконец наедине побыть можем. Я ничего не имею против хенов, но я уже устал от их игрищ и разборках на людях. — Ой, а сам-то, — хмыкает Джин, показывая лицо целиком. — Вчера все никак до номера не мог дотерпеть и в ресторане уже начал приставать. — Не бузи, давай собираться на побережье.       Джин слишком сильно меняется под влиянием Чонгука. Теперь он способен на совершенно необдуманные поступки, как этот — бросить все в Сеуле и уехать в Пусан вместе с любимым. Признаться, Джин до последнего не хотел врать Юнги, что он заболел, но большие глаза напротив сделали свое дело.       И вот теперь они здесь. — Смотри, какой красивый вид утром, — Чонгук тянет старшего за руку к воде.       Пляж немноголюдный и этим действительно прекрасный. Джин смотрит на профиль младшего, на то, как он смешно щурится от солнечного света, и понимает, что он все сделал правильно. — Все никак не можешь на меня насмотреться? — язвит Чонгук, а Джин лишь закатывает глаза. Уже через секунду оба смеются и переплетают пальцы. — Я так тебя люблю. — И… — старшего прерывает свист сзади. — Средь бела дня прямо на пляже, ого, — Джин смотрит, как постепенно радость на лице Чонгука сменяется раздражением и смеется. — Ну и голубки, да, Юнги-хен. — Заболели они, ага, — бурчит Юнги, а Хосок держит его за руку и тащит к паре. — Чонгук, — младший встречается взглядом с Джином, и тот чуть сжимает их переплетенные пальцы, поднимает вверх и нежно целует в костяшки. — Я тоже тебя люблю. А теперь пойдем к этим двоим.       Да, у этой любви действительно есть будущее.