разреши любить тебя.

ОНИ, БЛЯТЬ, ИСТИННЫЕ! Истинные мать вашу! И спрашивается вот, какого хрена, собственно? Вечер начался весьма удачно. Сюрпризы — это хорошо, конечно. Но не вот так вот внезапно. Да и еще сколько наглости нужно иметь, чтобы скрывать столько времени? Уму непостижимо. Найти истинного в жизни — великая удача, огромное счастье на всю оставшуюся жизнь. Но после стольких лет дружбы можно было и сразу признаться, а не почти через месяц, и не сидеть сейчас и светить своей наглой милой мордашкой, делая вид, что здесь никто совсем и не виновен. Вся суть Ким Сокджина, так сказать. Да, оказывается, мысли материальны и теперь вся компания, находящаяся в кафе, сидит и охуевает чисто по-корейски. Кроме Джина, конечно же. Не потому что он не кореец, а потому что это он здесь охуел. Мечта «быть с Намджуном истинными» успешно стала реальностью. Для старшего она оказывается давно ею стала, еще когда они пошли на своё первое «свидание», произошедшее из-за инцидента с телефоном. Она бы и дальше оставалась лишь для них реальностью, если бы старшего тоже не пригласили сегодня на встречу в честь выписки Мина. Ох, и если бы не так витал в воздухе аромат свеженапечатанных книг и свежей утренней выпечки с запахом омеги-хёна. Спалились, короче говоря. — Ну ты и сучка, Ким Сокджин! Я думал, мы с тобой друзья, — обиженно фыркнул Хосок, надув губы. — Конечно друзья, — возмутился старший, — Просто я не… — Просто ты не сказал нам! — Тэхён тоже надулся и, скрестив руки, облокотился на Чонгука.       Вечер проходил замечательно. Волшебно. Теперь просто словами не описать. Конечно же, все рады за своего друга. Но и не меньше удивлены такому стечению обстоятельств. Ну и малость обижены на этого широкоплечего хёна. — Пиздец, надеюсь, что я не увижу ваших воркований на парах. Я точно переведусь, — бурчал Юнги, медленно выводя узоры вилкой по уже опустевшей тарелке. — Знаешь, — начал Хосок, — Не хочется, конечно, тебя огорчать, но… — Да ничего мы не воркуем там! — перебил старший, догадываясь об исходе беседы. — Ну теперь это можно назвать именно так! — не отсиживался в тишине и Тэхён, — Сначала мы думали, что ты по своей натуре такой милашка-обояшка со всеми. Но вы, блин, уже были в других отношениях. А мы не знали… Ты такой обманщик, Сокджин-хён! — Тэ со всей своей артистичностью тяжело вздохнул и смахнул невидимую слезу. — Моим глазам и психике пиздец, я так полагаю, — тяжело вздохнул дедушка Мин, а затем поёжился, — Боже, даже представлять все это противно.  — Ой, Шуга-а, посмотрим на тебя потом, когда ты своего истинного найдешь, — Чон облокотился о плечо старшего и заиграл бровями, наблюдая за соседом, — Или уже нашел? — Никого я не нашел, отвали, — скинув руку младшего, Юнги вернулся к своей ненаглядной трапезе. Вкусная еда любимого всей дружной компанией кафе не осталась последним пунктом в их вечере. Хотя Хосок уже понемногу сдавал позиции. Из-за своего любимого, блять, соседа Мина, он опять переел сладкого. Вся компания доверила Юнги выполнить великую миссию — сделать заказ. Но почему-то у Хосока был заказ на два мешка с сахаром больше, а не как у остальных. У него уже слишком передоз этого злосчастного сахара в этой жизни. За этот учебный год, если быть точнее. Оплатив счет, было решено отправиться в кинотеатр. Почти единогласно…был поздний вечер, поэтому, согласно достоверной информации из телефона Тэхёна, сейчас показывали какую-то «сопливую мелодраму» по словам Юнги, и фильм ужасов. Хосок на дух не переносил второй жанр фильмов и идти туда точно не собирался, ну, а просмотр «сопливых» фильмов с друзьями альфе тоже не по душе. Как оказалось, Сокджин тоже не горел желанием посещать кинотеатр и в итоге тактично удалился из компании под предлогом усталости и головной боли. Конечно же, все поверили, особенно Юнги, который совсем нечаянно заметил сообщение от Намджуна в KakaoTalk хёна. Мин решил оставить это в секрете от остальных. Все же было видно, как старшему до сих пор неловко за случившееся. Он не собирался ничего скрывать или обманывать кого-то, но все не наступал подходящий момент, для того, чтобы сказать. А тут вон как вышло весело. Обхохочешься. Но никто и не обижался и все это знают. Наконец все выдвинулись в сторону кинотеатра. Мнения о выборе фильма до сих пор разделялись, поэтому парни собрались решить все сразу на месте. Но дойти до заветного места не удалось: по пути мелкие заметили парк развлечений. А это все, похода туда не избежать. Вигуки видят цель — вигуки уже бегут к ней, таща старших за собой. Короче, прощай фильм. «Раз не хотите идти в кинотеатр, то как насчёт прогулки по парку развлечений?» — хотя, какой смысл спрашивать, если тебя уже затащили в этот самый парк? — По крайне мере это лучше, чем те фильмы, которые вы хотели посмотреть, — Хосок был рад такому повороту событий, ну, почти… Аттракционы, на которых хотели прокатиться мелкие, завораживали своими размерами и, если честно, Хо рад был бы прокатиться на во-он той карусели с милыми лошадками, а не на американских горках… куда ещё эти маленькие паршивцы стараются затащить и Юнги! — Шуугаа, ну пойдём, будет весело! — всё не унимался Тэхён, таща старшего за запястье за собой, хотя, тот даже и не сопротивляется толком. Кому-то и это даже лень. — Нет! Юнги не пойдёт туда! — быстрым движением Хосок выхватил запястье Мина и притянул парня к себе, переплетая их пальцы и приобнимая второй рукой за плечо. Сейчас они были абсолютно похожи на какую-то милую парочку из дорамы, да и вся сцена напоминала что-то подобное. Хосок в этом шарит, Хосок иногда в тайне смотрит такие дорамы. И вот испуганный взгляд Хо сменился на более испуганный, ибо Чон осмыслил произошедшее. И осмыслил то, как сейчас все это выглядит со стороны и быстро отстранился от Мина. «И вот что это было?» — Хосок понимал, что, возможно, его щёки сейчас покраснели и теперь ему надо как-то выкрутиться из этой неловкой ситуации, ибо три пары глаз, смотрящим с удивлением, заставляли Хоби смущаться ещё сильнее. — Ну, то есть…- Хосок кашлянул, — Юнги только выписали из больницы и я думаю, что ему не стоит кататься на таких аттракционах, — парень начал набираться смелости, — мало ли швы разойдутся или ещё что похуже! Ох, как же ты забыл о таком? Выкрутился. А Тэхён и правда забылся немного. Ох этот парк развлечений, так и манили эти разноцветные карусели, не отпускающие ту самую часть парня, которая совсем и не собирается покидать детство. А с Чонгуком…все это делать становится в миллиарды раз увлекательнее. Ведь за этим кроликом-альфачом кроется нечто настолько мягкое и теплое, во много раз приятнее всех пледов во вселенной. И хоть Гук был таким не со всеми и не всегда, но таковым он был. А с Тэ такая его сторона пробуждалась еще чаще. Любовь творит чудеса. Творит чудеса и вот Тэхён, обняв Юнги и мило извинившись, уже активно направляется к тем самым американским горкам, держась за руку со своим Чонгуком. Будто милая парочка, которая под конец какого-то фильма, уходит в красивый закат. Да, Хосок определенно пересмотрел всех этих фильмов. Альфа не альфа, но в этом ничего такого постыдного и не было. Каждый в этом мире хочет любви, как бы то ни было и как бы кто-то там не отрицал это. Хосок тоже не исключение.  — Хорошо стоим, — как бы невзначай сказал Юнги.  — Да… Сейчас у Хосока каталось по мыслям перекати-поле да и только. Очень уж он прям ощущал веселье, наблюдая за мелкими, которые радостно махали парням из еще стоявшей вагонетки этих самых американских горок. Если честно, Чон старший был совсем не фанатом этого аттракциона. Ладно там кататься на таком, он даже смотреть на это не хотел. Пробирало до жути.  — Мы так и будем стоять и наблюдать за тем, как мелочь развлекается? — поинтересовался Юнги. — Знаешь, я так мог и дома развеяться. Ты и так лишил меня возможности прокатиться на этой безобидной карусельке.  — Ага, конечно, — Хосоку не хотелось что-то отвечать по этому поводу, ведь он все равно волновался за Мина. Разум Хосока кричал лишь «хер тебе, а не ебаные карусели!»  — Ну… мы можем прогуляться по парку, — Хосок попытался сменить своё неспокойное выражение лица на более радостное, дабы не слишком показывать свой не восторг, — я слыхал, что здесь продают вкусное мороженое и…  — Ты боишься высоты? — неожиданный вопрос Мина застал Хосока врасплох, который только собирался перечислять все «достопримечательности» парка.  — Что? С чего ты взял?  — Ну, в больнице я пролежал довольно-таки большое количество времени и мой шов давно зажил, так что с ним бы ничего не случилось, да и со мной тоже, — легко улыбнулся Юнги, — да и твоё поведение… — Не так уж много времени и прошло! — перебил Хосок, дабы вдруг не начался разговор о его поведении, — Если хочешь идти — иди, но если это скажется на твоем здоровье, то больше не жди меня к себе в больницу, — Хо обиженно отвернул голову.  — Да ладно, серьёзно? Наш мега крутой альфа Хосок боится высоты? — догадавшись до столь простой истины, Юнги не смог сдержать смех. Хосоку стало немного неловко, отчасти стыдно и врезать хотелось кому-нибудь, например, ухахатывающему Мин Юнги. Но этот смех… младший был обезоружен… Да и вообще никто не виноват в своих страхах.  — Да кто бы говорил! — всё-таки, честь надо отстаивать. — Сам небось кони двигаешь от любого шороха, а тут лишь прикрываешься маской крутого альфы, каковым и не являешься. Юнги аж завис на долю секунды, удивленно распахнув глаза, но вот, наконец, вернулся в реальность, проморгавшись.  — Что…что ты сказал? Это я трус? Тогда давай всё решим здесь и сейчас. — И как же это? Будем стоять посреди парка и пугать друг друга? Клёвая затея, Шугааа, — Хосок прекрасно знал, что Мин опять будет возмущаться по поводу этого «Шуга-а», мол не нравится ему. Но для обоих это уже стало такой обыденностью. Хосок улыбнулся и мысленно прокрутил ту заветную фразу, которую по этой обыденности скажет старший.  — Для тебя Мин Юнги, придурок! — все как по плану, Мин опять якобы возмущается, но он и не признается, что это ему тоже нравится. — Хорошо, придурок Мин Юнги, так что ты придумал? Ох как же Хосоку нравится это — злить, надоедать Мину. Самые бесценные эмоции для него. Хотя тот тоже частенько платит той же картой. Не идеально ли? Где бы он еще такого соседа нашел?  — Вот ты пидор, — тяжело вздохнул парень, — В каждом парке аттракционов есть комната страха, здесь я тоже успел увидеть. Вот там и проверим, кто из нас трус. — Вау, гениальная мысль, о, великий, — безэмоционально ответил Хосок. — Да, кто-то из нас ведь должен быть гением, — ухмыльнулся Мин, — но, если успеешь придумать идею получше, то обращайся. — Да ладно, и это сойдет, не хочется тебя до смерти пугать. — Да меня твоё лицо со дня нашего знакомства до смерти пугает. Ничего, держусь. — Да ладно, я знаю, что нравлюсь тебе. — Да обожаю прям, врезать аж хочется, — Мин не в силах остановить свои краснеющие щеки. — Да ты слишком жесток ко мне! Ничего другого придумать не можешь? — Хо скрестил руки, кабы обижаясь. — Ну не замуж же выходить за тебя. — А почему нет? — Что? — еще больше удивился Мин. — Что? «Вот именно Хосок. Чего, блять?» Комната страха представляла собой даже не комнату, а будто отдельный парк страха. Первую часть этого парка нужно было проехать на небольшой вагонетке, к слову ещё и двухместной, а остальной путь идти до выхода пешком, пробираясь через всякие «лесные» декорации…зомби и паутину, например. Веселье, чё. С первой частью этого увлекательного аттракциона парни почти успешно справились. Внезапно появляющиеся монстры и всякие противные вещи все же добивались достойной реакции от Хосока, который уже просто-напросто пожалел об этом недо-споре и больше всего желал скорее выбраться отсюда. Но пока держался, пытаясь в полутьме разглядеть новый вброс страхов, совсем забыв о Юнги. А тот изо всех сил тоже старался, старался не заорать. Да еще и не знает от чего сильнее: то ли от этих ужасов вокруг, которые заставляли еще крепче сжимать свою руку на поручне вагонетки, каждый раз подпрыгивая от страха, то ли от того, что на этой самой напряженной руке лежит рука Хосока, который внезапно переместил ее с поручня на руку Юнги уже после первого «повешенного» трупа, который был в начале пути. Хосок заметил это…в одном из перерывов между всеми скримерами, но по неведомой причине, а может и по очевидной, которую он еще не развидел, убрать не решился. И вот, когда первая часть пути была успешно преодолена, оба парня уже находились в предвкушении перед освобождением из этого кошмара. У Хосока уже даже силы кричать закончились, да и он будто научился заранее определять, где будет новая возможная «опасность». Держится, молодец. А Юнги… Юнги из последних сил старается сохранять свои нервные клетки и спокойствие. Хотя ему это не удалось уже много-много раз. — Шуга, как дела? — навеселе сказал Хо, заметив напряжение Юнги, которое длится почти с самого начала их веселой «поездки». — Какого хрена я теперь должен готовить этот сраный ужин? — не отвечая на вопрос, возмущался Мин, — Не я блять один проиграл, урод ты хренов. Ответа не последовало. — Эй блять, перестань меня игнорировать, — через плечо громче сказал Юн, немного замедляя свой путь. Юнги всегда был рад, когда Хосок не надоедал ему и вообще молчал, но прямо сейчас он чувствовал огромную необходимость в любых его звуках. Конечно же, Мину сейчас было страшно, а эта наступающая тишина нагнетала, заставила Юнги почувствовать себя одиноким и ненужным котом в большом мире. Но Хосок всё не отвечал. — Хоби? — Юнги остановился и оглянулся. Конечно же, разглядеть толком ничего не удалось, темно же повсюду. Да и телефоном не посветить, так как он находится у Хосока где-то во внутреннем кармане его куртки. Чона нигде не было видно, а чувство приближения паники у Мина все возрастало. — Да и пошел ты блять нахуй, думаешь, что мне страшно станет, да вот них… Договорить Юнги не удалось, потому что он закричал. Заорал точнее, как дикая чайка, наверное. Мин обернулся и увидел не менее охуевшее лицо Чон Хосока, который застыл на месте. — ТЫ БЛЯТЬ КАКОГО ХУЯ ТВОРИШЬ, УШЛЕПОК? — Мин чуть не набросился с кулаками на своего соседа, — Совсем нахуй охуел? Хосок сначала стоял в ступоре, а затем быстро начал шарить по карманам своей куртки, доставая оттуда телефон Мина, на котором высвечивались какие-то оповещения. И только сейчас до старшего дошло, что это было оповещение, обычное, мать его, оповещение. До Хосока тоже дошло и он залился звонким смехом. Как раз подобает для комнаты страха. А Юнги все охреневал от всей ситуации. Уведомление, пришедшее на телефон Юнги, чуть и не убило самого Юнги. Тот думал, что родит. Голубя, например, или что похуже. Ещё этот грёбанный Хосок, чтоб его, где он блять пропадал все это время, все эти мучительные полминуты жизни Мина? Хотя, нет, Мин Юнги так легко не напугать, его всего лишь застали врасплох и не важно, что за эти доли секунды он сказал столько мата, сколько не говорил ещё никогда. Наверное. Каждое слово прям описывало его состояние и всё происходящее вокруг. Захватывая и Хосока тоже. — Ах ты ж блядина этакая, гандон ебаный, сука, где тебя черти носили? — не унимался старший. — О боже мой, — Хосок до сих пор не мог унять свой смех, наблюдая за Мином. Он сейчас выглядел так мило, что Хо хотелось затискать его в объятиях. Даже когда он матерится, Хосока это не останавливает. Но он и понимает, что тот сейчас кому угодно врезать готов, да и не один раз, — Я не собирался тебя пугать, правда. Это же на твой телефон оповещение пришло, так что… Хосок вновь и вновь прокручивал у себя в голове всю эту ситуацию. Смех так точно не остановить. Но он и правда не собирался пугать Мина…хотел немного проучить просто, вот и все. Он на секунду сам вскрикнул, когда пришло это злосчастное оповещение, но крик Юнги был гораздо сильнее, переплюнул прям все ожидания Чона. — Пиздец, — кажется, Юнги немного успокоился и вот вновь продолжил свой путь к выходу. — Да хватит тебе уже выражаться, — Хо тоже отправился следом за Мином, который вновь приостановился. — Ой блять нахер простите извините ебаный в рот, тебя спросить забыли вот.       Аттракцион был уже давно позади. Наверное, работники этого аттракциона надолго запомнят эту парочку: один из них вышел из комнаты страха, заливаясь смехом, а второй покрывал матами весь этот мир, и не давая никому и шанса понять, что именно произошло. Мин Юнги всё никак не унимался. Боже, Хосок и сам не мог представить, что его сосед может так орать. Хотя, сначала это был даже и не крик, а писк какой-то, который сменился Ниагарским водопадом матов. И, наверное, этот столь познавательный поток слов и словосочетаний можно было услышать за пару километров. И Чон до сих пор вспоминает это и не может перестать смеяться, при этом напевая только что придуманную песенку: — Эй, девушка-красавица, ты мне очень нравишься, но всего боишься ты, где же все твои понты? — Да заткнись ты! Сам орал от испуга на весь аттракцион, альфач ещё блять, ага. — Ну Шугаа, не злись, подумаешь, испугался, и не стоит так убиваться, тебе всего лишь предстоит целую неделю готовить нам ужин в общаге, — сказал Хосок, наблюдая за тем, как его драгоценный сосед был готов придушить его. Глаза прям горели. Хосоку нравилось побеждать. Всегда и везде. И сейчас он просто ликовал от того, что Мин Юнги, этот маленький вредный засранец, проиграл. Не в первый раз, кстати. — Юнги-Юнги, ничему тебя жизнь не учит, — все выражение лица Хо будто твердило: «не ссы, лузер, лохом не рождаются — лохом становятся». — Иди к чёрту, Чон, блять, Хосок. — Воу, тихо, не горячись, — Хо слегка приобнял Мина за плечи, — Пойдем, остудим твой пыл. Какое мороженое ты хочешь? Мин сначала не хотел отвечать, хотел скинуть эту чертову руку Хосока со своих плеч, хотел пойти обратно в общежитие или просто прилечь и стать камнем, чтобы навсегда забыть про этот солнечный удар его жизни. Но навряд ли младший перестал бы надоедать Мину в том случае, если бы он и правда стал камнем. В итоге Мин ответил, не скинул эту чертовку руку Хосока со своих плеч, никуда не ушел, да и камнем не стал. Не может он уйти от Хосока, а точнее, от мороженого, конечно же.       Угостить Юнги мороженым было лучшим решением за последние пару часов. Да и мысль быть задушенным ночью своей же подушкой мало чем радовала младшего. Хоть Мин и успокоился, Чону всё равно казалось, что этот старый хрен только и ждёт того момента, чтобы отомстить за недавний мини-инфаркт. Хотя сам Хосок толком то и не виноват. Но зато этот «бесстрашный» альфа Мин Юнги целую неделю, цееееееееелую неделю будет готовить ужины. — А ещё я люблю … — Хосок зачем-то решил перечислить все те блюда, которые ему нравятся. Расчёт был на то, что его любимый сосед будет их готовить, ну, половину должен был, проиграл ведь. — Знаешь что, Хосок, я добавлю в них особую специю. Блюда получатся настолько вкусными, что никакой критик не смог бы сказать что-то против, после того, как попробует их, — перебил Юнги не выдержав столь длинное меню, из которого половину блюд Мин вообще не представлял как готовить и какие ингредиенты туда входят. Он то рассчитывал на что-то простое. Рамён, например. — Это же какая специя, что аж ни один критик не сможет сказать что-то против этого блюда? — поинтересовался Хосок. — Да узнаешь, наверное. И это совсем никакой не яд, нет-нет, не подумай. Кстати, рука Хо до сих пор спокойно покоилась на плече Мина. Это сильно удивляло Чона. Ведь если Юнги и разрешал делать что-то подобное, то через пару секунд старался избавиться от лишнего груза, личное пространство и всё такое. А тут уже минут 10 прошло и ничего не происходит. Это странно, но в то же время казалось, что всё так и должно быть. Вот именно так и никак иначе. Хосок еще раз взглянул на всю эту картину. Это казалось ему таким привычным, таким…приятным? Конечно, он был уверен в том, что это у них дружба такая. Никак иначе. Отношения двух альф были бы не совсем приемлемы в их обществе. Но парня сейчас это никак не волновало. И с каких пор Хосок вообще задумывается об этом? Наверное, рассудок, это единственное, что в данной ситуации оставалось спокойным и равнодушным к этому Мин Юнги. Хотя сбои бывали. От всех всплывших мыслей Хосок отдёрнул руку с плеча Мина, на что получил непонимающий взгляд. — Ты чего? — поинтересовался хён. — Да так, ничего… ветер подул, — мелкий старался смотреть куда угодно, но не на старшего. «Ага, ничего, и как это теперь объяснить? Хотя зачем…» — Хосок правда не знал, почему он так сделал, он сегодня многое делает не так, как хотел бы. — О, смотри, вон кафе, — Чон указал на небольшое здание, меняя тему. — Там продают вкусное мороженное. Ты какое будешь? Хосок правда хотел поскорее отойти от этой непонятной ситуации, а попавшееся на глаза кафе очень сильно помогало. Ожидая ответа, младший посмотрел на соседа. Но в ответ получил лишь взгляд, описывающий всё непонимание и удивление. Благо, Мин не решил высказаться, ну, вроде не решил, точнее, ему и слова не дал сказать входящий телефонный звонок. На немой вопрос парня «какое мороженное ты будешь?», Мин лишь отмахнулся «сам выбери, мне без разницы». — Ладно, — Чону ничего не оставалась, как согласиться. Хосок не знал, какое именно мороженое любит Юнги, поэтому, не долго думая, взял на свой вкус. А что? Ему же сказали, чтоб сам выбрал, вот и выбрал какое-то…своё любимое. Выйдя из кафе, Хо не сразу нашёл старшего. Стоял же на месте. Пришлось немного побродить туда-сюда. И Хосок уже успел надумать кучу всего, что могло случиться с Юнги. Мало ли опять в какую-нибудь драку ввязался и теперь валяется где-то весь в крови… Разыгравшееся воображение даже подкинуло пару красочных сцен, от чего Чона аж передёрнуло. Всё-таки, он волновался за своего хёна. Своего? Окей. Да, они неплохо так сдружились за столь короткое время, но всё равно, это не показатель того, что можно считать Шугу своим хёном. Хотя было пару раз… Но это было давно и неправда. «Да он даже не разрешает себя Шугой называть!» — думает Хосок. Если честно, то Чон уже и не следил за тем, куда идёт. Просто мысли, начавшиеся с беспокойства о хёне и ушедшие в строну «кто же такой Мин Юнги?», заняли всё внимание. За всё их общение, Хосок только и знал о своём соседе то, что: первое, его зовут Мин Юнги, второе, он поступил на второй курс сразу, проскочив первый, как будто его и не было, а ведь это престижная академия и так легко сюда не попасть. Даже самому Хосоку пришлось нехило попотеть, чтоб поступить сюда. Третье, этот чёртов Мин Юнги просто сущий гений! Серьёзно, он схватывает всё на лету, а если и не понимает чего-то, то будет сидеть до последнего, пока не разберётся в интересующем его вопросе до конца. Хосок знает это, он прошёл через это. Чего только стоят вечера в больнице, когда Юнги не мог понять какую-то тему. Разбирали до такой степени, что аж сам Хосок не понимал, что происходит и что не так. Четвёртое, он друг Тэхёна, давний друг Тэхёна. И вроде бы ладно, но Тэ никогда не рассказывал о нём. Даже не заикался… Пятое, он очень милый. Хосок думает о том, что он не должен думать, что Юнги милый. Но Хосок не думает о том, что он думает лишь о Юнги. На ум приходит решение сводить какую-нибудь милую омежку в кино, да и вообще найти себе пару, но тут видит Юнги, сидящего спиной к нему и болтающего по телефону: — Нет, всё будет хорошо… Сам справлюсь… Я знаю, что ты переживаешь, но Тэ, не первый раз же такое… Ладно, всё… Окей, такое впервые… Да всё нормально будет… Я ничего не скажу… Я не собирался туда ехать… Ладно, посмотрим по обстоятельствам. Всё, до скорого. Беседа, конечно, интересная, да и вопросов море наклевывается, но Хосок узнает подробности позже. Мороженое тоже они очень интересно поели. Чон просто мастер выбирать, Юнги очень понравилось уж. Хосоку тоже нравилось…смотреть на Юнги. Опять залип. Что делать? Поддаться этому. Своё мороженое он давно съел и делать больше не оставалось. Людей разглядел, местных голубей, но сидящего рядом Юнги разглядывал больше. Само так получилось. Юнги, который устал есть мороженое, решил избавиться от него лучшим способом: тыкнул рожок в лицо Хосоку со словами «доешь», тем самым прерывая очередной интересный рассказ соседа. Удачный способ. Способ удачный, но младший устал это доедать, когда осталась еще ровно половина. — У тебя мороженое на щеке, — тыкнул Юнги в щеку Хосока, аккуратно и плавно убирая с щеки его часть. У Хосока в этот момент чуть улыбка до ушей не растянулась. Это было так мило…до того момента, как Юнги не вытер всю эту смазанную хрень о футболку младшего. Романтика, ебать. — Знаешь, ты тоже особой чистотой не отличаешься, — сказал Хо, пытаясь вновь откусить часть лакомства, — У тебя на носу тоже мороженое. — О боже, ты не мог раньше сказать? — Юнги провел ладонью по носу, пытаясь всё убрать, — Всё? — Нет — А теперь? — Мин потер еще несколько раз. — Ты безнадежен, — вздохнул Чон. — Ну так блять сам вытри, раз такой умный, — буркнул Мин. — Не могу, руки заняты, — ухмыльнулся младший, снова откусывая часть, — Но могу облизать, если хочешь. «Хочу» — Пошел нахуй. Что-то эти двое совсем увлеклись, сидя в парке и «поедая» мороженое, и не заметили, как стрелка часов достигла почти 11 вечера. Пора бы уже выдвигаться в родную общагу, но еще предстоит поход за продуктами. Слава круглосуточным супермаркетам. — Давай ты сходишь, а я тебя здесь подожду, — лениво потянулся на лавочке Юнги. — Ага, размечтался, — возмутился Чон. — Чтобы ты свалил без меня или с тобой еще что приключилось? — А что, волнуешься за меня? — ухмыльнулся старший. — Нет, что ты! — Хосок отвернулся от этой сонной лисьей мордочки и буркнул, — Мне же так нравится ходить за тобой по больницам. — Ой, всего раз было-то, да и тебя никто не звал. Младший ничего не ответил, уставившись в одну точку. Зависать — семейное с Чонгуком. Юнги нашел каплю жизненных сил, поднялся со скамьи и уже сам направился в сторону магазина, но заметил до сих пор сидевшего где-то не в этой вселенной Хосока: — Эй, планета Земля, приём, — пощелкал Мин пальцами перед лицом младшего. Хосок показал своё присутствие в этом мире лишь легкой улыбкой. — Все, вставай давай, а то я живее тебя начал выглядеть, домой пора уже, — Юнги еще раз потянулся и, взяв Хосока за запястье, потащил за собой. Неловкости от этого только прибавилось. И румянца на щеках, причем у обоих, тоже. Кажется, эти двое вернутся в общежитие только к утру. Несмотря на усталость после увлекательного вечера, они уже второй час ходят по супермаркету. Хосоку еще нормально, но Юнги настойчиво просится в тележку, которую везет Хосок, дабы там вздремнуть, так же уверяя младшего в том, что он довольно легкий и компактный. Хосок это помнит…как спит Юнги. И нет он сейчас не идет и не улыбается, все еще легонько отталкивая Мина, который, уже не дожидаясь очередного отказа, сам пытается залезть в полупустую тележку. Ходить второй час и почти ничего не набрать из продуктов — они умеют, да. Но вот наконец они добрались до кассы. Спустя час, конечно, когда они решили взять себя в руки и поторопиться. Но не важно, зато дошли. Расплатившись за покупки, Хосок направился в сторону отдела аптеки, которая находилась тоже в здании. Юнги уже будто на автомате плелся позади Чона. Но судьбу старшего немного облегчало то, что все пакеты нёс в руках сосед. «Доминируй. Властвуй. И не отставай» короче. Вообще Мин выглядел настолько заебавшимся, что Хосок был готов и его понести на руках, несмотря на эти пакеты. Или не готов. Или готов. Или… Да и вообще Юнги был бы и сам не прочь проехаться, например, на хосоковой спине. Пока младший стоял и выбирал всякие продукты, старший то и дело облокачивался лбом о соседа и наслаждался секундным сном. Хоть как-то. — Я устал уже, я есть хочу, — сказал старший, тяжело выдыхая, — Купи мне батончик какой-нибудь. — До общаги потерпишь, — ответил Чон. — Не потерплю. — Потерпишь, да и в аптеке нет еды. — Я был недавно в ней, все там есть. Ну Хобиии, — устало протянул Мин, — Ты слишком жестокий. Остаться без соседа хочешь, все знаю я. Хосок еле слышно засмеялся, прикрыв рот рукой. Потому что действительно вспомнил о том, как мечтал вновь оказаться в комнате лишь наедине с собой, избавиться от этого ворчливого Мин Шуги. Но сейчас, кажется, их общение стало более налаживаться. Или Хосок уже просто привык ко многим выходкам старшего. Но настроение его соседа меняется настолько часто, что Чон просто-напросто перестает понимать жизнь. Вообще сейчас в голову лезут другие мысли. Черт, опять. Опять Юнги назвал его не по имени. Назвал с такой ласковой интонацией. Был бы Хосок омегой, Хосок бы уже растекся по всему магазину. Но Хосок не омега, да и Юнги не омега. И почему-то Чон очень часто упускает этот факт. Да эти чертовы мысли о истинности и прочей херне в последнее время просто атакуют мозги младшего по максимуму. Он упустил тот момент, когда только начал задумываться обо всем этом и…когда ему начал нравиться Мин Юнги. Но он этого тоже не желает принимать как истину. Еда делает людей добрее. В который раз Хосок замечает это. Сегодня особенно. Вот не обещал он этому Мину, что что-то купит. Но тот уже в предвкушении, сделал довольную гримасу, будто у кота и стоит ждет, пока Чон беседует с аптекарем. — Это все? — продавец начинает рассчитывать стоимость покупки. — И вон ту шоколадку, — шепчет Юнги, легонько дергая Хо за рукав и указывая куда-то на витрину. — И шоколадку еще, — отвечает Хосок мужчине. — Горькую, — снова шепчет Мин, не дотягиваясь до уха младшего. — Горькую, — вздыхает Хосок. Вселенная помогла им. Они наконец вышли из супермаркета, присев на ближайшую скамью. «Такой большой ребенок» — проносится в голове Хосока, пока он сидит и наблюдает, как Мин уплетает шоколад. — О, боже мой, Хосок! — резко подрывается Юнги, взволнованно смотря на Хосока. — Мы забыли одну важную вещь! — О, боже мой, что же это? — театрально подыгрывает младший. — О, боже мой… освежитель воздуха! — кажется не только Чон вошел во вкус. Хосок изобразил шокированное лицо, хватаясь за голову. И совсем не важно, что уже далеко за полночь, прилив непонятной энергии пришел к обоим. Не успел Чон продолжить их коронное «о боже», как Юнги начал его подталкивать в сторону магазина. — Пиздуй быстрее давай, а я здесь подожду. — Что, с ароматом апельсинов, как ты любишь? — подколол Чон, прежде чем вновь зайти в здание. Поиски освежителя прошли весьма удачно. Хосок аж два на всякий случай купил. И вот, радостной походкой, уже предвкушая, как он скоро вернется в общагу и наконец отдохнет, парень вышел из здания. Даже не так сильно останавливали все те большие пакеты, которые еще нужно тащить в эту самую общагу. Ради хэппи энда этого дня Хосок готов еще каплю потерпеть. Кстати о пакетах. Пакетов, собственно, на скамье не было. Как и самого Мин Юнги.