С закрытыми глазами, в пропасть между нами

      Pov Хибари       Обещание значит…ну хорошо…       Брюнет, загнав тьму обратно, на пару секунд прикрыв глаза, вновь распахнул их и открыл дверь, выходя. – Значит, я был прав, – на хранителя пламени облака смотрел с усмешкой вендичер, рядом с которым стояли взволнованные три старца из племени Змеи.       Равнодушно скользнув взглядом стали по старцам, вновь вернувшись к насмешливому взгляду вендичера, хищник вопросительно изогнул бровь. – Где он? – Вернулся, – пожав плечами, Хибари направился от наставника прочь. – Ричард, что он имел в виду под… – То, что вы перестарались, Тартус, – покачав головой, ответил вендичер, враз побледневшим старейшинам и усмехнувшись поманил их за собой. – Гокудера… – Гокудера, – сгробастав хранителя пламени в объятия, Рёхей и Такеши, едва не удушили его с Тсуной. – Черт, ану живо отпустили! – отпихнув хранителей пламени солнца и дождя, повысив голос, скомандовал Гокудера, подхватив за плечи Саваду. – Я вас тоже рад увидеть, вспомнить и… – Вспомнить? – на Гокудеру вопросительно посмотрели собравшиеся в комнате хранители Вонголы. – Включи мозг, мелкий, – облокотившись о дверной проем, ведущий в ванную, произнес Занзас. – Если бы твой Ураган помнил о вас, он и без ног бы к вам добрался, а не пропадал бы на десять лет. – И зачем ты его лишил… – Джудайме, Занзас не лишал меня памяти, – удивленно посмотрев на Тсуну, перебил его хранитель пламени урагана. – После того, как нас запечатали, Занзас распечатал меня и был не меньше удивлен тем, что я его не узнал. – Занзас, скажи на милость, почему в нашем разговоре ранее, ты промолчал за то, что с тобой был все это время Гокудера? – тихий голос Савады был полон горечи. – Вот только не надо мне тут соплей, Савада, – вариец закатил глаза и швырнул в Тсуну полотенцем. – Видишь вот его, – он кивнул на хранителя пламени урагана. – Пока мы бились с непонятными механизмами, черти куда от «тренировочной базы» попав, благодаря вот этому красавцу, – кивок в сторону поднявшейся змеиной головы с плеча Гокудеры, – за три года практически непрерываемых зачисток-сражений, вот как то не до отсылания весточки с разжевыванием было, вашему величеству-соплежуйства… – Занзас! – возмущенный окрик хранителя пламени урагана отвлек варийца от морального размазывания Десятого Вонголы по стенке. – Ой, всё, всё, всё, – пройдя в комнату, упав в кресло, Занзас махнул на всех рукой и в этот же момент, распахнулась с ноги дверь, пропуская в комнату Скуало. – Зааанзас, – прошипел мечник, подлетев, подняв рывком за воротник Занзаса, встряхнув. – Какого черта ты отлыниваешь от своих обязанностей руководителя? – Жить надоело, а, император? – сатанея, прорычал Занзас.       Синхронные удары рукой плашмя по лицу Тсуны и Гокудеры были сопровождены тихим смехом Такеши, который миролюбиво подняв руки, отвлек внимание, сцепившихся раздраженными взглядами варийцев, вместе с Рёхеем захватив их и оттащив по разным сторонам комнаты. У входа в номер остановился Хибари и, поймав взгляд Гокудеры, кивком головы, подозвал к себе. Под удивленным взглядом Тсуны, извинившись, Гокудера подошел к хранителю пламени облака. – Пойдем, – коротко бросив хранителю пламени урагана, Хибари направился по коридору направо.       Удивившись спокойствию хищника, Гокудера последовал за ним. Пройдя до поворота, Хибари резко остановился и Гокудера не успев замедлится, впечатался лицом в его спину. – Черт, не… – хранителя пламени урагана заставила замолчать поднятая рука хищника. Прислушавшись, Гокудера уловил голоса одного из старейшин и еще кого то, кто ему не был знаком. – Вы ничего не хотите мне рассказать, Тартус? – Ричард, мы просто хотели, чтобы мальчик усмирил свою энергию. Это всего лишь зелье, которое позволило бы ему выпустить нерастраченную любовь и энергию любовную… – Заставив его переспать с первым, на кого выпадет судьбой натолкнуться, – усмешка вендичера, словно кнут резанула воздух. – Но…, – голоса удалились, когда старейшины и вендичер зашли в один из номеров.       Гокудера сжал руки в кулак, понимая, что произошедшее недавно, с ним и Хибари, в свете того, что он услышал, лишившись романтичного подтекста, свелось к простой физиологической реакции на неизвестный афродизиак. – Раз ты уловил суть, – хищник обронил, уходя, – то не стой столбом и начни уже быть Правой рукой, которой ты всем уши протер ранее, – добив морально и без того огорошенного хранителя пламени урагана, Хибари стал удаляться. – Хибари, – глухо прозвучавший голос Гокудеры, вынудил хищника тцыкнув, остановиться, – у тебя есть минута свободная? – Избить я тебя сейчас не горю желанием. Если желаешь доказать что-то… – Мне потребуется твоя помощь всего лишь на пару минут. Так что, сделайте одолжение, Хибари-сан, либо молча помогите, либо пошлите к черту с вашими замечаниями. – О, заинтриговал, – удивляясь своему спокойствию, произнес, вновь подходя к хранителю пламени урагана хищник. – У тебя минута, а после, я заставлю тебя укоротить твой дерзкий язычок. – Не переоцени себя, – вернув укол хищнику, хранитель пламени урагана распахнул дверь в комнату, где в кресле и на диване восседали, прервавшие при их появлении свою беседу старейшины и вендичер. – Хаято, – поднялся один из старейшин, заставив шедшего за хранителем пламени урагана Хибари напрячься от произнесенного вслух имени. – Благодарю вас, уважаемые старейшины за приют в течение этих долгих десяти лет, – призвав хранителя с руки и трансформировав его в меч, Гокудера передал его Хибари. – Обрежь мне волосы, – когда впавший в некоторый транс хищник, дернув его за хвост одной рукой, мечом в другой, срезал волосы, Гокудера вновь повернулся к побледневшим старейшинам. – Ваше зелье превосходно справилось с поставленной задачей и избыток энергии уравновешен. Более не считаю нужным злоупотреблять гостеприимством и снимаю с себя обязанности жреца вашего племени. Sayonara.