Taking Care

— Отсоси мне, — было первым, что услышал Джастин после нескольких часов тишины. Он невинно рисовал; ну ладно, не совсем невинно — это был полуголый Брайан. К тому времени, как он вернулся в спальню, Брайан заполз под одеяло, но Джастин знал, что он снял футболку, так что ему было более чем любопытно посмотреть на обнажённую грудь Брайана. Он поборол искушение стянуть покрывало и глянуть. Но воображение остановить было невозможно, так что он просто решил её нарисовать. Джастин клубком свернулся на диване с альбомом и пеналом, и, пока Брайан спал, рисовал загорелую и мускулистую грудь, которой, как он был уверен, обладал Брайан Кинни. А теперь он смотрел в требовательные ореховые глаза своего пациента. — Я сказал, отсоси мне, — повторил Брайан. — Я не проститутка, — подчеркнул Джастин. — Могу подуть тебе на суп*, — предложил он с невинной улыбкой. Он молча наблюдал, как Брайан стонет и снова закрывает глаза. — Ты должен был оскорбиться. — Я много чего был должен. — Например? Джастин пожал плечами. — Должен был поступить на бизнес в Дармут. Должен был оказаться натуралом. — Это кто так решил? — ощерился Брайан. Джастин поверить не мог, что рассказывает такие подробности незнакомцу. — Мой отец. — Отцы никчёмные. У тебя в этом мире есть только ты сам, и это всё, что тебе нужно. Джастин улыбнулся. Когда-нибудь эти слова прозвучали бы для него евангелием, однако к данному этапу своей жизни он слышал достаточно ночной философии на пьянках ПИФА, чтобы воспринимать подобные заявления с долей скепсиса. — Суп будешь? — снова предложил Джастин. — Да отвали ты уже со своим ебучим супом. — Тебе нужна еда, если будешь принимать лекарства. — Не хочу я таблеток. По крайней мере, не таких. — Чего тогда ты хочешь? — не сдавался Джастин, пытаясь отыскать хоть какой-то способ делать свою работу. — Я уже сказал, — усмехнулся Брайан. Джастин закатил глаза: — Помимо моего рта на твоём члене. Брови у Брайана взлетели вверх. — Какие грязные слова для такого маленького мальчика. — Я тебе не мальчик, — огрызнулся Джастин. Он встал и направился на кухню. Игнорируя желания Брайана, он налил немного супа и поставил в микроволновку. Пока тот грелся, Джастин перечитывал этикетки на таблетках, хотя уже успел выучить инструкции наизусть, а также файл, присланный ему агентством. Микроволновка пискнула, так что он бросил в карман три таблетки, взял ложку, а потом аккуратно понёс суп в спальню. Брайан смотрел на него с отвращением. Джастин, проигнорировав его, присел на край кровати. Он набрал в ложку немного бульона, подул на него и поднёс ко рту Брайана. Брайан, нахохлившись, сложил руки на груди и отказывался есть. Джастин прищурился на него. — Открывай свой ебаный рот, а не то я тебе так сильно выкручу яйца, что останется только одно. Джастин совсем не ожидал, что Брайан от его угрозы зайдётся истерическим смехом, конвульсивно сворачиваясь на кровати. Джастин непонимающе нахмурился, а потом его ударило с оглушающим стуком: — Боже, пожалуйста, только не говори мне, что у тебя… — Тестикулярный рак, именно, осталось только одно яйцо. И его у меня отберёшь? Они вас манерам учат в вашей сестринской школе или как? Джастин уронил ложку в миску с отдавшимся эхом звоном, а потом закрыл лицо руками. — О боже, господи, прости меня, пожалуйста.

***

Джастин смотрел на Брайана самым жалостливым взглядом, который тому только приходилось видеть в этой жизни. Даже щенячьи глазки Майки получались не настолько грустными. И почему-то что-то внутри Брайана оттаяло. — Просто давай сюда свой дурацкий суп, — рыкнул он. Джастин прикусил губу, и, блядь, пока он нёс ложку ко рту Брайана, казалось, что он расплачется. Брайан покорно проглотил, а потом снова рявкнул: — Вот только не надо теперь меня жалеть. — И он правда имел это в виду. На несколько минут ему внезапно удалось почувствовать себя хорошо; он просто нормально проводил время, наслаждаясь словесным спаррингом с Джастином. И он был доволен, когда мальчишка расправил плечи и кивнул, вкладывая ещё одну ложку ему в рот. Они оба молчали, пока Джастин кормил Брайана супом. Никто, казалось, не замечал, что Джастину крайне интересно смотреть на то, как язык Брайана облизывает ложку или что он вытирает губы Брайана салфеткой просто потому что ему хочется, а не потому, что есть что вытирать. Нет, они оба это игнорировали, так же, как и лёгкую заинтересованность брайановского паха. Полноценным стояком это, конечно, не было; их у Брайана не бывало со времён операции, но этого было достаточно, чтобы обозначить, что, может, он наслаждается присутствием Джастина хотя бы немножко. Когда миска опустела, Джастин отставил её в сторону и вытащил таблетки. Он потянулся к стакану воды, оставленному на тумбочке, и передал его Брайану, который послушно проглотил таблетки и откинулся назад. — Лучше? — спросил Джастин. Брайан просто пожал плечами. — Хочешь ещё поспать? Брайан покачал головой. Так что Джастин спросил: — Так чего ты тогда хочешь? — Чтобы ты завтра не приходил, — спокойно сказал Брайан. Джастин прикусил губу, натягивая самое умоляющее выражение лица. — Но мне очень нужна эта работа. — Найдёшь другую. Джастин вздохнул. — Порой мужчина должен знать, когда попросить о помощи. Какого чёрта? Брайан поёрзал, вообще-то не собираясь озвучивать свои мысли: — Мне это сказала однажды Деб, после того, как… Давно. — Кто такая Деб? — полюбопытствовал Джастин. Брайан поверить не мог, что вообще сказал что-то личное, и он точно не собирался рассказывать, кто такая Деб. Но слова Джастина были небезосновательны. Он с трудом справлялся с радиацией в одиночку. А будет ведь ещё хуже. Ему даже, в какой-то степени, понравилось проводить с мальчишкой время, а это говорило очень о многом… Вообще-то… — Поступим вот как. Поцелуешь меня и можешь остаться ещё на день, — предложил Брайан. Джастин смущённо заморгал. — Что? — Один поцелуй — один день работы. — Я же тебе говорил, я не проститутка. — Господи, да кто ж подразумевал-то? Ты меня спросил, чего я хочу. И я хочу этого. Пососаться. — Ты же сказал поцелуй. Брайан улыбнулся, зная, что уже его заполучил. — Слушай, если ты думаешь, что не сможешь меня поцеловать, если не сможешь выполнить желания человека, больного раком… Джастин шлёпнул Брайана по животу, даже не осознавая, как фамильярно он себя ведёт. — Я тебя умоляю, не нужно тут размахивать раковым тузом из рукава. — Давай же, мальчик, покажи, на что ты способен, — поддразнил Брайан. Джастин покачал головой, но улыбки сдержать не смог. Брайан наклонился вперёд и обхватил ладонью шею Джастина, вплетаясь пальцами в длинные светлые волосы, притягивая его ближе. Он почувствовал, как Джастин вздрагивает от прикосновения. О, этот мальчик любит секс. И любит его очень сильно. Но у Брайана было чувство, что он ещё в поисках кого-то, кто мог бы заставить его секс обожать, желать, нуждаться в нём. Кого-то, кто совпал бы с ним, научил бы его, бросил ему вызов. Джастин остановился, когда его губы были в миллиметрах от Брайана. — Один поцелуй — одна неделя. — Два дня. — Четыре? — не сдавался Джастин. — Три, — предложил Брайан, давая понять, что переговоры достигли своей финальной точки. — Замётано, — сказал Джастин и наклонился к губам Брайана. Он явно хотел отделаться малой кровью, целомудренным поцелуем, однако надеяться на это не стоило. Как только его коснулись губы Джастина, Брайан взял верх своим мастерством, искусностью и той обнажённой сексуальностью, которыми он был знаменит. Он погрузил пальцы в волосы Джастина, резко притягивая его ближе. Его язык поддразнил уголок рта, а потом Брайан прихватил губу зубами, требуя большего доступа. И Джастин сдался. Брайан тут же скользнул внутрь, врываясь языком в рот Джастина, жёстко, влажно, горячо. Мальчишка ответил с таким же энтузиазмом, непроизвольно потираясь о бедро Брайана, а с его губ срывались чертовски сексуальные стоны. И Брайан почувствовал себя самим собой в первый раз с тех пор, как ему диагностировали рак.

***

Джастин не помнил, когда ещё он возбуждался так быстро. Брайан целовался так же, как, должно быть, трахался — жёсткое, безжалостное совершенство. Боже, Джастин всю свою жизнь мечтал о том, чтобы поцелуи были именно такими. Он чуть не застонал, когда почувствовал, как руки Брайана скользят под футболку, сжимают рёбра, пробуют наощупь его подтянутый живот. А потом Брайан ущипнул и вывернул его сосок, потянув за кольцо, отчего импульс горячего наслаждения выстрелил прямо в член. Блядь. Блядь Джастин отстранился, пытаясь отдышаться. Чёрт, Кинни подтверждал свою репутацию с лихвой. Или просто до этого момента у Джастина были исключительно херовые любовники. Но сейчас ему нужно больше, намного больше. Не раздумывая о последствиях, Джастин оперся руками по обеим сторонам от Брайана и наклонился ниже, перехватывая контроль над поцелуем и вдавливая растерявшегося Брайана сильнее в кровать. Джастин не смог удержаться и прижался своей каменной эрекцией к сильному бедру Брайана, опустившись ртом к его шее, кусая вдоль чуть слишком сильно, упиваясь ощущением того, как его зубы входят в мышцы Брайана. — Блядь, — услышал он стон Брайана. Только этого приглашения Джастин и ждал. Поддавшись искушению, он стянул одеяло Брайану до пояса, а потом отклонился назад — посмотреть на его потрясающую грудь, точёную, загорелую, мускулистую. Низкий стон задрожал где-то в глубине горла. — Что, нравится? — спросил Брайан, изогнув бровь и усмехнувшись. — Ты просто неебически потрясающий. Лучше, чем мой рисунок. — Джастин провёл ладонью вверх по его груди, смотря, как подёргиваются в ответ на прикосновение мускулы и твердеют соски. Он наклонился и провёл длинную мокрую дорожку от правого соска до пупка, сначала нырнув туда языком, а потом продолжая выцеловывать ниже, пока не наткнулся на кромку трусов. Он аккуратно подцепил их зубами и потянул вниз, отчаянно желая увидеть всего Брайана. И в ту же самую секунду Брайан осознал, что его собственному члену абсолютно наплевать на происходящее. Под его трусами не было ничего, кроме вялого разочарования. Это отрезвило его словно ведро ледяной воды, и он оттолкнул Джастина от себя так сильно, что мальчишка чуть не свалился на пол. — Я сказал, что хочу поцелуй, а не быть изнасилованным перегревшимся подростком, — рявкнул Брайан Джастин растерянно моргнул несколько раз, пытаясь понять, что, чёрт возьми, только что произошло. Брайан наблюдал, как гнев вытесняет желание из глаз Джастина. Он поднялся на ноги и глянул на Брайана сверху вниз. — Могу я ещё вам как-то помочь, мистер Кинни? — Пиздуй домой, — проворчал Брайан, но Джастин только раздражённо покачал головой. — Мне заплачено за всю ночь. Обычно в квартире есть какая-нибудь кушетка — Неужели я, блядь, похож на человека, у которого в доме есть кушетка для медсестры? Джастин пожал плечами. — Я могу и на диване. — Послушай, ты мне не нужен, я в порядке. Просто собирай вещи и уходи. — Готовка, стирка, продукты, рабочие дела — разве тебе не нужна помощь хоть с чем-то из этого? — Я думал, что медсёстры только горшки выносят и меряют температуру. Скажи, куда бы тебе хотелось поставить мне градусник? — с усмешкой спросил он. Джастин принялся подбирать одежду Брайана и аккуратно её складывать. — Я не медсестра. Я сиделка. — Что, блядь? — Ты и так услышал, — не сдержался Джастин, раздражённый, что их времяпровождение превратилось в матч по мандению. — Я обученный младший работник скорой помощи, но не медбрат. Я учусь в ПИФА. — Господи, Тед в этот раз пиздец пожабился. Прислал мне ебаного маляра. И чем же ты занимаешься, калякаешь идиотские карикатуры в парках? Акварельки радуги и цветов? Джастин схватил свой альбом и швырнул на колени Брайану. — Рисую ублюдков. И с этим словами Джастин пошёл на кухню. Брайан слушал, как мальчишка стучит всем, что только можно, а потом всё-таки посмотрел на рисунок, лежащий у него на коленях. …и его брови удивлённо поползли вверх. Мальчишка был талантлив, даже очень талантлив, изобразил Брайана с невероятной реалистичностью. Хотя на рисунке он выглядел здоровым, а совсем не той развалиной, которой казался себе сам. Брайан рвано выдохнул. Он даже не понимал, насколько его это волнует — что мальчишка может принимать его за больного, инвалида. Это был удар по его гордости. Он никогда никому не позволял видеть свою уязвимость, никогда. Но Джастин уже наблюдал, как тот выблёвывает свои внутренности прежде чем свалиться от переутомления. Брайан подождал, пока мальчишка не появится снова, в руке у него был блокнот и карандаш. — У тебя совсем нет еды, — сказал он как бы между прочим. — Пойду закуплюсь. Чего-нибудь конкретного хочешь? Тебя, — было первое, что пришло Брайану в голову, но он быстро замял эту мысль. Господи, это ещё откуда взялось? — Сигарет и Джим Бима, — ответил Брайан вместо этого. Не хватало ещё выдать какую-нибудь лесбийскую милоту. Во всём явно виновата радиация, которая пытается отжарить к хуям его оставшееся яйцо. — Что-нибудь, от чего ты не станешь на шаг ближе к смерти? — спросил Джастин. — Гуавовый сок, — недовольно ответил Брайан. — Авокадо, арахисовое масло. Джастин быстро это записал, а потом коротко кивнул. — Скоро вернусь. — Можешь не торопиться, — сказал Брайан, борясь со снова подступающей усталостью. Будь он проклят, если мальчишка снова увидит, как ему плохо. Но Джастину, казалось, нет никакого дела. Он схватил своё пальто и быстро вышел из лофта. Брайан с облегчением позволил себе провалиться в сон.

***

Брайан проснулся с надрывным стоном — голова гудела, а яйцо словно было в огне. Его тело покрывала холодная плёнка пота, ноги запутались в ткани простыней. В лофте стояла кромешная тьма. Вот и всё. Это конец. Внезапно он увидел расплывчатый мазок движения, и рядом оказался Джастин. Брайан почувствовал, как волной накрывает облегчение; — он не один. — Что случилось? Где болит? — волосы у Джастина были растрёпаны, в глаза быстро возвращалось ощущение реальности происходящего. Наверное, он заснул на диване. — Голова. Пульсирует, — умудрился прохрипеть Брайан. Джастин кивнул и бросился на кухню, к лекарствам. — Я не вижу ничего от мигрени, — ответил он, стараясь заглушить накатывающую панику. Брайан застонал, чувствуя, как его захлёстывает ужасная волна тошноты. Он, конечно, не успеет добраться до ванны, но попробовать стоит. У него получилось поставить одну ногу на пол, а потом, каким-то чудом, рядом оказался Джастин с тазом, и Брайан опустошил желудок от обеденного куриного супа. Джастин успокаивающе поглаживал его волосы, бормоча: — Всё в порядке, ты в порядке. Брайана рвало бессчётное количество раз в его жизни: болезни в детстве, желудочный грипп в школе, отравление в колледже, передоз наркотиками, перебор с алкоголем, — но никогда и никто его не успокаивал в процессе. Конечно, Майкл пару раз отскребал его с холодной плитки туалетов, но так — никогда. Такое... утешение. Если он отпустит себя, то может поддаться ощущениям, и тогда он точно будет обречён. Потому что рано или поздно это всё равно прекратится. Так скоро, как позволили ему физические возможности его тела, Брайан отстранился от прикосновений Джастин и рухнул на кровать. Джастин, казалось, либо не заметил, либо не придал значения этому поступку. Он уже вставал и шёл обратно на кухню, пытаясь отыскать решение проблемы. — Думаю, это побочный эффект твоих лекарств. Я позвоню доктору, — крикнул Джастин. — Нет, — удалось выдавить Брайану. — И... не кричи, — подавился словами он. Джастин бросил в его сторону извиняющийся взгляд, но кивнул. Он продолжил театральным шёпотом: — Я позвоню своей подруге Дафне, она учится в меде. Брайан закатил глаза, но не мог даже нормально высмеять факт того, что два студентика в ответе за его здоровье. Голова у него разрывалась, казалось, что его череп может расколоться пололам в буквальном смысле этого слова. Боль в облучённом яйце была лишь тупой пульсацией на заднем фоне. Чуть позже, — Брайан понятия не имел, сколько прошло времени, — он почувствовал на лбу прохладное полотенце, а у губ — стекло стакана. — Принёс таблетки от мигрени, — прошептал Джастин. — Пей. Брайану было всё равно, даже если бы это были таблетки цианида, он бы принял их только затем, чтобы закончилась пытка.

***

Джастин смотрел на скорчившегося от боли Брайана, чувствуя себя ужасно беспомощным. Он свернулся в клубок, одной рукой накрывая пах, который, Джастин мог представить, просто горел в агонии. Он не видел, чтобы Брайан пользовался гелями или лосьонами, которые должны были успокаивать нежную раздражённую кожу. Другую руку Брайан забросил поперёк глаз, закрывая их от любого света, даже лунного, и стискивал зубы, стараясь не стонать от боли. Смотреть на это было невыносимо. Джастин вытащил одеяла из-под ног Брайана, расправил их и отправился к холодильнику, взять льда, и надеясь, что таблетки скоро подействуют. К тому времени, как он вернулся к кровати, казалось, что ему чуть лучше. Джастин аккуратно провёл полотенцем по лицу Брайана, протирая пот. А потом наклонился и шепнул: — Будет холодно, но это поможет. А потом он положил пакет со льдом в такое место, за которое Брайан бы его убил, будь у него на это силы, но боль и вправду отступила. Так что Брайан, поначалу застывший от холода, почувствовав облегчение, смирился. Джастин прикусил губу, не уверенный, как ему поступить. Он не хотел оставлять Брайана и возвращаться на диван. Не получится уснуть, зная, что Брайан борется с болью. Так что Джастин на цыпочках обошёл кровать и робко присел с другой стороны. Брайан, казалось, не замечал ничего вокруг, так что Джастин поуверенней устроился на подушке. Полчаса он наблюдал за тем, как Брайан, наконец, расслабляется и проваливается в беспокойный сон. Джастин призадумался, а не стоит ли ему самому смазать Брайана кремом, но поняв, что за такое его уволят моментально, он решил не самовольничать. Вместо этого он сильнее откинулся на подушку и, в конце концов, сон сморил и его тоже.