Мирный договор

Уильям хотел осмотреть лагерь, мало ли, куда Алой бестии вздумается умчаться, но бдительные медики увели его в медпункт, утешив, что Сатклифф там, но стыдливо отводя глаза при вопросе "что с ним?". В медпункте Спирсу объявили, что Сатклифф числится в списке тяжело раненных, и их уже телепортировали в здание Департамента, так как там осталось все оборудование для лечения тяжелых повреждений. Уильям не стал спорить, когда медики предложили и его вернуть в Департамент раньше остального отряда. — Где Сатклифф? — спрашивает он сразу же. Врачи вздыхают, понимая, что спорить бесполезно, ведут его к одной из палат. За дверью пять коек, одна кровать из чьих-то комнат или кабинетов. Лазарет, не рассчитанный на военное время, не справляется с количеством раненных. Грелль лежал на одной из коек, прострационно глядя куда-то в белый потолок. Он. Бледнее, чем обычно, почти сливаясь с белыми простынями. Алые волосы смотрятся особенно неестественно на общей бледности. Из под пушистых ресниц ярко-зеленые глаза плохо фокусируют взгляд, Из под одеяла видна тонкая рука, хрупкая по природе жнеца, от локтя которой тянется тоненький шнур капельницы. Половину лица закрывает прозрачная кислородная маска. Как, только Алый жнец замечает Уилла, бледные губы растягиваются в улыбке, беззвучно шепчут "Уилли". Спирс подходит, с трудом наклоняется, так как все тело болит и двигаться пока сложно, аккуратно целует Сатклиффа в теплый лоб, Грелль прикрывает один глаз, словно котенок. Внезапное его глаза наполняются слезами, он отворачивает лицо, зажмуривается. — Что случилось? — Уильям обеспокоенно вглядываясь в лицо. Бледные губы шевельнулись в ответе, но то ли жнец не мог говорить в принципе, то ли маска перекрывала звук. Уильям решил оставить Грелля в покое, что бы он отдохнул и успокоился, вышел из палаты и обратился к врачу, ожидавшему его у дверей. — Демон напал со спины, сломал позвоночник и оставил глубокую рану на спине от правой лопатки до бедра. Но большую роль играет психологический шок. Юный шинигами, некий Рональд Нокс, видимо, пытался оттолкнуть мистера Сатклиффа из под удара и погиб. Насколько я понял, они были друзьями. — Врач говорил довольно спокойно, за все время войны для него это далеко не первый случай. — Мистер Нокс был когда-то стажером мистера Сатклиффа. — Зачем-то бросил Спирс, врач понимающе вздохнул и окинул Уильяма взглядом. — Вам надо отдохнуть. — Знаю. Предупредите, когда ему станет лучше. — Спирс развернулся и медленно пошел к себе в кабинет, намереваясь отдохнуть и все обдумать. *** Грелль медленно снимал с себя бинты дрожащими пальцами, чуть шипя, так как шевелиться ему было все еще больно. — Не надо. — Уильям перехватывает его руки, сжимая ладони в своих. — Я хочу увидеть. — Дрожащим голосом заявляет Сатклифф, аккуратно выбираясь из мягких теплых объятий. — Не надо. — повторяет Спирс, не позволяя Греллю распустить перевязку. Алого жнеца только неделю назад выпустили из лазарета, и то ли он все еще нервничал из-за смерти Рональда, то ли просто от долгого бездвижного лежания рвалась энергия, то ли он дрожал от того, что мышцы еще плохо его слушались. — Но... — Хотел было возразить Грелль, но его остановил мягкий поцелуй. — Нет. Дай шраму хоть чуть-чууть подтянуться. — Нет. — Сатклифф чуть хмурится. — Пусть будет напоминанием о моей глупости. — Какой глупости? — Я... Не смог убить этого демона! — Чуть ли не плача пожаловался Алый жнец. — А он напал на меня со спины! А Ронни... Ронни... — Грелль тихо всхлипнул. — Успокойся. — Уильям тяжело вздохнул. В послееднее время алый жнец то молча сидел часами, пустыми глазами глядя куда-то в стену, то плакал, иногда навзрыд, иногда сам с собой, что Спирс не сразу замечал смены настроения, иногда заливаясь веселым смехом. Из-за подобных резких смен настроения с ним стало тяжело общаться, хотя врачи уверяли, что это скоро пройдет. Они дома, в спальне, но воздух пропах лекарствами, из-за чего иногда казалось, будто они все еще в палате. Сатклифф поерзал в объятьях, успокаиваясь. Уильям принялся аккуратно забинтовывать размотанную перевязку. Грелль аккуратно коснулся кончиками пальцев шрама на животе любовника. — Он ведь не исчезнет? — глухо спрашивает жнец, Спирс отрицательно качает головой. — Как и твой. — Шрамы на наших телах отражают шрамы на душах. — Грелль невесело усмехнулся. — Как романтично звучит! — Жнец умиленно наигранно закатил глаза. — Только не начинай опять! — Попросил Уильям, серьезно глядя на алое чудо у себя на коленях. — Не буду. — Фыркнул Грелль. — Что с демоном? — Не знаю, не видел. Глаз на затылке нет. — Не смешно. — Не смеюсь. — Сатклифф пожимает плечами. — Да меня и не очень интересует его положение и состояние. Как я могу думать о нем, когда рядом ты? — Прильнул всем телом, обнимая за плечи. — Соблазняешь? — Уильям чуть улыбнулся, потрепав шинигами по волосам, из-за чего коротенькие пряди встали дыбом и смешно топорщились. — А как же иначе? — Грелль захихикал, увлекая любовника на кровать. Пушистик задумчиво созерцал на двоих шинигами, увлеченных друг другом. Пушистый хвост медленно метался из стороны в сторону, глаза были чуть прищурены, словно кот обдумывал что-то очень серьезное. Просидев так минуту, он встал и направился к приоткрытому окну, открытого в целях проветривания помещения, запрыгнул на подоконник, вновь окинул жнецов взглядом и спрыгнул вниз, на улицу. Благо, этаж был только третий. Быстро побежав прочь от дома, в какую-то секунду кот просто растворился в воздухе. В просторном замке демона раздалось громкое мяуканье, постепенно перешедшее в мурлыканье. — Ну что, позабыли нас? — Алые глаза ласково смотрели на довольную мордочку животного. Пушистик не ответил, только потерся щекой о гладившую руку. — Ну и пусть. Так лучше всем.