Малыш Додо

На руках меня несли не долго, только до душевой. - Так, а теперь постарайся аккуратно встать на здоровую ногу, - Джонин сел на корточки, а я смог спокойно встать. – Дай ещё раз посмотрю, - он поднимает мою штанину, открывая повреждённую область, берёт под колено и ставит на своё бедро, а я не могу оторваться от его лица и перестать думать, какие горячие у него пальцы. Дальше мои мысли выходят из-под контроля. Я ведь никогда не думал о нём в сексуальном плане, не спрашивал, какие девушки ему нравятся, даже на пьяных вечеринках, когда совсем теряю стыд, не любопытствовал девственник он или нет. Даже чисто по-мужски… Не могу представить его снимающим напряжение в ванной. Вот не могу. Хотя… Стоит чуть напрячься, как в голове проносятся настолько яркие картинки, что ноги подгибаются от возбуждения. Джонин замечает и, не задумываясь, поддерживает меня. Его рука на моей талии. Закусываю губу, а поток красочных, откровенных и развратных картин в голове, остановить не могу. Боже, как же стыдно. - Больно? Прости, я случайно задел, - он не отрывает глаз от моей щиколотки, а я вижу, как по нему стекают струи воды, как он чувственнее, чем в танцах, выгибается, и как совсем не для фансервиса проводит руками по собственному телу. Я ненормальный. Больной. У меня поехала крыша на почве переутомления и отсутствия личной жизни. А всё Чанёль и его глупые шутки! - Ладно, - парень выдыхает, а я чувствую это каждой клеточкой кожи. И тихо вою. – Так больно? – на его лице столько испуга и тревоги, что я сдаюсь. Его невозможно не любить. Любой бы влюбился в него, будь он на моём месте. – Сможешь раздеться? - А? – я удивлённо смотрю на него. Мне сейчас не послышалось? Это то, о чём я думаю? И мы сейчас… - Раздевайся, говорю. Ты тоже не хило отпахал, и не в обиду будет сказано, но от тебя пахнет, - хочу провалиться сквозь землю. Теперь эти мысли не оставят меня в покое, моя жизнь будет испорчена ими. Снимаю футболку, джинсы и только после этого замечаю, что на меня пялятся. - Что? – пытаясь не краснеть особо сильно, - Это смущает, знаешь ли. - Смущает? – Джонин звонко смеётся, - Мы оба мужчины и живём в одной комнате, что тут может смущать? Если тебе не по себе, то в следующий раз не подворачивай ногу, - он стягивает свою майку, джинсы и… И я отворачиваюсь, чтоб не потерять остатки здравого смысла. – Не тормози, - чувствую, как последний предмет гардероба неумолимо движется к полу. - А! - Что? Нога? Задел? Извини, - Джонин вскакивает на ноги, снова напуганный взгляд, и мне становится неловко. - Нет… извини, просто не ожидал… - Джонин обиженно дует губы и, не смотря на меня, закидывает мою руку себе на плечо, предоставляя мне опору. - Держись за стенку, - буркнул парень, включая воду. Теперь мне жутко стыдно. Он волнуется за меня, переживает, а я… А мне в голову лезет всякий беспричинный и пошлый бред. Он этого не заслуживает… - А! – я не смог сдержаться и снова взвизгнул, когда спину окатило холодной водой. Джонин только рассмеялся. – Сделай теплее! – да чтоб я эту заразу хоть ещё раз добавкой кормил! - Нельзя, иначе нога распухнет, - я вздрогнул, почувствовав на спине прикосновения пальцев. – Поэтому здесь я, - да он надо мной издевается, прикрываясь благими намереньями! Это подло! Подло, что моё тело так остро всё ощущает. Одна его рука ложится на мой живот, поддерживая и прижимая ближе, я, наоборот, пытаюсь отстраниться и избежать лишних соприкосновений. - Не отстраняйся, мне тоже холодно, - доносится до меня детский хнычущий тон. Никогда не мог сопротивляться, когда Джонин строит из себя ребенка. Знает, зараза, на что надавить! Я всё же прижимаюсь к нему и еле сдерживаюсь, чтобы не завизжать ещё раз. Я забыл, что он тоже голый, и никак не был готов встретится своей задницей с его членом. Не думать об этом. Не думать. Не думать! Не-думать-не-думать-не-думать… Господи, да как тут не думать то! Хотя бы не паникуй, До Кенсу! - Ты чего? – моей груди коснулась намыленная мочалка и застыла на месте. Я чего? Да ничего! Стою тут тихонько и возбуждаюсь, черт тебя дери! Ким Джонин, только попробуй заметить это и ты мне больше не сын! Сердце бьётся настолько сильно, что отдаётся в висках. Руки трясутся, и никакого толка от них нет, если я сейчас потеряю равновесие, то надежда останется только на руку Джонина. Мочалка несмело скользит по мне. Вверх до ключиц, вниз до живота. Вверх до ключиц, вниз до живота. Вверх. Вниз. Вверх. Замирает и снова спускается. Ниже, ниже, ниже. Спускается по левой ноге. - Стой спокойно, ладно? – муть перед глазами моментально исчезает, а возле моей ноги сидит Джонин, чуть ли не обнимая её. Водя мочалкой вверх-вниз. Можете себе представить, что я чувствую? Да, милые фанатки… Я бы тоже сейчас умер от счастья-восторга-перевозбуждения, если б был девушкой… - Ты чего?! Одна секунда и катастрофа масштабом с душевую. Сейчас объясню. Я попытался выдернуть свою ногу из рук Джонина, и опёрся на вторую, поврежденную, при этом, конечно же, убрав руки от стены. И вот я удобно растянулся на полу, а подо мной Джонин. Резко захотелось засмеяться, знаете, истерично так засмеяться. - Ты в порядке? – ну какого черта он приподнялся?! Это не поцелуй… Мы чисто случайно соприкоснулись губами! Это не считается… - Извини, - всё. Финиш. Я не воспринимаю реальность, иначе как объяснить его тихий голос и хитрую улыбку на этих пухлых губах. Я схожу с ума. Спасибо, Джонин!