Сердце как стекло

— Мне было почти восемнадцать, когда оказалось, что я омега, — начал свою историю Шерлок, положив голову на плечо Джона. Они были в гостиной, краем глаза смотря телевизор. Уличные фонари оранжево светились сквозь занавески. — Это поздно, — брови Джона приподнялись. Омеги обычно созревали к тринадцати годам или около того. Альфы проявляли свою гендерную принадлежность позднее, а беты никогда. — Родители думали, что я буду бетой. Но как пара альфа и омега… Они наверняка надеялись, что я буду одним из них. — И они дождались. — Да, в конце концов, — Шерлок слегка улыбнулся. — Повезло, что это случилось до того, как я попал в универ. Рот Джона скривился при мысли о Шерлоке, у которого могла начаться первая течка в университете, полном не контролирующих себя альфа- и бета-студентов. — Было страшно? — Я не понимал, что происходит, — ответил Шерлок. — Я давно смирился с тем, что я бета, и был доволен этим. Бетам не нужно иметь детей, у них нет альфа-побуждений, которые необходимо контролировать. На самом деле это был лучший вариант из трех. Я часто высмеивал Майкрофта за то, что он альфа. Казалось, притяжение — этот альфа-омега вздор — ниже меня. Думаю, я рисовал самую радужную картинку. Джон погладил руку Шерлока. — К нам в класс пришел один парень. Альфа, — Шерлок печально улыбнулся. — Я не понимал, что значит кого-то хотеть до того, как увидел его. Впервые в жизни я расстроился, что я был бетой, так как у него могла быть любая омега, но не я, который не смог бы с ним создать узы. Он не казался типичным альфой — все эти мускулы — он был выше меня и выглядел как танцор. — Ты заставляешь меня ревновать, — вздохнул Джон. — Прости, — пожал плечами Шерлок. — Я был им одержим все рождественские праздники, и когда мы вернулись в школу, он был там, все такой же до боли великолепный. В расстройстве я сидел за своим столом, ощущая жар по всему телу, и учитель заметил это и отправил меня домой со справкой. — А, — понял Джон. — Да. Я вернулся домой, чувствуя себя ужасно. Принял жаропонижающее, но это не помогло. Я начал задаваться вопросом серьезно ли я заболел, и написал отцу, чтобы он вернулся домой. Ему всегда было легче уйти с работы, чем маме. — Твой отец… — Джон старался не напрячься от тревоги. — Он пришел и отыскал меня в гостиной, свернувшимся под одеялами. Он вдохнул воздух и неожиданно закрыл рот и нос рукой. Его глаза потемнели, и меня это напугало. Я ему доверял — любил его — и он внезапно оказался для меня угрозой. Я был благодарен ему за его силу духа. Он смог уйти. Джон ничего не ответил. Он слышал об этом время от времени. Семьи, которые не смогли подготовиться к течке молодой омеги, и… происходило это. Взрослые, как правило, могли себя контролировать, но вот братья и сестры… Семью обвиняли в пренебрежении ситуацией, и у них отбирали бедных омег. Шерлок продолжил. — Он вышел в коридор и крикнул: «Я скажу матери. И позвоню Майкрофту. Увидимся через несколько дней!» и захлопнул дверь. Я видел, как он сел в машину и несколько минут тер лицо, прежде чем поднять трубку. Тогда я и понял. — Ты расстроился? Шерлок покачал головой. — Нет, мой отец не причинил мне вреда, хотя я и запер за ним дверь. Глупо, учитывая тот факт, что у него есть ключ, но от этого я почувствовал себя в безопасности. И ко мне пришла мама. И хотя я не был бетой, я понял, что они не могут делать то, что я могу. Я был особенным, у меня могли бы быть дети. Я пошел в свою комнату и разделся. Джон кивнул. — Твоя мама была довольна? — Взволнована. Она пришла домой с коробкой… вещей… но я был слишком смущен даже думать об их использовании. Я извивался на кровати, истекающий смазкой, и — Прекрати рассказывать об этом так сексуально! — поморщился Джон. — Это просто история, Джон. Шел второй день, и я чувствовал себя полуживым. Мама приносила мне воду и пыталась заставить меня помыться, но я чувствовал ее запах все яснее — она была связана — и я ревновал, что у нее есть пара, неважно, кто это был. И вот на второй день, когда мое сознание прояснилось, я отправил e-mail. Джон посмотрел на него. — Ты не… — Да, я отправил ему сообщение. Альфе, которого я хотел. Я сказал, что у меня течка и хочу быть сейчас с ним. Написал ему свой адрес и указания, как пробраться к моему окну. Джон не знал, что сказать. — Это… — Знаю. Это было невероятно глупо — он мог сделать со мной что угодно. А я только знал его имя, потому что нашел его школьную фотографию в базе данных. Виктор. — Хорошее имя, — вздохнул Джон, ненавидя этого парня из прошлого. Первый альфа Шерлока. Джон захотел укусить Шерлока сейчас же, хотя укус вне течки был всего лишь укусом. Но он был взят другим альфой, и это не нравилось Джону. — Я не говорил маме, потому что она бы запретила и попыталась остановить. Только открыл окно, чтобы запах моих феромонов можно было почувствовать снаружи, и начал ждать. — Он пришел? — Да. Около семи вечера он постучал в окно, выглядя потрясенным от состояния комнаты. К тому времени я был уже в отчаянии и прибегнул к помощи игрушек. Он застал меня в довольно компрометирующей позе. «Думал, что это шутка», — сказал он, выглядя и возбужденным, и испуганным. — «Твое сообщение было немного…». Мне было все равно, что он хотел сказать, я чувствовал этого альфу, дрожал от необходимости его потрогать и практически втащил в свою комнату. Джон пошевелился, несмотря на ревность чувствуя возбуждение. Глубокий голос Шерлока, описывающий, что с ним случилось… — Он быстро снял с себя одежду и посмотрел на постель, но она была в полном беспорядке, — продолжил Шерлок. — Тогда я просто облокотился о кушетку и раздвинул ноги. Чувство собственного достоинства давно исчезло. Я просто хотел, чтобы член, любой член, узел… Я не понимал, как омеги проходят через эту огненную потребность, и это было ужасно. «Почему ты еще не внутри меня?» — огрызнулся я. Он был так медлителен. «Я здесь, здесь», — ответил он, наконец раздевшись и коснувшись моей спины. Никто до этого момента меня так не касался. Как будто я был чем-то драгоценным. Я мог бы посмаковать этот момент, но мне хотелось большего. «Просто вставь мне», — сказал я. Он разорвал презерватив и раскатал по члену, и мне казалось это глупой задержкой, хотя позже я ее оценил. «Трахни меня уже!» — крикнул я. И он сразу же так и сделал, и это было самое лучшее, что я чувствовал в своей жизни. Джон определенно был тверд, воображая, как Шерлок теряет невинность. С откинутой назад головой, взятый сзади, дрожащий от удовольствия. — Это не было романтично. Он остановился лишь на мгновение, а потом начал трахать меня. Мы потеряли контроль, пытаясь достигнуть освобождения, оргазма и вязки. Он не попадал в простату, видимо из-за неопытности, но мне было все равно. Я уже кончал, прося узел, который, я уже чувствовал, раздувался и проталкивался в мой вход. Джон закусил губу, скрестив ноги. Его член пульсировал. — Это закончилось быстро. Меньше гребанных трех минут. Боль и удовольствие были настолько неожиданными. Никогда не думал, что омеги наслаждаются своими течками. И теперь… Я понял, чего мне не хватало. Был возмущен, что мне пришлось ждать так долго. Джон сорвался и толкнул Шерлока на кровать, ощущая, что он такой же твердый. — Тебе повезло, что он не создал связь. — Он был помолвлен. На подсознательном уровне он был верен своей омеге, по крайне мере в создании уз, – Шерлок ахнул, когда Джон поцеловал его в шею. — Было тяжело? — Нет, все нормально. Он подошел ко мне за несколько месяцев до того, как мы поступили в университет, и… — Шерлок набросился на его член. — Теперь он связан. И хотя мне нравилось его внимание… — он вздрогнул. — Я не хотел быть его парой. — Какое облегчение, — пробормотал Джон. — Я ревную. — В шторм любая гавань хороша. — Как и любой член в течку? — Более или менее… — Шерлок закинул ногу на бедро Джона. — Или вне течки. — Всегда пожалуйста, — сказал Джон, притягивая его к себе за задницу. — И Шерлок? — М-м? — Спасибо, что доверил мне эту историю, — улыбнулся Джон. — Знаю, что многие омеги не всегда имеют хороший первый раз. — Нет, — вздохнул Шерлок. — Обычно. По прошествии времени могу сказать, что мне повезло. — Говоря о том, чтобы стать счастливым, — Джон провел Шерлоку по груди. — Действительно, — Шерлок растекся по дивану. — Сейчас я весьма счастлив.