3.
15 июля 2018 г., 01:24
Исак просыпается, не сразу понимая, что происходит. Ему тепло, удобно, уютно. Комнату освещает свет утреннего солнца, пробивающийся через прозрачные занавески. В квартире тишина, Эвен мирно посапывает, развалившись на кровати. Мальчик потягивается и бесшумно встает, аккуратно сложив плед в комочек.
Надо признать, ночка выдалась хорошая. Тепло, сухо, тихо. Такое для Исака правда редкость. Однако без сестры все не так.
Он подхватывает из прихожей свой рюкзак, достает оттуда пустую бутылку, следом наливая из-под крана воды. Складывает обратно. Открывает холодильник, хватая упаковку сосисок, тонко нарезанный сыр, забирает остатки хлеба, складывая все в рюкзак.
Да, воровать нехорошо, но ему же придется чем-то питаться, а Эвен вряд ли сильно разозлится, если он одолжит парочку продуктов.
Исак застегивает рюкзак, топает в коридор, находя свои ботинки и сухую худи. Одевается, не забывая взять шапку Эвы. Уже закидывает за спину рюкзак, дергает за ручку двери и — ничего. Потому что она закрыта. Класс. По-тихому сбежать не вышло. Хотя…
Подросток возвращается в спальню, точно припоминая, что Эвен положил ключи в карман джинсов. Парень спит в одном нижнем белье, значит, у него все еще есть шанс. Он цепляется взглядом за брошенные на стул вещи, подходит, начиная проверять карманы. Находит еще и двести крон. Что ж, ему не помешает. Кладет их себе в карман, продолжая нагло рыться в чужих джинсах.
— Тебе чего не спится? — сонно спрашивает Эвен, медленно приоткрывая глаза. Исак мигом прекращает свои действия, стараясь вести себя непринужденно. Вот только он не учел того факта, что стоит полностью одетый с рюкзаком на спине. — Ты куда собрался? — настораживается тот, принимая сидячее положение.
— Вчера ты сказал, что утром позволишь мне уйти, — тихо произносит мальчик, — можешь открыть дверь?
— Куда ты спешишь? Останься хотя бы на завтрак, — просит Эвен, постепенно начиная просыпаться.
— Я не могу столько здесь быть, Эва может ждать меня, а я тут прохлаждаюсь… — опустив глазки, объясняет Исак. — Спасибо за еду и теплое место, но я лучше пойду.
— Исак, — вздыхает парень, — твою сестру на моих глазах забрали в питомник, она не будет тебя ждать.
— Я тебе не верю, ты врешь, чтобы я остался, — буркает подросток, выпуская защитные иголки, — дай мне уйти, ты обещал!
— Позавтракаешь и уйдешь, договорились?
— Я не хочу завтракать.
— А я хочу, — отрезает старший, лениво вставая на ноги, натягивая футболку и удаляясь на кухню. У Исака не остается другого выхода, кроме как последовать за ним. — Тосты с сыром или омлет? — дружелюбно интересуется он, будто не ставит условий и не принуждает находиться тут. Мальчишка лишь усаживается на стул, недовольно смотря на Эвена. — Где сыр? — внезапно спрашивает тот.
— Эм… — осознает, что он у него в рюкзаке. Ну класс. Неловко расстегивает свою рюкзак и достает оттуда продукты, выкладывая на стол. Эвен окидывает его тяжелым взглядом, но ничего не говорит, просто забирая все обратно к себе.
— Если ты хотел кушать или взять еду с собой, ты мог попросить, а не воровать, — беззлобно говорит парень, начиная готовку обыкновенных тостов.
— Прости, — виновато отвечает мальчик, — я хотел уйти, пока ты спишь, и подумал, что, если возьму немного, ты поймешь и не будешь злиться.
— Я не злюсь, но воришек никто не любит, — как ни в чем не бывало говорит Эвен, — и если я впускаю тебя к себе домой, значит, доверяю.
— Тогда… — достает из кармана двести крон, выкладывая на стол, — я больше ничего не брал, честно.
— Ладно, расслабься. Надеюсь, такого больше не повторится, — ага, не повторится, потому что он уйдет и они больше никогда не увидятся.
— Не повторится, — обещает подросток. Кладет свой хвост на колени, пристыженно опуская голову вниз.
— Знаешь, я раньше никогда не видел гибридов так близко, — произносит старший, заинтересованно разглядывая его.
— Правда? — удивляется Исак, поднимая взгляд обратно.
— Ага. Ну, чтобы именно помесь с котом. Да и в целом вас не очень много, — задумывается Эвен.
— Потому что нас либо отлавливают, либо отдают в рабство, либо убивают, — угрюмо говорит мальчик.
— Не преувеличивай. Никто вас в рабство не отдает, вы просто работаете в качестве прислуги, помогаете человеку, а это далеко не рабство. У вас нормальные условия жизни, еда, крыша над головой. Плюс многие видят в вас просто друзей, вы вроде питомцев, только еще и вполне себе разумных.
— Ага, и за любые проступки наказывают, заставляют делать грязную работу, даже бьют. У нас нет прав, ты правильно выразился, мы что-то вроде питомцев, не более.
— У тебя слишком негативный настрой, котенок, — улыбается парень, — зато ты очень красивый. Можно потрогать ушки?
— Что? — теряется младший, чуть краснея. Никто, кроме Эвы, никогда не говорил, что он красивый. Только старшая сестра всегда пыталась доказать, что их особенности — это именно особенности, а не недостатки или отклонения.
— Или хвостик? Раз ты правда собрался уходить после завтрака, и я, быть может, никогда тебя больше не увижу, можно погладить? — просит Эвен, только после сказанного понимая, как это звучит. — Прости, если это прозвучало обидно.
— Все нормально, — смущенно улыбается мальчик, — просто неожиданно. Если хочешь, можешь погладить, я не против, — соглашается тот.
Старший встает, медленно подходит к нему, и тянет руку к ушкам, которые Исак неосознанно прижимает к себе.
— Боишься? — спрашивает Эвен, следя за реакцией. Не дожидается ответа и проводит ладонью по волосам, задевая ушки. Вроде бы обычный мальчик, а вроде бы и нет. — Ты мне нравишься, — улыбается парень, гладя за ушком.
Исак смущается с новой силой, не в состоянии сдержать улыбку. Наслаждается прикосновениями, подаваясь на них, и случайно начинает мурлыкать, удивляя Эвена.
— Ты мурчишь, — с восторгом восклицает тот, — как ты это делаешь?
— Не знаю, — пожимает плечами мальчик, — оно само как-то.
— Ну ладно, — мимолетно трогает хвост, забавляя Исака таким вниманием, — все-все, я больше не буду, — поднимает руки старший, улыбаясь, — а теперь завтрак.
Исак старается вести себя скромнее, но съедает все предложенное, запасаясь энергией. Благодарит за еду, даже прибирает за ними посуду, чтобы как-то загладить вину. Позволяет разглядывать себя, находя подобное внимание в какой-то степени даже приятным.
Но Эва важнее, и после завтрака он заводит тот же разговор, прося отпустить его. Эвен сначала старается уговорить его остаться, что удивляет мальчишку, но, когда понимает, что это тщетно, находит ключи и открывает двери.
— Спасибо, что не бросил там в переулке, — благодарит Исак, стоя одетый в коридоре. За спиной рюкзак, куда Эвен самостоятельно сложил ему пропитание хотя бы на первое время. — А еще за еду и теплое место для сна, ты спас мне жизнь.
— Всегда рад помочь, котенок, — улыбается Эвен, — держи, — отдает те двести крон, которые Исак пытался своровать с утра, — тебе нужнее.
— Не стоит, ты и так много для меня сделал, — отнекивается мальчик.
— Бери, каких-то двести крон мне погоду не сделают, а тебе, может, жизнь спасут. И… ты точно не хочешь остаться еще на немного? Твоей сестре вряд ли удалось бы сбежать, так что ты, скорее всего, так просто не найдешь ее.
— Не говори так.
— Ладно, прости, но я сказал правду. Не строй себе надежды зря.
— Сам разберусь, — буркает в ответ Исак, отворачиваясь и уходя за пределы квартиры.
