6.
25 июля 2018 г., 00:47
У Исака в глазах все темнеет, он оседает на пол, сжимая в руках письмо. Эва написала бежать, что ж он стормозил? Как сквозь воду слышит голос Эвена, еще какие-то посторонние голоса, все смешивается в одну кашу, и он просто сдается. Зато нескончаемые скитания и опасности закончатся. Если существует рай или потусторонняя жизнь, то он встретится с сестрой, а это уже весомый повод умереть.
Темнота. Никаких снов или видений. Просто темнота. Исаку почти никогда ничего не снится.
Внезапно вновь появляются голоса, глаза режет яркий свет лампы. Кажется, он еще не умер. Открывает глаза, жмурясь от света. Видит два силуэта впереди. Вроде бы это Эвен и один из тех парней, они стоят рядом с компьютером, что-то заполняя. Они не видят его, это отличный шанс сбежать. Исак пытается подвигать рукой, но та не поддается. Что-то сдерживает. Он поворачивает голову и понимает, что его конечности пристегнуты к специальному креслу.
— Но ему же не будет больно? — спрашивает Эвен.
— Нет, что вы, просто укол, — они поворачиваются к нему со шприцом в руках, лишь сейчас замечая, что мальчик проснулся.
— Нет, — быстро мотает головой Исак, — только не усыпляйте, отпустите, я что угодно сделаю, — из глаз текут слезы, он дергается в попытках освободиться из креплений, но те, кажется, рассчитаны на такое поведение гибридов.
Когда Исак только отключался, вроде бы успел смириться, что умрет, успокаивал себя тем, что тут полно плюсов, но на деле, когда появляется хотя бы мизерный шанс выжить, так легко прощаться с жизнью не хочется.
— Эвен, помоги, — понимая, что работнику питомника на него плевать, мальчик переводит отчаянный взгляд на своего нового знакомого, который успел проявить к нему нормальное отношение и теперь внушает хоть какое-то доверие. — Пожалуйста, помоги сбежать, я что угодно сделаю, только помоги, умоляю, — всхлипывает подросток, со страхом глядя, как к нему приближается парень со шприцом.
— Ты сейчас просишь Эвена помочь тебе при мне, не находишь это странным? — подносит свободную руку к нему, желая повернуть его голову, на что Исак дергается и кусает его за руку. — Ах ты ж, какой бойкий, — шипит с улыбкой тот, потирая укушенное место, — вот для этого и нужны крепления, — обращается уже к Эвену.
— Если бы вы изначально не привязывали его, он бы так не испугался, — возражает парень.
— Правильно, он бы сразу попытался сбежать, — со знанием дела произносит мужчина.
— Исак, — вздыхает Эвен, подходя к нему с другой стороны, — тебя никто не собирается убивать, — с мягкой улыбкой говорит он, — сейчас Эдди вживит тебе чип, подтверждающий, что ты мой. Потом мы поедем домой, и никто тебя больше и пальцем не тронет, договорились?
— Т-ты… ты возьмешь меня к себе? — не веря своим ушам, переспрашивает мальчик.
— Знаю, что у меня не самая большая и клевая квартира, да и денег не так много, как хотелось бы, но надеюсь, что ты не сильно против всего этого.
— Спасибо, — всхлипывает подросток, порываясь обнять, но конечности все так же пристегнуты. — Можете меня отстегнуть? Я не буду сопротивляться, — просит Исак.
— И даже не укусишь? — вздергивает брови тот. Мальчик смущенно качает головой, и мужчина сжаливается. — Ладно, но, если что, двери заперты на ключ, так что даже не пытайся сбежать.
Отстегивает его, и Исак покорно выполняет все, что тот ему говорит после. Послушно наклоняется, терпит небольшую боль в шее, когда вводят чип. Затем присаживается на стульчик и терпеливо ждет, пока они закончат с документами. Позволяет нацепить на себя ошейник, чувствуя себя, мягко говоря, странно. Теперь он не уличный гибрид, теперь он чей-то, принадлежит Эвену, словно вещь, теперь будет ходить на поводке и слушаться Эвена. Но другого выбора он не видит.
Когда они покидают приют, Исак слегка расслабляется, но не знает, как вести себя в присутствии Эвена. На мальчике по-прежнему ошейник, поводок ему все же разрешили отстегнуть, если тот будет хорошо себя вести. Поэтому он просто молча следует за новым хозяином. В голове появляются идеи сбежать, но зачем? На улице его опять поймают, и все.
— Сейчас зайдем в специальный магазин, купим тебе для начала немного одежды, потом нужно будет заскочить за продуктами и домой, — говорит парень, оборачиваясь к Исаку и притормаживая, чтобы тот его догнал. — Чего ты затих совсем?
— Я не знаю, что должен делать, — признается мальчик, — мне нужно вести себя с Вами как-то по-особенному?
— А что-то поменялось?
— Теперь я — Ваша собственность, — пожимает плечами Исак, — а в остальном все так же.
— Исак, — он останавливается посреди улицы, поворачивая подростка к себе, — наплюй на эти формальности. Я не собираюсь ограничивать тебя в чем-то или заставлять что-то делать. Ты можешь выходить гулять на улицу, заводить друзей, просиживать все дни дома, — не знаю, как тебе комфортнее. Я это к тому, что чип у тебя в шее не лишает тебя прав, а дает их.
Исак слушает и находит в этих словах долю правды. Принадлежность кому-то дает гибридам шанс на нормальную жизнь.
— Я буду хорошим гибридом, — обещает мальчик, слабо улыбнувшись, — спасибо, что не дал им убить меня, — искренне благодарит Исак. Все было бы хорошо, если бы не Эва. Факт того, что она мертва, невероятно пугает и причиняет боль. Где-то внутри. Слева. Он глубоко вздыхает и ежится от внезапно подувшего ветра.
— Ладно, нам еще нужно успеть в магазин, — говорит Эвен, будучи не в состоянии подобрать правильные слова утешения, берет его за руку и ведет за собой.
***
Обойдя весь магазин, они набрали тележку новых вещей. Несколько пар джинсов с прорезью для хвоста, шортики, упаковка беленьких носочков, нижнее белье, тоже пошитое специально для гибридов. С футболками и худи Эвен просит повременить, так как столько денег сейчас у него нет. И это заставляет Исака опомниться и вновь стать скромнее. Уже у кассы находится целый стенд с ошейниками, который Эвен не проходит мимо. — Выбирай, — говорит парень, подпуская мальчика ближе. — Это обязательно? — хмурится подросток, неосознанно начиная трогать широкий ошейник, находящийся у него на шее. — Да, котенок. На тебе сейчас ошейник Криса, который я пообещал вернуть ему к вечеру, так что тебе нужно иметь хотя бы один свой, по-другому на улицу не выйдешь спокойно, — объясняет Эвен, — бери любой, позже сможешь выбрать еще какой-нибудь, но пока что обойдемся одним, хорошо? — Угу, — соглашается Исак, рассматривая множество различных ремешков. — Может, этот? — предлагает старший, держа в руках темно-зеленый тонкий ошейник. — Он будет подчеркивать твои зеленые глазки. — Может быть, — пожимает плечами мальчик, принимая у того из рук ошейник и прикладывая к шее. Смотрится в небольшое зеркало, где-то внутри признавая, что ему даже идет. — Сойдет, — в итоге выносит вердикт Исак, осторожно кладя его в тележку. — Ну что, теперь все? Подросток положительно кивает, и они идут к кассе. Уже стоя в небольшой очереди, Исак обращает внимание на целую кучу игрушек. Наверное, это глупо, да и он давно не ребенок, но яркие штуки привлекают внимание. — В следующий раз возьмешь себе игрушек, — говорит парень, замечая это. — Сегодня нам уже не по карману, прости. — Все в порядке, я понимаю, — отвечает мальчик. — Плюс я уже не такой маленький, чтобы покупать мне игрушки, — заявляет Исак, сложив на груди руки. — Да ладно, приставку вроде тоже не для взрослых придумали, а я до сих пор играю, — усмехается Эвен, — так что в другой раз обязательно. — Ладно, — застенчиво улыбается Исак, толкая тележку к кассе.***
Возвращаясь домой, Исак немного расслабляется, стараясь принять факт всего произошедшего. Он помогает Эвену нести покупки, думая о том, что теперь у него есть дом. Главное, не потерять его. Надо постараться быть послушным и полезным, надо постараться не разочаровать Эвена. По дороге они зашли еще и в продуктовый магазин, накупили еды, из-за чего под конец шопинга у Эвена остался пустой кошелек. Исак чувствует себя частично виноватым за это, но, с другой стороны, он же не выпрашивал ничего, так? Эвен сам решил все это купить, а Исак большую часть времени просто молча следовал за ним. И вот сейчас они наконец возвращаются домой. Исак молчит, Эвен тоже, и им уютно. Наверное. Просто каждый погружен в свои мысли. Исак думает о сестре и доме, а Эвен — о Крисе, о том, где Исак будет спать, да и о всей ситуации в целом. Поднимаются к квартире Эвена, тот открывает ее своим ключом, и… прямо с порога на них налетает не слишком дружелюбно настроенный Крис. — Какого хрена он опять здесь? — напрямую спрашивает парень, тыкая пальцем в Исака. — Ты обещал, что это всего на пару дней. — Крис… Тут такое дело, — виновато проговаривает Найшейм, почесывая затылок, — в общем, если бы я его оставил в питомнике, его бы убили… — Только не говори, что ты забрал его к себе, — мученически протягивает Шистад. Исак наблюдает за этим со стороны, и такое ощущение, будто не Эвен тут главный, а Крис, хотя по социальному статусу тот должен был заткнуться и слушаться его. — Я забрал его к себе. — Ну ебануться, — всплескивает руками Шистад, — знаешь, вообще-то нечестно делать такое, не посоветовавшись со мной! — Ты бы не согласился. — Вот именно! Я не хочу делить крышу с каким-то непонятным уличным оборванцем. Отведи его обратно в приют и оставь там, — сложив руки на груди, приказывает тот. Мальчик испуганно отступает за Эвена, взяв его за руку и крепко сжав. — Крис, смирись, он останется тут, — устало повторяет Найшейм. — Не останется. Оставишь его — и уйду я. — Да ладно тебе, я же не подселяю его к тебе. У тебя есть своя комната, в которую можешь его не пускать. — А я повторюсь: либо я, либо он. Выбирай, — упрямо заявляет Крис. — Я не отдам его на верную смерть, а твой ультиматум бессмысленен, так что прекращай выебываться, — строже произносит Эвен. — Вот и живите тут вдвоем, я мешать не буду, — выплевывает напоследок Крис, затем хватая куртку и уходя прочь. — Крис, блять, — зовет его парень, выйдя в подъезд, — вернись, твою мать. В конце концов, он заходит обратно внутрь, выглядя то ли разозленным, то ли расстроенным. Исак самостоятельно относит продукты на кухню, решая не докучать. Раскладывает все так, как подсказывает интуиция, ведь он понятия не имеет, что и куда класть. Закончив с продуктами, берет пакет с купленными ему вещами и тихонько возвращается в комнату Эвена. Старший сидит на кровати, что-то печатая в телефоне и не замечая Исака. — Это из-за меня Крис ушел, да? — виновато спрашивает мальчик, подходя к креслу и укладывая на него свои вещи. — Погуляет и вернется, — не то чтобы взволнованно, скорее утомленно произносит Эвен, прикрыв глаза и легонько надавив на них пальцами. — Не обращай на него внимание. Теперь это твой новый дом, так что располагайся, чувствуй себя как дома. — Спасибо, что приютил, — еще раз благодарит Исак, — я не буду занимать много места, — обещает подросток, перекладывая вещи на пол и усаживаясь в кресло, — думаю, я вполне могу спать тут. — Не стоит. Можешь пока что спать со мной, а когда получу зарплату, куплю тебе отдельную кровать, договорились? — по-доброму улыбается ему Эвен. — Не знаю, куда мы ее поставим, но, уверен, что-нибудь придумаем. — Не надо, правда, мне не нужно много места, — отказывается Исак. — Иди ко мне, — зовет парень, похлопав ладонью по матрасу рядом с собой. Мальчик послушно подходит к кровати, усаживаясь, куда тот ему сказал. — Расскажи о себе. — Что? — хмурится тот, находя эту просьбу слегка странной. — Раз уж ты теперь останешься тут, то я хочу знать о тебе больше. — Да нечего рассказывать… Я не особо практичный, не умею готовить, не самый красивый, так что… не понимаю, зачем ты меня взял. — Прекрати. Во-первых, ты милый. А во-вторых, это не то, что я хотел бы слышать, — говорит Эвен, потому как он хотел узнать о каких-нибудь интересах Исака, что-нибудь из жизни, а не характеристику плохой домработницы. — Я это понимаю… — опустив взгляд, отвечает Исак, своеобразно воспринимая его фразу «это не то, что я хотел бы слышать», — но, если что, я могу всему научиться. Я видел, в питомнике в документах меня записали как «прислугу», поэтому… Я знаю, что из-за меня появятся дополнительные расходы, и, может, я мешаюсь, но я постараюсь как-то искупить свое пребывание здесь. Кушать много не буду, одежды тоже уже вполне достаточно, к тому же я могу обойтись и без игрушек, вот, — проговаривает Исак, ожидая какой-то реакции со стороны Эвена. — «Прислуга» в документах — просто формальность, ты же в курсе? — выгибает бровь парень, повернувшись к мальчишке лицом. — Я не собираюсь требовать от тебя чего-то, сам был подростком и прекрасно понимаю, что тебе это все нафиг не сдалось. — Я не просто подросток, я гибрид, это моя работа, — поникнув, объясняет Исак, — я все равно не смогу ходить в школу, учиться, работать. А так хоть тебе пользу принесу. — Я не хочу становиться для тебя хозяином, — вздыхает Эвен, — мы же можем стать просто друзьями? Как я с Крисом. Ты видел, чтобы он был чем-то ущемлен? — Нет, я даже сначала не понял, что он гибрид, — признается Исак, и губ касается легкая улыбка. — Разделение на гибридов и людей это в целом неправильно. — Ты думаешь? — поднимает заинтересованный взгляд младший. Парень берет его ладошку в свои руки, начиная гладить мягкую кожу и сравнивать их ногти. — Думаю. — Было бы здорово, — мечтательно улыбается Исак, — ну, если у гибридов были бы те же права. Я смог бы жить нормальной жизнью, не боясь быть пойманным и посаженным в клетку… — Мне кажется, люди просто боятся вас, — Исак отсаживается так, что теперь оказывается прямо напротив Эвена. Позволяет трогать его руку, параллельно разглядывая аккуратные черты его лица, обращает внимания на тень, создаваемую волосами, выбившимися из общей прически. Запоминает малейшие мелочи, чтобы потом попробовать нарисовать. Ему нравится рисовать. Особенно людей или гибридов. И, по словам его сестры, у него неплохо выходит. — Боятся? — переспрашивает он, заинтересовавшись его словами. — Ага. Гибриды, по сути, — улучшенные версии людей. Вы более быстрые, ловкие, сильные. А когда что-то сильнее человека, он старается устранить угрозу. Поэтому сейчас правительство стремится истребить «лишних» гибридов, не выполняющих никаких обязанностей. — И у нас остается выбор: либо умереть, либо прислуживать человеку. Класс. — По моему мнению, это неправильно. Так что расслабься и не думай об этом. Теперь ты в безопасности. И Исак правда хочет в это верить. Возможно, его жизнь теперь изменится, у него появятся новые возможности, которые он обязательно использует. Проживет эту жизнь так, как хотела бы Эва. Пусть она и умерла, но это не повод вешать нос и сдаваться. Это как раз-таки повод продолжать бороться. — Я рад, что ты нашел меня тогда, — наконец говорит то, что так долго хотел сказать, но боялся, что это будет глупо. Однако этот момент показался ему вполне подходящим. — Любой другой мог пройти мимо, а ты забрал к себе, не дал замерзнуть, покормил, еще и на ночь оставил. — Не делай из меня бога, котенок, — лишь усмехается на такое признание Эвен. — Ты не бог. Бога не существует, а ты реальный, сидишь, вон, передо мной, — он заразительно улыбнулся, вмиг поднимая парню настроение. — Как скажешь, — усмехнулся он, — так, ладно, надо тебя покормить, — превозмогает лень и встает с кровати, — идем, поможешь, заодно покажу тебе, где что лежит, — протягивает ему руку, которую Исак с удовольствием принимает, позволяя помочь встать и увести за собой.
