can't wait to go home

После сообщения Криса Исак немного успокаивается и послушно остается на месте. Эвен больше не предпринимает попыток поговорить с ним, но, наверное, это к лучшему. Он даже думает выйти, но все же решает дождаться Криса в туалете. Тот приходит минут через десять. Исак слышит, как открылась дверь, слышит быстрые шаги и приглушенный голос Криса. Кажется, сначала он пошел к Эвену, так как обращались точно не к нему. Он покорно ждет, подходя ближе к двери и прислушиваясь. — Эй, открывай, это я, — резкий громкий стук в дверь заставляет вздрогнуть. Исак узнает голос Криса и открывает дверь, сразу приближаясь и обнимая парня, доверчиво обвивая его руками. — Спасибо, что пришел, — еле слышно произносит он, затем отстраняясь и отводя взгляд. — Иди оденься, Эвен сейчас безвредный, — снисходительно отвечает Шистад, не отпуская глупых шуточек и не подъебывая. Легонько подталкивает его, выглядя сейчас, в основном, уставшим и вымотанным. Не то что час назад, когда рвал и метал. Когда наговорил Эвену дерьма, надавив на самое больное. Исак послушно идет в спальню Эвена, замечая его на кровати. Тот просто лежит. Даже не повернулся и не посмотрел на Исака. Неужели так сильно обиделся на его поступок? Мальчик невольно съеживается, опуская взгляд. Хочет извиниться или хоть что-то сказать, но, еще раз взглянув на Эвена, передумывает. Тихонько достает из шкафа шортики, надевает их и топает на кухню к Крису. — Все в порядке? — безразличным тоном интересуется Шистад, держа в руках пару пузырьков с таблетками. Достает из каждой по одной, откладывает на стол, а баночки закрывает и ставит обратно в один из шкафчиков. — Да, — отвечает младший, следя за его действиями. — А что это за таблетки? — Не твое дело, — огрызается Крис. Кажется, никакого чуда не произошло. Крис остался тем же Крисом. Он открывает холодильник, ничего не находит и так же раздраженно закрывает, бурча себе под нос что-то вроде «умеешь ты подбирать время». Исак больше не лезет к нему, довольствуясь тем, что он вообще соизволил вернуться. Скромненько сидит на кухне у окна, всматривается в пустую и темную улицу, кусает губы, чувствуя только безысходность. Слышит более громкий голос Криса, хмурится и идет к комнате Эвена, останавливаясь у приоткрытой двери. Видит Эвена, который все так же лежит на кровати в той же позе, не обращая внимания на друга. — Эвен, — в который раз повторяет Шистад, держа в руках таблетки и воду, — хватит вести себя как маленький, — когда тот не реагирует, Крис с силой встряхивает его за плечо. Его движения резкие, импульсивные и агрессивные. — Пей свои сучьи таблетки, блять, — уже психует он, откровенно крича на Эвена. Исак на мгновение замечает его выражение лица. Эвену, кажется, жутко обидно, больно и просто морально плохо. Он выглядит болезненным. И это вот совсем не нравится Исаку. Эвен будто не Эвен. И зачем Крис дает ему таблетки? Что это за таблетки? Их назначения за два с лишним месяца их совместной жизни никто не сказал. А что, если Эвену стало плохо? А вдруг это что-то серьезное? Сердце? Еще что-либо? Почему он внезапно лег спать? Спать ли? Исаку становится плохо от этого. Он не может больше на это спокойно смотреть, потому громко хлопает дверью, чтобы Крис заметил и усмирился. Чтобы взял себя в руки, в конце концов. Потому что Эвен — живой человек, он заслуживает хорошего к себе отношения, а Крис снова берется за старое, унижая и причиняя боль. Подросток закрывается на кухне и не знает, что делать. Он растерян. Он не готов к тому хаосу, что происходит сейчас вокруг него. Он уже не понимает, в чем он виноват, а в чем нет. Это все слишком запутанно и сложно. Не хватает обыкновенных объятий и родного голоса, который скажет: «Все будет хорошо». Не хватает… Эвы? Нет. Не хватает Эвена. Эвена, с которым что-то не так, возможно, по вине Исака.

***

Просидев в одиночестве до поздней ночи и слегка успокоившись, Исак все же собирается спать. Тихо идет в спальню, не включает свет, так как ему прекрасно видно и в темноте, берет плед и присаживается в кресло. Сегодня он точно поспит тут. Закутывается, вроде бы даже находит удобную позу, но сон не идет. Возможно, это из-за последних событий, а возможно, из-за посторонних звуков, доносящихся из комнаты Криса. Кажется, тот смотрит какой-то фильм или сериал, ну, или играет в видеоигру. Тоже не спится. Исак вздыхает и переводит глаза на кровать, где спит Эвен. Изучает его взглядом, внезапно натыкаясь на открытые глаза. Он не спит. Черт. — Боишься меня? — тихо спрашивает Эвен, глядя в одно место. Его голос звучит безэмоционально и холодно, что на него совсем не похоже. — Нет, — выдавливает из себя мальчик. — Вижу, — хмыкает парень, намекая на то, что Исак не лег к нему в кровать. Да и на вид, словно перепуганный котенок. — Я… — Все нормально, можешь не оправдываться, — прерывает его Эвен, переворачиваясь на другой бок и тем самым разрывая зрительный контакт. — Это было предсказуемо, — намного тише добавляет тот, но Исак слышит. — Все рано или поздно начинают меня бояться и ненавидеть. У него сердце разрывается от такого разбитого Эвена. Кажется, это происходит уже не в первый раз. Может, поэтому у него нет особо близких друзей? Только Крис, который порушил весь его мир меньше чем за минуту. Исак перебарывает себя, встает с кресла и забирается на кровать к Эвену. Крис сказал, что тот сейчас все равно безвредный. Нечего же бояться, правда? — Я не боюсь, — шепчет подросток, ложась поверх одеяла. — Зачем ты это делаешь? Стало жалко меня? — он переворачивается на спину. — Я люблю тебя. — Тебе кажется, — устало прикрывая глаза, отвечает Эвен. — Никто не любит по-настоящему. Это просто привязанность. А в твоем случае у тебя просто не было другого выбора, — говорит словами Криса. Но Исак убежден, что он любит Эвена. Да, он испугался, но все еще любит. Это временная слабость, это инстинкт заставил его оттолкнуть Эвена. Но головой он знает, что не боится его, что доверяет и в другой раз сможет перебороть себя, разрешит Эвену все, что тому вздумается. — Не говори так. — Я ужасный человек. Ничуть не лучше, чем любой другой, — словно сам себе шепчет парень. Его реснички мелко дрожат, а лицо не выражает эмоций. — Лучше бы я прошел мимо в тот день и не портил тебе жизнь. — Перестань. Ты ни в коем случае не портишь мне жизнь, ты спас меня, ты дал возможность пожить нормально. Ты очень хороший человек. Самый лучший из тех, кого я знаю, — старается подбодрить Исак, полностью забывая про свой страх, с которым забирался на кровать. — Не могу ни себя обеспечить, ни вас. Только мучию, держу возле себя, зная, что у вас нет другого выбора. Крис прав, у меня нет друзей. За счет вас я компенсирую это одиночество, — размеренно говорит он, глядя в потолок. Кажется, слова Исака он вовсе пропустил мимо ушей. Он словно погряз в своих собственных мыслях, в собственном мире, связь с которым довольно прерывистая. — Прости, что напугал, — вздыхает он, перескакивая с одной мысли на другую. — И не стоит меня жалеть. Можешь больше не стараться, в этом нет нужды. Скоро вас обоих просто заберут. — Что? — испуганно переспрашивает Исак, шумно сглотнув. — Я не могу вовремя за все заплатить, значит, вас заберут, — поясняет он, безучастным взглядом сверля белый потолок. — Перестань так говорить. Мы справимся. Мы что-нибудь придумаем, — отвечает мальчик, получив новую информацию для размышлений. Не хватает денег? Он не думал об этом. Хм, наверное, именно поэтому дома нет еды. — Нет никакого «мы». Есть я и вы. Хватит притворяться. — Хватит говорить это все! — не выдерживает Исак, повышая голос. Потому что ему больно. Больно от каждого произнесенного им слова. Он любит. Он все это время любил. Искренне и наивно. Он доверял. — Уйди, — спокойно просит Эвен, даже не взглянув в его сторону. — Да что с тобой? — всхлипывает мальчик. Эвен будто не Эвен. Холодный и чужой. — Я не понимаю. — Пошел вон! — повторяет старший, вложив в свои слова все эмоции, на которые был сейчас способен. Злость, раздражение и жгучую обиду. Исак вскакивает с кровати и не сдерживает слез. Это все? Теперь Эвен его ненавидит? За что? За то, что не позволил залезть к себе в трусы? Значит все, что говорил Крис, это правда? Он быстро выходит из комнаты, направляясь прямиком к Крису. Тот все равно еще не спит. Вот не поспят вместе. Подросток сперва стучится и только лишь потом заходит внутрь, остановившись в дверном проеме. — Тебе чего? — безразлично интересуется Крис, отрываясь от просмотра фильма. — Можно я побуду с тобой? — всхлипывает мальчик, с надеждой глядя на него. — Пожалуйста. — Тебе не три года, чтобы спать с папочкой, — фыркает Шистад. — Свали отсюда и не действуй мне на нервы. — Почему ты такой злой? — пуская слезы, спрашивает Исак. — Почему не можешь хотя бы раз поддержать? Ты не видишь, что мне плохо? Семья нужна для того, чтобы помогать в такие моменты, а ты — моя семья, хочешь ты этого или нет. Ты и Эвен. Вы — моя семья, — уверенно говорит он, вытирая слезы. Крис, мягко говоря, ахуевает от такого заявления. Он был уверен, что Исак его больше жизни ненавидит. Невозможно любить того, кто тебя обзывает, задевает, использует и бьет. Но из уст Исака это прозвучало крайне убедительно. Шистад смотрит на стоящего около двери подростка, который наплевал на свою гордость, который сам пришел и попросил помощи. Исак выглядит сейчас открытым и уязвимым. Зашуганным всеми котенком, который ищет помощь хоть у кого-то. Крис не уверен, ведет ли он себя так в силу возраста или из-за своего чересчур нежного характера, но его жалко. Он словно брошенный всеми ребенок, у которого выбили землю из-под ноги который теперь отчаянно ищет новую опору. Опору в виде… Криса? Серьезно? — Господи, хочешь, я тебе дам? — предлагает Исак, не дождавшись никакого ответа, и шумно всхлипывает. Если он нужен кому-то только ради этого (ведь даже Эвен, не получив того, к чему стремился, резко оттолкнул Исака), если больше ни на что он не годен, то он сделает это. Сейчас он даст Крису, а потом Эвену. Потерпит, выдержит, зато у него будет семья. Если вдуматься, это не такая уж большая цена. — Хочешь? — повторяет он, делая шаг навстречу к Крису. — Прости, но я по девочкам, — находится с ответом парень. Потому что гордость не позволяет просто элементарно разрешить остаться и успокоить. Он же все-таки не Эвен. Он Крис. Он непреклонный и дерзкий парень, не терпящий всякого нытья и соплей. — Тогда чего ты хочешь? — Ничего, — закатывает глаза Шистад, вздыхая. — Можешь остаться. — Спасибо, — благодарит мальчик, с облегчением выдохнув. Подходит к кровати Криса, присаживается рядом с ним, прерывисто выдыхая воздух. — И из-за чего сопли? — спрашивает он, сверля подростка недовольным взглядом. — Эвен меня больше не любит, — шепотом произносит он, двигаясь ближе к Крису и укладывая голову ему на плечо. Тот ничего не говорит, поэтому Исак немного расслабляется. — С чего ты взял? — Он сказал. Сказал, что я притворяюсь, что делаю это из жалости. Он выгнал меня. Впервые. — У Эвена депрессия, он что угодно в таком состоянии наговорит. Так что дождись, пока он поправится, и только тогда делай выводы, — спокойно отвечает Шистад. — Депрессия? — Если кратко, то он болен биполярным расстройством, — поясняет он, шумно вздыхая. — Это значит, что иногда он не управляет своими эмоциями. Бывает, что он, наоборот, полон энергии, в отличном настроении и готовый совершить немыслимую глупость, — усмехается парень. — Но намного чаще происходит вот это вот. Депрессия. — Ясно, — тихо отвечает Исак, обхватывая руку Криса и обнимая ее. Старший знает, что Исак не может видеть сейчас его лица, потому позволяет себе улыбнуться. — Как думаешь, если, когда ему станет лучше, я соглашусь на секс, то он будет и дальше меня любить? — поднимает наивный взгляд, чтобы видеть глаза Криса. — Исак… Пойми, Эвен не из тех, кто… — он не успевает договорить. В прихожей хлопает входная дверь, заставляя обоих вздрогнуть. — Это кто? — испуганно спрашивает Исак. — Блять, Эвен, — шепотом ругается Крис, резко вставая с кровати. Практически бежит в прихожую, кое-как надевает кроссовки и выходит в подъезд, пытаясь понять, куда пошел Эвен. Вслушивается в еле слышные звуки шагов, не понимая, откуда конкретно они доносятся. По логике вещей, скорее всего, Эвен пошел вниз. Но шаги-то сверху? Или ему уже кажется? Знаете, иногда он ненавидит обостренный собачий слух, который только заставляет путаться. Исак выходит следом, прижав к голове ушки. Ему это не нравится. Куда мог пойти Эвен посреди ночи? Зачем? И почему Крис так напряжен? Что-то ему подсказывает, что это серьезно. — Он пошел наверх, — шепотом произносит младший, прислушиваясь к звукам. — Зачем ему идти вверх? — Вот даже знать не хочу, — раздраженно отвечает Крис, срываясь с места. Полагается на слова Исака, ведь раз он не один засомневался (а Исак вроде и не сомневается), то Эвен и вправду поперся наверх. Перешагивая через две, а то и три ступеньки, довольно быстро добирается до последнего этажа. Оглядывается по сторонам, принюхивается, действительно чувствуя запах Эвена. А вот самого Эвена тут нет. — Где он? — спрашивает Исак, как только догоняет его. — Блять, — Крис лишь сейчас замечает открытый люк, ведущий на крышу. Забирается по вертикально стоящей железной лестнице вверх, затем помогая подняться и Исаку, так как люк надо неудобно придерживать, а этот хилый котенок себе пальцы бы все отдавил, да и только. — Спасибо, — отвечает подросток, с его помощью оказываясь на крыше. — Твою ж мать, — шепотом произносит Шистад, глядя за Исака. Мальчик поворачивается и в десяти метрах от них видит Эвена на краю крыши. Реально у самого края. На бортике. Исак закрывает рот рукой, с ужасом наблюдая за ним. Эвен нетвердо стоит у края крыши, немного покачиваясь от сильного ветра. А высота, на минуточку, семь этажей. Это вам не игрушки. На нем его пижамные штаны и старая футболка. Босые ноги, растрепанные после долгого лежания в кровати волосы. Он стоит к ним спиной, потому не замечает. — Эвен! — громко зовет Крис, перекрикивая шум ветра. Тот оборачивается к ним лицом. Глаза не выражают эмоций, как и при последнем их с Исаком разговоре. — Не подходи, — отвечает Эвен, когда видит, что друг медленно подбирается к нему, — или спрыгну. Я не шучу, — он показательно выставляет одну ногу за пределы крыши, в любой момент готовый сорваться и упасть. — Ладно, — Крис поднимает руки, делая пару шагов назад, — спокойно. Эвен, отойди, пожалуйста, от края. Это не шутки, — спокойно говорит он, хотя руки дрожат. Исак прекрасно видит, кроме того, еще и чувствует сильный запах страха. Мальчик подходит ближе к Крису, останавливаясь там же, где и он. — Я спрыгну, — уверенно говорит Эвен. — Моя жизнь бессмысленна. Я только и умею, что портить. Лучше умереть и больше никому не мешать. — Тогда я спрыгну с тобой. — Ты слишком любишь себя, чтобы так тупо умереть, — отвечает Эвен, всем своим видом показывая, что нихуя в его угрозы не верит. — Вот именно, что тупо, — продолжает Крис, лишь бы только выиграть время. Нужно придумать, как его спасти. Черт, надо было заранее позвонить в 911… — Иди сюда, не делай того, о чем потом будешь жалеть. — Я не буду ни о чем жалеть, — невесело улыбается Найшейм, — потому что меня не будет. — Пожалуйста, — всхлипывает Исак, привлекая к себе внимание. Ему так же страшно. Его трясет, а на глазах наворачиваются слезы. Он не собирается терять единственного дорогого сердцу человека. Он только его нашел, только привязался и узнал получше. — Не делай этого, умоляю, — повторяет он, глядя прямо Эвену в глаза. Среди боли и безразличия что-то проблескивает. Что-то между жалостью и сочувствием. — Прости, Исак, — еле слышно отвечает парень, — прости, что дал ложную надежду. — Я прыгну с тобой, — со слезами на глазах произносит подросток, начиная медленно идти к Эвену, — мы прыгнем вместе, значит, по ту сторону тоже будем вместе. Я встречу Эву и родителей, — продолжает он, не разрывая с Эвеном зрительного контакта. — Если ты прыгнешь, весь мой мир обрушится. Так что либо никто, либо вместе, — он доходит до него, пытается взять за руку, но Эвен делает шаг в сторону, не позволяя ему этого. Ладно, первый план не прокатил. Исак сглатывает и становится к Эвену на бортик, стараясь не смотреть вниз. Пусть кошки и всегда приземляются на лапы, но после такой высоты Исак себе все лапки пообломает. — Я не хочу умирать, — со страхом в голосе шепчет подросток, чтобы услышал только Эвен. — Умирать не страшно, — так же тихо отвечает парень, полностью поворачивая к нему голову и слабо улыбнувшись. В мыслях проносится: «Либо сейчас, либо никогда». Младший делает вид, что собирается с силами для прыжка, на самом деле обдумывая, как оттолкнуть Эвена подальше от края. Ловит момент, когда Эвен устремляет свой взгляд вниз, одно резкое движение, Исак изо всех сил толкает его в противоположную от опасности сторону, чувствуя сопротивление. Наверное, если бы Эвен ожидал этого, то с легкостью скинул бы в этот момент обоих. Но он поздно спохватился, потому Исаку удается столкнуть его с бортика. Мальчик уже видит подбегающего к ним Криса, немного успокаиваясь. Вот только Эвен-то так просто не сдается. Ощущает западню и более уверенно идет обратно, прекрасно осознавая, что теперь Исак его не остановит. Он сильнее. — Прости, — быстро проговаривает Исак, со всех сил ударяя ему промеж ног. Эвен скулит и падает на колени, держась руками за поврежденное место. Крис к этому времени оказывается рядом, приседая вблизи него. Исак чуточку отступает, позволяя Крису взять все в свои руки. — Дурак, — кратко говорит Шистад, просто притягивая к себе и обнимая его. Эвен не сопротивляется, но и не отвечает, тупо сидя на холодном бетоне и глядя в никуда. А Крис его не отпускает, крепко-крепко держа рядом с собой. Просто обнимает, начиная прерывисто и шумно дышать. Может, он и прослезился, но этого Исак не видел, стоял в сторонке, радуясь хотя бы тому, что все закончилось более-менее нормально. Затем Крис наконец отстраняется, проводя рукой по волосам Эвена, смотрит в глаза и тяжело вздыхает. — Надо возвращаться домой, — решает он, поднимаясь на ноги и помогая подняться Эвену. Крепко держит за руку, чтобы тот, не дай бог, не решил повторить это все. Напоследок все же поворачивается лицом к Исаку, благодарно улыбнувшись, — Пойдем. Ты молодец.