Rose ecarlate comme du sang

      Парень вальяжно расселся прямо на незаправленной кровати, насуплено глядя на меня.       — Вот ничего ей доверить нельзя! Канон меняет, мировой дисбаланс устраивает! Не зря тебя в твоем родном измерении сбило, ты, видимо, и там всем надоела… Поселил в богатую семью, живи, радуйся, так нет же!       — Слушай, ты помолчи. Я сама что ли тебя умоляла меня сюда закинуть? Нечего устраивать мне выговоры! Раз есть шанс, веселюсь по полной. Теперь это моя жизнь. Я, по-моему, делаю только лучше, а ты вечно недоволен!       — Как мне быть довольным, если в корне меняется история! А если Реддл Тайную Комнату не откроет? Это же какие тайны пропадут!       — Ага, а ещё этот псих не вызовет змеюку и не погибнет Миртл! Лучше пусть тайны этих чистокровных снобов сгниют, чем история повториться! Иди отсюда, у меня итак без тебя проблем валом.       — Спасибочки! Спасай после этого человеку жизнь…       — Не забывай, что я ещё тот инфантильный ребёнок-переросток, ищущий приключений на одно причинное место, так что меня всё это не трогает. А теперь в темпе вальса испарись, мне ещё разгребать проблемы моей болезной личной жизни.       — Какой такой личной жизни? Ты выйдешь за Сигнуса Блэка и точка!       — Ага, побежала, коса назад. Платье выбрать не поможешь? — Я прыснула и психанула, выбрасывая испорченное кляксой письмо… Какое по счету? Седьмое?       — Ты не понимаешь? Если ты не выйдешь за Блэка, то не будет Нарциссы, Андромеды и Беллатрисы! Это, по-твоему, так, просто издержки производства?       — Слушай, это не книжка и не фильм, так что я действую чисто интуитивно. К тому же кто его знает, может в этом измерении Друэлла должна была выйти замуж за Уизли и родить шестерых детей, мирно встретив старость со спицами в руках.       Судя по горестному вздоху, я его не убедила, и мысленно он переехал меня автобусом раз шесть, но, тем не менее пересел на пуф и ставился в пергамент.       — «Мы слишком разные, поэтому…» Что за банальщина? Консервативного волшебника этим не тронешь. Знаешь скольких плакальщиков ему приходится выставлять за дверь кабинета в Министерстве со словами: «Мы пришлем Вам сову» и мило улыбаясь.       — Ну и что ты предлагаешь? Сказать, что Сигнус вечером танцует с бубном на окраине леса и подстреливает ворон в ритуальных целях?       — Вполне… Нужно привлечь все факты, очерняющие их род и, следовательно, делающим его недостойным того, чтобы ты в него вступила.       — Я, конечно, не люблю этих снобов накрахмаленных, но мы с Блэком вроде как друзья. Не хочется, чтобы дорога в их дом была для меня закрыта и наоборот. У них дельная библиотека. Может невесту им другую подсунем? Можешь поколдовать своими волшебными пальчиками? Ради меня? — Мои щенячьи глаза пролетели как фанера над Парижем и он отвернулся, показав мне красноречивый жест. Нет, не тот, о котором вы подумали, у нас тут приличное общество XX века. — Я сейчас психану и пойду затачивать ручку расчески!       — Не для тебя мои волшебные пальчики создавались. Попробуй оттянуть время до рождества и уговорить отца не давать ответа, а я, порывшись в досье, что-нибудь придумаю. И БЕЗ МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ПРЕДПРИНИМАТЬ! — Парень подхватил дипломат, начиная вырисовывать замысловатые знаки в воздухе. — По гроб жизни мне должна будешь…       — Есть, сэр! — Проводник закатил глаза и исчез. Что ж теперь я снова тет-а-тет с волшебным и проблемным миром.

***

      Письмо было запечатано в конверт и отослано совой в закат. Я успокоилась, выдохнула пару раз и натянула улыбку, спускаясь в общую гостиную. Тут снова сидели Сигнус и, он-то что тут забыл, Орион Блэки*. Парни лучезарно улыбнулись и помахали. Я продефилировала к камину, присаживаясь в кресло. Провела руками по подлокотникам, змеи, которые были мне так омерзительны, заползали по ткани, вызвав лишь умиление. С кем поведёшься…       — Друэлла! — Меня отвлекли от созерцания текстиля бесцеремонным маханием перед лицом, — Ну так что насчёт моего предложения?       — Знаешь, давай отложим все эти вопросы взрослой жизни до Рождества. Там, в более подходящей обстановке обсудим возникшую ситуацию, хорошо? — Я несильно сжала его руку. И как же я была рада, что англичане воспитаны не задавать глупых вопросов и не надоедать извечным «Ну почему?!». Сигнус лишь сдержанно улыбнулся и вернулся к разговору с братом.       — Ситуацию? Какую? — Отлично, вас тут и не хватало — Том и Абраксас, красные от мороза, быстрыми шагами пересекли гостиную. Том с помощью «Экскуро»* и чар Горячего Воздуха, отлевитировал к вешалкам совершенно сухие и чистые пальто и плюхнулся рядом со мной, Абраксас вытянул ноги к огню, усевшись подле. Аристократы такие аристократы. Тоже мне…       — Такую, в которую не стоит совать свой любопытный нос, мистер Реддл, — парни синхронно прыснули, а я откинула надоевшую прядь со лба, наблюдая за огоньком, поедающим дрова.       — Нашей с Друэллой помолвки, — Абраксас еле слышно прошептал эти слова, глядя на удивленных друзей.       — Кхм, — Реддл на секунду залип, но тут же взял себя в руки, — Поздравляю, — он пожал руку Абраксасу и на секунду задержал свой взгляд на мне, прежде чем традиционно приложиться к запястью. Как лицемерно, мистер Реддл. Однако, у меня сперло дыхание и комнатка начала сужаться. Ненормальная реакция. Я скоро с ума сойду в этом мужском коллективе. То же проделал и Малфой, когда на пороге появилась как всегда веселая Мэл и вытурила Тома с дивана на ковёр, занимая место подле меня.       Все молчали, уставшие от извечной болтовни. Даже моя любительница тараторить, устроила блондинистую головёнку у меня на плече. Был слышен треск поленьев и свист ветра. Спокойно и уютно. Я и забыла как это. Даже не верится, что это надменный Абраксас, который всем своим напыщенным видом вызывает злобу у всего Гриффиндора, сейчас сидит тут в свитере, несомненно из лучшей пряжи, и пьёт какао со специями. А около него — страх и ужас всей Магической Британии, начиная с 70-х годов, мирно уставившийся в книгу и хмурящий — да, он у него присутствовал — нос. Вот она, ирония судьбы…

***

      Близилась середина декабря. Я активно засела за пергаменты и книги. Всё-таки с моей родословной и родственничками, знаменитыми отменными знаниями, я должна была войти в число лучших из лучших на факультете, поэтому ни Мэл с её горестными вздохами, ни погода, которая так и пела, радуя пушистым снегом и теплой, на удивление, зимой не могли вытащить меня из-за стола. Я ела, спала и мылась с Трансфигурацией, одевалась и собирала сумки с Зельями и далее по списку. То, что западало больше всего и грозило этим западанием моему рейтингу, срослось с моими глазами на долгие трудовые будни. Я успела прослыть занудой и заучкой, которая наработает себе нервный срыв и иже с ним, если не начнет нормально спать. Даже Альбус вызывал меня к себе и увещевал, что поставит мне Удовлетворительно и без зачета, мол, куда мне, магле, попавшей в этот круговорот магии ещё и экзамены сдавать. Но он получил строгий и полный оскорбленного достоинства взгляд и заявление, что все умения мисс Розье перешли мне, поэтому писать пробники я буду вместе со всеми. Какое Удовлетворительно, простите? Не ниже Превосходно! Сдать на такую оценку Трансфигурацию стало делом чести.       В один из таких дней, вечером, когда я, сидя на тахте в гостиной постигала азы чар Снаффлифорс* и Скрибблифорс*, попутно обругивая авторов сия за слишком созвучные названия, на пороге, погруженный в свои, видимо невесёлые, думы, возник Тёмный Лорд. Он нёс очередную стопку учебников из библиотеки, поэтому довольно увесистые творения умов человеческих, приземлились на ковре, а сам светлый ум — на излюбленном месте рядом.       — Что, Розье, не надоело? — Я удивленно выглянула из-за пергамента, но он лишь вздохнул и уставился на камин. Каменные головы змей поблескивали и переливались. Жутко.       — Вовсе нет, Том. Мне интересно учиться. — Все еще не понимая куда он клонит, медленно сползла к нему на ковёр.       — Я не о том. Зачем всё это, — он сделал неопределённый жест рукой, — такое рвение. Ты вполне удачно выйдешь замуж. Кандидатура, что надо. Чистокровный, родовитый. Умно. Почему бы не сдать все на «Удовлетворительно» и не выбирать цвет обоев для особняка, как это делает Мелисента? Абраксас не жалуется, напротив, доволен тем, что будущая жена не будет лезть под руку с умными замечаниями.       — А Вы, Томас, я погляжу больше всех рады моей помолвке? — Я вспыхнула, до глубины души оскорблённая этим осторожным навязыванием патриархата. — Спасибо за советы. Вы, видимо в этом смыслите куда больше, верно? — Он фыркнул, снова не удостоив меня взглядом, а я лишь продолжила свою тираду, — Или боитесь, что появится кто-то умнее Вас? Поверьте, Ваш страх не беспочвенен.       — Оставим споры, я просто задал интересующий меня вопрос. Мужчине легче пробиться, это знают все. Я лишь озвучил общеизвестный факт.       — Не хотела идти с тобой на тропу откровений, но моя мать — типичная примерная жена чистокровного консерватора. Я бы не хотела повторить её судьбу. Не скажу, что отец такой уж тиран, но единения душ я не вижу. Это печалит. Хотя, она начитана и умна, этого не скроешь. Видимо рвение моей матери передалось и мне, а гены, тоже общеизвестный факт, пальцем не задушишь.       — Убедила, убедила, — он улыбнулся, наконец посмотрев на меня, — но на место, которое выше меня в рейтинге факультета не надейся. Я на первом уже несколько лет.       — Охладите свой пыл, я на него и не претендовала. Меня устроит законное место в тройке лидеров.       — Неужели вытеснишь Абраксаса? С будущим супругом так не поступают! — Он знал как поддеть, поэтому я постаралась максимально задвинуть тему моего несчастного замужества.       — А моя ещё не начавшаяся семейная жизнь и взаимоотношения с «супругом» тебя уж никак не касаются. Поэтому спешу раскланяться и снова засесть за Трансфигурацию. Или лучше сразу на кухню? Как думаешь?       — Не надо так радикально! Можешь начать с наволочки и «Друэлла здесь, сэр!» — Он рассмеялся.       — Прости, но Розье ещё в домовых эльфов не переквалифицировались. Так что не в этой жизни. — Я кинула в него подушку и снова заставила свой мозг кипеть не хуже тыквенного супа. Видимо, вся гамма чувств и мое болезненное сопение порядком надоели Реддлу, поэтому героически потерпев двадцать минут, он отложил книгу и злобно воззрел на меня свои тёмные очи.       — Тебе точно не нужна помощь?       — Неа! Я вполне справляюсь, — почти проныла я, когда строчки начали рябить перед глазами. — «Снаф», «Снуф», кто их разберёт… «Три поросёнка» какие-то…       — Ты что-то сказала?       — Нет-нет, это я так… — Не хватало еще спалиться на знании магловских сказок. Это точно не про Розье. — Я так не могу! Иди сюда! Вот что это такое? — Я ткнула в страницу с рисунком какого-то иероглифа.       — Тут же все элементарно! Это трансформация в рунический браслет. Смотри…       Еще никогда не понимала Трансфигурацию настолько хорошо. Дамблдору пора в отставку. Нет, он отличный преподаватель, но Том бьёт все рекорды в занудстве, поэтому спустя время, под аккомпанемент вздохов-ахов и прочего музыкального сопровождения, начнёшь понимать даже китайский.       Когда часы пробили восемь, мы поняли, что опоздали на ужин, поэтому одарив друг друга страдальческим взглядом разошлись по спальням.       Сон, сон и только сон!