Наследие титанов

      Всё началось слишком быстро. Шторм в океане был той стихией, которую, если заденешь, потом не остановить. Поэтому он давно уже перестал её контролировать, и волны сами росли, периодически накрывая весь флот.        — Полный вперёд! — закричал Перси.        Он раскинул руки, и паруса, привычно ему повинуясь, сами поднялись, подхватив сильный порывистый ветер. Римляне с тревогой смотрели на своего нового претора. Джексон стоял на носу корабля, вдыхая солёный воздух полными лёгкими; его ничуть не пугали мириады брызг, впивавшихся в кожу подобно мелким осколкам — наоборот, они дарили ему чувство свежести, заряжали энергией и наполняли каждую клетку тела небывалой уверенностью, что у него всё получится. Океан словно дарил ему крылья, и грех было не взлететь, испытывая всю их мощь.        — Оружия к бою! Приготовить пушки!        Они шли прямо на корабли Тритона. Перси хотел проплыть между двумя вражескими суднами, отвлечь их внимание на себя, чтобы Чёрная Борода зашёл сзади. Тогда практически весь римский флот, за исключением того, что плыл сейчас, казалось, на встречу своей смерти, вырвался бы и достиг Лагеря Полукровок. Спасти этот корабль ничего бы не стоило, и дело оставалось только за пиратами, обещавшими надрать задницу Тритону и Хрисаору.       Перси вдохнул свежий бриз полными лёгкими. Он чувствовал качку корабля, ощущал волны и плыл по течению, полностью доверившись океану. Он чувствовал, что стихия на его стороне. Юноша широко улыбнулся и посмотрел вперёд. И перед собой он видел не только корабли, которые собирался потопить. Перед собой он видел свою мечту, которая, наконец, становилась явью.       Океан распоясался. Волны хлестали корабли, гоняя их из стороны в сторону, и никто из членов команды не мог устоять на ногах: одни падали как игрушечные фигурки, других же смывало водой, словно ненужный мусор. Благо, римляне успели подготовить оружие и теперь все до единого спрятались в каютах, крепко заперев двери.       Перси ждал того момента, когда Тритон и Хрисаор увидят его — наследника титана в плаще претора, вернувшегося наконец в игру и готового мстить. Он стоял на носу корабля, расправив плечи, и был готов ко всему, что могли ему сделать его враги. Хрисаор и Тритон, каждый на своём корабле, стояли у штурвала. И оба, судя по их удивлённым лицам, не ожидали увидеть Джексона. Они тут же принялись раздавать команды экипажу, что-то насчёт оружия, но то всё было бессильно. Тритон пытался взять волны под свой контроль и допустил ошибку. Океан ещё больше взбесился и пытался в истерике разбросать корабли в разные стороны. Хрисаор тоже присоединился к Богу, пытаясь силой, полученной от офиотавра, выровнять течение, но и это ни к чему не привело. В итоге вражеский экипаж не был с состоянии удержаться на корабле, а значит, и прицелиться тоже не мог.       Перси же наоборот пытался подстроиться под океан, и дела у него шли лучше. Римский корабль мотало не так сильно; он плыл по волнам быстро и, может, не так грациозно, как хотелось бы, но легче, чем юноша того ожидал.       Хрисаор и Тритон между тем метались по своим кораблям, собирая людей и призывая их сражаться. Их попытки взять под контроль волны оказались провальными: напротив, они лишь усугубили тот шторм, который бушевал, а теперь отчаянно пытались собрать экипаж, чтобы атаковать.       Перси сконцентрировался на своём корабле. Прицел пушек практически не сбился, пару штук вышли из строя, но в этом не было ничего страшного: учитывая условия, всего пару зарядов дойдут до цели, остальные поглотит океан.       Перси с вызовом посмотрел на Хрисаора и Тритона. За его спиной плыл флот Чёрной Бороды: пять кораблей, полных жестоких пиратов с дурными манерами и запахом, и они готовы были снести собою всех.       — Быстрей, идиоты! — кричал Хрисаор. — Нельзя позволить им сбежать!       Три судна оказались почти наравне. Раздался залп. Это выстрелил Тритон, правда, ни один из его зарядов до римского корабля не дошёл — всех поглотила волна, унося в свои глубины. Океан словно помогал Перси: с одной стороны укрывая волной, с другой — гоня корабль прочь отсюда.       Джексон закрыл глаза, вновь сосредоточившись на стихии. В нём шумел океан, будто кровь в его жилах превратилась в морскую воду. В том, что для других казалось беспорядком, юноша увидел самый настоящий план. Он знал движение волн, их силу, мог сказать, какой будет следующая и куда именно она ударит. Перси лишь немного ей помог. На пару секунд показалось, что океан затих, Тритон и Хрисаор переглянулись и тут же отдали приказ стрелять. Одна из волн встала между суднами Тритона и Перси, лишив первого удачного угла для обстрела, а за кораблём гнусного бессмертного пирата поднялась огромная волна. Он был слишком занят, чтобы её заметить, да даже если бы заметил, поделать всё равно бы ничего не смог. Вода обрушилась на корабль, накрыв его с головой, и белая пена рассыпалась вокруг, поглощая всё судно и экипаж, а подводные течения, будто зыбкие пески, утаскивали его вниз. И никакая сила офиотавра не могла противостоять мощи океана.       Перси посмотрел на корабль Тритона. Воды унесли его подальше от римлян, и Тритон оттуда не мог сделать ровно ничего. Разве что беситься от бессилия. Возможно, скоро ему и Хрисаору удастся объединить силы и привести флот в порядок, но потом они встретятся с Чёрной Бородой, а Перси со всем Лагерем Юпитера в целости и сохранности будет плыть наконец домой.       Проплывая мимо, Джексон даже не обернулся. Он ушёл с эпицентра шторма, и корабль перестало качать так сильно. Самые смелые римляне стали выходить из кают, удивлённо озираясь по сторонам. Кто-то взял подзорную трубу и принялся высматривать своих за горизонтом.       — Они выбрались! — закричал он. — Они в безопасности!       Воины сначала переглянулись, видимо, не осознавая всей ситуации. А затем пришло понимание: кто-то выдохнул, кто-то рухнул на колени, не в силах стоять, были даже те, кто заплакали, как маленькие дети.       За их спиной послышались взрывы и крики: это встретились корабли Тритона и Чёрной Бороды. Перси как-то с сожалением посмотрел в ту сторону. Он знал, что ещё встретится с детьми Посейдона, и встреча не заставит себя долго ждать, но бросать пиратов ему казалось... неправильным. Джексон отвернулся. Римляне в целом были в порядке. За всё это время было лишь пару потерь, и те не по вине Перси. Конечно, за исключением Фрэнка. Но эта утрата не должна была помешать сделать то, что нужно.       Юноша почти сам выдохнул, как корабль резко тряхнуло. Римляне замерли, а Перси оглянулся, ища причину. В нескольких метрах от них начала образовываться воронка водоворота, и она разрасталась слишком быстро. Хрисаор и Тритон в попытках укротить шторм только лишь ещё сильнее взбесили океан, и теперь Бог оказался почти в самом центре водоворота. Вместе с кораблём Чёрной Бороды.       Римляне тут же напряглись и, проявив удивительную синхронность, посмотрели на Перси. Тому понадобилась лишь пара секунд, чтобы оценить весь ужас ситуации. Если их хотя бы немного затянет в воронку, они не устоят. Корабль и так почти трещит по швам, такого испытания он не выдержит.       — Поднять паруса! — закричал Перси. — Полный вперёд!       Повторять не нужно было. Воины тут же принялись исправлять приказ. А сам Джексон вновь сосредоточился на океане. Он не мог допустить ту же ошибку, что и его противники, и пытаться подчинить себе стихию, он хотел поймать нужный момент и с помощью течения вытолкнуть их из разворачивающейся воронки.       Вырвавшись, он вновь посмотрел назад: два корабля, кружась в бешеной воронке, палили в друг друга, пытаясь задеть. И оказавшись вдали от этого, Перси понял одну простую вещь: он должен помочь пиратам, пока этот водоворот их не поглотил. Джексон снял плащ претора и отдал его Дакоте:       — Совсем скоро я вернусь за этим. А пока держите курс вперёд, плывите по сильному течению, не сопротивляйтесь ему, я скоро вернусь!       И даже не услышав их ответ, Перси, подхватив рюкзак, который всё это время стоял у него в ногах, прыгнул за борт.       Чёрная Борода держался из последних сил. Его корабли отлично справились со всем флотом Хрисаора и Тритона. Оставили гореть и погибать огромные корабли, державшие римский флот в страхе. Сам капитан сражался как в последний раз. Впрочем, учитывая силу водоворота, это вполне и был его последний раз. Тритон палил, не думая. Он был не просто зол, он был в бешеной ярости. Сила его ударов была велика, но они были беспорядочны, и их было легко избежать. Перси приземлился на одну из матч, почти снеся её собой. Он дал себе пару мгновений привыкнуть к темпу движения корабля, а потом, держась за крепкое дерево, встал.       — Что ты здесь делаешь, салага? — прокричал Чёрная Борода, заметив гостя.       — Решил, что тебе не помешает помощь!       — Подотри молоко с губ и вали отсюда, пока ты не погиб!       Странно, но в тоне пирата не прозвучало раздражения. Оно было наигранным, а Перси улыбнулся, доставая оружие из рюкзака.       — Мы выберемся отсюда. Займись Тритоном, я разберусь с воронкой!       Чёрная Борода, недолго думая, кивнул. Он что-то прокричал своим людям, но Перси уже этого не слышал. Как только он взял Трезубец в руки, его словно оглушило. Голову заполнил дикий шум и шипение, органы внутри смывались в одну огромную воронку, и стоило огромных усилий, чтобы найти в этом хаосе себя. Управлять силой оказалось непросто. Она поглотила бы его запросто, если бы не его сила воли, вернувшая в реальность. Он чувствовал всю мощь оружия внутри, она текла по его жилам, заполняя изнутри, и это было больно. Она распирала, требовала выхода, и обуздать её было далеко не лёгким делом. Привыкнув к этому давлению, Перси попробовал управлять. По ощущениям это было как в одиночку сдвигать огромный валун с места, но у него, кажется, получилось. Воронка сначала сопротивлялась, и досталось обоим кораблям. Джексон поджал губы и попробовал снова. Он вцепился в трезубец обеими руками. Во второй раз оказалось ещё сложнее, но юноша, поджав губы, продолжал бороться. Воронка, кажется стала немного слабей. Во всяком случае теперь Перси, наконец, взял стихию под свой контроль. Он медленно передвигал трезубец против течения, пытаясь хотя бы замедлить, и это, кажется, получалось.       Правда, вылезла другая проблема: Тритон воспользовался этим и теперь атаковал их корабль, продолжая беспорядочно палить, вот только теперь попасть ему было легче. Перси задумал изменить направление и сбить корабль врага, но стоило ему закрыть глаза, чтобы сосредоточиться, как в него врезалось что-то, точнее кто-то, и они оба полетели вниз. Юноша крепко сжал в руках трезубец, но его всё равно выбили из рук, и, уже приземлившись, он оказался без своего оружия.       — Это принадлежит не тебе!       Перси проигнорировал боль во всём теле и заставил себя встать. Океан всё ещё бушевал внутри, немного оглушённый, юноша пропустил пару ударов и снова упал, ударившись спиной.       Когда он снова обрёл способность видеть, перед ним было острие чьего-то меча, и избежать неблагополучной встречи ему удалось в последнюю секунду. Меч попал в доску, и пока Тритон вытаскивал своё оружие, Перси вскочил на ноги и достал своё. Бог тут же напал, осыпая противника ударами, а Джексон, пока что изображая из себя только вставшего на ноги детёныша лани, едва ли успевал отбиваться.       — Как ты вообще посмел похитить трезубец?!       Тритон загнал его в угол. Он прижал юношу к шатким перилам, норовя выбросить за борт, и острие его меча утыкалось прямо ему под подбородок.       Перси, до которого немного запоздало дошёл смысл слов Бога, рассмеялся, откинув голову, что сильно ошарашило всех, кто стоял поблизости.       — Я ничего не похищал, — признался юноша с довольной улыбкой. — Посейдон сам отдал мне трезубец.       — Не верю!       Перси вовремя выскользнул из хватки Тритона и, оказавшись сзади, ударил локтём. Не сильно, но этого хватило, чтобы отвлечь и приготовиться к бою.       — Ты подвёл Посейдона! — заявил юноша. — За его спиной сговорился с Океаном и собирался уничтожить лагеря.       Перси теперь ловко отражал удары разъярённого Бога.       — Ты испортил мне жизнь! Ты даже представить не можешь, на что Посейдон пошёл, когда признал тебя своим сыном! Я просил его не делать этого, это бы сулило раскол и гнев Зевса, но он не послушал меня! Не послушал своего наследника!       Перси чудом не лишился руки. Он пока отступал, привыкая к манере боя Тритона и пытаясь найти нужный момент для нападения. На слова Бога он старался не обращать внимания. В отличие от него, у Джексона не хватало сил на болтовню.       — Он не послушал даже свою жену. Самую прекрасную из нимф! Предпочёл ей твою мать!       Этого Тритону говорить не стоило. Одна эта фраза, брошенная с отвращением и пренебрежением, пробудила в Перси страшную ярость. Адреналин в крови забурлил, наполняя новым глотком силы каждую клеточку тела, и юноша, отклонившись от очередного удара, сам принялся нападать.       — Я не просил ничего из этого, ясно?! Я не просил быть сыном Океана и не просил помощи Посейдона! Мне было бы жить гораздо легче, не знай я всего этого дерьма!       Перси продолжал наступать. Тритон был измотан: попытка утихомирить шторм и водоворот вышли ему боком, отняли много сил, и сражаться с ним было не так уж и сложно. Джексон одной рукой схватил запястье Тритона, отводя от себя его меч, и прежде чем Бог сумел избавиться от его хватки, юноша ранил его в бок. Тритон отскочил и удивлённо посмотрел на рану. Он ждал, что она залечится, но ихор продолжал идти. Перси сухо усмехнулся.       — А Океан не обманул. Этот меч, видимо, и правда способен отправить тебя в Тартар.       Перси напал вновь. Тритон уже отбивался не так ловко, и по больше части он уклонялся от чёрного меча, пропуская другие удары.       — Ты не посмеешь!       Бог дождался, пока юноша допустит ошибку и откроется, и врезал ему ногой по груди, оттолкнув от себя.       — Не посмею что? Убить тебя? Это после того, как ты помог Хрисаору подставить меня?       — Ты сам виноват, — заявил Тритон.       — Я не выбирал себе судьбу, — огрызнулся Перси. — Но теперь буду.       С этими словами юноша подскочил к Богу, осыпая его ударами. В каждый он вкладывал весь свой гнев. Недавний разговор с Посейдоном пробудил в нём чувства, которые он отчаянно пытался в себе заглушить, а слова Тритона послужили мощным триггером. И накопившиеся эмоции Перси выбрасывал в борьбе с тем, кого сейчас ненавидел больше всего.       Рана мешала Тритону отбиваться с прежней прытью, а Джексон, изнурив противника, сделал последний выпад. Чёрный меч полоснул Бога, рассекая грудь, и Тритон, не успев осознать, что произошло, рассыпался в прах.       Перси отдышался и посмотрел вокруг. Водоворот вновь набрал прежнюю скорость; корабли уже были близки к центру. Воронка такой силы просто снесла бы любой корабль в щепки, а его экипаж бы рассыпался на мелкий корм для рыб. Чёрная Борода отдавал какие-то приказы, но все они были бесполезны. Перси поднял с пола трезубец, до которого больше никто не смел дотронуться.       — Курс — вверх! — закричал юноша.       Он вновь почувствовал силу Океана внутри, только на этот раз ею почему-то было легче управлять. На этот раз изменить течение он не пытался. Он взмахнул трезубцем, и волна, вырвавшаяся из воронки, повторила это движение, снеся собой вражеский корабль. Когда в центре водоворота они остались одни, Перси поднял символ власти Посейдона, и течение подхватило их вверх, заполняя собой воронку.       Спустя пару минут всё закончилось. Водоворот исчез, оставив после себя только бесчисленные щепки, и шторм стих. Океан успокоился, а Перси едва ли мог стоять на ногах. Эти манипуляции выбили его из сил, и стоял он на ногах только потому, что не мог расслабиться и упасть. Кости и мышцы словно застыли в одном положении, а голова от давления кипела.       Экипаж удивлённо смотрел на сына Океана: кто с недоумением, кто с благодарностью, а некоторые даже с уважением.       — Ты нас спас, — резюмировал Чёрная Борода. — Но ты мог погибнуть. Чем ты думал, когда лез в самое пекло?!       — Мне нужно... мне нужно отдохнуть, — прошептал Перси. Будь у него силы, он бы удивился, насколько слабо прозвучал его голос.       А потом он просто упал, сжимая в одной руке меч из тартарской стали, а в другой — трезубец Посейдона. Чёрная Борода подхватил его, не дав встретиться с грязным полом палубы.       — Эй, неудачники! Вы что, не слышали?! — спросил пират, обращаясь к экипажу. — Капитан хочет отдохнуть, несите самую мягкую перину и самое целое одеяло!