Наследие титанов

      Рейна отошла от шока первая. Она в одну секунду вытащила меч и приставила его к горлу Перси. Тот даже не шевельнулся. Продолжал стоять на месте, словно не ему сейчас угрожала претор.       — Убери от меня свою зубочистку, — сухо сказал Перси. В его тёмных зелёных глазах застыло выражение холодной жестокости. Так он обычно смотрел на тех, кого вот-вот собирался прикончить, и Рейне это было знакомо. — И мы нормально поговорим.       — Что с Фрэнком? — не убирая меча от горла юноши, спросила Рейна.       — Я убил его, — коротко ответил Перси, смело смотря в глаза претору. — И занял его место.       Рейна поджала губы, и на секунду в её глазах загорелась жажда крови, которая тут же сменилась яростью и желанием медленной мучительной расправы.       — Ты признался в том, что убил Фрэнка, силой заставил римлян возвести себя в преторы! Мне ничего не стоит убить тебя прямо сейчас, — прошипела она.       — Я скажу тебе то, что сказал Фрэнку до того, как решил его убить: враг — не я. Враг сейчас набирает силу и готовится атаковать. Я же хочу помочь. Так что либо ты убираешься с моей дороги сама, либо тебя уберу я.       Несколько долгих мгновений не происходило ничего. А потом Рейна всё же убрала клинок.       — Ты ответишь за всё, что сделал.       — Ну конечно, — хмуро отозвался Перси. — Жаль, что это так уже не работает. Жду всех старост и тебя через час в Большом Доме.       Джексон холодно улыбнулся и, расправив плечи, прошёл вперёд. Испачканный кровью Фрэнка плащ грозно за ним развевался, нагоняя на полубогов страх.       — Ладно, — протянул Лука. — С этим разберёмся позже, а пока... — он захлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. — Кому необходима медицинская помощь, подходите к Шону! В обеденные залы вас проведёт Джейк.       На распределение всех полубогов ушёл лишь час. Ребята действовали слаженно: раненым оказали первую помощь, голодных накормили, уставших отправили отдыхать. Лука сам был не прочь часок-другой поваляться в кровати, но у него была целая куча дел.       И первым делом он решил навестить Аннабет. Та уже пришла в себя и вовсю помогала лекарям разбираться с больными. Здесь же была и Пайпер, которая в основном оказывала психологическую поддержку или отвлекала раненых, пока им вправляли суставы. Рейчел, забросившая свои дела оракула, тоже проводила всё время в лазарете. Аннабет всячески старалась помочь: бегала от одного воина к другому, а когда для неё дел не было, Чейз занималась систематизацией всего, что видела.       — Что случилось? — спросил Лука, подойдя к ней.       Аннабет бегло на него посмотрела, а потом вновь принялась изучать бинты, которые сортировала по ширине и плотности.       — Всё в порядке, — ответила она. — Тут дошли слухи... Перси вернулся?       И бинты стали ещё быстрей крутиться в руках Аннабет.       — Да, — хмуро протянул Лука. Слишком быстро Чейз решила сменить тему. — Он созвал совет через час.       — Отлично, пошли.       — Тебе лучше отдохнуть       — Я в порядке! Пошли.       Спорить с Аннабет было бесполезно. Именно поэтому Лука делать этого не стал, а просто молча последовал за ней в Большой Дом.       Забитая полубогами гостиная уже не казалась просторной. За столом поместилась Рейна, пару старост и центурионов. Все, кому не досталось места, сидели по периметру, а кресло во главе стола пустовало. На нём лежал лишь окровавленный преторский плащ, и убрать его оттуда никто не решился.       Ребята сидели в полном молчании. Никто не знал, чего ожидать: кто-то был окутан чувством чистого страха, кто-то боялся так сильно, что ненавидел, а Рейна обдумала уже пару способов как убить. И судя по тому, с какой чистой яростью она сверлила стул с испачканным плащом, ей нужно было всего немного, чтобы осуществить задуманное.       Аннабет нервничала. И то ли это было от ожидания встречи с Перси впервые с того момента, как она его предала, то ли это было что-то другое. В любом случае Лука осторожно взял её за руку и посмотрел на неё, слегка кивнув, мол, я рядом. Чейз стала дышать немного, но спокойнее.       С лестницы со второго этажа послышались шаги, а через пару секунд показался Перси. Судя по чистой одежде и мокрым волосам, он только вышел из душа. Окинув ребят надменным холодным взглядом, он подошёл к своему стулу, взял плащ, немного встряхнул его и осмотрел, и это шоу было больше для того, чтобы все присутствующие лучше увидели кровь на нём.       Нико, увидев Перси, заёрзал на месте и плотнее завернулся в куртку. Джексон заметил это и смерил мальчишку многозначительным взглядом. Ди Анджело, судя по тому, как побледнело его лицо, пожалел, что вообще пришёл. Конечно, он не хотел, чтобы все остальные узнали об их сделке. Перси надел на себя плащ и сел.       — Я так рад, что мы все здесь всё-таки собрались, — начал Джексон, холодно усмехаясь. — Повестка дня всего одна, — тут он сделал паузу и ещё раз обвёл всех присутствующих взглядом. На Аннабет во второй раз он не посмотрел. — Ваше невмешательство в дела Олимпа. Держитесь на этот раз от Богов подальше.       — Что?       Это была Рейна. Она была в числе тех немногих, кого Перси ещё не напугал до неожиданности в штанах. Что и послужило причиной удивлённо-ошарашенных взглядов, которыми на неё посмотрели другие полубоги.       — Ты предлагаешь нам сидеть сложа руки, пока ты громишь Олимп?       Перси сурово посмотрел на претора.       — Я предлагаю тебе спасти корабль с мирными, который ещё в океане. На этот раз Олимп точно падёт. Но у вас есть шанс остаться в живых. Хрисаор теперь не успокоится, пока не скормит вас своим дельфинам, а потому вот моё предложение: я достаю вам голову Хрисаора и возвращаю украденное им руно. Взамен никто из вас не встанет на защиту Олимпа.       — Этому не бывать! — процедила сквозь зубы Рейна.       — А ты рискни жизнями римлян, — предложил Перси так просто, словно протягивал шоколадку. — Центурионы поклялись в верности мне, и я прикажу им всем оцепить границу и убивать всякого, кто посмеет выйти из Лагеря. Я устрою ещё одну гражданскую войну, только спасти вас никто не сможет.       Рейна долго сверлила Перси ненавидящим взглядом. Она всегда с лёгкостью могла распознать ложь и блеф, но сейчас Джексон говорил правду. И осознание этого заставляло претора римского лагеря сидеть сложа руки. Даже Кларисса, сверлившая Джексона ненавистным взглядом, промолчала.       Перси обвёл всех присутствующих вызывающим взглядом и, получив в ответ молчание, усмехнулся, сказав:       — Раз нет возражений, приступим к делам. И ваше — не мешать мне.       Рейна недоверчиво покосилась на Перси, а Кларисса покачала головой. Лео стал единственным, кто не смог удержать язык за зубами...       — Как ты собираешься победить Хрисаора, если в прошлый раз он с лёгкостью тебя обезоружил? Два раза.       ... И поймав взгляд, которым его смерил Джексон, тут же об этом пожалел.       — Так же, как и избавил целый римский флот от его плена, — спокойно ответил юноша, но его тон ясно говорил о том, как он недоволен тем, что его силу поставили под вопрос.       — И с чего ты взял, что мы сами не сможем справиться с Хрисаором? — спросила Кларисса, набравшись сил.       — Дай подумать... Может, потому что половина греков в лазарете, а из римлян никто не посмеет ослушаться моего приказа? Или потому что будет трудновато одолеть Хрисаора, который вдобавок получил силу офиотавра? Выбирай, что нравится.       Ребята сначала ошарашенно переглянулись между собой, а потом украдкой посмотрели на Аннабет, которая опустила голову, испытывая жгучее чувство стыда. Рейна тоже отвела взгляд, закрыв руками глаза. И молчание дочери Афины говорило только об одном: Перси сейчас сказал правду.       Джексон же сполна наслаждался тем, как удивление сменяется чувством вины и как им всем становится неловко от осознания того, что они наделали.       — Нет.       Перси окинул Рейну удивлённым взглядом, надменно вскинув бровь. Претор посмотрела прямо в глаза юноше, и со стороны это стало напоминать игру в гляделки. Вот только Джексон был похож на огромного кота, который только лишь позволял мыши дёргаться: так ловить добычу немного интересней. Рейна встала, опёршись руками о стол, Перси же наоборот откинулся на стуле, расслабился и приготовился слушать.       — Я знаю, что ты — сын Океана. Знаю всю твою историю и то, что ты спелся с титанами. Ты спас римский флот, заставив произнести клятву верности, и после этого думаешь, что я могу позволить тебе продолжать бесчинствовать?       Целую минуту не происходило ровно ничего, а потом вдруг в огромной гостиной стало нечем дышать. Во всяком случае, так показалось ребятам с самого начала, а потом они почувствовали боль. Перси довёл свой трюк с манипуляцией почти до идеала, контролируя сейчас всех, кто был в комнате. За исключением Аннабет, которая, нахмурившись, озиралась по сторонам, не сразу догадавшись, что происходит.       — Я, кажется, не с того начал, — сказал Перси, вставая.       Рейне было уже тяжело стоять на ногах, а потому она упала на стул, держась за горло. Некоторые уже сильно побледнели, кто-то даже грохнулся в обморок.       — Я не пришёл просить вас о чём-то. Я пришёл сделать своё дело здесь, а потом разрушить Олимп. И я либо сделаю это без лишних жертв, либо каждый из вас, кто посмеет встать на моём пути, сначала познает смерть близких, а потом и свою.       Перси снял с себя плащ и кинул его на стол.       — С недавних пор убивать мне стало очень легко, так что не мешайтесь под ногами. Теперь я ясно выразился?       Аннабет, единственная, кто не познал этих страданий, была так шокирована поведением Перси, что не могла и слова вымолвить. Она словно лишилась голоса, да и говорить сейчас что-то казалось ей опасным. У Луки уже закатывались глаза, он едва ли не падал, Чейз его поддерживала. Остальные ребята находились примерно в таком же состоянии.       — Я ясно выразился? — громче повторил Перси, обведя всех жёстким взглядом.       Аннабет хотелось кричать. Она обязательно бы что-то сказала, но что? Она первая от него отвернулась, она та, кто при всех Олимпийцах признала его виновным в страшном преступлении, и вряд ли сейчас Перси станет её слушать. Некоторые ребята, испытывая страшную агонию, кивнули, но Джексон продолжал тихую пытку, пока это не сделали все до единого. Получив последний кивок от Рейны, юноша закрыл глаза, и полубогов тут же отпустило.       В этот момент в дверь постучались, и в Большой Дом вошёл Черная Борода.       — Хрисаор вернулся, — оповестил пират. — С армией, в два раза больше предыдущей. Он гонит корабли в сторону Лагеря.       — Готовь своих людей. Мы должны встретиться в море.       — Но здесь мы можем устроить засаду...       — Нужно, чтобы как можно меньше кораблей подплыло к Лагерю. В идеале ни одного. Поэтому мы встретимся с ним в море и устроим засаду там.       — Как скажете, Капитан.       Лука, конечно, предполагал, что Перси будет в дурном настроении, но к такому повороту событий был явно не готов. Испытывая муки, сравнимые только с тем, что происходило с ним, когда в нём был Кронос, Лука не заметил, что единственной, кто не пострадала от Перси, оказалась Аннабет. Она одна из последних вышла из Большого дома, явно желая остаться. Пару раз даже сделала шаг в сторону юноши, который буравил взглядом стол, но Лука увёл её оттуда.       — Что с тобой? — в очередной раз спросил он, прекрасно видя, что совесть Аннабет не чиста.       — Ничего, просто...       Чейз было отвернулась, но Лука схватил её за предплечье.       — Что произошло? — строго спросил её он. — Я тут уже получил один сюрприз в виде Нико, который за нашей спиной устроил сделку с Перси, ещё одного сюрприза не хочу.       Аннабет хмуро на него посмотрела, и этот взгляд остудил Кастеллана. Кажется, он немного перегнул палку. Он отпустил её и извинился.       — Просто...       — Перси взбесил, — закончила за него Аннабет. — Я знаю. Но... Я хочу попробовать объединить Богов и титанов, — выпалила девушка на одном дыхании.       Лука удивлённо вскинул брови:       — И как же ты хочешь это сделать?       — Калипсо обещала помочь.       — О, ты про ту, что в итоге предала весь Лагерь? — съехидничал Лука. — У вас с Нико негласный конкурс: кто заключит более идиотскую сделку?       — Победа одной из сторон приведёт к полному уничтожению всей планеты, — упрямо продолжала Аннабет. А потом разочарованно выдохнула и покачала головой. — Рейна считает, что Рея просто запудрила мне мозги, но это не так.       Лука помрачнел. То, что предлагала Аннабет, казалось нереальным, вот только Чейз редко ошибалась. А ещё она сейчас намеренно не досказала об условиях следки. Юноша это заметил, но решил на неё не давить.       — Тогда нужно поговорить об этом с тем, кто собирается снести Олимп до основания.       — Думаешь, он поймёт? — осторожно спросила Аннабет.       Лука подумал, прежде чем ответить. С одной стороны он понимал, как важно Чейз получить получить положительный ответ, с другой стороны он видел Перси. Видел в зелёных глазах слепую ненависть и неутолимое желание отомстить. Он катился на Олимп как лавина, и увы, разогнался слишком быстро, чтобы можно было остановить.       — Нет, — ответил он, выбрав из двух зол правду. — Перси слишком сильно злится на весь мир.       Аннабет побледнела и опёрлась на дерево. Не в силах стоять, она медленно опустилась на землю, схватившись за голову.       — Это всё я виновата.       — О нет, — сразу же возразил Лука, присаживаясь рядом. Аннабет окинула его саркастичным взглядом. — Ну, не только ты, — поправил себя Кастеллан. — Ещё весь Лагерь, Посейдон. А потом Перси узнал, что не сын Посейдона, а сын Океана, вслед за этим выясняется, что он вообще появился на свет, чтобы потом помереть жертвенным козлёнком в нужный момент. Он и раньше был игрушкой в руках Богов, но сейчас это просто... вышло за все рамки.       Лука внимательно посмотрел на Аннабет: она его не слушала. Полностью погрузившись в свои мысли, наверняка она варила собственную душу в котле, который жарился на чувствах вины и стыда.       С тяжёлым вздохом он сел рядом и просто обнял её.       — Эй, всё будет в порядке, слышишь? Этот исход не твоя вина и не твоя ответственность. Ты всё сделала правильно.       Аннабет, сама от себя этого не ожидая, заплакала. А Лука больше не стал ничего говорить, лишь обнял её крепче и сидел с ней до тех пор, пока она не успокоилась.       Ближе к вечеру полубоги узнали малую часть плана Перси. И то только потому, что он собирался отправиться встречать Хрисаора в море и готовил людей и флот. Порт греков был как никогда шумным и полным людей. Рейна, Кларисса, центурионы и старосты тоже пришли сюда, чтобы посмотреть, что тут происходит.       — Думаете, он справится с Хрисаором? — спросила Кларисса.       — Справится — хорошо, — ответила Рейна. — А если нет, и Хрисаор его прикончит, я не буду долго горевать.       — Боюсь, если даже Перси не остановит Хрисаора, нас уже вообще здесь не будет, чтобы хоть что-то делать, — отозвался Лука.       Девушки окинули его осуждающе-презрительным взглядом.       — Ну что? — устало выдохнул Лука. — Вы правда не видите, что происходит?       — Он убил Фрэнка и держит в страхе два Лагеря, — резко ответила Рейна.       — Он спас римский лагерь. Всех, кроме одного. И сейчас он вновь спасает Лагеря. Хотя что ему стоит бросить нас на съедение Хрисаору, пока он спокойно будет разрушать Олимп.       Кларисса недобро прищурила глаза.       — Ты ведь не взялся за старое, Лука, не так ли?       По тону её голоса было понятно, что сыну Гермеса в пору начать раскаиваться в прошлых проступках и клясться в верности, но Кастеллану это даже в голову не пришло.       — Если ты про то, хочу ли я до сих падения Олимпийцев — да. Если ты про то, спелся ли я с Перси, то нет. Второй раз терпеть ненависть тех немногих, кого я люблю, я не стану. Даже если ради этого придётся жить под покровительством Богов.       На этом их разговор окончился, и они снова посмотрели на Перси, который уже почти заканчивал сборы. Он раздавал приказы команде, прохаживаясь от корабля к кораблю, проверяя, всё ли на месте. Он был одет в высокую грубую обувь, тёмные штаны и футболку. Из доспехов на нём был лишь нагрудник и нарукавники. На спине висели красивые ножны с мечом, эфес которого переливался благородными оттенками чёрного.       За эти пару часов никто не приблизился к Перси, не нарушая его приказа не лезть под ноги. Нико и вовсе старался держаться от него подальше. По какой-то причине он ничем не выдал их сделку, хотя мог. И конечно, игнорировал Аннабет. Вёл себя так, будто её не существует. Остальные полубоги получили хотя бы презрение и ненависть в свою сторону, и, удовлетворившись этим, старались держаться от него подальше.       И только одно существо во всём Лагере ещё не получило свою порцию отвращения и ярости. И оно как раз со счастливой лыбой на огромном лице бежало к Джексону с радостным воплем «Пе-е-е-ерси».       — О нет, — выдохнул Лука, заметив взгляд, которым сын титана одарил старого друга. — Это не к добру.       Тайсон, словно не замечая удручённого настроения жителей Лагеря и их нежелания сталкиваться с Перси даже случайно, бежал к юноше, держа в руках меч.       Лука, решив, что надо хотя бы быть рядом, когда Джексон разнесёт циклопа в щепки, сорвался с места и лёгким бегом направился в их сторону.       Перси скептически посмотрел на Тайсона и устало выдохнул.       — Чего тебе? У меня нет времени на разговоры.       На такую резкость циклоп нахмурился, почесав затылок, а потом, словно простил про себя его проступок, кивнул и сказал:       — Мне жаль, что случилось с твоей мамой, — признался циклоп и наткнулся на холодный, пропитанный ненавистью взгляд Перси. От этого огромному страшному монстру говорить стало трудней. — И... и, братишка, твой меч сломался... и я подумал, в общем... я.... я вернулся туда и... — Тайсон вновь осторожно посмотрел на Перси, надеясь, что холодая буря в его зелёных глазах распогодилась, но этого совсем не произошло. Циклоп совсем потерял дар речи и, со словами «Вот, держи», протянул ему Анаклузмос.       Вновь собранный меч выглядел так же, как и всегда, только лезвие сияло ярче.       — Теперь он ещё крепче.       — Отлично, — бесстрастно отозвался Перси. — Тогда ты вполне можешь проткнуть им себя.       И он отвернулся. Просто отвернулся, вновь занявшись своими делами. Лука бы обязательно врезал Джексону за это, а потом память, бессердечная тварь, подкинула ему воспоминания недавних лет. Точно так же поступал с теми, кто его любил. Так же доводил до слёз. Будь то друг, будь то девушка, будь то этот огромный необычный циклоп, который так бы и остался стоять, приходя в себя от произошедшего, если бы Лука его не увёл.       — Слушай, Тайсон, не принимай слова Перси близко к сердцу, — сказал он, заметив, как огромный глаз циклопа наполняется слезой. — Он... просто он слишком расстроен сейчас.       — Аннабет говорила, лучше к нему не идти, но я починил его меч, думал, что он обрадуется, а он...       Лука тяжело вздохнул. У него, конечно, был далеко не радостный опыт общения с циклопами, но Тайсон был... милым. И такого отношения от Перси точно не заслужил. Этот большой парень сейчас выглядел таким печальным и расстроенным, что хотелось отдать ему все запасы сладкого и вообще всего, что есть, лишь бы он перестал выглядеть таким... разбитым.       — Тайсон, Перси просто нужно... немного времени.       — Нет, — твёрдо ответил циклоп. — Я сначала не поверил, но теперь вижу: Перси стал другим. Он больше не хороший. Он теперь плохой.       — Эй, не стоит так сразу...       — Он изменился, — упрямо сказал Тайсон. — Я... почуял это. Это больше не мой братишка. И ему не нужен этот меч.       — Слушай, ты оставь его. Может, потом он...       Но Лука прервал себя, потому что циклоп сделал то, чего юноша уж точно не ожидал: он протянул Анаклузмос ему.       — Этот меч никогда не попадал в плохие руки. И к Перси больше не попадёт.       — Я не могу это принять, — возразил Лука. Он даже сделал шаг назад, подняв руки.       — Можешь, — настоял Тайсон и строго посмотрел на полубога. — Ты нравишься Аннабет. А я ей верю. Аннабет больше не дружит с Перси, но дружит с тобой.       — Тут дело немного глубже...       — Возьми, — продолжал Тайсон. — Я не знаю, что может сделать Перси, а ты... ты пообещай защитить этим мечом Аннабет и всех нас, если понадобится.       Лука переводил ошарашенный взгляд с оружия на циклопа, а тот продолжал стоять с протянутым мечом. Он сделал шаг вперёд, и Кастеллан осторожно потянулся к мечу. Циклоп одобрительно кивнул и перехватил меч за остриё. Лука осторожно взялся за эфес, чувствуя, как меч идеально ложится в руку. Циклоп отпустил лезвие, давая Кастеллану привыкнуть к балансу оружия.       — Я всё ещё не думаю, что это хорошая идея.       — Он тебе подходит, — довольно улыбнулся Тайсон и, попрощавшись, ушёл.       Перси, наблюдавший за этой сценой издалека, наградил Луку презрительным взглядом и отвернулся, продолжая заниматься своими делами.       Когда отплыли два корабля с пиратами, на одном из которых был Чёрная Борода, Перси решил навестить Клариссу и Рейну. Благо, их и ещё пару старост и центурионов он нашёл недалеко от порта.       — Я планирую закончить всё в море, но если вдруг что-то пойдёт не так, видите вон того большого парня? — Перси указал на Боба, который прощался с оставшимися войсками. — Он займётся всеми вопросами. А вам лучше найти место, где можно спрятаться и переждать. Просто... не вмешивайтесь. Не давайте Хрисаору возможности поймать кого-либо в заложники и шантажировать.       Перси почти было ушёл, но увидел дым. Огромный столб чёрного дыма, который поднимался на самом дальнем конце леса. Та мысль, которая закралась в его голову, испугала его так сильно, что он переменился в лице. Полубоги это заметили и тоже повернулись, чтобы посмотреть, что же шокировало Джексона.       — Твою мать, — выругался Перси, выразив эмоции всех, кто находился сейчас рядом. Из леса нёсся перепуганный Гроувер и бежал прямо к Перси.       — Там Хрисаор! — закричал он. — Он везде устроил пожар, его не остановить, скоро огонь охватит тут всё!       Перси посмотрел назад, в сторону моря. Вдалеке показались десять огромных кораблей, и не нужно было обладать пророческими способностями, чтобы знать — это флот Хрисаора. И на фоне его два судна с пиратами казались просто игрушечными корабликами. На воде армия Хрисаора, а сам Хрисаор, устроив пожар по всему периметру лагеря, не просто перекрыл все выходы. Он загнал их в ловушку.       — Мы в засаде. Твою мать!