Пять раз

      Тэхёну никогда не нужны были слова, когда дело касалось Чимина. Чимин всегда понимал, даже когда Тэхён был молчаливым. Он просто знал его слишком хорошо.       Часто бывали моменты, когда Тэхён сидел, полностью погруженный в себя, безуспешно перебирая в голове слова, чтобы найти подходящие, пока остальные смотрели на него в недоумении, пытаясь понять, чего же он хочет.       Чимин никогда не смотрел на него так, он всегда знал, что сказать, чтобы выразить то, что пытался Тэхён.

***

      — Но я проголодался, — прохрипел Тэхён, удлиняя последний слог, — Хён, в доме нет еды.       — Тэхён, у нас полно еды. — Юнги, в конце концов, оторвался от своего телефона.       — Да, но мне ничего не нравится.       Раздраженный вздох наполнил комнату, и подал голос, молчавший до этого Джин.       — Тэхёни, что ты хочешь съесть?       — Я не знаю, но я не хочу ничего из этого, — шумно выдохнул Тэ, положив голову на собственные руки на кухонном столике. На самом деле это была его норма. Он немного капризничал, пока не находил что-нибудь поесть, или находил что-то, что отвлекало его. «Привереда» — так Намджун всегда называл его.       Тяжелый вздох и негромкие шаги привлекли внимание Тэхёна, и он повернулся, в поисках источника этого шума, которым оказался Чимин.       Младший наблюдал, как Чимин рылся в содержимом холодильника, прежде чем он, наконец на чем-то остановился, вытащив миску. Всё еще не проронив ни слова, Чимин подошел к Тэхёну, поставив перед ним сахарную клубнику, нарезанную кусочками.       Чимин звонко рассмеялся, когда Тэхён, повизгивая от удовольствия, потянулся прямо в миску, и взъерошил ему пальцами волосы, пока он блаженно ел. Для них это так естественно. Тэхён скулил, когда он чувствовал, что проголодался, затем он дулся, а затем приходил Чимин с шоколадом, который он прятал, или клубникой, или клубникой в шоколаде, или, может быть, с бананово-клубничным молочным коктейлем (клубника заставляла Тэхёна чувствовать себя ближе к дому).       Тэхён поднял глаза и счастливо улыбнулся, с полностью набитым ягодами ртом; Чимин улыбнулся ему в ответ так же тепло и искренне.       — Как ты, черт возьми… — Юнги смотрел на них двоих, отвратительно домашних до кончиков пальцев, и не мог перестать переводить взгляд с миски с клубникой на Чимина и Тэхёна.       — Просто я знаю своего Тэтэ.       Если бы Тэхён был честен с самим собой, возможно, он признал бы, что эта кличка от Чимина, схожая с совершенно глупым именем домашнего любимца, заставила его покраснеть. Может быть. Совсем немного.