Моя паническая атака от GUCCI

      Она сказала: «Хочу забрать свою расчёску. Я забыла её у тебя».       Он спросил: «Ты была у меня дома?»       Она сказала: «Не притворяйся больным. Опять!»       На слове «опять» её голос сорвался. Это «опять» снесло стоп-кран в его голове.       «Почему ты мне не веришь? Почему ты не веришь мне? Мне? Мне почему ты не веришь?»       Она опять плакала в трубку, заливая айфон слезами. «Я тебе не верю. Не верю. Ты специально!»       ― А ты специально забыла расчёску у меня, детка. Чтобы ещё раз напомнить мне, что я притворяюсь! ― завопил Ваня. В голосе проскочили истерические нотки.       ― Ваня? ― настороженно раздалось на том конце сквозь ритмичные всхлипывания. ― Какая расчёска? ― а потом обиженное: ― Я устала, понятно? Переживай свои припадки один, шизик!       ― Да какого же, вашу мать, хрена! ― Ваня резко затормозил, визжа покрышками. ― Чтоб тебя, детка! Чтоб тебя, тупая сука! ― последнее было направлено тому, кто раскорячил свою машину на парковке. Аккурат перед тем местом, куда хотел встать Ваня.       И чего он вообще в универ припёрся? Мог бы просто погонять по окрестностям, поорать, покурить ― в общем, веселее провести время. Парень зло посигналил машине спереди. Дрожащая от гнева рука потянулась к таблеткам в сумке, вторая продолжала колошматить по рулю, попадая и нет по сигналке. Синие пилюли фейерверком рассыпались по салону.       ― Ах ты ж тварь, ну ты нарвался! ― в это время водитель из машины спереди обернулся, чтобы посмотреть, что происходит. ― Да подвинь ты свою жопу! ― продолжал орать парень и резко ударил по педали газа. Его машина с лязгом влетела в авто спереди, действительно подвинув того вперёд.       Ваня выскочил из машины, злой как Сатана. Из автомобиля спереди вышел абсолютно обескураженный водитель. Он разводил руками и что-то говорил, говорил, говорил, но Ваня уже не слушал.       ― Ты разбил мою тачку! Мою малышку, лысая ты жопа! ― в это время парень уже подлетел к не ожидавшему подвоха мужчине и со всей силы ударил его по скуле. Тот пошатнулся и завалился на капот. ― Посмотри, что я сделал со своей деткой, ― Ваня смутно видел очертания незнакомца, и ему было плевать, кто он: ученик, один из учителей школы или просто случайный посетитель. Сейчас было важно научить его правилам вежливости.       ― Посмотри, что я сделал со своей деткой из-за тебя! ― он без труда оттащил человека от машины и с глухим «бум» опустил его лбом о капот своей. И ещё раз. С удивлением Ваня заметил, что по лицу текут злые слёзы. Он яростно смахнул их с лица: не время сопли жевать. Тут мужчина с окровавленной головой вцепился в его руку, пытаясь оторвать чужие пальцы от своей отглаженной рубашки, а затем как-то слишком резко толкнулся вперёд, и Ваня полетел на землю, не забывая крепко держаться за своего визави. Сначала упал сам, больно приложившись задницей о каменный поребрик, а затем его накрыло сухое, но тяжёлое тело оппонента. Ваня и лысый сцепились и покатились по университетской лужайке прямиком под окна корпуса администрации. По пути дебоширы не забывали щедро угощать друг друга ударами.       ― Дрёмин!       Ваня повернул голову в сторону, и мужчина воспользовался этим секундным замешательством, сбрасывая его с себя. К ним уже бежала молодая директриса. Цокот её шпилек неприятно отдавался болью в голове.       ― Мирон Янович, вы в порядке? Боже мой! ― женщина помогла лысому встать на ноги и отряхнула его куртку. ― Дрёмин, это уже ни в какие ворота не лезет! Вы в своём уме вообще? Избить преподавателя! Уму непостижимо, Дрёмин!       ― Извините, я просто… Ну… Моя машина… ― Ваня замялся, осознав, что сейчас его спокойно могут исключить. Он даже не знал, что произойдёт потом. Родители совершенно сорвутся с цепи.       ― Не стоит, это моя вина. Я неправильно припарковался, поэтому молодой человек врезался в мою машину своей. А потом вспылил. С кем не бывает, ― лысый мужчина успокаивающе улыбнулся директрисе. Ваня поднял взгляд, даже не пытаясь скрыть своего удивления. Почему он его прикрыл? Почему не начал читать нотации? Что-то было не так, определённо.       ― Вы уверены, Мирон Янович? ― женщина покосилась на Ваню и понизила голос. ― У него не всё в порядке с психикой, знаете, это серьёзный повод для исключения. Вы только скажи…       ― Всё в порядке, спасибо, ― «Мирон Янович» заткнул её одним предложением и уверенным кивком. Ваня смотрел на этот бесспорный подвиг с неким подозрением. Затем поднял испачканный рюкзак с земли.       ― Ладно, ― женщина обиженно отошла, не забывая оглядываться. Мужчина попробовал очистить куртку, а Ваня пробормотал что-то наподобие «извините» и хотел уже съебаться подальше, но Мирон Янович придержал его за плечо.       ― Я понимаю, что, возможно, это действительно было случайным стечением обстоятельств. Возможно, вы и не планировали бросаться на меня ― день плохой выдался, не знаю. Но, парень, ― снова эта обворожительная улыбка, ― я превращу вашу жизнь в ад.

***

      Мирон Янович окинул собравшихся студентов взглядом. Сейчас он проверял знания учащихся, задавая довольно несложные вопросы, касающиеся его предмета. Кого-то он просил просто назвать любимых писателей, кого-то ― привести их лучшую цитату. Взгляд мужчины остановился на парне с задних рядов. Такого типа не забудешь, даже если захочешь.       ― Вот, ― «ты, пиздюк» — рвалось с языка, ― вы, молодой человек, назовите мне пятерых выдающихся писателей и поэтов Средневековой Англии.       Мирон Янович сощурился, ожидая ответа студента.       ― Джеффри Чосер…       ― Ну, его любой, ― «идиот», ― смог бы назвать. Кто-нибудь ещё?       ― Уильям Данбер, Томас Мэлори, ― Ваня уже всерьёз подумывал о том, как хорошо было бы схватить статуэтку за спиной наглого мужика и как треснуть ею по этой лысой башке!..       ― Угу.       ― Фрэнсис Бэкон?       ― Неверно.       ― Я больше не знаю. Средневековье ― скука смертная. Ставьте мне чё хотите, но я не собираюсь забивать себе голову такой хернёй. До свидания, ― Ваня стремглав выскочил из аудитории, не удосужившись даже попросить разрешения выйти или вообще как-нибудь среагировать на преподавателя.       Ноги сами привели его в их с Марьянкой любимый парк.       Парень шёл напролом с наушниками в ушах, предпочтя Земфиру скучным уткам и лебедям. Он злился. Да кем этот уёбок себя возомнил, Господом Богом, что ли? Никто не трогал знаменитого Ваньку Дрёмина, лишь бы только он держал себя в руках и не бросался на людей. А этот косоголовый выродок приходит и думает, что ему всё позволено? Да кем он себя возомнил, твою мать?!       «Надо было его лучше приложить, чтобы неделю в больнице валялся. Но, бля, сколько раз отец отмазывал тебя от копов? Помнишь тот случай с ножом, Ванька? Ты ещё легко отделался. Всего лишь Феназепам вместо тюремной баланды. Помнишь, как отец обещал упечь тебя в дурку? И он это сделает. Если этот лысый жид настучит папеньке, хана тебе, Ванька. Значит, он поэтому так безнаказанно себя ведёт? Знает, собака сутулая, что руки у меня связаны».       Парень со всей силы пнул камень на дорожке. Тот с громким «бам» влетел в мусорный бак.       «Тупорылая тварь!»       Его нужно проучить. Проучить так, чтобы запомнил надолго.       «Пристегни ремни, жид, ты ещё получишь на орехи!»