Мне и не снилось

Вы когда-нибудь влюблялись? Нет, я знаю, вопрос странный, но всё же... Вот взаправду? Когда-нибудь чувствовали то прожигающее изнутри чувство, которое буквально не дает вам право на лишний вдох? Оно всегда приходит спонтанно и тогда, когда ты больше всего в этом не нуждаешься. Вот так случилось со мной. Оно настигло меня ровно в тот момент, когда я набрался ума и прекратил череду легкомысленных отношений с непомерным количеством девчонок. И чем больше я старался убедить себя в обратном, тем больше окунался в этот котел с неведомым мне доселе содержимым. Используя в прошлом свою внешность, обаяние, статус, чувство юмора и довольно интересный, по моему отнюдь не скромному мнению, характер, я солгу если не скажу, что вскружил голову не одной девчонке. Но среди всех прочих нашлась та единственная, которая сделала то же самое со мной. Именно она заставила почувствовать собственную беспомощность. Она одна смогла заставить меня докопаться до меня настоящего и собственной человечности. На протяжении шести лет учебы я тщательно заботился о репутации эдакого гордого, непоколебимого, временами заносчивого слизеринца с излишне острым умом, который отлично справлялся с возложенными на него обязанностями старосты и звёздного вратаря сборной факультета. К началу последнего года обучения все это полетело в тартарары. С первых дней седьмого курса я провел не одну ночь, прокручивая в голове все поступки и действия, которым ещё до недавнего времени очень гордился. Но сейчас я чувствовал себя не взрослым и самодостаточным совершеннолетним волшебником, а простым мальчишкой — краснеющим и загнанным в угол. И кем? Ею? Сестрёнкой своего лучшего друга, которую помню ещё с тех пор, когда детское личико украшали смешные веснушки. Тогда тонкий голосок девчушки твердил только одно: «Ал, как ты вообще можешь с ним дружить? С этим заносчивым и высокомерным Малфоем…» Тогда я лишь смеялся над этим. Пропуская мимо ушей этот незадачливый писк невзрачной мышки, был невероятно горд тем, что в моей жизни впервые появился настоящий и преданный друг — Альбус Поттер. Именно с ним нас буквально с первого дня связали постоянная жажда к приключениям и тяга к сумасшествиям. Еще тогда, когда Ал снял распределяющую шляпу и, находясь в полном недоумении от её вердикта, я знал, что мне по пути с сыном главного героя магического сообщества. В самом начале нашего общения держался возле него только из-за славы его отца. Хотел быть ближе к себе подобным — сильным мира сего. Лицемер? Да, возможно. Но я же не знал, что спустя пару месяцев он станет для меня практически братом и будет единственным человеком во всём мире, который способен меня понять. С полуслова, с полужеста, наверное… И даже в минуты моего молчания и всецелого погружения в чертоги собственного Я. Думая обо всем этом, я не могу отметить того, как причудливо тасуется колода: мой отец был злейшим врагом его родителей… Её родителей! А я… Отбросив весь цинизм и предубеждения, я рядом с ними и даже не хочу представлять того, каким будет моя жизнь без этих двух Поттеров. Именно они заполняют в скрытой ото всех душе огромную зияющую дыру одиночества и дурной славы отца, который когда-то, будучи под влиянием своих родителей, совершил ошибку, дающую свои плоды по сей день. Конечно, я не смею сказать Альбусу об этом. Не смею признаться и в том, что его дорогая и любимая всеми младшая сестренка теперь может вить из меня веревки, поскольку под её взглядом я плавлюсь не хуже свечи, висящей прямо над столом в Большом зале. Всеми силами пытаюсь сделать так, чтобы при наших встречах на моем лице не дрогнул ни один мускул, но мне не всегда удается. Иногда репутация холодного и неприступного чистокровного слизеринца трещит по швам. Стоит мне склониться над длинными блестящими локонами, как вся сдержанность, самообладание и бриллиантовая логика летят в окно — прямо сквозь красивые витражи Хогвартса. Мысленно благодарю себя за то, что когда-то хватило ума подружиться с Лили. В конце её третьего курса приложил немалые усилия, добиваясь этого, но исключительно ради выгоды — ради спокойствия Альбуса, а сейчас… Рядом с ней мне словно двенадцать: я нервно тарабаню пальцами по столу и пытаюсь словить на себе взгляд завораживающих зеленых глаз. Мое бледное лицо напряжено и я провожу руками по щекам. Будто пытаюсь стереть с острых скул эти тупиковые странные чувства. Всё ещё не убирая ладони от подбородка, практически впиваюсь в неё взглядом. Какая же она всё-таки... Мэрлин... — Эй, с тобой всё в порядке? — Лили взволнованно и мягко улыбается мне, но, к моему облегчению, думает лишь о том, что это последствия вчерашнего матча против сборной Когтеврана. Я весьма неплохо получил по затылку бладжером, кстати. О, это был апогей позора... Вечером Поттер навестила меня в Больничном крыле. К моему огромному ужасу она пришла туда одна. Подобные моменты уединения с ней случаются редко, а потому своей смысловой нагрузкой лупят даже по самым глубинам мозга и души. Вчера, глядя на то, как заботливо Лили поправляет бинты на моей голове, я еле смог побороть жгучее желание вцепиться в неё. В многострадальной голове так и билась мысль о том, чтобы прижать её к себе и не отпускать до той поры, пока Лили не скажет что-то о том, что я окончательно спятил. Держу пари, что даже после этого не отпустил бы и мадам Помфри пришлось бы заколдовать меня или вовсе вытолкать из лазарета пинками. — Да, все хорошо, — говорю я, нервно улыбаясь, а она хмурится и слегка прикусывает свою нижнюю губу. Не сомневаюсь, что волнуется за меня, но в моей буйной голове теперь бьётся лишь одна мысль, которая, того и гляди, вырвется наружу: «О, ну отлично, Поттер... Да ты!.. Просто!.. Издеваешься! Можно подумать, я и так не смотрю на твои губы. Так нет же… Тебе этого мало? Ну что же, ладно. Давай, добивай меня. Ещё одна бессонная ночь, занятая мыслями о тебе, обеспечена. Огромное спасибо, Лил!» И я молю, чтобы даже частичка подобного рода рассуждений не проскользнула через рот, поскольку мне практически хочется кричать сейчас. Уже почти готов умолять её быть со мной, наверное, но почему? С трудом отвожу взгляд от этого милого личика и начинаю скользить им по столу Слизерина. Именно тут мы сейчас и сидим. Спустя всего несколько секунд мне улыбаются или подмигивают, по меньшей мере, три бывшие пассии, а Лили, повернувшаяся в ту же сторону, заметила это. Конечно да, заметила, а мне пришлось выдавить из себя ухмылку. Делаю вид, будто очень увлекся собственным перстнем, надетым на палец левой руки. Что мне остаётся? Пару раз прокручиваю его и прикрываю веки. «Замечательно, подливайте масла в огонь. Как будто она не знает, сколько вас было…» Лучше бы не знала. Чёрт! Мне даже стыдно за то, что в течение пары последних лет не утруждал себя скрывать каждые последующие и весьма кратковременные отношения. Тогда я только кичился маленькими победами над очередной новоиспеченной дурнушкой, летевшей в мои объятья, как мотылек на свет. Конечно, ни одна из девушек не была так уж дурна собой, но это только внешне. Все они были и остаются очень симпатичными, но с точки зрения внутреннего наполнения — сплошной ноль. Ни одна не смогла вызвать во мне и десятой доли того, что я почувствовал к той, которая сидит напротив. Лили задумчиво смотрит на волшебный потолок, неспешно накручивая длиннющий блестящий рыжий локон на свой палец. На её губах застыла еле заметная мечтательная улыбка, которую я не могу разгадать за все эти годы. Моя любимая улыбка... Ещё немного понаблюдав за падающим с потолка снегом, закрываю лежавшую передо мной книгу, и, подпирая ладонью подбородок, почти бесцеремонно рассматриваю Лили Поттер. Всего через несколько секунд мои мысли, по своему обыкновению, потекли только в одно русло: я думал о том, насколько она добра, интересна, умна и обаятельна. И она безумно... Безмерно красивая и настоящая. Как не крути, но она... Лили невероятна. При своей находчивости, гордости и невероятному складу ума, эта девушка безумно хороша собой и чертовски талантлива во всём, что связано с учебой и квиддичем. И это я молчу о её человеческих качествах. Глядя на неё, не могу не отметить, что передо мной уже нет той самой девчонки, милый и сморщенный от моего присутствия носик которой всего пару лет назад отображал негодование. Сейчас напротив сидит без пяти минут совершеннолетняя волшебница, которая уже имеет опыт отношений с парнями и пользуется невероятной популярностью даже среди семикурсников. Несмотря на всё это, лишь одному экземпляру удалось по-настоящему завоевать её расположение, но это продлилось всего пару месяцев. Ему так и не удалось удалось удержать её возле себя. А знаете почему? Честно говоря, и этого отрезка времени мне хватило. Дошло до того, что в какой-то момент я уже был готов разорвать его. Как только узнал, что сестрёнка моего лучшего друга начала отношения с Джастином Вудом, нехотя стал её персональной тенью. Лили Поттер, конечно, об этом не догадывается, как и о том, что именно моё вмешательство послужило скоропалительному окончанию их конфетно-букетного периода. Как именно? О, ну... Как бы мне ни было неприятно за ними наблюдать, но я был переполнен уверенности, что эти двое друг другу не подходят. Было ли мне терпимо смотреть на них? Хм, весьма хороший вопрос... Вас когда-нибудь переезжал поезд? С десятком вагонов, прицепленных к огромному локомотиву. Так вот — это в сто раз хуже как будто. Я каждый раз сдерживал себя.. Чего мне стоило подавить желание оттащить от неё Джастина и хорошенько намять его бока. И пару раз так действительно было, но под прикрытием того, что это всё-таки младшая сестра Ала, а значит, она и мне как сестра. Ну да... Меня совсем не пугало, что здоровяк был даже крупнее меня. И это при всей моей довольно немаленькой и спортивной комплекции. Но меня тогда совсем не трогало то, что Вуд тот ещё здоровяк. Как бы то ни было, до мордобоев и дуэлей не дошло, а Лили, вычитав мне с десяток моралей о том, чтобы я не вмешивался в её личную жизнь, теперь свободна и вроде как даже счастлива. «Ну же, Лилс... Прошу! Посмотри на меня!», — мысленно молю её поднять взор, но она не чувствует этого и очень увлеченно вычитывает что-то в старенькой книге. — И что такого интересного там пишут, Лил ? Шестой курс по уши завалили заданиями? Я думал, что только на нас все профессора отрываются, — задаю глупейший вопрос, но это меня не волнует, поскольку попытка увидеть блестящие изумрудно-зелёные глаза увенчалась успехом. — Нет, это не учебная книга, — заправляя выбившийся локон за милое ушко, отвечает Поттер, — а вы разве уже готовитесь к ЖАБА? Не рановато? — Лили кидает поочерёдные взгляды на меня и Альбуса, сидящего по мою правую руку и практически не подающего признаки жизни. Не могу не поблагодарить его усидчивость и усердие. Именно благодаря им у меня есть частые поводы безнаказанно любоваться его сестрой, пока тот погружен в книги или писанину. — Это для Флитвика. Задание по заклинаниям, — не отрываясь от процесса чтения, монотонно говорит Ал, после чего делает какую-то сноску в свой пергамент. А я всё ещё не могу отвести взор от тонких пальчиков, ковыряющих корешок книги. Недолго думая, тянусь в сторону старенького томика, не забыв при этом совершенно «нечаянно» прикоснуться к тёплой ладошке. — Эй!.. — она смущённо улыбается и предпринимает попытку забрать свою собственность, но я не даю ей этого сделать. — «Ромео и Джульетта»? — читаю потускневшие золотистые буквы на кожаном переплёте томика, а после медленно возвращаю ей книгу и наигранно удивляюсь. Ну что сказать? Девочки такие девочки. Мечтают о любви и верят в красивые истории, но я лично не вижу в этой книге ничего хорошего, поскольку меня, как и главного героя, тоже пронзила стрела маленького гадёныша — купидона. А чем там у этих ребят всё закончилось? Все помнят? Вот-вот. И я о том же… Спустя несколько минут на столах появляется огромное количество тарелок с вкуснейшим содержимым — самое время пообедать, поскольку живот сводит до такой степени, что уже подмывает на тошноту. Но я прекрасно знаю, что виной этому не голод, а её присутствие. Но не могу ничего поделать. Рядом с ней, как и последние несколько месяцев, я опять чувствую беспомощность перед ситуацией. Все эти недосказанности порядочно бесят, но в мою голову все ещё не приходит какое-то стоящее решение. «Если бы не Ал», — думаю я, и тут же задаюсь следующим вопросом: «То что, Скорп? Что бы ты сделал? Ты бы даже рта не открыл, чтоб признаться ей в том, что ты чувствуешь, верно? А если бы и открыл, то из него могло вырваться только несвязное бормотание». Морщу нос и пытаюсь прогнать противный голос, отбивающийся от стенок головы. Словно там совершенно пусто, а я уже давно думаю не тем, что там, а тем, что в груди. Бросаю на Лили ещё пару коротких взглядов, после чего полностью погружаюсь в размышления. Сил терпеть собственные противоречия практически не осталось. Вариантов немного, верно? Их всего два вообще-то: очень аккуратно рассказать всё Альбусу и получить за это уничтожающий взгляд, лекцию о качестве бывших отношений с прекрасным полом и добрый пинок в поддых... Или сидеть как мышь и довольствоваться подобным теперешнему раскладом. «Ну уж нет, довольно. Сыт по горло. Всего полгода до конца школы — самое время что-то делать», — я сжимаю руки в кулаки и решительность внутреннего голоса отображается на моем лице. Выпрямляю спину, чем привлекаю к себе внимание всех собеседников, а Лили совершенно случайно дарит свою очаровательную улыбку и совсем не догадывается, что это её решение становится заключительным в моём убеждении добиться её. Во что бы то мне ни стало.