Изнанка.

      Первая вспышка колдокамеры заставила зажмуриться высокого темноволосого юношу, вышедшего из здания министерства магии. Затем кто-то взволнованно выкрикнул какую-то фразу, и за первой вспышкой последовали десятки других, сопровождавшихся раздраженным птичьим щебетом затворов.       Молодой человек скептически оглядел собравшуюся перед министерством толпу репортеров, закинул рюкзак на плечо, показал им язык и растворился в тумане.

***

      Темная прохлада гоблинских кабинетов была для него привычнее чиновничьих муравейников. Маленькие любители золота жили по установленным канонам, а потому всё в их жизни, начиная с режима сна и заканчивая приёмами клиентов делалось четко, упорядоченно и спокойно. Вот и сейчас мистер Поттер, как его называл Крюкохват — гоблин, следящий за делами его семьи, — не бегал вокруг него, не пытался пожать руку или поглазеть на бледный шрам в виде молнии на его лбу, а поприветствовал по всем правилам, пригласил присесть в кресло перед его рабочим столом и осведомился о причинах появления.       — Из министерства мне пришло письмо. О моём наследстве, — сказал Гарри, закинув ногу на ногу и сцепив колено в замок рук. На указательном пальце блеснуло голубым кольцо.       — Понимаю. А бумаги?       — Уже улажено.       — Тогда прошу за мной.       Спустя минуту захватыватывающих американских горок человек и гоблин оказались перед сейфом. Крюкохват провёл длинным когтем по двери, покрытой замысловатой вязью рун, и та испарилась, открывая вид на сводчатую пещеру. Гарри второй раз за день сощурился, но теперь от сияния гор золотых и серебряных монет. Губы юноши растянулись в довольной улыбке.       — Если Вас интересует состояние счёта и наличиствующие артефакты, то прошу ознакомиться с учетной книгой по левую руку от Вас. Но уверяю, что этого хватит на безбедную жизнь. Что касается недвижимости, то Джеймс Карлус Поттер продал Поттер-холл, купил дом в Годриковой впадине, а оставшиеся деньги наполовину положил в сейф и наполовину вложил в акции «Ежедневного пророка» и ряд магловских компаний. В основном, это принесло определённые дивиденды. Однако дом в Годриковой впадине ныне является национальным достоянием.       Гарри лишь равнодушно пожал плечами, лениво переворачивая страницы учетной книги.       — Выдайте мне кошель с тремя с половиной тысячами галлеонов, остальное, включая артефакты, переведите на мой счёт в Вашем особом отделении.       — Будет сделано, мистер Поттер. Ещё будут пожелания?       — Нет. Гарри распрощался с гоблином и вышел из банка, намереваясь теперь вернуться обратно, купить себе дом и продолжить обучение после поездки по миру с друзьями. Но его планы были беспардонно нарушены.       У дверей Гринготтса его встретил луч Авады. Гарри успел раствориться в воздухе в последнее мгновение. Вновь материализовавшись на том же месте, юноша стал ошалело оглядываться, и нашёл не очень приветливое… нечто.       — Эээ… Вы кто? И почему швыряетесь смертельными проклятиями?       — Я Лорд Волдеморт. И тебе недолго осталось дышать этим воздухом, мальчишка!       Гарри не к месту хихикнул. Но его можно простить хотя бы за то, что персонаж перед ним и вправду выглядел комично. Развевающиеся мешковатые одежды, свирепый взгляд глаз таких красных, будто кое-кто страдал жутким конъюктивитом, безгубый рот, наполненный кривыми гнилыми зубами, блестящая на летнем солнце лысина и полное отсутсвие носа. Ну как такое худощавое недоразумение всерьез воспринимать?       Это змееподобное нечто в ответ на его хихиканье злобно всосало плоскими ноздрями воздух и вновь подняло палочку.       — Авада…       «Серьёзно?» — только и успел подумать Поттер, как кто-то схватил его за руку и заставил пережить опыт, казалось, худший, чем Кедавра в лоб. Юношу будто бы протащило по кишкам гнома и выплюнуло тоже будто бы из этих кишок. От неожиданности Гарри даже свалился кулем на пол, но тут же вскочил одним плавным движением, и вокруг него заискрился щит.

***

      Северус Снейп встречал новый день с самым хорошим из его плохих настроений. Малолетние оболтусы, кто успешно, а кто не очень, сдали свои экзамены и радостно свалили домой. А он остался в Хогвартсе, таком замечательном, родном, красивом, а самое главное — тихом! И пьёт Северус кофе, заботливо приготовленный эльфом, параллельно разворачивая утренний выпуск «Пророка». Он даже насвистывал бы какой-нибудь приятный мотивчик, если бы это было свойственно кому-нибудь с фамилией Снейп. Чёрные глаза профессора прохаживались по заголовкам. Так, что тут у нас… «Пропавший герой вернулся!». О, как хорошо. Хорошо ведь, когда герои возвращаются, да?       «Стоп, что?» — подумал профессор Снейп и сглотнул утренний кофе, приготовившись к тому, что теперь его спокойное лето покатиться в п… плохое место. А герой показывал ему с колдографии язык.       А затем к нему бесцеремонно ворвался Дамблдор, поднял со стула, где Снейп так и сидел до его прихода, и пнул в сторону Гринготтса. Национального героя перехватывать. И, надо сказать, Снейп перехватил его как раз вовремя.       И вот сидели они все в директорском кабинете. Снейп, Дамблдор, Поттер. Чуть позже прискакали МакГонагалл и Блэк. А Гарри, казалось, вообще не понимал, какого лешего его туда притащили.       — Гарри! — радостно прокричал Сириус, пытаясь обнять крестника.       — Я! — ответил крестник, уворачиваясь от объятий. — А Вы кто, простите?       — Твой крёстный, — Блэк посмотрел на Поттера как-то недоуменно, будто бы считал, что тот обязан был быть в курсе.       — Приятно познакомиться? — сказал Гарри как-то подозрительно-вопросительно. — В общем, рад был встрече с вами, ребята, кто бы вы ни были, но мне пора, а то на корабль опоздаю.       — Гарри, мальчик мой, — начал Альбус, встряхнув длинной бородой, — боюсь, тебе нельзя покидать замок.       — Чего? — выпучил глаза Поттер.       — Там опасно, — кивнула Макгонагалл.       — Волдеморты рыщут? — нервно усмехнулся Поттер, вспомнив прозвище чудака с Косой аллеи.       — А ещё Пожиратели Смерти! — Добавил Сириус.       — Кто? — тут Гарри начал откровенно ржать.       — И вообще — Пророчество, — поднял Дамблдор указательный палец. — Только ты сможешь победить Волдеморта.       Гарри прекратил смеяться и приподнял бровь.       — Вы все тут поехавшие, — сказал Гарри и вышел из кабинета.       Только вот далеко он не ушёл. Он потратил полтора часа, пытаясь найти брешь в защите замка, но не смог. Его тупо заперли где-то… Кстати, где именно? А потом Снейп пришёл его забирать и за локоток привёл обратно к директору.       К этому моменту Гарри было уже не смешно, он был натурально зол.       — Вы не понимаете, что натворили, — прошипел он угрожающе и провёл большим пальцем по своему кольцу.       Кабинет осветила ярчайшая синяя вспышка. Феникс Дамблдора жалобно каркнул. Стены и пол замка мелко затряслись, и воздух наполнился звуком, напоминающим движение ногтей по классной доске. Щиты Хогвартса пали.       Тут посреди кабинета появились трое и вырубили Дамблдора, Макгонагалл, Снейпа и Блэка. А потом перешагнули через бессознательные тела и вместе с Гарри покинули территорию магической школы.       — Волдеморты у них, блин, рыщут, — пробурчал Гарри. — И пострашнее чудищ видали.

***

      А привело к этим событиям маленькое для двоих мальчиков и огромное для магического сообщества Англии происшествие, которое имело место быть первого сентября 1991 года. В тот день мистер и миссис Дурсль отвозили своего сына Дадли в больницу, чтобы удалить поросячий хвостик, а заодно подкинули племянника, худенького мальчишку с копной непослушных чёрных волос и изумрудного цвета глазами, на вокзал Кингс-Кросс.       Гарри Поттер, а именно так звали этого мальчика, почти полчаса бродил по вокзалу, с каждой минутой впадая во всё большее отчаянье. А дело было в том, что платформы, указанной в билете до школы чародейства и волшебства, куда он поступал, не существовало. Поэтому он толкал туда-сюда вдоль перрона тележку с огромным чемоданом и белоснежной совой в надежде встретить кого-нибудь из волшебников. И тут его толкнул спешащий куда-то мальчик примерно того же возраста, что и он.       — Черт! — воскликнул паренёк.       Он вскинул на Гарри злобный взгляд серых глаз, поправил белую челку и принялся собирать свои вещи, которые рассыпались при столкновении.       — Чего застыл, как испуганная дриада?! Помогай давай, — прошипел мальчик.       Гарри не понял, что это за дриада такая, но совета послушался. Они довольно быстро собрали все вещи, светловолосый мальчишка схватил билет и, кинув «бывай», удалился в неизвестном направлении. Гарри рассеянно поднял свой билет и положил его в задний карман джинс, не глядя. В этот момент он услышал слово «маглы» и резко обернулся. Он обнаружил многочисленное семейство. У каждого из них были огненно-рыжие волосы. А ещё сова! И Гарри, воодушевившись, покатил тележку к ним, совсем выкинув из головы эпизод со столкновением. Рыжее семейство действительно знало, где находится нужная ему платформа, и с виду добродушная полноватая женщина любезно объяснила, как туда попасть.       Когда Гарри наконец перешёл через магический барьер к поезду, было уже без двух минут одиннадцать. Вокруг была целая толпа народу, все шумно прощались, кто-то плакал, кто-то смеялся. Но в целом все толкались, пытаясь попасть на поезд до его отъезда. Гарри прошмыгнул в вагон и занял пустующее пока купе. Он с трудом закинул свой чемодан на полку, поставил туда же Буклю и наконец смог присесть и вытянуть ноющие ноги. Он проехал несколько часов в одиночестве и даже уснул в какой-то момент. А когда проснулся, почувствовал, что голоден, и решил попытаться найти вагон-ресторан или что-то похожее.       Коридоры поезда пустовали. Гарри довольно быстро добрался до его хвоста и действительно обнаружил вагон-ресторан, где, кроме него, была только одна девочка, которой можно было дать лет одиннадцать. Она сидела у окна и потягивала какой-то напиток через трубочку. Работников ресторана не наблюдалось, поэтому Гарри решил спросить у девочки, как можно приобрести здесь еду, что и сделал после того, как вежливо поздоровался.       Девочка объяснила, что нужно просто назвать, что хочешь купить, и положить деньги на прилавок. А еда сама появится. Гарри заказал себе сэндвич с курицей и ветчиной и колу, которую пробовал до этого только однажды.       — Можно сесть с тобой? — спросил Гарри у девочки.       — Конечно, — улыбнулась та и облизнула губы.       — Меня Гарри зовут, а тебя?       Гарри сел напротив девочки и впился зубами в сэндвич, который оказался невероятно вкусным.       — Я Женевьева, можно просто Ева, — ответила девочка. — А ты кто?       Гарри дожевал, прежде чем ответить.       — В смысле? — сказал он, отпивая колу из жестяной баночки.       — Ну, раса у тебя какая, — объяснила девочка, прищурившись, — У тебя иллюзия такая качественная поставлена. Наверное, ты из тех рас, которые на них специализируются. Дай угадаю… Светлый эльф?       — Нет, — пропищал Гарри. — А ты кто?       Девочка засмеялась.       — Ты серьёзно? Разве не заметно?       Гарри посмотрел на Еву в упор. Девочка как девочка. Ну, бледновата, ну, глаза с красным отливом, ну, пьёт что-то красного цвета… Поттер сглотнул.       — Вампир, — выдохнул он.       — Какие мы простые, — улыбнулась Ева. — Ладно, можно и без уважительного обращения. Так кто ты?       Гарри вместо ответа достал билет на поезд. На нём значилось «Билет на экспресс Лондон — Хайган. Кингс-Кросс, платформа 9 и 1/4».       — Кажется, у меня возникла проблема, — проблеял Гарри. — Есть в поезде кто-нибудь, к кому можно обратиться?       Ева без лишних вопросов сходила за префектом, который в этом году отвечал за порядок в поезде.       — Меня зовут Каэль. Что произошло? — обратился к Гарри высокий мускулистый молодой человек с зеленоватыми волосами по пояс и блестящими то тут, то там плотными чешуйками.       — Кажется, я сел не на тот поезд, — ответил Поттер и протянул ему свой изрядно помятый билет. — Я должен был ехать в Хогвартс.       Каэль провёл ладонью, на тыльной стороне которой красовалась замысловатая татуировка, по билету, и над ним появилось имя. И имя было не гарриным от слова «совсем». Билет принадлежал некоему Киарану Тенгу Монтферано. И Поттер начал подозревать, чей билет был на самом деле.       — Я так понимаю, это не твой билет, — усмехнулся парень. — Этот вопрос вне моей юрисдикции. Пусть с этим разбирается Глава.       На том и порешили. Спустя шесть с половиной часов поезд остановился на платформе в городке под названием Хайган, который спрятался глубоко в горах, уже сейчас укрытых плотным слоем нетронутого снега. Ева объяснила Гарри, что это не конечный пункт их путешествия, а лишь место портала в школу для волшебных народов — Ксайаман, о существовании которой не знал ни один волшебник, если он, конечно, там не учился. А сама школа находилась в складке пространства, что делало её ненаходимой ни для одного существа — живого или мёртвого. До школы нельзя добраться поездом, потому что в ней учатся не только англичане или даже европейцы, а нелюди со всего света.       Гарри и Ева подошли к порталу, их имена в список внёс серьёзного вида бородатый кентавр, и дети отправились в Ксайаман.       А Ксайаман оказался вовсе не волшебным замком или чем-то в этом роде. Это был комплекс зданий не больше трёх этажей в высоту, соединённых между собой проходами-коридорами. Школа находилась в живописной ложбине между двумя холмами на берегу морской бухты.       Гарри отделили от всех остальных учеников и повели в другую сторону. Его сопровождали как две капли воды похожие прекрасные женщины с волосами, напоминающими чистое золото. Даже их кожа мягко светилась золотым сиянием. Они привели его к зданию в один этаж с крышей, достающей почти до земли. Внутри было очень даже уютно. Гарри почему-то казалось, что кабинет директора школы для нелюдей должен быть очень строгим, но одновременно и очень волшебным. Вместо этого он увидел вполне привычную для себя обстановку, хоть и гораздо более творческую, чем в доме тёти Петунии. У окна недалеко от входа стоял директорский стол с аккуратными стопками бумаг на нём, чуть дальше длинный белый низкий диван, предназначенный явно для чтения, поскольку стоял прямо напротив заполненных бесчисленным количеством книг шкафов. Также прямо в воздухе висела неглубокая чаша, покрытая странными надписями и заполненная чем-то, напоминающим ртуть или серебристый газ. Окна были панорамными, во всю стену, так что из кабинета открывался потрясающий вид на бухту. Вот, собственно, и всё, сказал бы Гарри, если бы не Глава, который уже ждал его.       А дело было в том, что изначально Поттер подумал, что в кабинете находится, кроме него и его сопровождающих, только очень красивая большая птица с золотисто-красным оперением. Но внезапно птица взлетела со стола и загорелась в полёте, обратившись хорошо сложенным мужчиной среднего возраста с тёмно-красными волосами до плеч, заплетёнными в странную косу, и раскосыми золотого цвета глазами.       — Приветствую Вас в Ксайамане, мистер Поттер. Вам уже известно, что это за школа?       — Это школа для волшебных народов, сэр, — кивнул Гарри.       — Называйте меня Главой Фуарино. Вы правы, — сказал мужчина, грациозно оперевшись на стол и скрестив ноги. — Вы не первый человек, который оказался в этой школе. Наша обычная политика — стереть все воспоминания о школе и отправить восвояси. Последним человеком, который закончил Ксайаман, был некто Салазар Слизерин, если это имя Вам о чём-то говорит.       — Значит, Вы сотрёте мне память и вернёте в Хогвартс?       — А Вы хотели бы вернуться, мистер Поттер?       — Ну…       — Вас там ждут друзья или родственники?       — Эээ…       — Ясно. Мистер Поттер, я думаю, Вы могли бы остаться. Если сами того желаете, конечно же. Я уверяю Вас, что программа обучения в Ксайамане более полная, чем в любом человеческом учебном заведении, и направлена на конкретно каждого учащегося и его особенности.       Гарри задумался. Вот вернётся он в Хогвартс, и что будет? Мальчик вспомнил, как вели себя взрослые люди в Дырявом котле и мысль о том, что вокруг него постоянно будет такое внимание, приводила его в ужас. А здесь всем, скорее всего, наплевать, кто он такой и что там сделал в младенчестве. А ещё Гарри вспомнил Дурслей, которые использовали его, как какого-то раба, и откровенно ненавидели.       — А на каникулы здесь остаться можно? — спросил мальчик.       — Мы что-нибудь придумаем, — тонко улыбнулся феникс.       — Тогда я согласен.       Ему сказали поставить в Книге Ксайамана магическую подпись, объяснили, как это сделать, потом ещё раз объяснили, а когда ему удалось — отправили в гостиную для первокурсников, всучив расписание и историю школы.

***

      Глава Ксайамана перестал сдерживать восторг, как только Поттер, Морана и Норена ушли из кабинета, и позволил своему пламени светиться вокруг него. К нему в школу приехал не просто человек, а Гарри Поттер, национальный герой Англии. И если бы он был просто героем, Мастер Фуарино развернул бы его прямо на пороге. Но Гарри был действительно необычным волшебником, ему предстояло делать великие вещи. Ужасные, но великие. И для этого у него был внутренний огонь, который обещал разгореться ярче, чем тысячи фениксов.

***

      В это же время другой директор поверх очков-половинок беспомощно смотрел на книгу Хогвартса, откуда пропало имя самого важного первокурсника этого года. И пропало оно не одно, а вместе с тем самым первокурсником. И что ему было с этим делать?