Ярость

Я очнулась от того, что кто-то светил мне фонариком в глаза. Будь я не такой слабой сейчас, то, пожалуй, врезала бы. — Очнись, — сказал мне женский голос в приказном порядке. Я постепенно начала приходить в себя, моргая. Светлая комната. Похоже на больницу. Окон нет. Рядом со мной какие-то мониторы, передатчики. Всё тело ужасно болит. — Что… что случилось, — я попыталась привстать и увидела, что моя левая рука перебинтована. — Где я? Женщина в белом халате подошла ко мне со шприцом в руке и без всяких объяснений начала тереть ваткой моё плечо, готовясь сделать укол. Я резко схватила её за руку, прежде чем она успела воткнуть в меня иглу. — Что случилось, — серьёзно спросила я, глядя на неё. Всё тело болело, но, кажется, я ещё могла постоять за себя. Кажется, женщина испугалась и стояла с таким видом, будто ей сейчас влетит. — Всё в порядке, — начала она быстро, — вы в полной безопасности. Успокойтесь… — Что это? — я показала глазами на шприц. — Это общеукрепляющее… вы не приходили в себя несколько дней… Я отпустила руку. Несколько дней. Но где все остальные? — Добро пожаловать! — торжественно сказал вошедший в комнату какой-то человек. Он был одет в чёрную форму и выглядел отчего-то безумно довольным. — Наконец-то ты пришла в себя, Т/и. Как чувствуешь себя? — он подошёл к моей кровати и сложил руки на животе. Женщина поставила мне укол в плечо и отошла. — Спасибо, я в порядке, — я смотрела на свою перебинтованную руку. — Где я нахожусь? Где остальные ребята? — Ты находишься в безопасной зоне. Ребята, что были с тобой в безопасности. Мы ждали, когда ты придёшь в себя, чтобы вы вместе прошли кое-какие тесты. — он говорил добродушно и как-то уж слишком весело. — Они переживали за тебя. — Мне надо увидеть их, — сказала я, спуская ноги с кровати. Каждое движение давалось с большим трудом, казалось, что всё тело налилось свинцом. — Нет — нет-нет, — остановил он меня своей рукой, — ты ещё слишком слаба, дорогая т/и. Если я сейчас оттолкну его в сторону, у меня будет фора в секунд двадцать. Я смогу выбежать из комнаты, прежде, чем он последует за мной. Но куда бежать потом? Всё это проворачивалось в моей голове за доли секунды и я снова поразилась своей расчётливости. — Не хочу больше лежать, — серьёзно ответила я, строго посмотрев на этого весельчака. — Дайте мне одежду. Хоть его лицо и светилось от какого-то праздника, глаза говорили о другом. Он прикидывал в своей голове что-то, будто бы оценивал моё состояние. — Конечно, — ответил он, убрав свою руку, — у нас же не тюрьма. Кстати, меня зовут Дженсон. Я кивнула. Несмотря на добродушную обстановку, что-то мне не давало покоя. — Принесите ей одежду, — скомандовал он женщине в халате и, развернувшись, пошёл к выходу. Мне принесли какой-то комбинезон из тёмно-серой ткани, больше похожий на военную форму. Никаких эмблем или опознавательных знаков на нем я не нашла, но он сел идеально, словно его сшили под меня. Одеваться было очень тяжело — как мне сказали, у меня было сломано ребро, рука и имелось примерно с десяток сильных ушибов, плюс сотрясение. — Мы вводим тебе специальный препарат, который способствует скорейшему заживлению твоих костей. Через неделю ты будешь чувствовать себя значительно лучше. Идти можешь? Я сделала пару шагов. Если не считать того, что меня как будто переехали катком, состояние после всего, что я пережила, было вполне приемлемым. Мы неторопливо зашагали. Выйдя из комнаты, я увидела длинные коридоры и каких-то военных, похожих на тех, что я видела перед отключкой. Пока мы шли, я заметила как минимум пять камер. «У нас же не тюрьма» — вспомнила я слова Дженсона. Ну-ну. — Они должны быть тут, — сказала женщина, проведя какой-то карточкой по панели около двери, — мы придём за тобой чуть позже. Я открыла дверь и увидела огромное помещение, похожее на большую столовую. Здесь было как минимум около двухсот человек. Они были в таких же комбинезонах, как и я. — девушки, парни. Они разговаривали друг с другом и никто даже не обратил внимание на то, что я вошла. За мной захлопнулась дверь и я, совсем растерявшись, начала искать глазами своих друзей. — Т/и! — услышала я и увидела, как на другом конце зала мне машет рукой Томас. — Т/и, это ты? Я слегка подняла руку и поняла, что сейчас расплачусь. Ребята бежали ко мне и я закрыла рот ладонью, еле сдерживаясь. Первым ко мне подбежал Ньют — он остановился и разглядывал меня, не веря, что это я. Он не находил слов и я видела, как он рад меня видеть. Неожиданно он обнял меня, немного резко, но это было не важно. По моим глазам потекли слёзы и я услышала, что ребята рядом смеются. Отпрянув наконец, от Ньюта, я посмотрела на него — он тоже улыбался. — Мы думали, что потеряли тебя, — сказал он и немного отошёл, рассматривая меня с ног до головы. — Как ты? — Кажется, меня заново собрали, — сказала я, смеялась и вытирая слёзы, — переломы, сотрясения… Но я в норме! — Я не ждал, что ты скажешь что-то другое! — Минхо похлопал меня плечу. — Я рад, что ты с нами. Парни рассказали мне, что когда я потеряла сознание, нас спасли эти люди, переместив в безопасную зону. Здесь все из таких же лабиринтов, что и наш, а самое главное — нас всех отправят в место, где нет вируса. — Но знаешь, нам тут кажется всё немного странным, — добавит Томас. — Ты видела Дженсона? — Видела. Он заверил меня, что здесь не тюрьма. Однако тут повсюду камеры, охрана и двери с кодом. Почему нас сразу не могли отправить в это место? Чак, который молчал до этого, добавил: — Ещё они хотят провести какие-то тесты с нами… — А как же остальные, которые остались в лабиринте? Их спасут? — вспомнила я про Глэйд. Ньют пожал плечами. — Они сказали, что они в другом месте, похожем на это. Но что-то я сомневаюсь. Всё как-то не вязалось в хорошую историю о спасении. Мы молча размышляли над этим, пока к нам не подошёл Дженсон и не попросил пойти за ним. *** — Сейчас проведём с вами парочку тестов, — громко говорила доктор Крисли. Эта чернокожая женщина была тут вроде как главная. Остальные медики бегали вокруг неё, выполняя её поручения. Мы сидели на стульях, не говоря ни слова. — Главное — не волнуйтесь и говорите правду, не стоит ничего скрывать. Мы не живодёры, а врачи. Просто проверяем, здоровы ли вы. Я готова была расхохотаться, но сдержалась. Парни переглянулись между собой. — Т/И, — подошла ко мне медсестра, — как чувствуешь себя? К парням тоже подошли другие медсёстры и начали задавать какие-то вопросы. — Паршиво, — ответила я. Она немного скривила губы и снова любезно спросила: — Что болит? Я закатала рукав, показав на перебинтованную руку. — Ещё у меня сломано ребро. Она что-то отметила в своей карточке и произнесла: «Покажи». Я замерла, непонимающе глядя на неё. — Простите? — Покажи, — повторила медсестра, явно не понимая, в чём проблемы. Парней тоже заставили расстегнуть комбинезоны и сейчас они стояли просто с голыми торсами в окружении медсестёр. Я нехотя потянула за молнию и расстегнула свой комбинезон. — Я помогу, — и медсестра начала снимать с меня рукава, оставив держаться комбез на талии. Парни поглядывали на меня украдкой и, конечно, очень смущались. Хотя зрелище было ещё то — моё тело было всё в ссадинах. Я с сожалением посмотрела на свои руки и грудь. Медсестра было прикоснулась к лямкам моего лифчика, но я быстро осадила её, заявив, что снимать они его будут, только через мой труп. — Я послушаю тебя, — сказала она и я встала к ней спиной. Напротив меня, стоял Ньют, которого тоже слушали и мы просто смотрели друг на друга. Он не пялился на мою грудь, а смотрел прямо в глаза, слегка улыбаясь. Он протянул мне свою руку и я, кажется, на это мгновение совсем забыла, что в комнате есть ещё кто-то. Мы молча держались за руки, пока нас прослушивали и это был первый раз, когда я была совершенно спокойна. Я не чувствовала никакой усталости, боли, тревоги. — Развернись ко мне, — попросила меня доктор Крисли и наши руки расцепились. Странно, что мою медсестру сменила доктор. Она осмотрела моё лицо, пощупала мой бок. — Половые контакты были? Мои брови машинально поднялись наверх. — С кем из них? — доктор Крисли не видела в своих вопросах ничего постыдного и спрашивала об этом очень легко. — Ни с кем, — выпалила я и тут брови поднялись у доктора Крисли. — Мда… — как-бы про себя сказала она. — Как быстро ты бегаешь? Всё также? Вот тут я начала напрягаться. Доктор Крисли просчиталась и сдала себя этим вопросом. Значит, она знала, что я быстро бегаю. — Нет, — сказала я, стараясь не передать голосу своё напряжение, — быстро, но недостаточно. Меня чуть не убили, потому что я бежала последняя. Она угукнула и я поняла, что она даже не придала значения своему вопросу. *** После осмотра, который был довольно дурацким, нас опять привели к большую комнату со всеми. Ребята были очень задумчивыми. — Похоже, — сказала я, — они не те, за кого себя выдают. — Что ты имеешь ввиду? — Томас осмотрелся, чтобы рядом с нами не было лишних ушей. — Докторша спросила, бегаю я сейчас также быстро, как и раньше. Как думаете, откуда она знала, как я бегала? Глаза Чака округлились. Минхо почесал свой нос. Тут было над чем задуматься. — Зачем она спрашивал тебя про… с кем ты спала? — Томас немного понизил голос. — Я не знаю… — и машинально посмотрела на Ньюта. Может, лабиринт предполагал, что мы начнём спариваться друг с другом? — Кажется, — вздохнул Томас, — из одной западни мы попали в другую. Нам надо что-то придумать… *** Скоро за мной пришла медсестра, которая привела меня в первый раз и увела обратно в палату. — Ты должна набираться сил и больше отдыхать, это необходимо. Ещё один прокол. — Необходимо для чего? — спросила я, насторожившись. — Для твоего здоровья, — улыбнулась медсестра, но я заметила, как она замешкалась, — Доброй ночи! — и выключила свет, оставив гореть небольшой светильник рядом со мной. Я осталась одна. Во мне снова рождалась ярость. Всё казалось каким-то… игрушечным, будто показательным выступлением. Всё было ненастоящим. Это злило меня, угнетало. Надо было что-то делать. Смогу ли я бежать? Постепенно, мысли об этом сменили другие — воспоминания о Ньюте. Между нами явно что-то было. Он больше не смотрел на меня так сурово и даже обрадовался, когда увидел меня. Зачем он взял меня за руку сегодня на осмотре? Навряд ли просто так. Я улыбнулась и легка на кровать. Ярость угасала с каждой мыслью о нём. Только бы не потерять голову.