Простуда

      Всё бы было хорошо, если бы не простуда у Ани. Она уже, целую неделю, ходит с кашлем и заложенным носом. Девушка даже пожалела о том, что распустила всех: и сестёр и этого прусса даже домой отпустила. Праздники никакие не намечаются, но, просто посидеть с семьёй ей так хотелось. Гилберт тоже – часть её семьи. Но, зная то, что он давно не видел брата, отпустила его, а у сестёр - работа, поэтому их тоже пришлось отпустить к себе. Именно после того, как все покинули её уютный тёплый дом, на следующий день, Брагинской стало нездоровиться.       Травить себя таблетками и прочим Россия не решалась, ибо, кто его знает, из чего сделаны эти сиропы, пилюли и прочее. Лучше просто чаем на травах перебиться, а так же ложкой мёда – это ей раньше помогало, а сейчас лишь как-то хуже становилось. Но девушка не сдавалась и продолжала свои «терапии» по самолечению. Просиживать целыми днями дома, одной, ставало как-то дико для Анны. Привыкла, что в доме с комнаты в комнату метается вечно недовольный прусс, говоря о том, что здесь всё не так разложено, какая она плохая домохозяйка, а так же, не забывал влепить своё «Я великий!».       Сегодня суббота, а погода на улице так и манит, выйти и слепить из снега снеговую бабу, или же просто покататься на санках с горки. Да что уж говорить о развлечениях, просто выйти и посмотреть на сею красоту этого времени года. Небо глубоко голубого цвета – ни одной тучки; все деревья так бережно укрыты снегом, как подушечками, а сами сугробы белого и пушистого снега блестели как хрусталики. Как же ей хотелось выйти на улицу и вдохнуть полной грудью прохладный воздух. Аня лишь вздохнула, и весь день решила посвятить уборке – надо же что-то делать, а не сидеть, сложа руки, если на улицу нельзя.       Ближе к вечеру, за окном началась метель, если посмотреть, то дальше двух метров, ты вообще ничего не сможешь увидеть. Допивая третью чашку горячего чая, Россия направилась в свою комнату, и, выключив свет, попыталась уснуть, но даже этого видимо, ей не дано. А ведь Аня не так много просит, все лишь поправиться поскорее, а сейчас же просто взять и заснуть, дабы поскорее начался другой день. Анна ворочалась со стороны в сторону, пока её глаза не остановились на телефоне. О, русоволосая уже знает, кому будет звонить. - Ги-и-лберт, - протянула девушка, как сразу услышала, что её вызов приняли. - Я же вроде удалил свой номер у тебя в контактах? – вместо приветствия, на удивление спокойно сказал Пруссия. - А я заболела-а, – так же протянула Анна, чувствуя, как к её щекам приливает кровь. Чёрт, а она давно не смущалась от простого разговора с Гилом, именно просто, без всяких колкостей или сарказма. - Мои поздравления, - как-то безразлично произнёс он. – Это означает, что ты скоро умрёшь? - Это означает, что ты дурачок, - обиженно буркнула россиянка. – Ты возвращаться думаешь? - Зачем? – тут уже Пруссия решил наигранно удивиться, но его спокойный голос всё выдаёт. И, о боже, он даже нравится России, но и в кои-то веки напрягает. – Мне и тут хорошо. - Злюка. Я тебя сама тогда притащу, - так же обиженно говорила Брагинская. - Сначала вылечись, а потом угрожай, - кажется, он усмехнулся. – Давай ты мне потом, через триста тысяч лет перезвонишь, мне сейчас просто ужас как неудобно. - Ты куда-то спешишь? – поинтересовалась Анна. - К тебе спешу, куда же ещё? – зло рявкнул Байльшмидт. - Боже, Ань, ты такая невыносимая иногда. Вечно обо всём сама догадываешься, а тут видимо болезнь твой мозг задела. - Я тебя задену, когда приедешь, - даже не смотря на расстояние, прусс всё же ощутил ту гнетущую ауру вокруг России и даже немного поёжился, нервно улыбнувшись. – Я люблю тебя, поэтому приезжай поскорее.       Россия ему так всегда говорит, при любом удобном моменте, а тот в свою очередь считает, что у неё к нему любовь, как к другу, или же члену семьи, не больше. Но вот, последнее время, Гилберт начал засматриваться на россиянку как на девушку, а не как на врага, которого всё ещё хочет «убить». - И я тебя люблю, всё, отвали от меня, - резко бросил трубку. - Что…?       Аня медленно отодвинула телефон от уха, а потом посмотрела на экран, на котором показано лишь время разговора с недавним набранным ей номером. С одной стороны, девушка сразу поверила в то, что, возможно он на её чувства ответил, но вот, Он же думает, что он ей просто друг. Никто более. От этой мысли как-то уж сильно больно кольнуло в груди у россиянки, она, обняв телефон ладонями, прижала к груди и тихо всхлипнула.       И это уже не первую ночь так. Но сегодня, это было больнее, чем обычно.