Убийца В Мире Шиноби

Пробуждение было... резким, а ощущения вообще вышибали мозги. Такое чувство, будто за секунду прожил целую жизнь... хотя по сути так и есть, но сейчас не это важно. Хорошо, что самые последние воспоминания я тоже узнал, иначе были бы жуткие проблемы с самоидентификацией. И все равно... очень сложно осознавать, что память почти шестидесяти лет твоей жизни, на самом деле не твоя. Голоса черных существ уже не оказывали влияния. Внутренний мир окреп, стал стабилен, а мое собственное сознание претерпело огромные изменения. Смести остатки выродков будет проще некуда. С этой мыслью небо потемнело, а вечно горящее солнце спустилось ко мне. Время вокруг замерло, а тянущиеся к моей шее многочисленные руки застыли. Аккуратно, можно даже сказать нежно, кладу руку на золотую сферу. Тепло... Сейчас этот артефакт не вызывает у меня ненависти и отвращения. Яблоко помогло заблудшей душе обрести смысл, а мне стать достаточно сильным, чтобы решать свою судьбу самому. Пальцы нежно поглаживают проклятую драгоценность, на что та, будто кошка, издает урчащие звуки и мерцает разными тонами золотистого света. Предтечи были действительно невероятны. Создать подобную вещь... все равно, что обуздать жизнь и полностью покорить смерть. Но сейчас от артефакта больше не исходит тех власти и безграничного могущества. Лишь домашнее тепло и нежность. Шар ощущается как часть тела, но при этом остается чем-то... живым, думающим. Последняя воля сильнейшего и умнейшего народа больше не властна над Яблоком Эдема. В новом мире и с новыми хозяевами, оно будет жить по собственным правилам и лишь небольшая частичка души Эцио, что осталась внутри Яблока, может влиять на решение артефакта и то лишь немного. Живя внутри меня и постоянно купаясь в воспоминаниях ассасина, Яблоко обрело истинный разум и волю, и по собственному желанию подчинилось мне. В конце концов, что для него какая-то сотня лет? Для артефакта, что существует множество тысяч лет, это словно несколько мгновений... зато сколько знаний эти мгновения могут дать. Новорожденное сознание артефакта, словно маленький ребенок впитывала всю информацию, в равных пропорциях смешивая воспоминания мои и Эцио. Аккуратно, словно боясь разбить, беру Яблоко в руку, и весь мир окрашивается в золотые цвета. Выродки начинают рассыпаться на части, принося моему разуму невероятное удовольствие и облегчение, а на фоне слышен жалобный и даже умоляющий плач Кьюби. Сфера перестаёт сиять, и все возвращается на свои места. Надо что-то решать с биджу. Легкое усилие воли и я уже стою напротив клетки с девятихвостым. Без вечно светящего на небе солнца, в соборе царит полумрак и лишь мерное и нежное свечение Яблока позволяет разглядеть сильнейшее создание мира шиноби. В его красных, от постоянно испытываемой ярости, глазах плескается страх, от одного лишь осознания той силы, что держу в своей руке. Во всем его виде, прямо-таки кричит, обреченность. Когда-то прекрасный в своей невероятной мощи, сейчас он выглядит... жалко. Как бы силен он не был, держать оборону против тысяч черных существ и не свихнуться, а после, еще и пережить всплеск силы Яблока... подобное не проходит бесследно, но вызывет огромное к нему уважение. — Ну привет, Кьюби. — В звенящей тишине мой голос прозвучал словно удар грома, заставляя Девятихвостого поморщиться. — Здравствуй Наруто... или все же Эцио? Никак не могу разобрать. — Несмотря на его отнюдь не самое лучшее состояние, его голос все еще звучит гордо и отдает невероятной твердостью. — Если честно, еще сам не до конца понял... но все-таки Наруто. — Как хочешь. И зачем ты пришел? Решил подчинить мою волю этой штукой? — покосился он на светящийся шар в моей руке. — Лучше просто убей и развей меня на части. У меня нет желания быть безвольным болванчиком. Судя по его глазам и интонации, он действительно был готов умереть. — Не волнуйся, я все-таки не неблагодарная сволочь. Если бы не твоя помощь в самом начале, то я бы сейчас не стоял перед тобой. — И что ты в таком случае намерен сделать? — нахмурился Лис. Вместо ответа я, под ошарашенный взгляд лиса, потянулся к той печати, что постоянно держала эту клетку закрытой. Я не собираюсь держать взаперти того, кто спас мне жизнь, а даже если он попытается разбушеваться... Яблоко не позволит ему. Хех, еще в первый раз отметил, что у человека, который устанавливал печать на эту клетку хорошее чувство юмора. Что-то вроде неразрушимого сейфа, закрытого на маленький крючочек, который невозможно поднять. В тот момент, когда моя рука уже коснулась маленького клочка бумаги, мне на плечо легла чья-то рука. — Не стоит этого делать, Наруто. Сказать, что я был удивлен, все равно, что ничего не сказать. Кто-то умудрился зайти мне за спину в МОЕМ собственном мире. Резко оборачиваюсь к говорящему лицом, а в руках появляется меч. Столь знакомые по отражению в зеркале голубые глаза, волосы цвета пшеницы и заразительная улыбка... Неужели... — Отец?

*POV Взгляд со стороны*

Действительно, архитекторы Конохи творят чудеса. Полное сходство с его ликом на скале хокаге. — Рад тебя видеть, сынуля, — ехидно улыбнулся Минато. Клинок растаял золотыми блестками, а Наруто, с трудом сдерживая слезы, кинулся в объятья отца. В памяти Эцио, было все о жизни светловолосого мальчика. С момента его рождения до момента их слияния, так что Наруто знал, что сделали его родители для того, чтобы он жил, а память и тоска по родне Эцио лишь усилили восторг от встречи. Улыбка Минато немного подернулась, а глаза застлала пелена. Он ожидал какой угодно реакции: от удара в морду, до матерной тирады, но никак не ожидал подобного. Лишь через несколько мгновений он заметил, что окружение было несколько не таким, каким он его помнил при запечатывании лиса, а заметив парящую за спиной сына сферу резко побледнел и с трудом удержался от желания прямо сейчас развеяться. — Сынок, я, конечно, понимаю — момент не тот, но все же... что это за херня? — сказал Минато, указывая пальцем в сторону артефакта, на что та злобно (это как вообще?) покраснела и начала наворачивать круги вокруг отца и сына, что-то попискивая. Что самое странное, Минато смог без проблем понять, что она пищит, на что его бровь задергалась. — Сам ты хрень, глупая иллюзия! Хозяин, давайте прибьем его к тому кресту?! — От летающей сферы отделилась алая ниточка указывая на золотой крест, стоящий в конце клетки с девятихвостым. Такого Минато еще никогда не видел... да и судя по офигевшему лица его сына, тот тоже. Но офигевание от ситуации Наруто прошло быстро. — Ты можешь говорить? — восторженным голосом произнес Узумаки. — Конечно могу! — с видимой гордостью (ДА КАК ТАК-ТО БЛЯТЬ?!) пропищала сфера. — Вааауу, как круто! А как тебя зовут?! На этот вопрос Яблоко поникло (пиздец) и вновь пропищало: — У меня было слишком много имен... Хозяин, дайте мне новое имя! Прошу вас! — Хорошо, — немного подумав, сказал Наруто. — Тогда буду звать тебя Дол. Как тебе? — Мне подойдет любое имя, которое придумает хозяин! — радостно (...) засветилось Яблоко. На протяжении всего этого разговора Минато стоял с отрешенным лицом и, с видом постигшего дзен, взирал на происходящее. — Наруто, так что это за хр... сфера? — обеспокоенным голосом произнес он. — Проще показать. — На этих словах Наруто взял довольную сферу в руку протянул её отцу. — Прикоснись. Кинув опасливый взгляд на артефакт, Минато глубоко вздохнул, положил руку на сферу и покачнулся. В его голову перенеслось большое количество информации. В основном о том, как Наруто живет в селении, как он получил сферу, краткая биография Эцио, первый разговор с Кьюби и орда черных существ. После получения всей информации лицо Минато исказилось от ярости и он, бурно матерясь на Коноху, Данзо, Хирузена и вообще на всех знакомых, пошел в сторону печати на воротах и одним движением сорвал её, после чего прямо в воздухе соткался еще один человек. Невероятной красоты девушка с очень длинными ярко-красными волосами, синевато-серыми глазами и тонкими чертами лица ошеломленно смотрела на происходящее. Стоит отметить, что во внутреннем мире Наруто был старше и почти полной копией своего отца, и если бы не коричневые полоски на щеках, то отличить их было бы практически не реально. — Мама? — удивленно прохрипел Наруто. Кушина, ошеломленно смотрящая на открытую клетку и талисман в руках её мужа, резко пришла в себя и перевела взгляд на сына. — Наруто? Уловив краем глаза улыбку Минато и его кивок, она, не сдержавшись, расплакалась и бросилась обнимать своего сына. Минато весело улыбался, наблюдая за ошеломленно-счастливым лицом сына и плачущей от счастья женой. Еще несколько минут Кушина тискала своего сына, который не успевал отвечать на бесконечный поток вопросов. Кьюби, кстати, все это время недовольно смотрел на происходящее и ощущал себя забытым. Идиллия могла продолжаться еще долго, если бы не серьезный голос Минато. — Сын, покажи ей. Наруто коротко кивнул и в очередной раз взял сферу в руку и вытянул её в сторону Кушины. — Прикоснись, — произнес Минато, прячась за ошеломленным от такой наглости Кьюби... уж лучше злобный Девятихвостый, чем разъяренная Кушина. Кинув непонятливый взгляд на мужа, девушка обратила внимание на сферу и немного побледнела. Она, как и муж, ощутила невероятную силу этой штуки, но все вопросы исчезли стоило ей увидеть серьезное выражение лица сына. Аккуратно прикоснувшись к артефакту, Кушина, как и Минато недавно, покачнулась... — ХИРУЗЕЕЕН! Еб твою Шинигами за душу, да я его HG%#p, а потом 87#%hY...! Минато еще сильнее вжался в шерсть Девятихвостого Лиса, Наруто с открытым ртом запоминал новые речевые обороты, его уши скручивались в трубочку, сфера, смущенно покраснев, записывала все происходящее, а Кьюби офигевал от того, что человек может выделять настолько сильное Ки, заставляющее бояться даже Его. Десять минут Кушина крыла матом всё и вся и не разу не повторилась, рот Наруто открывался все сильнее и сильнее, а Дол становился все розовее и розовее от смущения. И лишь когда она пошла на второй круг Минато тихонько её позвал: — К-Кушина, я конечно понимаю... — Договорить он не успел. Встретившись взглядом с женой, он негромко пискнул и побледнел еще на несколько тонов. Кушина же буквально дышала огнем, а из её глаз вились молнии. Наруто не знал, что это за техника такая, но выглядело это реально устрашающе. Окинув горящим взглядом свое окружение, Кушина начала приходить в себя, а когда успокоилась, смущенно покраснела и произнесла: — Извините. Немного сорвалась. Лицо Минато встретилось с его ладонью, а у Наруто, который успел воссоздать прямо внутри собора небольшой бункер, задергался левый глаз. — В общем так, — собравшись с мыслями, произнесла Кушина, — здесь мы пробыть долго не сможем, так что слушай... — Вы можете пробыть тут сколь угодно долго, — раздался писк со стороны Дола. — Точнее, пока я нахожусь во внутреннем мире Хозяина. Кушина кинула на сферу удивленный взгляд. Она, конечно, знала о возможностях сферы благодаря тому, что Наруто показал ей об этом все, что он сам знает, но знать — это одно, а видеть своими глазами... — Взгляните, — пропищал Дол и указал алой нитью на раскрытые двери собора, где ходило множество безликих людей. — Они не очень сильно от вас отличаются. Тот же слепок из чакры с воспоминаниями. Только в них личности совсем чуть-чуть, а в вас полный слепок. — Невероятно... — пораженно прошептали Минато и Кушина. — Слушай, Наруто, — начал говорить Минато, — мне кажется, нужно Эцио хотя бы памятник тут где-нибудь поставить или еще что... Минато был действительно благодарен ассасину. Он понимал, что этот человек для его сына сделал больше, чем кто-либо другой. Даже больше, чем сам Минато для него сделал. Пусть они и не были знакомы, он очень уважал человека по имени Эцио Аудиторе. — И правда... — прошептал Наруто. Здания напротив входа в собор расползлись, образовывая большую площадь, а в самом её центре возвысилась невероятно правдоподобная статуя с золотой табличкой у основания. На табличке была фраза, что уже на протяжении последних нескольких лет была девизом Наруто, и на протяжении всей жизни шла рука об руку с Эцио: — Пока другие слепо следуют за истиной, помни — ничто не истинно. В то время, когда остальные ограничены моралью и законом, помни — всё дозволено. Мы действуем во тьме, чтобы служить свету. Мы — Ассасины!

*End POV* *** *** ***

Мы проговорили очень долго. Знаете, у меня, оказывается, довольно забавные родители, и смотря на их внешность... похоже в будущем у меня не будет отбоя от девчонок. Как восьмилетний Наруто, я не могу сказать, что был бы очень этому рад, но память Эцио... Ну-с, поживем — увидим. Кушина рассказала, как они с Минато познакомились, рассказала, как жилось в селении Скрытого Водоворота, рассказала, как дружна была с Микото Учихой — матерью Саске, и очень опечалилась, когда узнала, что та мертва, а её сын... К слову, я не стал передавать ВСЕ свои воспоминания, ибо это было бы неприятно. Лишь то, что считал важным, так что о судьбе Учиха, рассказывал лично. Минато довольно долго подкалывал меня, когда услышал об этом. Дело в том, что в переданных воспоминаниях было очень много Хинаты, но при этом совсем не было ничего про Саске (ну что я могу поделать)... короче, троллил, как мог, попутно рассказывая о своих миссиях и хвастаясь тем, насколько он крут, а еще они вместе с Кушиной вызвались обучить меня всему, что знают. Кстати, как я мог забыть про Девятихвостика! Под воздействием Дола, он быстро вернулся в прежнюю форму и выглядел очень довольным. А еще... — Наруто, как насчет краткой экскурсии по моей памяти? — произнес Лис серьезным тоном. У меня была такая мысль только в отношении родителей, чтобы выучить их техники, но сразу всплыло парочка ограничений. Во первых, я не могу насильно читать чужие воспоминания. Во вторых, я просто проецирую эту память с помощью Дола на окружающий мир, создавая что-то вроде иллюзии. Почти, как кино смотреть. То есть просто с ходу узнать все тонкости какой-то техники, того же Полета Бога Грома, для меня будет таким способом нереально. Максимум, я просто могу смотреть на то, что мне позволяют смотреть. В общем, меня довольно удивило предложение Лиса. — Ну, я не против... — А можно мы тоже? — спросил заинтересованный Минато. — Без проблем. Он бы все равно показал вам, если бы захотел. — ответил Лис. Итак, мы погрузились в глубины памяти сильнейшего создания в мире шиноби...