Волшебное время

       В особняке семьи Кан было шумно с самого утра. Глава семейства как обычно уехал раньше всех остальных. Даниэль не смог с ним поговорить, хоть и пытался начать разговор пару раз, но стоило ему произнести заветное «отец», как телефонный звонок перебивал их так и не начавшийся разговор. Парень закусывал губы, дожидаясь, когда очередной звонок прерывал его. Даниэль ненавидел то, что у отца никогда не было времени ни на него, ни на кого-либо еще. Министр магии Кореи был слишком занятым человеком, и потому слизеренец возненавидел тот день, когда отец стал лидером волшебников. И как бы родители и приближенные не твердили, что он должен пойти по следам отца и выбрать для себя высокий пост в министерстве, но Даниэль никогда даже не думал о том, чтобы стать таким же чопорным и холодным как его отец. Пост изменил некогда хорошего отца в грузного хмурого мужчину с большим животом, вечно занятого и не имеющего пяти минут, чтобы поговорить с собственным сыном. Кан ненавидел это. И пускай особого выбора будущей профессии у него не было, но он выбрал то, что повергло всех в шок. Его мечтой было стать мракоборцем.        Долгие месяцы борьбы с матерью, которая ужасалась опасностям такой работы. Хмурые взгляды отца, который в тайне лелеял мечту, что его наследник станет его приемником. Но Даниэль пошёл против всего и всех. С детства питая неприязнь к министерству магии, он всё-таки должен был выбрать что-то, что входит в основные функции высшего аппарата правления. И он выбрал. Стать тем, кем мечтают лишь мечтатели или люди, переполненные уверенностью в своих силах и жаждущих славы и почета. Кан не относился ни к тем, ни к другим. Он просто хотел стать тем, кто сможет быть вместе со своей семьей, когда это будет нужно. Тем, кто сможет защитить своих любимых от любой угрозы. Тем, кому не будет страшно за будущее, ведь он сможет сделать всё.        - Даниэль, - голос матери раздался невдалеке. Парень повернулся в сторону звука и улыбнулся. Госпожа Кан плавной походкой жены министра, шла к нему, приветствуя людей вокруг. Они только прибыли на бал, но им всё ещё нужно было подождать главу семейства, прежде чем войти в бальный зал, где собралось множество чистокровных магов.        - Матушка, - он взял ее за руку и потянул к окну, чтобы отделиться от льнущих к ним поздороваться других магов. – Вы не знаете, когда должен подойти отец? – все его друзья уже были в зале и слизеренец хотел поскорее с ними увидеться. С некоторыми он так и не смог встретиться за всё лето.        - Твоя спешка тебя же и погубит, сынок, - хитро прищурила глаза женщина. – Или там есть кто-то по кому бьётся твое сердце? – она ткнула пальцем в его грудь, вызывая тихое «Ау!».        - Мама, я ведь только совсем недавно ощутил связь со своей парой, - слегка покраснел парень. – Я даже не знаю где он живет. Вдруг это вообще иностранец?        - И каково это? – спросила она с интересом, внимательно смотря на сына. Даниэль с печалью подумал, что его родители не были связаны друг с другом, так как их женили по воле старших представителей их семейств. Его матери еще не исполнилось и шестнадцати, когда она уже стала невесткой дома Кан. Слизеренец не знал как это бывает у обычных людей, но у волшебников были свои заморочки с истинностью пар. Только те, кто достоин своей пары, найдут ее и воссоединяться. Так например, связь между половинками устанавливалась только после наступления шестнадцати лет. Но был один фактор! Если маг уже имел сексуальные отношения до наступления своего шестнадцати, то его связь со своей парой терялась. Его мать выйдя замуж в пятнадцать, никогда не ощущала того, что сейчас чувствовал сам Даниэль. Он знал, когда его пара зла, когда счастлива, грустна или весела. Знал некоторые предпочтения и вкусы второй половинки. Так например, непереносимый остроту ранее, сейчас он мог спокойно кушать блюда с перцем чилли и другими остротами. И если прежде Кан всё быстро запоминал, то сейчас с этим были некоторые проблемы. Ему теперь нужно было больше времени, чтобы запомнить расстановку игроков на поле в квиддиче. В связи с соулмейтом были как плюсы так и свои минусы. Но что он мог сказать матери? Той, кто была лишена этих чувств, этого трепета, этого ощущения?        - Иногда хорошо, иногда плохо, - расплывчато ответил сын. – Сейчас я ощущаю, что у моей пары отличное настроение. И мне от этого становится хорошо, пускай я и устал здесь ждать отца, - краснея признался Даниэль. Его пара была редко счастлива, но наступали дни, когда вторая половинка сияла от радости. И сегодня был такой день. И только лишь от ощущения, что его соулмейт счастлив, сам Кан был очень рад.        - Никогда не слышала, чтобы чувства пары так сильно влияли на эмоциональное и физическое восприятие его соулмейта, - со странной улыбкой произнесла госпожа Кан. – Хотя, мне это неизвестно… - она поджала губы, и сердце Даниэля пропустило глухой удар. – Но я очень рада, что ты, мой дорогой, сможешь быть со своей вторую половинкой несмотря ни на что, - парень попытался улыбнуться. Его отец, министр магии, был куда несчастнее многих. Если мать не ощущала связи со своей парой, то отец Даниэля до сих пор чувствовал свою пару. Где-то далеко от него, где-то совсем далеко, был человек, который также ощущал связь с его отцом. Родители полностью были за то, чтобы их сын самостоятельно решил свои брачные вопросы. И ничто не уговорит их женить сына по расчету. Даниэль обещал себе и им, что во чтобы ни стало найдет свою пару и будет счастливо жить вместе с ней. Он сделает всё ради того, чтобы встретиться с человеком, который безумно печален и опустошен внутри своей души.        Чувство защиты кипело в слизеренце. Оно переполняло его ежедневно, желая лишь одного - помочь своему соулмейту. Как только он впервые почувствовал его, то горько заплакал от своего бессилия. Гнев переполнял его. Даниэль стал злее, яростнее, сильнее. Магия переполняла его, желая выйти наружу и оберегать то, ради кого она появилась. И это заметили многие. Даже его товарищи по квиддичу не раз и не два приходили в ужас из-за жесткого стиля игры Кана. Другие отшучивались, что, наконец-то, его слизеренская черта вышла наружу. Ведь не зря шляпа выбрала именно змеиный факультет. Парню было плевать на всё. Что бы не говорили, кто бы не говорил, его единственной целью был поиск своей пары. Как бы плохо и тяжело ему бы не пришлось, пускай хоть придётся убить кого-то. Кан сделает всё, чтобы обнять и никогда не отпускать своего соулмейта. Осталось только найти.        - Министр приехал! – послышался гул с разных сторон. В комнату вошел грузный мужчина средних лет в дорогом фраке, а по правую сторону шел высокий худощавый заместитель министра магии. За ними следовал эскорт высших чиновником министерства.        - Дорогая, сын, - поприветствовал министр. Даниэль с матерью слегка улыбнулись в знак приветствия.        - Первая леди, - произнес негромко заместитель. Он подошел вслед за Каном-старшим и поклонился в знак приветствия.        - Господин Он, давно вы к нам не заходили, - поприветствовала жена министра. – Как ваши жена и сын?        - Они оба сейчас в зале, - прочеканил ответ заместитель, вызвав усмешку у женщины.        - Я думала они подождут вашего прихода…        - Мы рано покинем балл, поэтому моя жена захотела отправиться вперед, так как здесь множество ее друзей, - сухость этого человека всегда поражала Даниэля. По сравнению с ним его сын, Сону, был просто лапочкой. Конечно, их отношения с гриффиндорцем были не самыми близкими, но даже слизеренец мог сказать, что Он-младший куда живее, чем его отец.        - Приходите к нам с семьей на каникулах, - закончила приветствие госпожа Кан. Она легонько взяла мужа за руку и пошла вперед по направлению к залу. Бал начался.        Как только они появились, зал замолчал, поклонами встречая министра магии Кореи. Даниэль шёл позади родителей, короткими взглядами выглядывая знакомые лица. И вот, когда они почти подошли к сцене, на которой отец произнесет приветственную речь, как его взгляд встретился с черными глазами гриффиндорца. Сердце заныло, а голова трезво заметила, как Сону крепко держал плечо их профессора по зельеварению.        - «Пора уже профессору Слизнорту вернуться из своего отпуска» - резко подумал Даниэль. И нацепив самую радостную улыбку пошёл к друзьям, столпившимся в уголке вместе с учителем и вредным Оном.