19.
10 января 2019 г., 19:10
Проснувшись рано утром, Снейп быстро собрался и уже почти вышел в коридор, но в последнюю минуту остановился.
Он не собирался уходить надолго, всего-то заглянуть в Запретный лес и своими глазами посмотреть на влюбленных великанов, а потом сразу вернуться обратно. Но что-то острыми коготками тихо царапнуло его в висок.
Не хотелось оставлять Грейнджер без палочки даже на час.
Многолетний опыт работы в Хогвартсе подсказывал: нет в Британии другого столь же непредсказуемого и опасного места, как средняя школа для волшебников. Здесь то и дело что-то случалось.
Тихо приоткрыв дверь в её спальню, Снейп некоторое время задумчиво глядел на спящую девчонку. Во рту появился вкус пирожков с малиновым вареньем, которые Грейнджер в облике Алекто Кэрроу оставляла возле его двери. Он вспомнил, как однажды она запустила в него чайником, а уже через пару минут они чинно сидели за столом и вели светские беседы, попивая чай. Вспомнил, как её толстые короткие ножки без устали топтали школьные коридоры, потому что бочонок-Аллекто пыталась быть везде. Вспомнил полные карманы соплей, проклятия учеников, летящие в спину и глухую ненависть учителей. Вспомнил их ужины — посреди страха и войны. Вспомнил, как наливались ужасом её глаза навыкате, когда начинала полыхать на предплечье Темная метка.
Ладно, чего ему бояться в Запретном лесу.
Осторожно положив палочку на тумбочку возле кровати Грейнджер, Снейп отправился прочь. В конце концов, хороший повод поупражняться в беспалочковой магии.
— Красотка, правда?
Юная великанша сидела у входа в пещеру, которую когда-то Хагрид оборудовал для Грохха. Она задумчиво ковырялась в носу случайно сорванной сосенкой.
Люпин задумчиво висел на заборе, который окружал полянку вокруг пещеры и, услышав шаги Снейпа, весело оглянулся на него.
— Твоя жена знает, что ты восторгаешься великаншами? — неприветливо спросил его Снейп.
— И тебе доброе утро, — благожелательно ответил Люпин.
— Что будет, если у них появятся дети?
— Ну, пока Дрохха не слишком расположена к Грохху. Он ей не нравится. Думаю, у нас есть время решить эту проблему до появления потомства.
— Надо было сразу выгнать Хагрида из нашего леса, когда он первого великана притащил, — раздался за их спиной глубокий голос.
Снейп и не поворачивая головы, узнал голос кентавра Бэйна.
Как он надоел своим высокомерием за все эти годы!
— Если вы, Бэйн, считаете, что вправе мне указывать, кто останется в этом лесу, а кто его покинет, то вы ошибаетесь, — прошипел он, оборачиваясь.
— Великаны здесь не останутся, — заявил Бэйн. — Мы не позволим.
— Да неужели?
Бэйн, упрямый осел, вскинул лук, целясь в великаншу, стремительный, как псина, Люпин ударил в летящую стрелу заклинанием. И всё вокруг пришло в движение: захлопотала великанша Дрохха, почуявшая близость людей и кентавра, забил копытами Бэйн, и в смешении обрушившегося на него леса, Снейп понял: что-то пошло не так.
Его опрокинуло и протащило, копыта, ударившие прямо перед его носом, вспороли землю. Что-то закричал Люпин, кажется, он призывал кинуть успокоительным в Дрохху, прибежал Грохх, и небо сблизилось с землей.
Ругаясь и отплевываясь, Снейп большей частью уворачивался от великанских ног и падающих деревьев. Сделав свое пакостное дело, Бэйн умчался, а разъяренная Дрохха обрушила свой гнев на ухажера. Пока Грохх пытался уворачиваться от летящих в него деревьев и земляных комьев, но и его терпение было на исходе.
— Они разнесут этот лес на щепки! — заорал Люпин, снова швыряя в Дрохху успокаивающим заклинанием.
На великанов магия почти не действовала, но Люпин очень старался.
Снейп задрал голову, разглядывая Грохха.
— Чтоб тебя, бесполезная Нагайна, — пробормотал он.
Он зажмурился, сосредоточенно вспоминая двор Хагрида и то, что там находилось.
— Акцио, корыто, — четко сказал Снейп, пригибаясь от летящего в сторону Грохха валуна.
Несмотря на его опасения, корыто все-таки появилось. С трудом встав с земли, все-таки его здорово приложило, Снейп достал из кармана зелье и вылил его в огромную посудину, в которой Хагрид стирал белье.
Крохотной лужицей зелье растеклось на дне корыта.
Оглядевшись по сторонам, Снейп нашел тощий прутик.
Ну пусть будет прутик.
Направив его в сторону лужицы, он произнес заклинание, увеличивающее объем зелья. Сначала ничего не произошло, и пришлось проговорить его несколько раз, прежде чем корыто начало наполняться.
По-хорошему, надо было просить о помощи Люпина, но ни за что.
Левитировать наполненное зельем корыто с помощью прутика нечего было и пытаться. Поэтому Снейп потащил его по-магловски, с помощью обыкновенной физической силы. Корыто оставляло на земле глубокую борозду.
Подтащив его поближе к Грохху, он завопил изо всех сил:
— Эй, как тебя там… Грошик!
Люпин перестал бросать бесполезные заклинания в Дрохху и закричал:
— Что ты делаешь?
Грохх опустил голову вниз, разглядывая копошащихся внизу людей.
Ощущая себя круглым идиотом, Снейп указал на корыто, потом изобразил, будто опрокидывает его себе на голову, а потом ткнул пальцем в Дрохху.
— Хм, — недоверчиво прогрохотал великан.
— Герми велела, — твердо заявил Снейп.
Легко подняв корыто, Грохх, недолго поколебавшись, опрокинул зелье великанше на голову.
Недоуменно взревев, Дрохха замотала головой, слепо уткнулась лбом в гору с пещерой, а потом длинно вздохнула и улеглась на полянке спать.
— Что вы здесь устроили, — прогудел запыхавшийся Хагрид, — обижаете моих голубков!
Грейнджер ругалась все утро. Как будто кто-то включил гудящий улей и забыл его выключить.
— Податься в Запретный лес без волшебной палочки! Что за глупое безрассудство, Северус. Что бы со мной могло приключиться в собственной спальне?
— Что угодно! Это же Хогвартс!
Впрочем, его ненадолго хватило. Устав отбиваться от нападок, Снейп предпочел отмалчиваться, не особо вникая в её упреки.
Они завтракали в «Татлере и Бобе», респектабельном ресторане, в самом начале Косой аллеи. По случаю выхода в свет, Грейнджер сменила привычную школьную мантию на нарядную и заколола волосы, совершенно перестав походить на себя саму. Она уплетала блинчики с кленовым сиропом и ругалась, как сварливая старушка.
— С голыми руками на великанов! Это была попытка самоубиться, да, Северус? Вы хотите оставить меня вдовой?
— Милые бранятся?
К ним подошла сияющая… Алекто Кэрроу, собственной персоной.
Её похожее на бочонок туловище, короткие ножки, одутловатое лицо, глаза навыкате, вызвали в Снейпе такое сильное умиление, что он улыбнулся, чем поразил не только обеих дам, но и весь ресторан.
— Привет, Алекто, — беззаботно произнесла Грейнджер. — Присядешь?
Кэрроу с удовольствием села за стол и замахала официанту, требуя еще чашечку чая.
— Привет-привет, — сказала Алекто, — я чуть не умерла, когда узнала, что ты вышла за Северуса Снейпа. Это надо же было пойти на такие отчаянные меры! Аберфорт мне велел перестать расстраиваться. «У Гермионы светлая голова, — сказал он, — она понимает, что делает». Так и сказал! Но свадебный подарок не стал отправлять. Скуповатый он, Аберфорт, — вздохнула Алекто и печально поддернула рукава довольно старой мантии. — Но ты ужасно выглядишь, Грейнджер.
— Как так получилось, что вы не в Азкабане? — спросил её Снейп.
— За помощь в борьбе с Темным лордом, конечно, — охотно ответила Алекто. — Мы с Грейнджер все решили почти дружески… Но если на первых порах у нас и были разногласия, то быстро закончились.
— Я украла Алекто из её собственного дома и приволокла к Аберфорту Дамблдору в «Кабанью голову». У него есть прямой тайный ход в Хогвартс, очень удобно, если вам регулярно нужно навещать пленника, чтобы вырвать у него очередной клок волос. — Гермиона вздохнула. — Что было делать? Аберфорт предлагал наложить на Алекто «Империо», но я не могла заставить себя использовать запрещенные…
— Поэтому они меня просто заперли, — хмыкнула Алекто, — лучше бы «Империо», чем заточение. Но я очень скоро все осознала и пошла на сотрудничество. Последние месяцы Аберфорт уже не запирал меня. А сейчас я работаю у него в «Кабаньей голове». Ужасное место. Не то что «Татлер и Боб». Но я еще приведу «Голову» в порядок, — решительно заключила она.
По дороге к Олливандеру, настроение Грейнджер сменилось.
— Видели бы вы, как изумился Аберфорт, когда я заявилась к нему и потребовала, чтобы он открыл для меня проход, скрывающийся за портретом Арианы. Пытался выгнать меня вон и сотрясал кулаками. «Что за наглая девчонка», — кричал. Он просто никак не мог понять, откуда я о нем знаю.
— Вы видели этот проход в своем прошлом, которое не случилось?
— Ага. Я сказала Алекто, что спасаю её от очень плохой участи. Спрятавшись в «Голове» и предоставив мне отправиться в Хогвартс вместо неё, она убережет себя от тех преступлений, которые совершали пожиратели смерти. Она до смерти боялась Воландеморта, поэтому охотно согласилась пережить плохие времена в Хогсмиде… О, давайте купим мороженое.
Прогулка по «Косой аллее» привела Грейнджер в прекрасное настроение. После окончания смутных времен здесь многое изменилось. Треснувшие витрины заменили новыми, закрытые лавки снова открылись. Здесь было нарядно, людно и оживленно. Им то и дело приходилось с кем-то здороваться, а проходя мимо «Вредилок Умников Уизли» Снейп пожалел, что у него нет мантии-невидимки.
Однако обошлось, и никого из Уизли им не встретилось.
— Олливандера похитил Воландеморт еще летом, — помрачнев, сказала Грейнджер, — в прошлой реальности мы встретили его в подвале Малфоев в декабре. В этой реальности его освободили авроры. Ему сильно досталось. Зато, — тут она широко улыбнулась, — Добби остался жив.
Что за девчонка!
Казалось, её нисколько не смущало молчание Снейпа.
Олливандер, действительно, сильно постарел с тех пор, когда они виделись в последний раз.
— А, — крякнул он, — Северус Снейп. Жила дракона и виноградная лоза. Этой палочкой вы убили Дамблдора?
— Да, — ответил Снейп безо всякого выражения.
Грейнджер шагнула вперед.
— Мы пришли за палочкой для меня.
Прищурившись, Олливандер долго смотрел на неё.
— Хм, — наконец сказал он. — Странно, что вы явились вдвоем — у вас очень схожие палочки.
— Но свою я сломала, — вздохнула Гермиона, протягивая Олливандеру обломки.
— Варварство! — возмутился мастер. Казалось, он потрясен до глубины души. — Такая прекрасная была палочка! Но некоторые вещи уже не починить, дорогуша. Давайте подумаем, что может вам подойти.
Он шагнул вперед и, подняв лицо Грейнджер за подбородок, посмотрел ей в глаза.
— Как странно. В тебе словно два мира соединилось. Прошлое, будущее, много смертей, — он зажмурился от ужаса и торопливо направился к полкам с коробками.
— Сильная, очень сильная… — бормотал он. — Особенная палочка, уникальная. А я все думал — для кого же она… кто сможет совладать с ней. Вот.
Он открыл одну из коробок и протянул Грейнджер короткую и тонкую палочку. Палочку-невеличку.
Взмахнув ею, она создала яркого и плотного патронуса, который промчался по лавке, оставляя за собой серебряный след.
— Блестяще, — сказал Олливандер, и Снейпа поразила его неуверенность. — У владельца этой палочки будет сложная и интересная жизнь. Мне кажется, мисс Грейнджер, я сейчас вручаю вам не просто палочку — а судьбу.
Она улыбнулась.
— Мне подходит, — сказала Грейнджер спокойно.
— Бук и перо гиппогрифа, сбрызнутое кровью саламандры, — он покачал головой. — Удачи вам, деточка.
— Слышали? — спросила Грейнджер. — Он вручил мне судьбу!
— Я слышал только то, что Олливандер вручил вам довольно опасную штуку, — Снейп крутил головой, соображая, как бы им выбрать наименее людную улицу. Ему хватило на сегодня людей и разговоров с ними.
Но Грейнджер не спешила уходить.
— Давайте зайдем во «Флориш и Блоттс».
— Нет. Ни за что на свете. Хватит с меня блужданий по Косой аллее. Если еще кто-нибудь заговорит о нашей женитьбе…
— Северус Снейп и его жена Гермиона Снейп! Какое потрясающее событие, а?
К ним приближалась Рита Скиттер. Прытко пишущее перо едва поспевало за ней.
— Самая романтическая пара года! — тараторила Скиттер. — Любовь, распустившаяся на поле войны! Кто он, Северус Снейп: негодяй или святоша?
Не произнеся ни единого слова, Грейнджер подняла свою новую палочку и направила её на Скиттер. Та, поколебавшись, раздраженно дернула плечом.
— Когда, Гермиона Снейп, ты перестанешь помнить старые обиды и решишь поведать миру о своем замужестве, найди меня.
— Никогда, — ответила Грейнджер с удивившей его непримиримостью.
Скиттер только головой покачала.