Обратная сторона Северуса Снейпа

В школьной суете приближались рождественские каникулы. Рита Скиттер опубликовала в «Пророке» пространный материал под названием «Известная охотница за знаменитостями и её новая жертва». Она припомнила читателям, что уже предупреждала о расчетливости прохвостки Грейнджер, которая сначала пыталась соблазнить Гарри Поттера, потом — Виктора Крама, а теперь, благодаря искусству приворотных зелий, погубила Северуса Снейпа. Снейп, при этом, был выставлен безвинным страдальцем, который долгое время жил под гнетом ложных обвинений и стойко исполнял свою миссию, невзирая на ненависть со стороны окружающих его людей. «Преисполненный горечью своих утрат, он стал легкой добычей амбициозной интриганки, которая увезла несчастного Северуса в Шотландию и там принудила к браку с собой. Какое мрачное будущее ждет этого героического человека? Сколько еще страданий ему суждено?» Грейнджер, прочитав эту статью, только фыркнула и сказала, что в целом все верно. Она действительно силой уволокла страдальца в Шотландию и действительно принудила его к браку с собой. Снейпа же в этой истории оскорбило только то, что кто-то мог подумать, будто его может взять какое-то приворотное зелье. Северус Снейп не был всенародным любимцем, как Гарри Поттер, поэтому никакого потока писем, не последовало. Разве что несколько юных ведьмочек спросили секрет приворотного зелья, а парочка пожилых тетушек прислали Грейнджер свои соболезнования. «Неужели никого приличнее, бедная девочка, вы не смогли себе подыскать?» — спрашивали они. Снейп редко видел свою жену, и его это вполне устраивало. Вечера она проводила за учебниками, а днем, как и все ученики, болталась по школе. Кажется, интерес к их скоропостижному браку пошел на убыль, потому что девчонка снова начала наведываться в гостиную Гриффиндора, которую первое время избегала, как чумы. На его уроках она вела себя как обычно, если и тянула руку чаще других, то в пределах парадигмы своей тяги к знаниям. Поттер зачастую попадался на глаза в компании девчонки Уизли, Лонгботтом снова ввязался в драку, но за этим остолопом взялся приглядывать Люпин. С гриффиндорцами все было более-менее. Проблема была в Малфое и таких, как Малфой. Дети, чьи родители были пожирателями смерти. Дети, чьи родители убивали маглов и измывались над другими волшебниками. После ночи уничтожения крестражей прошло достаточно времени, чтобы ученики смогли выдохнуть, отойти от шока и посмотреть вокруг себя. И увидеть тех, чьи семьи уничтожали их семьи. У взрослых был Визенгамот, Азкабан, авроры и лохмотья здравого смысла. А дети остались друг против друга в замкнутом пространстве Хогвартса, и не было между ними ничего, кроме ненависти и боли. «Слизеринец» стало словом ругательным. Оскорбительным. Фактически, оно использовалось в контексте «убийца». И пока преподаватели бегали по школе, гася все более частые конфликты, Снейп раздумывал о том, что тут нужны какие-то радикальные меры. Приближалось полнолуние, а это значило, что каждый вечер Снейп наведывался к Люпину, чтобы принести ему волчье противоядие. В эти дни оборотень ночевал в своем кабинете. Люпин запрещал Нимфадоре появляться возле него, поэтому Снейп накрепко закрывал кабинет, наносил на дверь охранные заклинания, а утром проделывал обратную работу. Его так и подмывало оставить Люпина запертым на целый день, но не хотелось дарить ему, ни с того, ни с сего, лишний выходной. — Гермиона, а не хотите ли вы приготовить волчье противоядие для Люпина — в рамках дополнительных занятий по зельеварению, на которых вы так настаивали? — Я? Можно? — и она помчалась к шкафчику с ингредиентами, счастливая представившейся ей возможностью проявить себя. Глядя на то, как она старательно толчет аконит, Снейп спросил: — Не боитесь отравить Люпина? Неправильно приготовленное, это зелье способно убить человека. — Но вы же не позволите мне неправильно его приготовить, — отозвалась она сосредоточенно. Он глянул в её котел, дернул носом, принюхиваясь, и отошел к столу, принимаясь за проверку работ учеников Рейвенкло. — Налево. Сейчас надо мешать налево. Четыре раза. Потом добавить серы и мешать направо, — не поднимая головы, скомандовал Снейп. — У вас что, глаза на затылке? — пробормотала она. — Очень аккуратно две капли теплой серы на кончике бронзового ножа… Медленно, Гермиона, не то Люпин всех перекусает за ночь. С утра проснетесь — а у вас лицо волосатое. Хорошо. Что надо делать дальше? — Три налево, два направо, побрызгать заячьей отравой и дать полчаса настояться, — моментально ответила она, словно была на уроке. — Для чего вы взяли углубленный курс по уходу за магическими существами? Собираетесь стать магозоологом? — Еще чего! — она была слишком сосредоточена на зелье, чтобы фыркнуть. — Интересно, что с вами случится, если вы перестанете изучать все подряд? Она не ответила, разглядывая то, что находилось в котле. Снейп встал и заглянул туда тоже. Зелье было ядовито-зеленым. — Пока вы чистите этот котел, — сказал Снейп, берясь за новый, — можете мне объяснить, почему вы получили такие удручающие результаты? Закусив губу и едва не плача, Грейнджер замотала головой. — Я не понимаю, — сказала она расстроенно, — я делала все по инструкции. — Уверены? — Можно? — она кивнула на старенький шкаф, в которым хранились учебники разных лет и издательств. Были там азиатские или южноамериканские, например. — Я все сделала правильно, — наконец, произнесла Грейнджер. — Третья строчка, Гермиона. — Спокойно перемешайте… Но я очень спокойно мешала! — Спокойно — это не темп движения. Это ваше внутреннее состояние. Что вас так тревожит? — Вы шутите? Снейп оглянулся на неё. Скрученные в тугой узел волосы растрепались. Светлая домашняя мантия выглядела аккуратной и милой. Учебник, который она прижимала к груди, слегка дымился. Был у него такой дефект. Грейнджер напоминала изможденного узника Азкабана, но у нее был решительный нос, прямой и ясный взгляд. Хорошая девочка, вырастет — станет хорошим магом. Если вырастет. — Правильная трактовка рецептов, Гермиона, — это крайне важно, — сказал Снейп мягко. — Но разве можно изменить свое настроение согласно рецепту? — Настоящий зельевар должен уметь с этим справляться. — Как? — Идите сюда, — он усадил Грейнджер и встал за её спиной, положив ладони на её виски. — Отпустите все мысли, все тревоги… — Но… как? — Что тревожит вас больше всего, Гермиона? — ЖАБА, — ответила она без колебаний. — Я должна получить П по нумерологии и трансфигурации, и по зельям, и по… кошмар. Осталось так мало времени! Снейпу захотелось сжать руки сильнее и расколоть эту голову, как орех. Грейнджер что, не видела себя в зеркале? — Ну, на твердую В вы всегда можете рассчитывать. — Выше ожидаемого? Выше ожидаемого?! Она подскочила в кресле, словно порываясь снова вернуться к учебникам, и ему пришлось удержать её за плечи. — Сидите спокойно, — раздраженно прикрикнул Снейп. — Что еще? — Драко Малфой. — Кто?!