Обратная сторона Северуса Снейпа

— Слушайте, Грейнджер, у меня к вам предложение. Она широко зевнула. — Гадость, наверное, какая-нибудь, — предположила беспечно. На лице Гермионы не было и следа тех бурных слез, которые она пролила на мантию Поттера. — А давайте я просто шарахну вас «обливиэйтом», — мягко сказал Снейп. Даже засыпающую над учебником Грейнджер это проняло: она выпрямилась на диване, оторопело уставившись на него. — Простите? — Ну, вы забудете вторую линию развития событий. Ту, которую предотвратили. И это поможет вам на пути ментального и физического исцеления. — Вы достаточно сделали для моего ментального и физического исцеления, — возразила она бесстрастно. — На этом можно остановиться. — Как угодно. Но если что — я к вашим услугам. В смысле «обливиэйта». И в любом другом, впрочем, тоже. Например, для того, чтобы поплакать. Но рядом с ним она изображала гранитную статую. Грейнджер без страха и упрека. Судя по мучительному румянцу, густо залившему девчонке лицо и шею, она нашла в его словах совершенно иной смысл. — Где вы прятались целый день? — поспешно спрятавшись за учебником, спросила Гермиона. — Дрых в кабинете Дамблдора. Я уже слишком стар для бессонных ночей на лесных полянках. Снейп покосился на часы. До того, как ученики начнут разбредаться по своим спальням, где обнаружат бесчинствующих докси, оставалось примерно чуть более часа. Наступала вторая бессонная ночь подряд. Он придвинул к себе очередную порцию домашних работ. Грейнджер снова выглянула из-за учебника. — Вы уже придумали, что делать с нашей проблемой? — спросила она преувеличенно спокойно. — Конечно, — уверенно отозвался Снейп. Губы этой врунишки жалобно дрогнули. — Правда? — Даже не сомневайтесь в этом. Я умею защищать гриффиндорцев. Я бы сказал, что это мое основное жизненное предназначение. Гермиона заулыбалась с таким облегчением, словно все опасности уже остались позади. — Кто знает, — пробормотала она, — возможно, этот ребенок выберет Слизерин. Как будто что-то взорвалось в его голове. Ребенок. Когда-нибудь он вырастет и натянет на свою макушку Распределяющую шляпу. — Да вы сейчас в обморок хлопнетесь. Вот вам и бесстрашный защитник! Патронус от Поттера прилетел в два часа ночи, когда Снейп уже собирался идти спать. И вместо того, чтобы упасть в объятия любимого одеяла, пришлось снова тащиться в кабинет Дамблдора, чтобы выпустить оттуда мальчишку. — Держите, — сказал Поттер, протягивая ему воскрешающий камень. — Как это я сам не додумался, что нельзя оставлять его там? — Возможно, ваша смерть отвлекла вас от этой светлой мысли. Поттер, вы теперь в команде Б по квиддичу. — Команда Б? Что это за название такое? — Нормальное вы придумаете все вместе. Сообща. — Должно быть, сэр, вы ужасно жалеете о том, что в одну команду нельзя впихнуть двух ловцов. — И не говорите, — вздохнул Снейп. — Кстати, в вашей спальне полным полно слизеринцев. — Внезапное нашествие докси? — развеселился Поттер. — Оно. Хлоп! Домовик Добби появился из воздуха так внезапно, что Снейп едва не споткнулся об него. — Ну и бардак у вас дома, — пропищал тот возмущенно. — Я половину дня убирался! — Кто вас просил наводить порядок? Домовик издал горестный стон. — Это сильнее меня, сэр. Я все-таки еще не достаточно свободный домовик! Вижу грязь — и начинаю чистить, мыть, скоблить! Горе мне, горе! — Книгу отдайте. — Да забирайте, конечно. Добби плохой, Добби зависит от давления общественного строя! Причитая и стеная, домовик поплелся по коридору. А Снейп поплелся в кабинет Дамблдора — будить портреты. — Сейчас, — объявил он, — я буду читать вам список имен из дневника Лаверн де Монморанси, а вы мне скажете, кто из этих волшебников способен был создать хроноворот. Особенно я жду ответов Фронсака. — Что же вам не спится по ночам! — Бессонница одолела, — злобно рявкнул Снейп и начал чтение. — Нежнейший Артуро Слорн… — Растяпа. — Веселый Маркос Блэк… — Ничего не обходится без нас, Блэков! — Отчаянный Гарри Маршалл… — Такой дрыщ. — Злобный Родерик Принглс… — Даже он?! — поразился Фронсак. — Я-то думал они на ножах были. Что за женщина! — Марио Лестрео… — Иностранец какой-то. В Хогвартсе он не учился. — Учился, — подал голос другой портрет. — На двадцать лет позже Монморанси. — Ого! Когда список закончился, Снейп без сил закрыл глаза. Ему смертельно хотелось спать. — Знаете, Северус, — заметил Фронсак слегка виновато. — Я думаю, что из всех, кого вы перечислили, только Принглс мог создать такую штуку. Он был жутко умным, ваш прадед. — Этого только не хватало, — застонал Снейп. — Не знаю, что именно происходит, — заметил Финеас Найджелус Блэк, — но ха! ха! ха! В ущелье мертвых занимался рассвет. Снейп достал из кармана мантии камень воскрешения. Эта штука убила Дамблдора и спасла, в конечном итоге, жизнь Поттеру. И он будет полнейшим идиотом, если позволит себе трижды перевернуть артефакт в своей руке. Хотя искушение было огромным. Пусть бы старик вернулся и руководил этим сумасшедшим домом сам. — Я хочу поговорить со своим прадедом Родериком Принглсом, — сообщил камню Снейп. Как Поттер смог удержаться от того, чтобы не попытаться воскресить Лили? — Очевидно, что с потомками мне не слишком повезло, — раздался ехидный голос, сотканный из теней. — Как и мне — с предками, — в тон прадеду ответил Снейп. — Но давайте спасем последнего Принглса. — Принца. — Снейпа. — Какая безвкусица! — Мой отец был маглом. — Ты должен вернуть моему потомству фамилию Принц. — Строго говоря, это мое потомство. — Да ты сейчас в обморок хлопнешься! Рано или поздно при разговорах о ребенке у Снейпа перестанет взрываться голова. Но несколько недель назад у него даже жены не было! А сейчас, пожалуйста, полный комплект: жена, ребенок, смертельная опасность. — Любовный маховик Лаверн де Монморанси! — Родерик Принглс расхохотался. — Моя величайшая махинация! — В чем подвох? — Лаверн использовала его, чтобы успеть на свои многочисленные свидания… Но весь секрет был в том, что после использования маховика её сердце становилось совершенно равнодушным к тому мужчине, к которому она спешила. Она металась в поисках любви от одной встречи к другой, и одиночество сводило её с ума. Зелье за зельем, влюбленность за влюбленностью — и полный крах всех её надежд. Абсолютный. — За что ты её так ненавидел? — Я любил её! Мы провели вместе волшебную неделю. А потом она сказала, что не любит меня больше. И я подарил ей маховик на прощание. — Неужели, — удивился Снейп, — Монморанси приняла подарок от человека, которого только что бросила? И продолжала пользоваться им всю жизнь? Эта женщина была безумной? — Эта женщина была доверчивой и наивной. Несмотря на весь свой богатый жизненный опыт, она продолжала видеть в людях только хорошее. А я женился, у меня родился сын… И я всю жизнь наблюдал за её мучениями! Даже переехал поближе, чтобы лучше это видеть! Радости в голосе предка Снейп не услышал, но всё равно ему хотелось дать прадеду по уху. Но по крайней мере стало понятно, откуда у него самого такой сложный характер. Ничего не поделаешь, наследственность. — Мерзкий поганец, — озвучил его мысли скрипучий голос. — Отвратительный слизняк. Свинья. Сволочь. Кажется, Лаверн де Монморанси только что, спустя много лет после своей смерти, наконец перестала видеть в людях только хорошее. — Мамочка, — сгусток теней испуганно отшатнулся. Две призрачные субстанции схлестнулись друг с другом, смешавшись в одной целое. — Эй, — крикнул в этот смерч Снейп, — а что будет с моим ребенком? То, что некогда было Лаверн де Монморанси, похоже оглянулось на него. Казалось, что оно держит дух Родерика Принглса за ухо. — Да ты того и гляди в обморок хлопнешься! — воскликнула Монморанси. — Откуда я знаю, что с ним будет? Возможно, родится мальчик. Ну или девочка. Одно из двух, однозначно. — Ты устроила эту ловушку только для того, чтобы изловить Принглса? — Принца, — сдавленно поправил его предок. — Всё так удачно сложилось, — почти виновато произнесла Монморанси. Родерик в её полупрозрачной хватке судорожно подергивался. — Девочка воспользовалась хроноворотом, я вынудила её выйти замуж за правнука Принглса… — Да Принца же! — Ребенок, хроноворот, и вот — эта сволочь в моих руках. Счастливое стечение обстоятельств! — Счастливое? — переспросил Снейп, опускаясь на камень. У него вдруг заболело сердце. Когда Снейп добрался до Хогвартса, оказалось, что занятия уже начались. Хорошо, что у него не было первого урока. Чувствуя себя совершенно разбитым, Снейп вяло порадовался, что кабинет трансфигурации расположен на первом этаже. — Мне нужно немедленно забрать с урока Гермиону Снейп, — заявил он, вваливаясь в класс. — Здравствуйте, директор Снейп, — со значением произнесла МакГонагалл, крайне возмущенная его невоспитанностью. — А, ну да. Доброе… утро, кажется. Грейнджер, немедленно за мной. — Но у нас контрольная работа! — Ничего, одна плохая оценка ей не помешает. Что-то возмущенно булькнуло в горле Грейнджер, но она смогла взять себя в руки и встала со своего места. — Извините, профессор МакГонагалл, — холодно сказала она. Снейп закрыл за ней дверь в класс и огляделся по сторонам. — Здесь, — велел он Хогвартсу, потому что у него не было никаких сил подниматься на восьмой этаж. В стене послушно появилась дверь. Выручай-комната встретила их горящим камином и множеством мягких диванов. — Как хорошо, — пробормотал Снейп, мгновенно падая на один из них. — Северус? — обеспокоенно позвала его Грейнджер. — А да. С вами всё будет хорошо, — сообщил он, засыпая. — С вами и с ребенком тоже. Перед тем, как окончательно погрузиться в сон, он попросил Хогвартс растянуть в этой комнате время. Он просто поспит пару часов, а когда проснется, первый урок будет продолжаться. Так ведь можно, Хогвартс?