Обратная сторона Северуса Снейпа

Снейп сел на кровати, стараясь не разбудить спящую Гермиону. Положил руку на свой живот. К своему разочарованию, ничего выдающегося он не ощутил. Только непривычную тяжесть в области мочевого пузыря и раздражающую тошноту, подступающую к горлу. Никакого тебе счастья подступающего материнства. Он прокрался в ванную и некоторое время ошалело разглядывал красивое и молодое лицо в зеркале. Никогда прежде у него не было возможности так пристально и подробно изучить его. — Добби, — прошептал он, искренне надеясь, что его услышат. Домовик появился с очень деликатным треском. Ну надо же, какая сообразительность. — Вы, волшебники, — сказал он, недружелюбно разглядывая Снейпа, — иногда как дети малые. Гермиона говорила, что могила этого эльфа располагалась бы в Корнуолле. — Добби, — сказал Снейп, — через час ученики начнут просыпаться, и в этой школе начнется паника. Я хочу, чтобы во всех гостиных и спальнях школы появилось объявление, что это штатные учения под кодовым названием «Почувствуй себя в чужой шкуре». Полученные тела беречь и уважать, как свои собственные, к ситуации относиться с юмором, следующей ночью все встанет на свои места. — Может, вам еще и чаю в постель? — буркнул Добби. — Позже, — великодушно махнул рукой Снейп. После душа тошнота только усилилась, и пришлось принять зелье. Гермиона пошевелилась, и Снейп присел на кровать возле неё. Она открыла глаза и сонно посмотрела на него. — Ого, — сказала Гермиона, потягиваясь. — Что это вам вздумалось принимать оборотное зелье? Собственный голос озадачил её. Она подняла свою руку и уставилась на неё. Потом заглянула под свое одеяло. Потом рывком села и уставилась на Снейпа сквозь падающие на лицо черные волосы. Какая у него худосочная грудь, если подумать. Да и в целом весьма мало привлекательная личность. Хорошо бы дети пошли в маму. — Северус, — спросила Гермиона, — а чем именно мы сейчас заняты? — Штатные учения под кодовым названием «Почувствуй себя в чужой шкуре», — повторил Снейп. — Новое слово в педагогике. — Ты хочешь сказать, что это со всеми в школе так? — Сейчас выясним, — ответил он и позвал почти нежно: — Слирейгрихаф! Задрав голову, Снейп ожидал падения гриба, но вместо этого дверь из гостиной распахнулась и вошла обнаженная женщина, прикрытая лишь длинными черными волосами. Изумруды глаз терялись из-за белизны её кожи. — Что? — буркнул гриб. — Все переоделись, а мне ходить как обычно? Снейп даже боялся посмотреть в сторону жены, но волны негодования, исходившие от его собственного тела, раскалили воздух, как печка. — Что это? — фирменным Снейповским шипением зашипела Грейнджер. — Злокозненный дух Хогвартса… Который почему-то выглядит как суккуб. — Это мое альтер-эго, — высокомерно уведомил тот. — Ты не мог бы что-нибудь на него надеть? Гриб зарябил, и на роскошной фигуре появилось сверкающее золотистое платье. Бедный Уизли. Если Слирейгрихаф являлся ему в таком виде и всячески искушал, не удивительно, что Рональд решился на убийство. Пусть даже произошедшее лишь в его воспаленном мозгу. — Нимфадора? — спросил Снейп. — Все еще Нимфадора, — мурлыкнул гриб. — Кровосос? — Не называй профессора Фореста кровососом! — возмутилась Грейнджер. Несмотря на все потрясения, её базовые инстинкты оставались на месте. — Тоже в своем теле, — ответил Слирейгрихаф. — А что насчет того, что Снейпов не надо трогать? — Все Снейпы на месте, — совершенно омерзительно ухмыльнулся гриб. — Ты — Снейп, она — Снейп. Вы оба Снейпы. А ведь могли бы проснуться Уизли. Или, например, Хагридом, или… У Снейпа в руках оказалась палочка Гермионы, но ему сейчас было не до таких пустяков. Он был в таком спокойно-расчетливом бешенстве, что мог бы и вовсе обойтись без палочки. Да и в заклинаниях, честно говоря, не очень нуждался. Из палочки вырвались красно-сине-желтые зеленые нити, опутавшие роковую красотку. Она пискнула и снова превратилась в гриб. Снейп потянул эти нити на себя, ухватив злокозненного духа в кулак. — Еще одна подобная выходка — и ты отправишься снова в подземелья, — сообщил он, — где будешь покрываться плесенью до конца времен. А теперь — вон с моих глаз, и чтобы неделю вел себя тихо! С этими словами он открыл дверь в коридор и выбросил туда Слирейгрихафа. Вернувшись в спальню, Снейп обнаружил на своем собственном лице такие огромные глаза, которых там отродясь не водилось. — Ого, — низким мужским голосом сказала Грейнджер. — Ты вот так вот умеешь, да? С этими словами она вскочила, оборачивая свою плоскую грудь простыней, и поцеловала Снейпа. Это потрясло его. — Что ты делаешь? — спросил он. — Ну подумаешь, поменялись местами. Теперь не целоваться разве? Она была выше его, и находиться в её объятиях, а не наоборот, было странно. Снейп зажмурился, стараясь отвлечься от физиологических факторов, и поцелуй оказался приятным и долгим, и казалось уже неважным, кто в чьем теле находится, пока собственный член не уперся Снейпу в живот. Он отскочил, словно ошпаренный. Гермиона выглядела крайне сосредоточенной, словно была на уроке, где изучали важную тему. — Северус, — спросила она с интересом естествоиспытателя, — а мы могли бы… — Нет! — Снейп на всякий случай нырнул в шкаф. — Лучше скажи, что мне надеть? — Одну из своих черных мантий, например. Для чего ты трогаешь мои вещи? — Этот день я проведу как Гермиона Грейнджер. — Что? — забегало вокруг него его собственное тело. По крайней мере, оно было гибким и быстрым. — Через час в Большом зале школе соберется толпа взволнованных детей, и им нужно будет увидеть, что с их директором всё в порядке. Что он не выглядит как кудрявая семикурсница, а полностью контролирует ситуацию. Вы будете спокойной, Гермиона, и уверенной в себе. Просто шлите всех к черту направо и налево. Я нисколько не сомневаюсь, что у вас получится. — В том, что у меня получится быть директором этой школы, я нисколько не сомневаюсь, — энергично возразила Гермиона. — Но вы ни за что на свете не сможете пробыть мной целый день и не испортить мне отношения со всеми друзьями! Вам придется сказать Поттеру правду, и Рону, и Невиллу, и Джинне, и Луне, и Тонкс… — Не драматизируйте. Я все-таки долгое время был двойным шпионом… — Господи, да вы же задом наперед колготки надеваете! Снейп, смешавшись с другими детьми, шагал в большой зал, когда на него напрыгнул вдруг Малфой и зашептал: — Благодаря кому мы стали друзьями? — Троллю, — ответил Снейп мрачно. — Между прочим, тогда из-за вас с Роном я впервые солгала профессору МакГонагалл! «Я пошла искать тролля, потому что думала, что смогу с ним справиться!» — процитировал он с раздражением. Эта девица была невыносима с самого первого курса, но тогда он едва не вмешался, чтобы оттащить её от Поттера подальше, но Дамблдор запретил. Мальчику нужны друзья, и плевать, что такая дружба смертельно опасна. — Значит, тебя не коснулось всеобщее сумасшествие? — спросил Поттер, обнимая Снейпа за плечи. — Мой муж все-таки директор этого дурдома, — ответил он, испытывая в эту минуту весь спектр физических и моральных страданий. — Везет. А мне достался этот белобрысый хорек. Пойдем поищем того, кто ходит в моем теле? — Спорим, я знаю ответ? В этот день ряды школьников окончательно смешались. Малфой уселся за стол Гриффиндора и повернулся налево: — Захария? — Это я, Рон. — А кто из вас Невилл? Падма Патил помахала им рукой. — Твой муж полный псих, знаешь об этом? — спросил Теодор Нотт. Сын пожирателя, он давно не выглядел столь беспечным. — Симус? — попытался угадать Снейп. Нотт расхохотался. — Это же я, Джинни. Что с тобой, Гермиона? Или ты не Гермиона вовсе? Чем мы занимались в доме на площади Гриммо? — Кроме того, что уничтожали докси? — Слушайте, — сказала Джинни, — может нам объявить забастовку и поставить Снейпа на место? Он не имеет ни малейшего права так с нами обращаться… Падма Патил с сомнением протянула: — Ты знаешь, Джинни, что я всегда тебя поддержу. Но мне кажется, что я уже навоевался со Снейпом на сто лет вперед. — Невилл, как ты можешь оставаться таким спокойным! — возмутилась Джинни. — Ты только посмотри на себя! — На мой вкус, — отозвался Лонгботтом, щедро намазывая джем на тост, — я выгляжу лучше, чем когда бы то ни было. — Доброе утро, — раздался глубокий голос, который Снейп не сразу принял за свой. Гермиона встала со своего места за учительским столом и взглядом полководца окинула зал. — Это утро несколько необычное, правда? — спокойно заговорила она. В зале поднялся страшный шум. Девчонка вскинула вверх одну бровь и подождала, пока станет тихо. — Самодовольный козел, — буркнул Захария Смит, в котором сегодня жил Уизли. — Однажды я доберусь до него… — Рон! — предупреждающе воскликнул Поттер голосом Малфоя. — И тогда от тебя мокрого места не останется, — сообщил Рональду Снейп. — Перестаньте, — страдальчески взмолился Поттер. — Вы когда-нибудь прекратите ругаться? — Когда его мозги встанут на место. — Пусть она перестанет защищать этого придурка! — Возможно, — продолжила Грейнджер, — кто-то из вас этим утром зол на меня… я имею в виду сильнее, чем обычно. В зале послышались смешки. — Но попытайтесь получить от этого дня не только пользу, но и удовольствие. — Я могу писать стоя, — похвасталась Джинни. — Я всего лишь хотел показать вам, что в глубине души мы все одинаково ценны. И наши внутренние распри могут прекратиться, если мы сможем посмотреть друг на друга иначе. — Сам-то он не превратил себя в девушку, — добродушно заметил Лонгботтом-Патил. — И многое потерял, — отозвалась Уизли-Нотт, — мог бы хоть один день побыть красивым. — Как ты его терпишь? — снова завелся Уизли-Смит. — Его спесивость просто капает из ушей. — А как ты терпишь сам себя? — спросил Снейп, опять испытывая тошноту. Запах еды вставал поперек горла. В кармане мантии оказались леденцы из магазина Умников Уизли, и он закинул парочку себе в рот. Моментально стало лучше, и Снейп даже смог впихнуть в себя пару ложек овсянки. — Тебе опять нехорошо? — обеспокоенно спросил Поттер. — Нормально. — Тебя в последнее время часто беспокоит желудок. — Так бывает с девушками, которые недавно вышли замуж, — невинно улыбнулась Уизли-Нотт. — На что ты намекаешь? — вскинулся её старший брат. — На то, что твой поезд ушел безвозвратно, Ронни. — Послушай, — зашептал Поттер-Малфой, щекоча своим дыханием ухо Снейпа. — Мы должны сделать это сегодня, пока тут такая неразбериха. — Конечно, Гарри. Сделать что? Уроки проходили ужасно суматошно. МакГонагалл читала трансфигурацию в образе Люпина, а Флитвик и вовсе оказался Колином Криви. Гермиона провела зельеварение просто блестяще, и едкости в ней было едва ли не больше, чем у самого Снейпа. — Профессор! — он поднял руку. — Но мне бы хотелось понять, почему корень шалфея так опасен в сочетании с пыльцой летучих гербер. Она посмотрела на него снисходительно. — Если бы вы потрудились прочитать углубленный курс для зельеваров третьей ступени, то нашли бы ответ на странице 156. Даже он поразился. — Пойдем быстрее, — Поттер ухватил его за руку после окончания уроков и потащил к выходу из школы. На ступеньках Хогвартса им встретился главный редактор «Пророка». — Барнабас Кафф! — неприятно поразился Снейп. — Каким ветром вас занесло сюда? — Девочка, — отозвался он вежливо, — я ищу Северуса Снейпа. — Я жена директора, а не девочка, — оскорбился тот. — И вас сегодня не ждали. — Простите миссис Снейп, я стал несколько слеповат… Но дело в том, что в мой прошлый приезд мне не удалось взять у Северуса интервью, а министр очень настаивает на материале… — Подождет ваш министр. Поттер-Малфой оглянулся на неё с веселым изумлением. — Миссис Снейп! — сконфуженно воскликнул Барнабас Кафф. — Хогвартс сегодня не принимает гостей. — Отчего же? — Грейнджер сбежала со ступенек с прытью молодого оленя. — Я поговорю с редактором. — Ни за что! — заскрипел зубами Снейп. У него кровь застывала в жилах при мысли о том, что она может наговорить. Гермиона холодно улыбнулась. — Вы, кажется, пытаетесь командовать, миссис Снейп? Лучше возвращайтесь в школу. — Но, сэр, — возразил Поттер. — Мы имеем право на прогулку. — Не сегодня. — Как скажете, сэр, — неожиданно легко согласился мальчишка. И Гермиона прищурилась, внимательно разглядывая его. — Без глупостей, — предупредила она с нажимом. — Ступайте за мной, Кафф. Вы, молодые люди, шагайте вперед. Поттер пересек и холл и направился вниз, в сторону кухни. Снейп мрачно следовал за ним. Они пощекотали грушу, поздоровались с домовиками, которые изрядно потешались над глупыми волшебниками и их странными развлечениями, и вышли из школы через черный ход. Снейп не спрашивал, куда они идут, Гермиона очевидно знала ответ. — Ты не должна сердиться на Рона, — заметил Поттер, направляясь в сторону Хогсмида. — Давай руку, сейчас скользко. Снейп упрямо засунул кулаки в карманы. — А он не должен говорить гадости про Снейпа. Поттер засмеялся. — Ты как наседка, Гермиона. Ничего твоему Снейпу не сделается. — Я переживаю за Рона. С ним происходит недоброе, Гарри. — Но ему уже гораздо лучше. По крайней мере, он больше не пытается придушить тебя. Снейп споткнулся. Придушить Гермиону?! — Сказал же, дай руку, — досадливо сказал Гарри. — Черт, у этого Малфоя такие слабые ноги. Как он только ходит на этих ниточках. — Тебя не злит эта выходка Снейпа? Поттер пожал плечами. — Я понимаю, для чего он это делает… Сейчас это неважно. Мы просто заберем у Аберфорта то, что он у тебя украл, и всё будет в порядке. Гермиону еще и обокрали? Он вообще хоть что-то знает про её жизнь? — Просто так Аберфорт ничего не отдаст, — заметил Снейп сам себе. — Пф, — небрежно отозвался Поттер. — Будем мы его спрашивать. — Гарри, я беременна, — на всякий случай предупредил Снейп, чтобы Поттер не втягивал его детей в разного рода трактирные драки. Поттер остановился и тупо уставился на него. — Ты что? Как? Кем? — Двойней, — вежливо ответил Снейп. — Давно? А наши полеты на фестралах? Как ты могла участвовать в соревнованиях? Хороший вопрос, Поттер. Как Гермиона могла? — Господи, двойня! И к ужасу Снейпа Поттер заключил его в объятиях. «Кабанья голова» встретила их запахом перегара, остатков еды и Алекто Кэрроу, которая чистила горох. — Детки, — воскликнула она. — Зря вы пришли. Аберфорт сегодня сильно не в духе. Снейп снова ощутил тошноту и закинул в рот очередной леденец. — Пусть он вернет Гермионе её книгу, — сказал Поттер. Они сюда приперлись из-за какой-то книги? — Вы сюда приперлись из-за какой-то книги? — прогремел Дамблдор, спускаясь вниз. Снейп закатил глаза. Акцио, книга, которую украли у Гермионы. Ему в руки упал маленький томик с облупленным и покрытым пятнами переплетом. «Сказки барда Бидля», завещанные Гермионе Альбусом Дамблдором. — Ты воровка! — заявил Аберфорт. — Кто бы говорил, — не остался Снейп в долгу. — Неблагодарная девчонка! Я потратил на тебя кучу еды, когда ты пряталась в сентябре в Визжащей хижине. — И вам было за это заплачено! — наугад сказал Снейп и, судя по глухому ворчанию хозяина трактира, угадал верно. — Для чего вам эта книга? — Память об одном мерзавце-брате. — Сейчас она нам нужнее, — спокойно ответил Поттер. — Гарри, — сказал Снейп, — давай вернемся через ход, который ведет в Тайную комнату. На улице холодно. — И скользко, — он забеспокоился. — Ты не устала? Обопрись на мою руку. Да что он пристал! В Тайной комнате их уже ждали Захария Смит, он же Рональд Уизли и Луна Лавгуд. — Кто ты? — довольно грубо спросил Снейп, которому изрядно надоела возня с этими детьми. — Луна Лавгуд, — безмятежно ответила Луна Лавгуд. — Гермиона, ты… — она взглянула прямо ему в глаза и осеклась. — О, — только и произнесла она. — Все это полная чушь, — сердито сказал Уизли-Смит. — Мы просто попробуем, — попробовала успокоить его Лавгуд. — Но нам нужна Гермиона. — Что нужно делать? — спросил Снейп. — «Волосатое сердце колдуна», — ответила Лавгуд. — Можно мне книгу? Снейп смутно помнил эту сказку, что-то про безумного волшебника, который так боялся влюбиться, что спрятал сердце в шкатулке. А потом, когда встретил прекрасную девушку, достал его оттуда изрядно подпорченным. В итоге всё закончилось тем, что он вырвал сердце своей невесты и пронзил ножом собственное. Славная детская сказка. Но Снейп улавливал некие аналогии. Правда никак не мог уловить сути. — Альбус Дамблдор сказал, что мы должны читать тебе эту сказку, — произнесла Лавгуд очевидно для Снейпа, а не для Рона. — Альбус с вкладыша от шоколадной лягушки. Да они тут все спятили! К вечеру Снейп был так измотан, что едва добрался до своих подземелий. Гермиона, уставшая не меньше, лежала на диване. На её лбу была мокрая тряпочка. — Сначала Вустер сломал себе руку, — сказала она слабым голосом. — Потом хорек Малфой закатил истерику, а ведь он выглядел как Гарри. Потом домовики заставили меня обсуждать брюкву. Потом МакГонагалл прочитала мне целую лекцию о недопустимости моих методов воспитания детей… Потом Пивз обрушил люстру в больничном крыле. Потом кентавр Флоренц доставал меня с разговорами о каких-то великанах. Потом Хагрид спрашивал, можно ли еще раз создать морщерогого кизляка, ведь он все пропустил. Потом из камина вылез министр магии и надоедал с этой амнистией. Потом пришло письмо из Гринготтса, в которой вас просили возглавить расследование. Северус, это же сущий ад! Он опустился на пол возле неё и положил свою руку на грудь Гермионе. — Что это за история с фестралами? — Невинная шалость, — быстро ответила она и добавила: — я так больше не буду. — Вы действительно общаетесь с Дамблдором через карточки от шоколадных лягушек? — Это я придумала, — похвасталась Гермиона. — Это он вам сказал, что Уизли надо читать сказки? — Нас тоже это удивило. — Может, шоколадные лягушки пагубно влияют на его мудрость? Гермиона засмеялась. — Это неважно, — она сползла с дивана на пол и уложила голову на его колени. Потерлась о ткань мантии на бедрах крючковатым носом. — Главное, что Рон знает, что мы переживаем из-за него и заботимся о нем. Сейчас для него это полезнее всего. Гермиона устало прикрыла глаза. По тонким губам скользнула улыбка. — Такой хороший получился день, — сонно пробормотала она. — Мне понравилось быть тобой. Это удивительно. Снейп склонился и поцеловал эти тонкие губы, отбрасывая от себя мысли о нарциссизме и тому подобном. Гермиона запустила руки в его кудрявую шевелюру. — А как ты? — спросила она. Ему было лень отвечать, он просто гладил её лицо, наслаждаясь прикосновениями. — Так ты позволишь мне попробовать?.. — начала она, сдвигая брови. — Гермиона! — возмутился он. Утром его разбудил гриб. — Я тебе Великанью долину достроил, — подхалимски сообщил он. — Вон, — не просыпаясь, непреклонно отозвался Снейп. — Не обижай маленьких, — немедленно отозвалась Гермиона. — Ну ладно, не буду вам мешать спать, — сказал Слирейгрихаф. — Пусть себе Визжащая хижина и дальше горит. Дракучую иву, правда, жалко, да и то не слишком… Снейп открыл глаза. В Хогвартсе начинался новый день.