Беги,новичок,беги!

День, столь драгоценный для Дилана, ушел на восстановление. Меня постоянно чем-то кололи, поэтому я быстро шла на поправку. Это было замечательно, учитывая, что дел было невпроворот. Яна весь день провела со мной, пока я ее чуть ли не насильно не отправила спать. Дилан и Томас тоже постоянно заглядывали, но разговаривать о делах нам запрещалось. Ну что же. Движ начался на следующее утро. Сначала мне пол часа помогали встать. Оказывается, после того, как попадаешь в зону взрыва, тебя будет немного «контузить». Походка у меня была как у заядлой алкоголички, но я стояла! Много ходить мне запретили, причем не врач, а Дилан О’Брайен, но и этого было достаточно! Гипсы, перемотки — короче зомби- недоделанный. Для начала, парни поделились всем, что с ними произошло. Если опустить душевные переживания, терзания, то картина была примерно следующая: после разгрома базы пришлось эвакуироваться. Все важные документы, компьютеры были перенесены, поэтому утечек важных информаций и баз данных не произошло. Считали людей, занимались распределением. Короче, ничего сверхъестественного. Поиски нас привели к Стеффену. И парень сначала молчал, как партизан. Только убедившись в добрых намерениях американцев, он согласился помочь. Ну на голом поле базы точно не могло быть, поэтому искали в горах. Действовали ночами. То, что мы нашлись, — счастливая случайность. А потом рассказывали мы. Дилан все бледнел и бледнел, а Томас умирал с хохоту. То, что мы чуть не погибли несколько раз, его почему-то смешило. И наконец, рассказав, что бомба у русских, мы ждали их реакции. Она была неоднозначной. Дилан сначала не воспринял этого всерьез. Но потом покраснел. От ярости, конечно. Потому что смутить подполковника было очень сложно. Если вообще возможно. — То есть наши союзники хотят нас уничтожить? — его взгляд выражал негодование, и это ещё слабо сказано. — Боже, да с чего ты взял?! — реакция Томаса была не столь категоричной. — Ну, укради они ее для мирных целей, нам бы уже сообщили! — парень был непреклонен. — Может наши власти сами не в курсе, — пробормотала я. — Ты веришь в их невиновность?! — Я верю в хорошие намерения страны! — Хорошие?! — А НУ ТИХО! — Сангстеру надоело слушать наши препирания. — Ну не знаю! — Не делайте поспешных выводов, Господи боже! — То, что они рассказали, — это вообще нонсенс! Русские готовят против нас что-то! — Да, я сижу и готовлю против себя сейчас что-то! — взвилась я. — Ну ты нет… — Так не говори за всех, черт тебя побери! — Успокойтесь. Давайте подумаем и решим, что у нас есть, — лейтенант вздохнул и призвал нас всех к порядку. — Давай! У нас есть разъяренные иранцы, которые хотят уничтожить базу русских, где находятся девочки, с которыми мы многое прошли! — громко объявила я. — Это те, с которыми были постоянные конфликты? — Дилан изогнул бровь. — Не важно! Конечно, Дилан был чертовски прав. Но еще это были люди, с которыми мы боролись, тренировались, делились секретами. Вместе мы плакали, страдали, поэтому я хотела все выяснить. Они были чем-то важным для меня. — Что у нас есть? — подполковник опустился рядом со мной. Я протянула ему ладонь, и он взял ее в свою. — Мы выберемся из этой фигни и свалим куда-нибудь. Обещаю. — Ага. На Фиджи, — хихикнул Сангстер, — к каннибалам! — Вот ты и поедешь к ним! — улыбнулась Яна. — Не будете спасать? — наигранно возмутился парень. — И сам неплохо справишься! — Что делаем сегодня? — наконец спросила я. — Завтра Дил дает пресс-конференцию. Выясняются важнейшие вопросы. В том числе и обсуждение уничтоженной базы. — Кстати, на нашей базе на нас напали именно иранцы! Они, видимо, решили перейти к действиям. Майский сам был в шоке. — Да, нелогично тогда, если русские против нас, — саркастично ухмыльнулся Сангстер другу. — Может они что-то делят? — Что например? — Томас поднял глаза к потолку. — Кстати, а где Даша и Вероника? — только сейчас я вспомнила о боевых подругах, и мне стало стыдно. — В полном порядке. Уверяю, — Дилан проникновенно закивал головой. — Но сейчас у нас проблемы поважнее. — Дил, мы должны вернуться, — Яна повернулась к подполковнику. — Зачем? Он был очень удивлен. — Ты же хочешь узнать, в чем дело? Что происходит? Победить врага? — А других вариантов нет? Там сейчас бойня. — Бойня между иранцами и русскими? Мы можем попытаться найти девочек. Машу точно. Она много знает, и ее, как и Катю, Майский держал при себе. Думаю, она будет ценным агентом и поможет нам. — Рисковать ради одного человека? МЫ все еще его не убедили. — Мы можем сидеть здесь и ждать второго пришествия, а можем встать и разобраться во всем! — Ты просишь меня сейчас отправить нас всех на верную смерть! Дилан вздохнул и зарылся руками в волосы. — Не надо на смерть! Не впервой же! — Вы понимаете, сколько раз мы тут чуть все коньки не поотбрасывали, а вы предлагаете просто встать и упростить всем задачу? — На один день. Завтра дашь свою конференцию. Сейчас только семь утра. Вечером вернемся. Все будет хорошо. Убедили? — Куда ж от вас денешься, — простонал подполковник.

Я всегда испытываю счастье, Там где я могу быть настоящим Где в толпе возможно затеряться, И не нужно кем-то притворяться

       Я стояла перед зеркалом, поправляя волосы и застегивая куртку. Сегодня на нас была камуфляжная одежда, ведь пробраться мы планировали незаметно. Под одеждой многочисленные сканнеры, проводочки, чтобы мы всегда были на связи с людьми Дила и Томаса. Не знаю, лично я чувствовала себя ходячей бомбой. Еще меня не покидала мысль о том, что бы сказали мои друзья. Мы теперь работаем на американцев, получается? Я поделилась мыслями с Яной. Та лишь покачала головой. — Юлечка, для начала, мы работаем во имя совести и чести. Для того, что правильно. И сейчас, мы работаем для всего мира. Для будущего, чтобы оно вообще было! И то, какими способами мы боремся за светлое будущее и с кем… — Готовы? — в комнату заглянул Томас. — Уже идем.        — Мы что, поедем на этом? — я стояла на поверхности и с удивлением рассматривала странное приспособление. Полностью убитый джип, но еще и немного переделанный. Скажем, двери были прошиты каким-то металлом, вместо окон — решетки. — Не Ламборджини последней коллекции, но сойдет, — довольно крякнул водитель. Я его узнала. Он спасал нас от иранцев. Этот миловидный мужчина тоже узнал нас и помахал в знак приветствия. — Мы с вами так и не познакомились — едва мы сели, Яна к нему повернулась и заговорила первой. — Меня зовут Бен. — Юля. — Яна. Мы по очереди протянули руки для рукопожатия. — Приятно познакомиться. — Взаимно! — Надеюсь, мы все выживем сегодня. Наш обмен любезностями прервали парни. — Поехали уже! Джип резко газанул, и вскоре мы неслись через лес. В прошлый раз парни забирали нас из гор на вертолете, поэтому сейчас нам нужно было проехать около сорока километров. По дороге, как наша, это заняло около часа. Все время поездки мы подбадривали друг друга и шутили. Все помнили главную задачу: вытащить Машу и добыть как можно больше информации. Дашу и Веронику я увидела перед самым отъездом. Девушки выглядели посвежевшими и отдохнувшими. Нас очень попросили не умирать и вернуться поскорее. Нужно было много обсудить. К тому же они поработали с американскими айтишниками и кое-что откопали. Что-то очень важное. Наконец впереди показались горы. Небо сегодня было без единого облачка, солнце светило как никогда. Признаюсь, мне в моем облачении было даже жарковато. Бен уверенно вел машину, но один раз нам пришлось несладко, когда нас заметили с воздуха. По нам стреляли, но в этот раз Томми захватил пулемет, поэтому, получив ответный огонь, враг скрылся. Было только десять утра, но мы должны были шевелиться. Времени не так много, да и мы сами не знали, что может произойти. Сангстер с Яной придумали планов 20, но мы с Дилом решили действовать по обстоятельствам. Планы у нас никогда не работали. Так зачем париться? Впереди все было очень тихо. — Погибли все что ли? — предположил водитель. А потом слева от нас раздался оглушительный взрыв. Я заорала, подполковник матернулся, Бен круто повернул руль. Я повернулась к Яне. Она держала руку у лица. Из носа шла кровь, под глазом набухал здоровый синяк. У Сангстера вид был не лучше. — Гони, гони! — заорал Дилан, поняв, откуда в нас палили. Впереди, чуть дальше, находился заброшенный дом. Ну как дом. Все, что от него осталось. Видимо стреляли оттуда. — Томас, пали! Дилан обеспокоенно вглядывался туда. — Твою мать, Бен, левее! Мимо нас просвистел еще один заряд. — Я не могу прицелиться! — рявкнул лейтенант. — Бен, ровнее! О черт, вправо! По нам опять начали стрелять. У меня от таких прыжков болела шея, но я заставила себя не жаловаться. Не было времени. В руках я вертела пистолет, который не могла никуда пристроить. Через несколько секунд раздался взрыв. Томас попал. Я с ужасом смотрела на строение, от которого теперь точно ничего не осталось. — Если здесь стоят охранники, значит база близко. Готовьтесь. — Мы же не с этой стороны в прошлый раз подходили, — шепнула Яна. Сангстер ее услышал. — Того входа больше нет. Его завалило камнями. Подъезд только сзади. — Как завалило? — я ахнула. — Вчера. Во врем операции. Около 20 человек не вернулось из-за завалов. Либо они спаслись в лесу, либо они мертвы. — И вы не сказали! — Среди них были только мужчины. Девушки в бункере. Вот туда мы и проберемся. Думаю, Маша там. — Надеюсь. Впереди я увидела табличку: *Осторожно, минное поле* — Приехали, — удовлетворенно хмыкнул подполковник.